Глава 8
Благо, на следующий день в школе Зак был без Теодора. Девочки даже поинтересовались, где Тео, потому что, мол: «Вы же с ним постоянно ходите парой!» Закат покраснел, ответил что-то невнятное и закрыл уши руками. Везде ему слышались и виделись намёки. Ему казалось, будто все вокруг понимают — он гей. Он влюблён в соседа по парте. Он хочет с ним кошмарных вещей.
Вчера Зака всю ночь кидало из крайности в крайность. От «Я гей!» до «Я гей...» Его голова совсем не варила, цифры и буквы перед глазами плыли — сколько бы он ни перечитывал один и тот же абзац в учебнике, до него всё никак не доходил смысл написанного. В голове вертелось множество вопросов, которые совсем не давали парню никакого покоя. Ему даже сделали замечание на химии за то, что считает ворон. Ох, знали бы люди вокруг, что Зак сейчас переживал — что бы они сказали? Закат привык делиться всеми переживаниями с близкими, но с Теодором таким поделиться нельзя было точно! Перед Асей с Лесей было тоже ужасно неудобно, о бабушке и речи не шло. Вряд ли она поймёт. Поэтому Зак чувствовал себя абсолютно одиноким со своими тревогами. Однако его успокаивала мысль, что похожие на него люди есть в интернете и, если что, он может поговорить с ними. Но стесняется. Поэтому не поговорит.
Сегодня Зак был максимально далёк от учёбы, он не слушал ни один урок. Он всё пытался вспомнить, нравились ли ему мальчики до этого или, может, дело в самом Теодоре? Он понимал, что всегда испытывал к красивым парням глубокое чувство уважения и восхищения. Ему хотелось быть рядом с ними, но он не считал, что достоин этого. А любил ли он кого-то из парней? Сложно сказать. Он ведь общался только с девчонками.
Когда мучительный учебный день наконец закончился и Зак ехал в больницу, кусая губы, ощущая, что он уже немного другой человек, нежели вчера — тогда его посетила тревога: а вдруг Теодор заметит его чувства? Вдруг ему станет неприятно и мерзко? Вдруг оттолкнёт? Это было бы самое ужасное, что вообще могло случиться на свете. Даже зомби-апокалипсис был не так страшен, как если Зак потеряет общение с Тео.
И вот, он уже в больнице: уже что-то делает, но не замечает, что. И он думает: «А как вообще Тед ко мне относится? Он считает меня другом? Лучшим другом? Он просто общается? Или он... тоже любит?»
Ведь он брал за руку. Ведь он заботился. Ведь он помогал. Ведь он веселил. Ведь он так много касался, даже давал спать у себя на коленях... Нет, какой-то бред!
Зак как-то оказался у триста семнадцатой палаты. Вздохнул. Сегодня всё идёт кругом. Зашёл. Спросил пациентов, если им что-то надо, и подошёл к Теодору.
Тот снова лежал к нему спиной.
— Привет... — шепнул Зак робко. Тео ничего не ответил.
«Неужто обижается?» — огорчился парень. Он обошёл его койку и улыбнулся — Теодор спал.
Закат должен был теперь уйти и зайти позже, но он лишь уселся на стул рядом и облокотился на подоконник, придерживая голову. Улыбка не спадала с его лица. Теперь он мог сказать себе точно, как же его любит. Какой он был красивый, брутальный, просто невероятный. Зак в жизни не встречал таких людей. К слову, у Тео был забавно размазан макияж — кажется, он его и не смыл со вчера. Закат усмехнулся: ну что это за лапочка? Хотелось обнять... Да нельзя, даже если попросить. Он же не обнимается. Но это уже сентиментальные глупости. Парень закрыл лицо руками и засмеялся: ну вот о чём он думает опять?
Уходя, Зак протянул к Теодору руку. Долго стоял так. Но не посмел трогать. Ушёл.
Ему очень хотелось сделать Теду что-то приятное, чтобы поднять его настроение. Так что он пошёл в ближайший магазин, купил там печенье с шоколадной крошкой и онигири с тунцом. А то в больнице наверняка не очень вкусно кормят.
