Глава 23
Крыло сидел перед клеткой, пристально глядя на Лиану. Его глаза блестели, как угли в темноте. Он чуть склонил голову и заговорил мягко, почти ласково:
— Знаешь, Лиана… я думаю купить другое место. Настоящее владение, куда переселимся мы все. И мои рабы пойдут со мной. И ты, Лианочка. — он подчеркнул каждое слово, будто смакуя. — Я хочу, чтобы у нас было своё… особенное место.
Лиана молчала. Она прижимала к себе котят, которые мирно спали, не понимая, какой мир их ждёт.
Крыло подошёл ближе, облокотился о прутья клетки.
— Я тебя люблю. Очень сильно. — его голос стал тягучим. — Когда же ты скажешь мне, что тоже любишь меня, а? Наши котята красивые… Они будут сильными. Когда подрастут и начнут есть сами, я их заберу. Они будут воспитываться так, как нужно мне.
Лиана медленно подняла взгляд. В её глазах не было ни ненависти, ни отчаяния. Только тусклое отражение света факелов. Её губы дрогнули.
— Я… люблю тебя, — едва слышно произнесла она.
Эти слова прозвучали чужими даже для неё самой. Но Крыло улыбнулся широко, довольный, будто получил долгожданный трофей.
— Вот так… — прошептал он, глядя на неё с триумфом. — Так-то лучше. Наконец-то.
Он выпрямился, в его глазах сверкнула гордость.
— Я побуду ещё день дома, — сказал он, — а завтра уже полечу к Торговцу. Дела ждут. Но теперь я спокоен.
Крыло ушёл в свои покои, а Лиана осталась сидеть, неподвижная, как статуя. Котята сладко спали рядом, а её сердце стучало глухо и медленно. Она понимала — сказала то, чего от неё ждали. И этим купила ещё немного тишины для них.
Утро только вставало. Первые лучи солнца мягко коснулись стен лагеря, окрашивая всё вокруг в золотистые оттенки. В воздухе стоял прохладный ветерок, и Крыло, раскинув свои тяжёлые крылья, впервые за долгое время смог взлететь. Раны и старые боли ещё отзывались тупой ноющей тяжестью, но крылья держали его, и этого было достаточно.
Он поднялся выше, в лицо ударил поток воздуха, разметавший его гриву. На груди у него висела сумка, где хранились четыре легендарные чешуйки. Всего лишь четыре — хотя на самом деле у него было гораздо больше.
— Хитрость, — пробормотал он себе под нос, криво усмехаясь. — Надо уметь скрывать своё настоящее богатство. Если показать всё, Торговец потеряет голову, начнёт жадничать, или хуже — задумается, стоит ли оставлять меня в живых. А так… всего четыре. Достаточно, чтобы вызвать у него трепет и жадность.
Он прижал лапу к сумке, словно проверяя, на месте ли сокровище. Чешуйки внутри переливались, тихо звеня, будто звуки застывшего времени.
Ветер уносил его всё дальше от лагеря. Внизу проплывали леса и реки, дальние холмы и руины, наполняя его взгляд смесью жадного восторга и злобы. В мыслях уже строились планы: новое владение, куда он переселит всех рабов, клетка для Лианы — прочнее и мрачнее, чем прежняя, особое место для котят, которых он оставит себе.
— У меня будет всё, — прорычал он сквозь зубы, вдыхая холодный воздух. — Всё, что принадлежит крови драконов, будет моим.
Он не спешил, летел размеренно, экономя силы. Впереди его ждал Торговец, и предстояло сыграть свою роль: обмануть, показать только часть находок и заставить ценить каждую из этих чешуек так, как будто они бесценны.
Дорога до башни Торговца заняла больше времени, чем рассчитывал Крыло. Его крыло ещё побаливало после долгого падения в подземелье, но он держался, стиснув зубы. Вскоре на горизонте показалась высокая башня, обнесённая стеной и сторожевыми площадками. Каменные плиты сияли в утреннем свете, будто сама крепость смотрела на всех свысока.
