Воспоминания
Если бы много лет назад Драко Малфою сказали, что он будет счастливо прогуливаться по маггловскому парку, он бы покрутил пальцем у виска и отправил того безумца прямиком в палату Святого Мунго. Однако сейчас, восхищенно прогуливаясь по маггловскому району, он осознавал, как сильно ошибался.
Поначалу Драко неохотно согласился на эту авантюру — его сюда затащила Астория. И если изначально он был категорически против, то сейчас с трудом старался удержать безразличное выражение лица, потому что признать своё поражение он не мог. Они гуляли по маггловским улочкам в совершенно другом конце Англии, где их вряд ли могли сфотографировать журналисты и приспешники Риты Скитер. Несмотря на отсутствие лавок с товарами Зонко или магазинов с метлами, здесь были интересные ларьки с забавными шляпками, игрушками и вкусностями. Аттракционы в парке напоминали Драко рельсы в Гринготтсе, а незнакомые люди приветливо улыбались им при встрече.
— Часто ты здесь проводишь время? — спросил Драко, с опаской наблюдая за прыгающими на батуте детьми. Их звонкий смех разносился по всей округе, вызывая у него неожиданное чувство умиротворения.
— В основном я бывала в маггловских парках только в Нью-Йорке, и то всего три раза, не больше, — задумчиво ответила Астория, шагая рядом с ним под руку. — А если честно, я приходила в эти части городов только для изучения обычаев и технологий магглов.
Снег медленно опускался с неба, окутывая всё вокруг пушистым белым покрывалом. На улице было прохладно, но казалось, что все жители городка вышли, чтобы насладиться первым снегом этой зимы. Астория плотнее укуталась в пальто и крепче завязала чёрный шарф, который ей заботливо одолжил Драко.
— Вернёмся домой? Ты можешь простудиться, — озабоченно спросил Драко, но она упрямо покачала головой, её кудри мягко разлетелись вокруг лица.
— Вовсе нет! Мне не особо-то холодно, — сказала она, посмеиваясь.
Драко неопределённо хмыкнул и снова осмотрелся. Они наткнулись на очередной ларёк с мороженым и кофе, который по счёту, возможно, был уже десятым, но каждый ларёк отличался от других своим ярким узором, анкетой или изумительными товарами.
— Подожди меня здесь минутку, — вдруг весело сказала Астория и направилась к ларьку, оставив Драко в недоумении.
Он наблюдал, как она что-то спрашивала у продавца, потом над чем-то задумалась и, коротко улыбнувшись, сделала заказ. Астория повернулась к нему с двумя стаканчиками в руках, из которых исходил изумительный аромат чего-то сладкого и необычного.
— Это кофе? — недоверчиво спросил Драко, беря из её протянутой руки горячий стаканчик, хотя прекрасно понимал, что кофе не может так слащаво пахнуть.
— Кое-что получше, — загадочно подмигнула Астория, не отвечая прямо.
Драко с опаской посмотрел на Асторию, которая, уже успев сделать пару глотков загадочного напитка, заметно расслабилась, словно её укутали в двадцать пледов одновременно. Доверившись выбору своей девушки, Драко аккуратно сделал глоток и ошарашенно посмотрел на неё, не в силах что-либо произнести. Астория довольно улыбалась.
— Ну как? — усмехнулась она, её глаза заискрились весёлыми огоньками.
— Восхитительно... — с трудом выдавил из себя Драко и вздрогнул, ощутив, как холодный воздух проник в горячее горло. — Что это?
— Магглы называют этот напиток горячим шоколадом, — радостно ответила Астория, её голос звенел от удовольствия.
— Это самый лучший напиток, который я когда-либо пил, — всё ещё находясь в эйфории, качнул головой Драко. — Магглы явно знают толк в шоколаде.