Когда Зак вернулся, снова надел халат, поднялся до нужного этажа и зашёл в палату, Тео уже не спал. Он сидел полулёжа и что-то делал в телефоне. Закат увидел на нём чёрную футболку, которой не было вчера. Видимо, заходили родители.
— Привет, — Зак опустился на стул рядом с ним и улыбнулся. Тед отвёл взгляд от экрана, осмотрел друга и его покупки, но быстро потерял интерес.
— Привет.
— Как ты себя чувствуешь? Болит что-то?
— Нет.
— Отлично. Тебе уже говорили, когда тебя выпишут?
— Сегодня должны.
— Это хорошо... — Зак стал шуршать пакетом, заглянул внутрь:
— Я купил тебе печенье и онигири. Чтобы не голодал тут.
— М, — ответил Тед многозначительно. «Опять этот холод», — подумал Зак и обнаружил, как снова трёт свои пальцы. Да что же он должен такое сделать, лишь бы Тео общался с ним как прежде? Ведь он может быть заботливым, добрым, внимательным — Закат знает, он видел, он чувствовал. Так в чём дело?
Зак решил, что больше не может молчать. Он выдохнул и нахмурился, но эта хмурость сразу сменилась на волнение в его глазах и речи.
— Тебе не нравится, что я с тобой? Скажи, я не обижусь.
— Что, с чего ты взял? — Теодор посмотрел на Зака недоумённо.
— А, прости, мне показалось, что тебе неприятна моя помощь... — честно пробубнил тот.
Тео ещё пару секунд смотрел на него, потом вздохнул и угрюмо отвёл взгляд:
— Я ненавижу, когда обо мне заботятся, — отчеканил он. В этой фразе не было холода или упрёка. Зак услышал в ней, как ему показалось, и на что он хотел надеяться, злость на себя.
— Почему? — заботливо спросил Закат.
— Противное ощущение.
— Но ты же заботился обо мне.
Тео молчал. Смотрел в сторону и хмурился.
— Принимать помощь — это нормально, — начал Зак. — Ты сейчас мой пациент, и мне надо знать, что с тобой всё хорошо. Не переживай об этом. Все мы нуждаемся в помощи, это совсем не стыдно. Для этого и нужна профессия врача.
Теодор снова ничего не ответил. Какое-то время Зак смотрел на него, в надежде, что он хотя бы посмотрит в ответ, но в итоге сдался. Достал еду из пакета и оставил на тумбочке:
— Я оставлю тут. Сообщи, как выпишут.
Зак встал, чтобы уйти.
— Ладно, — пообещал Тео.
— Думаю, увидимся в школе, так что до завтра, — и Зак выдавил из себя улыбку. Тед не взглянул.
— До завтра.
Закат вышел из палаты, аккуратно притворив за собой дверь, и тут же решительно направился в последнюю реанимационную палату, пока ещё не успел ничего надумать. Он знал, что гадкие мысли могли стереть его мозг на тёрке, и ему надо было с кем-то поговорить.
Вася не спала. Она смотрела в телефон и медленно дышала.
— Привет, — сказал Зак быстро. Вася подняла взгляд, убрала телефон и улыбнулась:
— Привет, красивый мужчина! Ты сегодня должен почитать мне вслух, помнишь?
— Помню... — по правде, Зак совершенно забыл. — Но я хочу прежде кое-что обсудить.
— Валяй.
Закат опустился на стул рядом.
— Я всё про того моего друга. Я... — он остановился. Он думал сейчас, сказать ли прямо, что осознал вчера благодаря ей, или же скрыть. Разболтать она вряд ли может кому-то, да и осудить тоже. Но говорить такое прямо в лоб, когда он сам только-только это понял...
Нет, нельзя. Это слишком стыдно. Это слишком лично.
