Глава 9.
Утром в окно постучала оранжевая птица, разносящая гербовую бумагу. Как мы и предполагали накануне, пришло извещение из дворца: нас всех вызывают на аудиенцию к Его Императорскому Величеству и Верховному Дракону.
Я критично оглядела своё бледное отражение в зеркале. Поникшие плечи, белоснежные тусклые волосы и неживая фарфоровая кожа. Образ завершили серые глаза, спросонья ставшие ещё и мутными. Пусть многие и не знали меня лично какое-то время назад, но могли запомнить на балу. Сейчас же я вновь представляла для общества чистый лист. Проблему решил посыльный феникс, дожидавшийся ответа на подоконнике.
- Ты же служишь императорской семье, да?
Умная птица склонила голову набок.
- Тогда ты не откажешься сегодня быть моим проводником, хорошо?
Птица послушно перелетела на предложенное ей предплечье.
Проходя через туманный парк, я не встретила ни одной живой души. Вдохнув воздух полной грудью можно успеть насладиться моментом тишины и величием стрельчатых сводов многочисленных окон дворца. Его архитектура порой может показаться чрезмерной в своём хитросплетении колонн и арок, но всё-таки первым впечатлением всегда будет восхищение искусной золотой лепниной.
Я без проблем прошла мимо стражников, сопровождаемая своим молчаливым спутником. Возможно, хватило бы и гербовой бумаги, но гордый феникс в руках помогал избежать лишних вопросов и разговоров во время передвижения по красным ковровым дорожкам бесчисленных коридоров. Время до аудиенции ещё оставалось, так что я зашла в застеклённый зимний сад императриц. Полный зелени экзотических растений и тёплых оттенков древесной коры он сильно отличался от сереющего за окнами пейзажа.
В Хрустальной зале напротив едва различался силуэт одинокой фигуры. Значит, отец и сейчас ждёт первые солнечные лучи. Я задумчиво провела кончиками пальцев по запотевшему от влажности стеклу. Феникс улетел, оставляя меня наедине с мыслями.
- Что ты здесь делаешь, сестра?
Я обернулась на знакомый голос. Ариэлла в простом утреннем платье выглядела не такой бойкой и энергичной, какой бывала в обычное время. Не заморачиваясь лишним этикетом и вычурностью, она словно представала предо мной без привычной маски.
- Как ты меня узнала?
- То, что мы с тобой не состоим в близких отношениях, ещё не значит, что я не узнаю свою единственную сестру. Должна признать, что тебе идёт. – Говорит надменно, но так плохо скрывает свою усталость, что я невольно начинаю ей сочувствовать. Всё-таки всё это время она работала за нас двоих. - Так что же ты здесь делаешь? Рефлексируешь по былым временам?
Я отрицательно покачала головой, возвращаясь к созерцанию сада. Первых лучей отец сегодня не дождётся – по стеклу пробежали первые капли дождя.
- Император хочет меня видеть.
- Это как-то связано с тем, что вы с герцогом так и не появились на мероприятиях?
- Тебе действительно интересно? – Спросила я скучающе.
- Может быть. – Сестра отвечала в тон мне.
- Неужели ты влюбилась в Рэйтана за один день знакомства?
Ариэлла рассмеялась. Не тем заученным смехом колокольчиком, а обычным человеческим смехом.
- Конечно же нет. Но, признаюсь, у меня были мысли выйти за него.
- И уехать в Дершир, самое удаленное от столицы место?
- Именно!
- Разве тебе плохо здесь? – Я посмотрела на холёную сестру, у которой, казалось бы, было всё, что она только пожелает. - Все девушки империи отдали бы жизни за то, чтобы прожить хоть день твоей.
- Я не буду спорить с тобой и доказывать, что к нам с тобой здесь равное отношение. Но ты никогда не думала, что возможно из нас двоих повезло не мне, а тебе? По крайней мере ты свободна.
Я не нашла слов, чтобы ответить ей. С детства у неё было то, чего не было у меня – любовь родителей. Но я не знала, как Элле живется во дворце. Испытывала ли она все эти годы то же одиночество? Ещё немного постояв, мы так же молча вышли из сада, расходясь в разные стороны.