Когда Крыло опустился перед воротами, стражники сразу вскинули копья, перекрывая ему путь.
— Стой! Кто идёт? — один из них шагнул вперёд, узнав в крылатом силуэт. — Чужаков не пускаем.
Крыло лишь хищно оскалился и пошёл прямо, будто и не слышал их слов. Его шаги были тяжёлыми, уверенными, крылья полурасправлены — в каждом его движении было столько силы, что стражники невольно дрогнули. Взгляд одного из них метнулся к соседу, затем к самому Крылу, и наконец кто-то прошептал:
— Это он… пропустите.
Копья дрогнули и опустились. Ворота медленно раскрылись, пропуская его внутрь.
Крыло вошёл в коридоры башни, стены которых были украшены драгоценными тканями и коврами. Запах благовоний смешивался с пылью и железом. Он шёл прямо, не торопясь, когти цокали по камню, отражаясь в гулком эхо.
И вдруг — движение сбоку. Из-за колонны вышла юная кошка. Чёрная, с мягкими серыми полосами, будто пепел пролегал по её телу, и огромные светло-зелёные глаза, сияющие в полумраке. Она замерла перед ним, а затем неожиданно низко поклонилась.
— Я… меня зовут Зелёная Лиана, — её голос дрожал, но в нём была странная настойчивость. — Возьми меня… сделай своей рабыней. Я сама хочу этого.
Крыло резко остановился. Его глаза сузились, усы дрогнули от раздражения, а затем губы растянулись в кривую усмешку. Он сделал шаг вперёд, и кошка едва заметно попятилась назад, но тут же снова замерла.
— Ты меня боишься? — его голос прозвучал низко, глухо, будто рык, и лапа тяжело легла ей на спину, прижимая к полу.
Зелёная Лиана вздрогнула, тело её затряслось мелкой дрожью. Глаза засияли ещё ярче, в них был и страх, и отчаяние, и странная готовность. Она кивнула — еле заметно, будто боялась, что любое движение разозлит его ещё сильнее.
Крыло усмехнулся и резко отнял лапу.
— Сейчас не время. Мне нужен Торговец. После — решу, что делать с тобой.
Он отвернулся, но она бросилась за ним.
— Пожалуйста! — её голос сорвался на крик, эхом отразившись от стен. — Забери меня! Я умоляю! Я не хочу оставаться здесь!
Эти слова эхом разлетелись по коридорам. Стражники, оставшиеся у входа, переглянулись, но не вмешивались. И тогда терпение Крыла лопнуло. Он резко развернулся, ударил её лапой так, что она отлетела в сторону и скривилась от боли.
— Замолчи! — рявкнул он так, что воздух задрожал.
Кошка вскрикнула, но снова попыталась подняться, снова смотреть на него. Тогда он ударил её ещё раз, тяжело, обрушивая всю злость. И лишь после этого, когда она лежала, задыхаясь от боли и всё равно глядя на него умоляющими глазами, Крыло резко вздохнул и отвернулся.
В этот момент дверь впереди тихо приоткрылась, и появился Торговец. Он молча наблюдал за сценой, но ничего не сказал. Лишь кивнул, приглашая пройти.
Крыло встряхнул крыльями, бросив последний взгляд на изломанную фигуру Зелёной Лианы, и шагнул в кабинет. Тяжёлая дверь закрылась за ним, и коридор вновь погрузился в тишину.
Тишина, пронзённая только его тяжёлым дыханием и тихим стонами кошки.
В кабинете Торговца царила полутьма. Тяжёлые шторы не пропускали утренний свет, и лишь несколько масляных ламп колыхались, отбрасывая тени на стены. Воздух был насыщен запахом старых свитков, золота и чего-то ещё — сладковато-гнилого, как от древних тканей, пролежавших века.
Крыло медленно достал маленькую магическую сумочку. Его движения были осторожными, как у зверя, прячущего добычу. Он раскрыл её и высыпал на стол четыре сияющих чешуйки. Лампы вспыхнули в их отблесках, и вся комната словно ожила.
