Наследие Поттеров

Утро Хэллоуина началось как обычно. Эмили проснулась от того, что Пэнси Паркинсон громко обсуждала свой костюм для праздничного ужина. Дафна сидела на кровати и листала учебник по зельеварению.

— Ты идёшь сегодня на ужин в костюме? — спросила Дафна, не поднимая глаз.

— Нет, — ответила Эмили, надевая мантию. — Я вообще не люблю эти праздники.

— Зря, — сказала Дафна. — В Хогвартсе Хэллоуин всегда интересный.

Они спустились в Большой зал. За столом Слизерина уже сидели ученики, которые обсуждали предстоящий вечер. Эмили села рядом с Дафной и взяла тост. Краем глаза она посмотрела на стол Гриффиндора.

Гарри был там. Рон тоже. А вот Гермионы не было.

— Ты заметила? — спросила Эмили.

— Что? — Дафна подняла бровь.

— Гермионы нет.

Дафна пожала плечами.

— Может, заболела. Или в библиотеке. Ты же знаешь, она всегда там.

Эмили кивнула, но внутри что-то ёкнуло. Она не знала, почему, но чувствовала, что что-то не так.

День тянулся медленно. Уроки шли один за другим — Трансфигурация, История магии, Защита от тёмных искусств. Гермионы не было ни на одном из них. Эмили спрашивала у Гарри, но он только пожимал плечами.

— Она была на завтраке, — сказал он. — А потом я её не видел.

После обеда Эмили пошла в библиотеку. Она думала, что Гермиона, возможно, там — готовится к экзаменам или читает книгу. Но библиотека была пуста. Только мадам Пинс сидела за своим столом и строго смотрела на вход.

— Вы не видели Гермиону Грейнджер? — спросила Эмили.

— Нет, — коротко ответила библиотекарь.

Эмили вышла в коридор и задумалась. Если Гермионы нет в библиотеке, где она? Она обошла несколько этажей, заглянула в пустые классы, но нигде не нашла подругу.

Вечером, когда начался праздничный ужин, Эмили сидела за столом Слизерина и почти ничего не ела. Дафна, заметив её состояние, спросила:

— Ты всё ещё переживаешь за Грейнджер?

— Она не пришла на ужин, — сказала Эмили. — Это не похоже на неё.

— Может, она в библиотеке? — предположила Дафна.

— Я уже проверяла, — ответила Эмили. — Её там нет.

Дафна вздохнула.

— Ладно. Я схожу в библиотеку, проверю ещё раз. А ты поищи в других местах.

Она встала и вышла из зала. Эмили подождала несколько минут, потом тоже выскользнула.

Коридоры были пустыми. Факелы горели тускло, и тени плясали на стенах. Эмили прошла мимо класса Трансфигурации, мимо лестницы, ведущей в подземелья. Она уже начала волноваться, когда услышала плач.

Кто-то рыдал на третьем этаже, в женском туалете. Эмили узнала этот голос.

— Гермиона? — позвала она, подходя к двери.

— Уходи! — всхлипнула Гермиона. — Я не хочу никого видеть!

— Что случилось? — спросила Эмили, дёргая ручку. Дверь была заперта. — Открой!

— Нет! — крикнула Гермиона. — Рон сказал, что у меня нет друзей, и он прав!

Эмили вздохнула. Она уже собиралась ответить, когда снизу, с первого этажа, донёсся грохот. Кто-то кричал. Эмили прислушалась.

— Тролль! В подземельях! Тролль!

Она похолодела. Подземелья — это туда, где они живут. Но сейчас там никого не было, все были в Большом зале. Кроме…

— Гермиона! — крикнула Эмили, колотя в дверь. — Открой сейчас же! Тролль в подземельях, он может подняться!

Гермиона не ответила. Эмили услышала только всхлипы и шум воды в кране.

А потом раздался топот. Тяжёлый, грузный, нечеловеческий. Кто-то огромный приближался к туалету.

Эмили обернулась. Из-за угла вышел тролль.

Он был огромным — не меньше двенадцати футов ростом. Грязная серая кожа, короткие ноги и длинные руки, почти достающие до пола. В одной руке он сжимал огромную дубину, вымоченную в чём-то тёмном. Лицо было плоским и тупым, маленькие глазки злобно смотрели на Эмили.

Он зарычал.

Эмили отскочила от двери, достала палочку. Руки дрожали, но она заставила себя думать.