Он сделал второй глоток, и внутри всё зажглось приятным теплом, мгновенно согревая. Вкус был насыщенным и богатым, словно растопленный шоколад обволакивал его изнутри, принося неописуемое наслаждение.
— Знали бы наши родители, чем мы тут занимаемся, они бы давно ушли на тот свет, — заметила Астория, её глаза блестели от смеха и предвкушения.
— Мои предки, наверное, уже в гробу перевернулись от ужаса, — усмехнулся парень. — Во имя Салазара, Астория, без тебя я бы, наверное, так и прожил свою жизнь, не увидев красот этого мира.
В тот вечер Драко купил ещё три стаканчика горячего шоколада и впервые в жизни по-настоящему понял, как сильно ошибались его предки, утверждая, что у магглов нет ничего достойного для волшебников. Ещё как есть, и это не только горячий шоколад. Драко был уверен, что с таким темпом Астория быстро покажет ему все красоты маггловского мира. Он посмотрел на неё с новой благодарностью, осознавая, что впереди их ждёт ещё множество удивительных открытий.
*****
Реальные фразы из Проклятого Дитя:
ДРАКО: Мы могли иметь детей, но Астория была очень сильно подвержена болезням. Проклятие по крови крайне серьезное дело. Прокляли одного из ее предков... и это отразилось на ней. Сам знаешь как эти вещи могут проявляться через поколения...
ГАРРИ: Драко, мне очень жаль.
________________________________________________________________________________
— Я же вам уже объяснил, сэр! Мы можем впустить в палату мисс Гринграсс только её родственников и близких! — стоял на своём администратор, молодой человек с усталым лицом, но решительным взглядом.
Взъерошенный Драко уже пять минут как стоял у стойки администратора, требуя, чтобы его впустили. Сегодня утром к нему внезапно прилетел громовещатель от Дафны с новостью, что Астории резко стало плохо и она потеряла сознание. Драко мгновенно аппарировал в Мунго, не задумываясь ни на секунду, и теперь пытался прорваться к её палате, а его неистовая энергия уже наполняла холл лечебного учреждения.
— Клянусь Салазаром, если вы сейчас меня не впустите, я обещаю, что все сплетни, написанные про меня в газетах, станут реальностью! — угрожающе прошипел Драко, наклонившись вплотную к администратору, его глаза сверкали как чёрный лед.
Тот с ужасом сглотнул, его глаза нервно забегали по столу, но, запинаясь, он всё же продолжил, стараясь не встречаться с бешеным взглядом Драко:
— Мистер Малфой, прошу, нам напрочь запрети...
В глазах молодого аристократа сверкали молнии ярости, а мышцы напряглись, как у хищника перед прыжком. Драко резко дернулся, словно в конвульсии, и его рука, твердая и решительная, схватила парня за шиворот. Одним резким движением он поднял администратора, словно игрушку, и встряхнул так жестко, что голова жертвы откинулась назад, а тело беспомощно болталось в воздухе. Парень чуть не потерял сознание.
— Я неясно выразился?! Где, чёрт тебя подери, находится палата...?!
— Драко! — громкий голос Теодора Нотта заставил его вздрогнуть и развернуть голову. Теодор, увидев происходящее, с испугом метнулся к другу и силой вырвал парня из его рук. — Не волнуйтесь, сэр, мистер Малфой с нами, — пробормотал он, уже обращаясь к администратору, лицо которого обрело болезненный серый оттенок от пережитого ужаса.
Теодор потащил Драко за собой по длинному коридору больницы. Стены, выкрашенные в успокаивающий зелёный цвет, не могли унять волну паники, захлестнувшую Драко.
— Что с Асторией? — взволнованно прошипел он, шагая рядом с другом.
— Особо ничего не знаю. Дафна вышвырнула меня из палаты, как только там оказалась. Сказала, что не хочет, чтобы я ей мешал, со словами "Не волнуйся так сильно, это может повлиять на ребёнка."