Один из жилых коридоров дворца, ещё более помпезный и вычурный, чем предыдущие. Императорская стража через каждые три метра. Стоят неподвижно, как статуи, но на самом деле зорко следят своим орлиным взглядом. Дальше – покои отца. Я не осмелилась идти в ту сторону, ёжась от воспоминаний о прошлом визите, и сама не заметила, как ноги привели меня к дверям детской. Нет, это больше не детская, а я больше не ребёнок.
Я поймала себя на мысли, что хочу, чтобы дверь отворилась, а за ней сидела крошечная Лина со своей мамой и играла в игрушки. Вокруг были бы мамины фрейлины, такие воздушные и знающие всё на свете, похожие на прекрасных фей. Они бы тихо вышивали и читали у окна, заливающего комнату солнечным светом, а мама бы рисовала вместе со мной ярких бабочек. У неё это так хорошо получалось. Так же хорошо, как и петь. И они бы пели маленькой Лине все вместе, по очереди качая на руках, пока она не уснёт… Я прикрыла глаза и не заметила, как холодная дверная ручка тихо повернулась, пропуская внутрь. Картинка из моего воображения предстала наяву. Нет. Глаза меня обманывают. Реальность серее и даже расписные игрушки уже не такие яркие, а на пыльном полу совсем нет семейной идиллии, только одинокий маленький мальчик, катающий модельку кареты. Я испугалась и сделала шаг назад, а он, кажется, не обратил на меня никакого внимания… Что здесь делает ребёнок? Покои ведь были закрыты ещё неделю назад.
Судя по одежде, он из очень богатой семьи. Возможно, сын какого-то графа или герцога, прибывшего во дворец. Даже если мальчик и сбежал от родителей, это не мои проблемы. Если ему нравится, то пусть играет здесь, сколько захочет, правда в комнате слишком темно из-за дождя за окном…
- Ähi.
Я прошептала заклинание, зажигая маленькие светящиеся огни под потолком. Конечно, у магов огня, свечей и каминов получилось бы лучше, но в помещении и так стало значительно светлей. Я уже хотела было прикрыть за собой дверь и уйти, оставив ребёнка в одиночестве, но мальчик неожиданно замер, остановив свой игрушечный экипаж.
Сердце защемило, когда мои глаза встретились с его небесно-голубым взглядом. Ни один ребёнок не был так похож на отца, как этот. Пусть даже его кудри обрамляли лицо совсем белыми пружинками, а кожа почти просвечивала, предо мной словно предстал детский портрет императора, хранящийся в покоях моей почившей бабушки…
- Ты призрак? – Он спросил это будто между делом, возвращаясь к своему занятию. Игрушечный экипаж вновь покатился, сопровождаемый уже шестеркой лошадей. – Я часто вижу призраков в этой комнате. Они все красиво пели, но уже так давно не приходят. Ты споёшь для меня?
Мальчик посмотрел на меня с надеждой. Его чистые серые глаза заглядывали в душу, заставляя сердце беспокойно и беспорядочно биться. Не дождавшись ответа, ребёнок грустно вздохнул и отвернулся.
Я прошла в комнату и села на диван, внимательно наблюдая за его спиной. Он такой хрупкий и нежный, сколько же ему, четыре?
- Мне уже шесть.
Я не заметила, как он оказался прямо рядом со мной на том же диване.
- Ты Эдвард, да? – Мой голос дрогнул.
- Так называет меня мама, когда сердится. – Эдвард нахмурился. – Я Эди.
Младший брат спрыгнул с дивана, хватаясь своей маленькой ладошкой за мою руку.
- Пойдём со мной.
Он подвёл меня к окну. Я успела заметить, что его кожа холодна. Намного холоднее, чем кожа живого человека.
- Смотри, там собачки. – Мальчик ткнул пальцем в запотевшее стекло. - Из-за них мне нельзя выходить на улицу.
Приглядевшись, я увидела уже знакомую свору. Скалясь, они переводили горящие взгляды с меня на ребёнка. Конечно, сюда им не пройти. Этот дворец так стар, что защищался не одним поколением магов. Хоть подобная нечисть и не по их части, но магическая защита тут действительно мощная.