— Алахомора! — крикнула она, пытаясь открыть дверь. Замок щёлкнул, но дверь не открылась — Гермиона заперла её изнутри.

— Гермиона! Открой! — закричала Эмили. — Тролль здесь!

Дверь распахнулась. Гермиона стояла на пороге, бледная, с красными глазами.

— Что…

Она не договорила. Тролль зарычал и шагнул вперёд. Эмили оттолкнула Гермиону внутрь и захлопнула дверь.

— Сиди там! — крикнула она.

Тролль поднял дубину. Эмили отскочила в сторону, и дубина с грохотом врезалась в пол, разбивая плитку. Осколки разлетелись в разные стороны, один поцарапал Эмили щёку.

— Остолбеней! — крикнула она, но заклинание отскочило от толстой кожи тролля, не причинив ему вреда.

Тролль зарычал и замахнулся снова. Эмили нырнула в сторону, но споткнулась об осколки и упала. Дубина просвистела над её головой, едва не задев волосы.

И в этот момент дверь снова распахнулась. В туалет вбежали Гарри и Рон.

— Эмили! — крикнул Гарри.

— Сзади! — заорала она, указывая на тролля.

Гарри не растерялся. Он подскочил к троллю сзади и вцепился ему в шею. Тролль заревел и попытался сбросить его, но Гарри держался крепко.

— Отвлеки его! — крикнул Рон.

Эмили вскочила на ноги. В голове пронеслась тысяча заклинаний, но ни одно не подходило. И вдруг она увидела дубину. Тролль всё ещё сжимал её, но его внимание было разделено между Гарри и Роном.

— Вингардиум Левиоса! — крикнула Эмили, направив палочку на дубину.

Дубина дёрнулась, вырвалась из рук тролля и поднялась в воздух. Тролль заревел, пытаясь схватить её, но Эмили уже направила её вниз — прямо на голову тролля.

Дубина с глухим стуком опустилась на макушку тролля. Он замер, покачнулся и рухнул на пол с таким грохотом, что задрожали стены.

В туалете стало тихо.

Эмили опустилась на колени, тяжело дыша. Гарри сполз с тролля и сел на пол, бледный как мел. Рон стоял у двери и смотрел на поверженного тролля с открытым ртом.

Гермиона вышла из-за раковин. Её лицо было мокрым от слёз, но глаза смотрели с удивлением.

— Вы… вы спасли меня, — прошептала она.

— Мы спасли тебя, — поправила Эмили, поднимаясь на ноги. — Но у меня локоть…

Она посмотрела на свою руку. Локоть был рассечён — видимо, когда она упала. Из раны текла кровь.

В этот момент дверь снова распахнулась. На пороге стояли профессор МакГонагалл, профессор Снейп и профессор Квиррелл. Квиррелл издал какой-то писк и осел на пол, глядя на тролля. Снейп склонился над телом. МакГонагалл смотрела на Эмили, Гарри, Рона и Гермиону. Её лицо было белым от гнева.

— Что здесь произошло? — спросила она ледяным голосом.

Эмили открыла рот, но не успела сказать ни слова. Гермиона шагнула вперёд.

— Это я виновата, профессор МакГонагалл, — выпалила она, и её голос дрожал. — Я пошла искать тролля. Я прочитала о них в книгах и подумала, что смогу справиться. Если бы не Эмили, Гарри и Рон, меня бы уже не было в живых.

МакГонагалл посмотрела на неё долгим, тяжёлым взглядом.

— Грейнджер, вы могли погибнуть, — сказала она наконец. — Вы проявили недопустимую глупость. Мисс Грейнджер, минус пять очков Гриффиндору.

Она перевела взгляд на Гарри и Рона.

— А вы, Поттер и Уизли, что вы здесь делали?

— Мы искали Эмили, — быстро сказал Гарри. — Она не вернулась на ужин, и мы забеспокоились.

— И вы нашли тролля? — спросила МакГонагалл с иронией.

— Мы нашли тролля, — твёрдо ответил Гарри. — И помогли его победить.

МакГонагалл замолчала. Она перевела взгляд на Эмили.

— А вы, мисс Поттер, — сказала она, — что скажете?

— Я скажу, что Гермиона не виновата, — ответила Эмили. — Она просто испугалась и спряталась. А тролль пришёл сам. Мы защищались.

МакГонагалл долго смотрела на неё. Потом перевела взгляд на Снейпа.

— Что скажете, профессор Снейп?

— Я разберусь с мисс Поттер сам, — сказал Снейп ледяным тоном. — У меня есть к ней несколько вопросов.