— Да уж, предусмотрительная женщина, — Драко попытался усмехнуться, но его лицо исказилось в болезненной гримасе.
— Час назад Дафна разговаривала с Асторией по камину, — нервно начал Теодор. — Сначала всё было нормально, Астория пыталась что-то сказать, а потом вдруг вскрикнула, и её голос оборвался. Мы вовремя успели её сюда привезти, но что конкретно с ней произошло, я не знаю.
— Может, на неё напали? — встревоженно спросил Драко, его воображение рисовало самые мрачные картины.
— Исключено! — спохватился Теодор. — На её квартиру наложено столько защитных заклинаний, что туда даже авроры не могут проникнуть, куда уж там... К тому же, кому понадобилось бы на неё нападать?
Теодор свернул направо и подошел к одной из дверей, стараясь как можно тише войти. Драко юркнул в палату следом за ним.
Если бы не тёмные каштановые волосы, выделяющиеся на белом фоне, Драко, наверное, и не заметил бы Асторию. Её кожа всегда была бледной, но сейчас она практически сливалась с белоснежной простыней койки, на которой она лежала. Глаза её были открыты, но стеклянный и пустой взгляд был прикован к потолку.
— Что с ней? Что сказали доктора? — Драко тихо подошёл к Дафне, стоявшей у койки сестры. Его голос был полон напряжения, как натянутая струна.
— Потеря сознания от... — Дафна вдруг замерла.
Астория, словно почувствовав присутствие Драко, судорожно вздрогнула и медленно отвела глаза от потолка. Сначала она рассеянно осмотрела комнату и присутствующих, словно никого среди них не узнавала. Но потом её задумчивый взгляд наткнулся на Драко, и Астория словно ожила. Лёгкая улыбка озарила её лицо, а в серо-голубых глазах заплясали радостные искры. Она аккуратно приподняла голову и медленно села на койке.
— Не надо, дорогая, ложись обратно, — заботливо встрепенулась Дафна. — Доктор сказал, что тебе нужно набраться сил.
— Я в полном порядке, сестра. Я слышала, что говорил доктор, — Астория упрямо воспротивилась упрёкам сестры и продолжила сидеть, хотя будь её воля, давно бы уже стояла на ногах.
— Как ты? Что с тобой произошло? Что сказал доктор? — тихо спросил Драко, его лицо было искажено тревогой.
— Она находится в состоянии... — Дафна открыла рот, чтобы объяснить причину плохого состояния сестры, но Астория резко перебила её.
— Со мной всё нормально, Драко, не волнуйся, — нервно затеребила она покрывало койки. — Просто я плохо спала вот уже несколько ночей и потеряла сознание.
Что-то в словах Астории не давало Драко покоя. Ему казалось, что причина совсем не в этом. Дафна, бледнея с каждой секундой, ошарашенно взглянула на сестру, но уже в следующий миг её лицо вновь приняло невозмутимый и спокойный вид.
— Я всё же расспрошу доктора о твоём состоянии, — Драко развернулся, чтобы найти врача, но Астория резко схватила его за предплечье, потянув на себя.
— Нет! — испуганно вскрикнула она и взрогнула от собственного громкого голоса. Помолчав, она продолжила чуть тише. — Не стоит, Драко, пожалуйста. Со мной всё в порядке, правда. Не стоит волноваться из-за меня и расспрашивать доктора, поверь, в этом нет ничего серьезного.
Она с мольбой в глазах посмотрела ему в глаза, и Драко в итоге согласился. Он не мог воспротивиться ей, не мог сказать "нет", несмотря на то, что все его внутренности так и ныли от любопытства и кричали ему сделать то, что было на уме. Возможно, Астория смущалась и не хотела, чтобы Драко видел её слабости, и поэтому отказывалась от разговора с доктором, а возможно, в этом действительно не было ничего серьёзного...