Чешуйки были легендарные. Каждая сияла своим светом: серебристая с голубыми переливами, другая словно живая — тёмно-алого оттенка, третья напоминала лунный свет, четвёртая — густо-зелёная, будто в ней заключён лес. Они лежали на столе, как само воплощение древней силы.
Торговец не шевелился. Он лишь смотрел. Его глаза расширились, дыхание перехватило, и в кабинете воцарилась ещё более густая тишина. Лишь через несколько мгновений он поднял взгляд на Крыла.
— Ты… был в подземелье, — наконец хрипло сказал Торговец, и его голос был как сухой шорох бумаги.
Крыло наклонил голову, оскалившись в усмешке.
— Глубже, чем кто-либо осмеливался. Я бродил неделями, ломал себе крыло, падал в бездны… и всё ради этого. — Его когти коснулись чешуек, и глаза вспыхнули жадным огнём. — Я принёс не всё. Но то, что ты видишь… достаточно, чтобы купить себе не только власть, но и бессмертную память.
Он резко выдохнул, словно прогоняя наваждение, и продолжил:
— Мне нужен замок. Восточный лес, тёмные дубы. Густая чаща, в которой даже солнце не пробивается. Построй там крепость. Большую. Огромную. Я хочу коридоры, тайные залы, скрытые ходы, о которых буду знать только я. Пусть стены будут толще самой скалы, пусть ворота будут как пасть дракона. Мне нужен дом, куда никто не проникнет. Дом, что станет символом моего имени.
Голос Крыла дрожал от азарта. Хвост его метался по полу, когти скрежетали по камню стола. Он не просто просил — он требовал, как властитель, который уже чувствует себя хозяином будущего замка.
Торговец не ответил сразу. Он медленно потянулся к чешуйкам и, словно боясь, коснулся одной лапой. Тепло от неё пронзило его тело, и он едва заметно дрогнул. Взгляд его стал жадным, но он быстро отвёл глаза, будто боялся показать истинное желание.
— За одну такую чешуйку можно купить армию, — прошептал он. — За другую — целое королевство. С такими дарами можно править миром… или разрушить его.
Крыло наклонился ближе, его дыхание коснулось уха Торговца.
— Тогда цени мою щедрость. Я отдаю их тебе. Но за них я хочу крепость.
Торговец долго молчал. Потом вытянул лапу и медленно подтянул к себе только две чешуйки. Его взгляд стал тяжёлым, но твёрдым.
— Четыре я не возьму. Возьму только две. Остальные оставь себе. Слишком большая сила, чтобы я держал всё у себя.
Крыло оскалился, в глазах вспыхнул огонь гнева. Но Торговец продолжил:
— Две достаточно, чтобы исполнить любой твой каприз. За эти две чешуйки ты получишь замок, который переживёт века. Тёмный лес станет твоим владением. Все, кто сунется туда, будут бояться даже шёпота твоего имени.
Несколько мгновений Крыло молчал. Внутри его бурлила ярость — он хотел видеть Торговца униженным, хотел, чтобы тот дрожал и вымаливал у него ещё чешуек. Но рассудок подсказывал иное: две — это всё равно безмерно много.
Он резко втянул воздух, хвост ударил по полу. И наконец он кивнул.
— Пусть будет так. Но если хоть одна стена в моём замке рухнет раньше, чем через тысячу лет… ты заплатишь за это своей кровью.
Торговец не ответил. Только глубоко поклонился, и в его глазах загорелось что-то тёмное — смесь жадности, страха и восторга.
Крыло, довольный и раздражённый одновременно, схватил сумочку с оставшимися чешуйками и прижал её к груди. Он чувствовал, что часть его силы всё же осталась при нём.
В кабинете воцарилась тишина, пронзённая лишь их тяжёлым дыханием. Две легендарные чешуйки теперь принадлежали Торговцу. Но будущее уже принадлежало Крылы.