МакГонагалл кивнула.

— Хорошо. Грейнджер, Поттер и Уизли — отправляйтесь в свои гостиные. Мисс Поттер — с профессором Снейпом.

Гарри шагнул вперёд.

— Профессор, я хочу…

— Мистер Поттер, — остановила его МакГонагалл, положив руку ему на плечо. — Мисс Поттер идёт с профессором Снейпом. Вы отправляетесь в башню.

Гарри посмотрел на Эмили. Та кивнула ему, давая знак, что всё в порядке.

— Идите, — тихо сказала она.

Гермиона и Рон взяли Гарри под руки и вывели его из туалета. Эмили осталась одна с профессором Снейпом.

— Идём, — коротко бросил он и развернулся.

Она пошла за ним, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Локоть болел, кровь всё ещё сочилась, но она старалась не обращать внимания.

Они спустились в подземелья, прошли мимо гостиной Слизерина и остановились у массивной дубовой двери. Снейп щёлкнул пальцами, дверь открылась.

— Заходи, — сказал он.

Кабинет Снейпа оказался таким же холодным, как и он сам. Вдоль стен тянулись стеллажи с банками, в которых плавало что-то жуткое. В камине горел слабый огонь, но тепла почти не было.

— Садись, — сказал Снейп, указав на стул перед столом.

Эмили села. Она старалась не смотреть на банки.

— Мисс Поттер, — начал Снейп, скрестив руки на груди. — Что вы себе позволяете?

— Я…

— Вы полезли к троллю, — перебил он. — Вы, первокурсница, без опыта, без нормальных боевых заклинаний, решили, что можете сражаться с горным троллем.

Он сделал шаг к ней.

— Вы могли погибнуть, мисс Поттер. Вы могли погибнуть, и никто бы не смог вам помочь.

Эмили опустила глаза.

— Я не могла её бросить, — тихо сказала она. — Гермиона была там одна.

— И вы решили, что геройство важнее собственной жизни? — Снейп наклонился к ней, и его голос стал ещё тише, ещё опаснее. — Вы не Гриффиндорец, мисс Поттер. Вы на Слизерине. Мы не бросаемся в бой с криком. Мы думаем. Просчитываем. Находим другие пути.

Он выпрямился.

— А вы поступили как безмозглый гриффиндорец.

Эмили подняла голову.

— А что мне нужно было делать? — спросила она. — Сидеть и смотреть, как тролль убивает мою подругу?

Снейп посмотрел на неё долгим, холодным взглядом.

— Нужно было звать на помощь, — сказал он. — Нужно было ждать преподавателей. А не лезть на рожон с палочкой, думая, что вы — великая волшебница, которой всё сойдёт с рук.

Он замолчал. Эмили сжала кулаки.

— Я не считаю себя великой, — сказала она. — Я просто сделала то, что должна была.

Снейп долго смотрел на неё. Потом вздохнул — первый раз за весь разговор.

— Ваш локоть, — сказал он сухо. — Покажите.

Эмили протянула руку. Снейп взял её за запястье — холодными, цепкими пальцами — и осмотрел порез. Кровь всё ещё сочилась, рана была глубокой.

И в тот момент, когда он держал её руку, его пальцы на секунду замерли.

Он заметил.

На её запястье, чуть выше того места, где он держал, были шрамы. Старые, бледные, но отчётливо видные на бледной коже. Тонкие белые линии, которые пересекали вену. Следы, которые не объяснить случайностью.

Снейп не сказал ни слова. Его лицо осталось непроницаемым, но глаза — на долю секунды — что-то отразили. Эмили не поняла, что именно. Гнев? Боль? Узнавание?

Он отпустил её руку.

— Сидите смирно, — сказал он, и голос его был таким же холодным, как и всегда.

Он достал палочку и направил на её локоть.

— Episkey, — произнёс он тихо.

Эмили почувствовала тепло, разлившееся по руке. Кожа на локте начала стягиваться, края раны сомкнулись, и через несколько секунд от пореза не осталось и следа. Только запёкшаяся кровь напоминала о том, что он был.

— Спасибо, — тихо сказала Эмили, сгибая руку. Локоть больше не болел.

Она хотела опустить рукав мантии — быстро, чтобы он не смотрел больше на её запястья, — но Снейп уже отвернулся. Он сделал шаг к столу, и в этот момент Эмили заметила.

Он прихрамывал.