*****
Ещё войдя в квартиру Астории, Драко сразу ощутил атмосферу уюта и тепла, присущую этому месту. Мягкий свет от ламп придавал гостиной камерную обстановку, а на стенах висели картины, каждая из которых казалась живой, дышащей эмоциями и воспоминаниями.
— Увлекаешься искусством? — любопытно спросил Драко, разглядывая картины на стене. В это время Астория появилась в гостиной с двумя дымящими чашками чая в руках.
— Да, бывает и такое, — смущённо пожала плечами девушка и уселась в кресло напротив. — Порой рисование помогает отвлечься от угрюмых мыслей.
— Война? — коротко кивнул Драко, угадывая её мысли. Астория в подтверждение поджала губы.
— Сначала я рисовала просто так, для удовольствия, потом это превратилось в хобби, а позже в увлечение, и теперь я рисую практически каждый день.
Драко неопределённо хмыкнул и неспеша перевёл взгляд на другую картину, на которой были изображены знакомые шотландские горы, яркие жёлтые поля и скалы. Картина была настолько детальной, что только через несколько секунд Драко заметил на ней две небольшие точки. Приглядевшись, он узнал в этих точках двух коней.
— Наши первые скачки, помнишь? — улыбнулась Астория, её глаза блестели от радости воспоминаний.
— Конечно, помню, — с каким-то отстранённым трепетом отозвался Драко. — Такое нельзя забывать.
— Пойдём. Покажу тебе свою мастерскую, — сказала Астория, вставая с места.
— У тебя даже мастерская есть!
— Не то, чтобы это настоящая мастерская опытного художника, но что-то вроде того.
Они вошли в небольшую и тесную комнатушку, стены которой были окрашены в ослепительно белый цвет. Эти стены, казалось, могли бы показаться слишком сухими и безжизненными, если бы не яркие и красочные картины, заполнявшие всё пространство и придававшие комнате живость. В центре комнаты возвышался большой мольберт, вокруг которого валялись несколько кисточек, как потерянные солдаты среди незаконченных набросков какого-то портрета. Пол был усыпан холстами, свечами, красками и множеством разрозненных бумаг, создавая атмосферу творческого хаоса.
Огромный холст на мольберте был покрыт жирными слоями краски, словно кто-то в порыве гнева или отчаяния вылил на него все свои эмоции. Яркие мазки переплетались, создавая впечатление бурного водоворота чувств. С потолка свисали лампы в китайском стиле, раскрашенные в яркую палитру, их мягкий свет добавлял комнате уют и теплоту, несмотря на царящий беспорядок.
Запах свежей краски смешивался с ароматом плавящегося воска от свечей, создавая неповторимую атмосферу места, где рождается искусство. На одном из столов, заваленном бумагами и кистями, стоял старый деревянный ящик с акварелями, краски в которых уже начали высыхать, напоминая о давних работах художника. Шумный город остался где-то за пределами этой комнаты, погружая её в тишину, нарушаемую лишь звуками падающих кисточек и шуршанием бумаги.
— Прости за беспорядок. Не могу сосредоточиться, когда тут всё убрано, — пробормотала Астория, поджав губы.
— А мне нравится, — хмыкнул Драко, оглядывая портреты на стене. — Кому нужен порядок, когда ты возбуждённо размахиваешь кисточкой по широкому холсту?
В одной из картин была изображена Дафна, её фигура словно оживала среди волшебного леса, покрытого солнечными бликами. Недалеко от неё находилась картина с величественным замком Хогвартса, возвышающимся над сверкающим озером. В тусклом уголке висела картина с родителями Астории, их лица были наполнены добротой и мудростью. Астория уделяла основное внимание пейзажам и природе, и количество портретов можно было пересчитать по пальцам одной руки. Однако, в каждом портрете она выделяла каждую деталь, словно пыталась передать что-то важное в лице каждого человека.