— Я принёс ему еды сегодня. Но он всё равно холоден ко мне. Он сказал, что ненавидит, когда о нём заботятся. Хотя он сам заботился обо мне... И... Я не могу просто его оставить, не заботиться, — «...потому что люблю», — хотя, наверное, должен. И я боюсь, что он не хочет со мной находиться.
— Как всё сложно... — вздохнула Вася. Зак, спрятав руки между коленей, смущённо кивнул. — Почему тебе так надо, чтобы он хотел с тобой находиться? Вы же друзья. Вы бы не смогли дружить, если бы он не хотел.
— Наверное, ты права... Просто меня расстраивает такое его поведение! Обижает!
— А ты не расстраивайся и не обижайся! — Вася резко приподнялась на кровати и тут же опустилась обратно.
— Легко сказать, — фыркнул он. — Я, может, тоже хочу, чтобы он... — «любил меня», — хотел со мной общаться.
— Захочет. С таким-то красивым только идиот не захочет. А дружить с идиотами тебе не надо. Ну так почитаешь мне? — умоляла она.
— Да, да... — он взял со столика книгу. Она пестрила яркой обложкой с большим драконом, а называлась «Драконья сага». Раз за разом Зак видел на обложке всё нового и нового дракона, будто это не книга так быстро менялась, а её внешний вид. Ему казалось, что частей этой «Драконьей саги» просто нескончаемое количество. Более того, Вася заканчивала их в рекордные сроки.
Зак никогда не понимал, что там происходит, потому что начинал откуда-то с середины, но ему всё равно было интересно. Он сам додумывал более ранний сюжет, и следил, правильно ли его угадал.
Вскоре язык начал заплетаться, Зак перечитывал слова по несколько раз, и тогда он попрощался с Васей. Поехал домой.
Как к нему относится Теодор?
Равнодушен ли он? Хочет ли дружить? Или его чувства к Заку вовсе взаимны?
С одной стороны — Тео говорил ему, что они не близки; Тео игнорирует его теперь; он никогда не говорил ничего о своей привязанности. И Зак бы даже не подумал при таком раскладе ни о каких чувствах с его стороны, но он вспоминал, как Тео показал ему секретное место; как взял за руку тогда в классе (взял за руку!); как навестил во время болезни; как давал спать у себя на коленях (!!!). И когда Закат вспоминал об этом, то румянец беспощадно красил его лицо, а сердце начинало отчётливо ускоряться, так что он хватался за грудь, как если бы у него случился инфаркт.
Неужели Теодор действительно его любит? Этого не может быть, это какой-то бред! Но если бы Зак услышал все эти доводы со стороны, то у него не осталось бы сомнений. Сейчас же он просто не мог в это поверить.
Эта мысль крутилась в его голове и вертелась, снова не давая заняться уроками. Задача про двух велосипедистов совершенно не хотела себя решать. Откуда-то появился третий, потом пропал, потом и второй тоже уехал. Остался первый. Ехал навстречу, а навстречу кому — непонятно.
Надо разобраться с этим раз и навсегда, чтобы потом уже не возвращаться. Прекратить эти навязчивые мысли о Теодоре, иначе Зак совершенно запустит учёбу, а этому нельзя дать случиться! Личная жизнь — это, конечно, важно, но и оценки тоже важны. Он же не хочет ударить в грязь лицом и растерять всю нынешнюю продуктивность из-за одной какой-то влюблённости...
Зака смущала сама мысль, что впервые, когда он влюбился в парня, эта любовь может быть взаимной. Ведь такого просто не бывает! Если ты гей, то терпи, что почти любой твой объект обожания будет с обычной ориентацией. Или нет? Или это не так работает? Может, это типа «рыбак рыбака видит издалека», и геи влюбляются только в геев? Чувствуют их???
Почувствовал ли Зак Теодора? Тот ли он самый? Или ему вообще всё равно — он просто всегда тактильный, всегда заботливый в меру характера, а Закат увидел в этом какие-то намёки? Ведь он никогда не видел, как Тед ведёт себя с друзьями. У него и друзей-то нет. Вернее, может, есть, но не в школе. А вдруг он ведёт себя с ними точно так же? Вдруг тоже даёт спать на коленях, держит за руку и дарит большие подарки? Почему-то эта мысль вызвала противное жжение в груди, протест, возмущение. Вероятно, так чувствуется ревность.