Совсем чуть-чуть, почти незаметно. Но она увидела, как он перенёс вес на правую ногу, как напряглись его плечи. Будто нога болела. Будто он сам был ранен.

— Профессор, — сказала она, — вы…

— Всё, мисс Поттер, — перебил он, не оборачиваясь. — Вы свободны. Можете идти в гостиную.

Эмили встала и быстро опустила рукав, пряча запястья. Снейп уже стоял у стола, спиной к ней, и что-то писал в пергаменте.

— Спасибо, профессор, — сказала она ещё раз и вышла.

В коридоре она остановилась. Локоть не болел, но в голове крутились две мысли.

Он заметил шрамы.

И он хромал.

Почему профессор Снейп хромал? Почему он так смотрел на её запястья? Что он увидел?

Она не знала ответов. Но чувствовала, что это как-то связано с тем, что произошло сегодня вечером.

Эмили покачала головой и пошла в гостиную Слизерина.

---

Эмили вернулась в гостиную Слизерина поздно. Дафна уже спала, и в комнате было тихо. Эмили сняла мантию, забралась под одеяло и уставилась в зелёный полумрак подводной гостиной. Локоть не болел — Снейп хорошо залечил рану. Но в голове крутились мысли: его взгляд, его хромота, шрамы на запястьях, которые он заметил.

Она закрыла глаза.

И провалилась в сон.

---

Вокруг была тьма. Густая, непроглядная, живая. Она стояла одна посреди ничего, не чувствуя под ногами пола. Воздух был холодным, тяжёлым, и пахло чем-то горелым.

А потом появился дым.

Большой чёрный дым, который окутывал всё пространство. Он поднимался откуда-то снизу, закручивался спиралями, обволакивал её ноги, руки, лицо. Эмили пыталась закричать, но голос не слушался. Она пыталась бежать, но ноги не двигались.

Зелёные вспышки. Яркие, ослепительные, они прорезали тьму, как молнии. Вспышка — и тень, вспышка — и крик. Кто-то смеялся.

Смех был утробным, злобным, холодным. Он раздавался отовсюду — сверху, снизу, изнутри её головы.

— Ты ничего не достойна, — шептал голос. — Ничего.

— Ты слабая.

— Ты одна.

Из тьмы выступил силуэт. Змея. Огромная, чёрная, с блестящей чешуёй. Она двигалась медленно, плавно, обвивая ноги Эмили, поднимаясь выше. Кольца сжимались вокруг её талии, груди, шеи.

Эмили не могла дышать. Змея сжимала её горло, и мир перед глазами начинал меркнуть.

Но вместо смерти пришло другое.

---

Вокруг неё закружились предметы. Летающие ключи, золотые и быстрые, сверкали у лица. Дьявольские силки тянулись к ногам, обвивая лодыжки. Шахматные фигуры вырастали из пола, загораживая путь. Флаконы с ядом и эликсиром парили в воздухе, подмигивая разноцветными жидкостями.

И всё это кружилось, смешивалось, перетекало одно в другое.

А над всем этим висело число.

Семь.

Оно пульсировало в воздухе, горело золотым светом, и каждый предмет подчинялся ему. Семь ключей, семь силки, семь фигур, семь флаконов. Число играло с ними, переставляло, меняло местами, заставляло Эмили бежать от одного к другому.

Она хватала ключи — они исчезали. Она рвала силки — они вырастали снова. Она отбивалась от шахматных фигур — их становилось больше. Она тянулась к флаконам — они ускользали.

Семь. Семь испытаний. Семь препятствий.

— Семь, — шептал голос. — Ты пройдёшь через семь.

Эмили кружилась в этом вихре, теряя счёт времени. Семь ключей, семь растений, семь фигур, семь флаконов. И всё это — ради чего?

Она не знала.

Но чувствовала, что когда-нибудь ей придётся пройти через это по-настоящему.

---

Она проснулась с криком.

В спальне было тихо. Дафна спала, не слыша ничего. Церцея в своей клетке открыл глаза и посмотрел на Эмили.

Эмили сидела на кровати, тяжело дыша. Щёки были мокрыми от слёз.

Хэллоуин. Каждый Хэллоуин ей снился этот кошмар. Чёрный дым, зелёные вспышки, змея. И число семь, которое играло с предметами, кружило их в бесконечном танце.

Она не знала, что это значит. Но чувствовала — скоро эти видения станут реальностью.

Эмили вытерла слёзы, легла обратно и закрыла глаза.

Больше она не спала в эту ночь.

---