Шагнув дальше, Драко замер. На одной из картин он увидел собственные серые, азартные и игривые глаза, которые выглядели настолько реальными и точными, что ему показалось, будто он смотрелся в зеркало. На холсте была изображена общая гостиная Слизерина. Он стоял за невысокой спинкой чёрного дивана, одной рукой обнимая Блейза, а другой, поддерживая равновесие, ухватился за Теодора. Позади его спины виднелись головы Крэбба и Гойла, а спереди, элегантно усевшись на диване, находились Дафна, Пэнси и сама Астория. Где-то рядом виднелась широкая голова Миллисенты Булстроуд, но её лицо не было очерчено с такой же точностью, как у других сокурсников Астории.
Было ясно, что больше всего сил и терпения потребовалось для рисования лица Драко. Он был самым ярким и живым элементом картины. Каждая черта его лица была прорисована с поразительной точностью: серебристые волосы, небрежно уложенные, тонкие брови, изогнутые в чуть насмешливой манере, и уверенная улыбка, которая, казалось, отражала его внутреннюю уверенность и молодость. На его лице не было следов забот и тревог, только чистая радость и лёгкость пятнадцатилетнего подростка, ещё не познавшего тяжесть грядущих испытаний.
Картина была не просто изображением, а окном в прошлое, запечатлевшим мгновение, когда жизнь была простой и беззаботной. Драко с удивлением и трепетом смотрел на своё юное, беспечное лицо, не понимая, как Астория смогла передать его образ таким живым и настоящим.
Он рассматривал картину с таким живым интересом, что не заметил, как к нему подошла Астория, слабо улыбаясь.
— Я тогда училась на третьем курсе, а ты пригласил меня прогуляться в Хогсмиде, потому что вы все готовились к СОВ, а я в тот момент осталась одна, — тихо прошептала она, с улыбкой разглядывая Драко.
— Помню, — вынырнув из старых детских воспоминаний, кивнул Драко. — А ты купила мне целую горсть зелёных яблок.
Астория усмехнулась.
— Ты всегда уделял мне столько же внимания, как и всем остальным, и даже не обращал внимания на мой возраст. Я тогда была вечно смущённой и тихой, но ты всё равно звал меня на все прогулки и праздники, даже когда Дафна не позволяла.
В глазах Драко защипало, а в горле застрял ком от нахлынувшей ностальгии. Он думал, что такого никто не замечает, что его чувства остаются скрытыми от всех. Поддавшись какому-то странному порыву, он стиснул Асторию в объятиях, как маленький ребёнок, который держится за свою маму в страшные моменты жизни.
— Спасибо, — вдруг хрипло сказал он, не выпуская её из крепких объятий.
Астория, обнимая его в ответ, удивлённо прошептала:
— За что?
— За то, что не забываешь такие моменты, за то, что видишь и принимаешь меня таким, каким я являюсь. Спасибо за то, что остаёшься со мной и продолжаешь видеть во мне лучшее.
Астория счастливо улыбнулась. Кажется, она тоже прослезилась.
Аромат масляных красок смешивался с лёгким запахом чая, создавая особую атмосферу в комнате. Каждая деталь, каждая мелочь здесь напоминала о её любви к искусству и к людям, которые были частью её жизни. Мягкий свет ламп, звенящие кисточки, лежащие на полу, и бумаги, покрытые набросками, — всё это составляло её мир, который теперь принадлежал и Драко.
В тот момент он понял, что нашёл место, где мог быть собой, со всеми своими слабостями и переживаниями. Это было больше, чем просто комната с картинами; это было пространство, где его принимали и любили безусловно. Драко почувствовал, как напряжение и беспокойство начали растворяться, уступая место чувству покоя и умиротворения. С каждой секундой объятия становились крепче, и он знал, что это мгновение останется с ним навсегда, как символ их любви и взаимопонимания.
— Я люблю тебя, Астория.
— Я тоже тебя люблю, Драко...