Один из псов сделал шаг вперёд, демонстрируя окровавленные клыки.
- Не смотри туда, Эди. – Я присела, загораживая вид на свору своим телом. Мне пришлось взять мальчика за руки, чтобы привлечь его внимание, но он смотрел словно сквозь меня.
- Они ждут меня. – Он кивнул. - Мне уже давно пора уйти.
Не успела я что-то ответить, как дверь в комнату распахнулась с такой силой, что на стене остался отпечаток дверной ручки.
- Эдвард! Эдвард, отойди от неё!
Ураганом, по семейной традиции, в комнату ворвалась императрица. Упав на колени, она подхватила сына на руки, прижимая к груди. Сумасшедшим взглядом она осматривала Эдварда, ища на нём признаки телесных повреждений.
- Всё в порядке, мама. Мы с сестрёнкой просто болтали. – Оправдался мальчик совсем тихим голосом.
Тут уже мы обе уставились на него.
- Я ему ничего не говорила. – Да я и сама только недавно поняла, что мы родственники.
Голубые глаза метали молнии и смотрели максимально враждебно. С одной стороны, я могла её понять, но с другой… Почему-то в моей голове всплыли воспоминания о той ночи, о кричащей Ариэлле и об отце, направившим на меня меч.
- Тебе стоит боятся не меня, а смерти, идущей по пятам за этим ребёнком, Габи. – Я поднялась и направилась к выходу. Ненавижу эту семью за их предрассудки. Ненавижу их за всё. Глаза защипало, а горло сдавили спазмы, распространяющиеся по телу до самого сердца, на котором появилась ещё одна глубокая царапина.
Не знаю, поняла ли императрица смысл моих слов, но я уже стояла у дверей, ведущих к императору.
- Ты опоздала. – Заметил он невозмутимо.
В комнате располагалось сразу два трона. Один, золоченный и инкрустированный аметринами, аметистами и цитринами, для отца, другой, стальной, острый, строгий – для Верховного. Перед последним я присела в реверансе. Рэй и Брайт стояли напротив. Заметив меня, они повернулись и посмотрели одинаково тревожно.
- Всё в порядке? – Рэй взял меня за руку. По сравнению с абсолютно безучастным отцом этот жест… Да не только этот, даже хоть как-то заинтересованный во мне старый дракон уже проявлял больше теплоты и внимания.
Я выкинула из головы все мысли.
- Увиделась с братом.
- Лина… - Рэй тихо прошептал, - Филипп и Фэшер только что были здесь.
В ответ я сжала его руку, покрепче сплетая наши пальцы, и, наблюдая за реакцией отца, с вызовом произнесла:
- Я виделась с младшим братом.
Император приподнялся над троном, явно собираясь что-то сказать. Камни за его спиной вспыхнули и заискрились. Столько лет прошло, а привычки всё те-же: бежать, хвататься за меч, спасать… Я разочарована.
Момент прервал Верховный.
- Сыновья уже рассказали всё в общих чертах. Думаю, они ничего не пропустили. – Так он намекнул, чтобы я ничего лишнего не говорила.
А я и не собиралась.
Дальше они обсуждали формальности и принятие мер по защите от ведьм. Я с куда большим интересом наблюдала за рисунком дождя на стёклах.
- Драконы покинут дворец через два дня. - Это заявление было неожиданным для всех.
Император и Брайтон кивнули, принимая этот факт, а Рэй, чьи планы определённо были нарушены, вышел вперёд, потянув меня за собой. Я догадалась, о чём он хочет сказать. Догадался и Брайт, на лице которого промелькнула тень… разочарования и сожаления?
- Ваше Величество! – Дракон привлёк внимание.
- Да? – Отец впервые посмотрел прямо на Рэя. Абсолютно не понимая эмоции на их нечитаемых лицах, я заволновалась.
- С вашего позволения, я хотел бы сделать предложение руки и сердца вашей дочери. – Он сказал это так прямо, что я, по началу немного растерянная, переняла его уверенность.
Мы выстояли ещё несколько минут гнетущей тишины, после которой император и дракон пожали друг другу руки. С души упал камень, и тут же навалилась целая гора, когда отец бесцветно произнёс:
- О чём и говорила твоя мать.