Если бы Зак так и не узнал Тео поближе, он бы в жизни не подумал, что в его характере заботиться о других, всегда делиться, быть тактильным. Хотя может ли это вообще быть в чьём-то характере? Ведь мы проявляем такое внимание только если человек нам... дорог.
Надоело гадать. Это ни к чему никогда не приведёт. Интернет знает ответы на все вопросы, и сейчас тоже должен помочь.
«Как узнать, любит ли тебя человек?»
Здесь было много тестов, много списков. Закат начал читать их и загибать пальцы.
1. Он постоянно сдувает с тебя пылинки.
Что ж, не прям... Но заботится — это точно.
2. Он внимателен к твоему настроению.
Да, он часто замечает, что Зак сонный.
3. Он интересуется твоей жизнью.
Он часто спрашивает о ней.
4. Сам тебе звонит.
Они не звонят друг другу, но Тео часто, даже почти всегда, пишет ему первый.
5. Он часто смотрит на тебя/тебе в глаза.
Даже слишком часто!
6. Он часто к тебе прикасается.
На этом пункте Зак уже понял, какой итог получится у него после этого теста, и его щёки загорелись.
Он дарит тебе подарки, он постоянно с тобой, он помогает... На это просто нет смысла отвечать — всё да. И осознание этого факта пугает.
Тео любит Зака по всем признакам!
Да, это признаки с левого сайта из интернета. Но они ведь все верны! Если бы был хоть один подвох, хоть где-то загвоздка — нет. Всё верно. Этот сайт кричал: «Он тебя любит!», и Зака это так напугало, что он вышел обратно на домашнюю страницу. Выдохнул. Нажал на другую ссылку. Это был тест.
Он отвечал почти на те же вопросы, только теперь ему предоставили персональный результат, который уже не удивил:
«Скорее всего, этот человек влюблён в вас».
Зак отказывался верить. То ли не хотел, то ли действительно это было нереалистично. Ну не могло ему так повезти, не могло так случиться. Не может этого быть. Да, все факты говорят против, и это страшно. Только больше путает. Нужен совет. Иначе Зак сойдёт с ума.
— Бабушка... — он заглянул на кухню. Бабушка сидела там и смотрела телевизор. Когда внук зашёл, она убавила звук. — Мне кажется, что я влюбился, — он решительно опустился на стул.
Бабушка вздохнула и улыбнулась:
— Ну, этот день непременно должен был настать.
— Но я не уверен! — поспешил предупредить её Зак, хотя сам был почти уверен. — Я не понимаю, что я чувствую, и немного сомневаюсь...
— Это тебе скажет только твоё сердце. Но, думаю, что если у тебя есть подозрения, то ты не ошибаешься.
— Я не знаю, любит ли меня... она. Я очень боюсь, что это не взаимно, но я не знаю...
— Какие есть признаки, что она может тебя любить?
— Ну... она иногда держит меня за руку, заботится, делает комплименты, защищает... — пока Зак перечислял, он сам почти убедил себя в том, что это точно взаимные чувства. Вот только сомнения, сидящие где-то в животе, не давали этому поверить.
— Так почему ты все ещё не уверен? Она любит тебя, конечно.
Это и ожидал Зак услышать.
— Но она очень открытая, она ведёт себя так много с кем, и я сомневаюсь, что это всё не дружеские жесты, — Зак понимал: какой же Тед открытый? Как раз наоборот, он ни с кем, кроме Заката, не общается, тем более не общается так.
— Если ты действительно хочешь понять — просто посмотри ей в глаза. Глаза никогда не врут. Они всё тебе скажут.
Глаза, значит, да? Зак боится, что утонет в них. Впрочем, избежать взгляда Тео у него не выйдет, так что даже интересно — что теперь Зак увидит в его глазах, если присмотрится?