Эмми и Хейл

Ночь. Дом Арджентов
План был прост и, по мнению Дерека, самоубийственен. По мнению Эмми, он был логичен, исходя из доступной информации.
Они сидели в черном Камаро, припаркованном на некотором расстоянии от большого, неприметного дома Арджентов. Эмми была одета в темные, мешковатые штаны и обтягивающий топ под черным худи. Идеально для стиля streetwear и для незаметного проникновения.
— Дерек, еще раз, — тихо сказала Эмми. — Где находится хранилище?
— Подвальный уровень. За котельной, — прорычал Дерек. Он сидел напряженный, как сжатая пружина. Он не мог использовать свои силы на полную, чтобы не выдать себя обостренным чутьем Арджентов. — Главное правило: не трогай ничего.
— Я собираюсь сфотографировать образцы аконита и, возможно, украсть небольшой кусочек пергамента с формулой. Это не "ничего", — поправила его Эмми.
— Это все, — Дерек повернулся к ней, его глаза сверкнули. — Если тебя поймают, они не будут спрашивать, зачем тебе аконит. Они будут стрелять.
— Не будут, — уверенно ответила Эмми. — Кодекс. Ты сам сказал. Они не тронут невинную. А я пришла, чтобы взять образец для научного анализа. Моя история — железная.
— Они не поверят, — Дерек схватил ее за руку, его хватка была сильной, но осторожной. — Ты должна...
— Я должна идти, пока ты не привлек внимания своим адреналином, — перебила Эмми. — Я миниатюрна и тиха. А ты сиди здесь и будь моим навигатором на случай тревоги.
Она выскользнула из Камаро, не дав ему ответить.
Проникновение оказалось на удивление легким. Окна в подвал были старыми и имели слабую систему безопасности, которую Эмми, обладающая природной ловкостью и терпением, обошла за несколько секунд.
Внутри пахло пылью, металлом и... порохом.
Эмми быстро нашла котельную. За ней была неприметная дверь, замаскированная под стену. Ее аккуратный носик сморщился.
— Очень оригинально, — прошептала она с сарказмом, доставая из кармана тонкую отмычку (навык, полученный от скуки).
Через пять минут щелчок возвестил об успехе. Эмми вошла в хранилище.
Это была не просто комната. Это был арсенал. Стены были увешаны серебряными кинжалами, арбалетами, винтовками и пакетами с порошками. Эмми почувствовала от всего этого холодный, неестественный запах.
Ее взгляд сразу приковался к полке с маленькими баночками. Волчий Аконит в различных формах: сухой порошок, жидкость, капсулы.
Эмми достала телефон и начала методично фотографировать все, что могло иметь отношение к химическому составу ядов и оружия. Она работала быстро, ее движения были точными.
Она нашла папку, отмеченную как "Синтез А. Л.". Открыв ее, Эмми увидела схемы. Это была не просто формула аконита, а схема молекулярной модификации.
— Вот оно, — выдохнула она, ее сердце стучало от волнения. — Они делают его сильнее. Это модифицированный нейротоксин.
Эмми быстро сфотографировала главную страницу.
В этот момент она услышала шаги на лестнице над собой. Тяжелые, уверенные шаги.
Связь!
Она нащупала в кармане маленький пустой контейнер. Ей нужен был образец. Быстро, очень быстро. Она открыла баночку с сухим порошком Аконита и насыпала в контейнер буквально несколько крупинок.
Затем она нырнула под стол, покрытый брезентом.
Дверь хранилища открылась. Вошел Крис Арджент, отец Эллисон. Он был высоким и выглядел так, будто сам мог бы охотиться на оборотней голыми руками.
Он прошел прямо к полкам и начал что-то перекладывать. Эмми лежала под столом, затаив дыхание. Ее сарказм исчез. Осталась только чистая, животная потребность в выживании.
Ее сердцебиение, которое обычно было тихим и размеренным, теперь колотилось, как барабан.
БИП!
Через секунду раздался тихий, почти неразличимый писк. Это был её телефон — уведомление о полной зарядке. Она забыла выключить звук.
Крис Арджент замер. Он медленно повернул голову.
— Кажется, крыса, — сказал он. — Или, может быть, маленькая, очень глупая девочка.
Он направился к столу. Эмми знала, что у нее есть секунда.
Она выскользнула из-под стола, как пробка из бутылки. В руках у неё не было оружия, но она знала, что делать.
— Меня зовут Эмми, — произнесла она, глядя прямо на Криса Арджента. Ее голос был удивительно ровным. — Я здесь для научного исследования.
Крис Арджент был ошеломлен. Он ожидал оборотня, но увидел миниатюрную девушку в худи с большими, почти черными глазами.
— Научного исследования? В моем подвале? — его голос был ледяным.
— Да. Ваши "обороты" — это биологический феномен, — уверенно ответила Эмми. — И ваша "защита" основана на нейротоксинах. Я знаю о Кодексе — вы не охотитесь на невинных. Я невинна. Я здесь, чтобы спасти своего друга от патогена, который вы называете оборотнем.
Крис медленно опустил руку, не отводя от нее взгляда.
— Ты знаешь, кто мы?
— Охотники. Я знаю, — кивнула Эмми. — И я знаю, что вы, вероятно, используете не только аконит, но и другие химические ингибиторы. Я хочу это изучить. Если вы действительно следуете Кодексу, вы не причините вреда человеку, который просто пытается спасти другого.
Напряжение в комнате было невыносимым. Эмми стояла, маленькая, хрупкая, но ее глаза выражали абсолютную логическую уверенность. Она была ее лучшей защитой.
Крис Арджент пристально смотрел на нее. Наконец, он усмехнулся. Очень хищно.
— Уходи, девочка. И никогда больше не возвращайся. Если я увижу тебя здесь снова, твой "научный интерес" не спасет тебя.
Эмми не стала спорить. Она развернулась, держа в кармане драгоценный контейнер с ядом.
Когда она вылезла из подвала, Дерек был тут как тут. Он схватил ее, прижав к боковине Камаро.
— Что, черт возьми, произошло? Я слышал шаги! Я почувствовал твой запах! Ты в порядке?
— Я... — Эмми попыталась отдышаться. — Я в порядке. Я применила метод логического отвлечения. И... у меня есть образец.
Дерек посмотрел на ее растрепанные темные волосы, на ее бледное, но упрямое лицо. Он нежно взял ее лицо в ладони, его глаза были полны невыраженного беспокойства.
— Ты могла умереть, — прошептал он.
— Но я не умерла, — ответила Эмми, чувствуя его тепло. — И теперь у меня есть факты. Ты спас меня инстинктом. Я спасла себя логикой. И теперь мы можем приступать к синтезу.
Дерек отпустил ее, пораженный. Она была самой нелогичной, самой опасной и самой захватывающей вещью в его жизни.
Он заставил ее сесть в машину. И впервые Дерек Хейл не стал ругаться. Он просто молча поехал, понимая, что его жизнь только что стала намного сложнее — и намного интереснее.