Торговец провёл Крыла по узким переходам своей крепости. На первый взгляд замок выглядел не так велик, как потребовал хозяин руин, но внутри оказался продуманным — каменные стены, перекрытия, этажи тёмных коридоров, узкие балконы и множество закрытых дверей. Торговец говорил тихо и уверенно, показывая каждый угол как карту возможностей.
— Я не клянусь громоздкой крепостью, — произнёс он, — но это место прочное. Оно стоит на валунах и подпирается корнями старых дубов. Не так велико, как ты мечтал, но… надёжно. В подвале — камеры. Там есть клетки и потайные комнаты, соединённые лабиринтом коридоров: захочешь прятать — спрячешь, захочешь тайно выносить — никто не найдёт. Для твоих целей — самое то.
Крыло внимательно всматривался. Он ощупал камень стены, проверил толщину решёток, прощёлкал взглядом планировку. В его голове тут же начертались новые порядки, новые места для клеток, трюмов, потайных комнат — всё, чтобы содержать тех, кто будет его собственностью, и чтобы никто чужой не знал проходов.
— Хорошо, — сказал он наконец, — мне нужен такой подвал. Чтобы никто не прорывался через стены. Чтобы побег был невозможен без моей воли.
Торговец кивнул и вывел его вниз, в полумрак. Сквозь тусклый свет факелов виднелись ряды пустых клеток, толстые железные двери, сцепленные замки и узкие проходы, замыкавшиеся на перекрытия. В одной из ниш виднелось небольшое помещение, обставленное грубой мебелью — место, где можно было держать «особых» рабов отдельно от общих камер.
— Здесь можно разместить всё, — прошептал Торговец. — И коридоры эти никто не раскроет. Никто, кроме тебя.
Крыло пробежался взглядом по помещению, затем повернулся к торговцу:
— Сколько стоит? — спросил он сухо.
Торговец на мгновение задумался, затем, не отводя взгляда, произнёс:
— За такое место — условимся. За ремонт, за оформление, за передачу — семь болотных чешуек. Это цена, и она покрывает всё. Плюс — я привожу людей, которые знают, как замуровать двери и поставить ловушки.
Крыло на мгновение поморщился, но быстро решил — семь чешуек — мизер по сравнению с тем, что он получил уже в пещере. Он бросил взгляд на сумку, где хранил часть своих запасов, и, не торопясь, высыпал семь матовых болотных чешуек на стол. Металл и камень отразили тусклый блеск.
Торговец взял чешуйки, провёл по ним лапой, словно взвешивая удачу, и кивнул:
— Вроде бы договорились. Завтра всё начнёт строиться. Но есть ещё одно: у меня здесь есть одна девка… — он зловеще улыбнулся. — Думаю, она тебе подойдёт.
И тут же приказал: «Привести её».
В коридоре послышался приглушённый скрежет, шаги. Присланные люди открыли дверь — и внутрь привели Зелёную Лиану.
Она была ещё молода: чёрная с серыми полосами, как пепельные штрихи по шёрстке, а глаза — светло-зелёные, большие и настойчивые. Но теперь эти глаза были полны страха: её дыхание было учащённым, уши прижаты. Она ступила на холодный каменный пол и, едва заметно, склонила голову, в готовности к приказу.
— Ты точно хочешь её? — Торговец произнёс почти шёпотом, но в голосе слышалось предупреждение: он знал цену, и он знал риск.
Крыло подошёл ближе медленным шагом. Его тень упала на Лиану как купол. Он обвёл её взглядом — не спеша, со свойственной ему расчетливостью.
— Ты понимаешь? — спросил он, и в голосе его был лед. — Я очень жёсткий хозяин.
Зелёная Лиана едва дрогнула. Сердце её колотилось, но в глазах мелькнула та самая упорная решимость, что когда-то привела её к нему. Она сжала лапы, голос её дрожал, но ответ проскользнул тихо:
— Да. Я… я хочу быть твоей. Я готова.
Крыло секунду молчал. Затем, словно удовлетворённый ответом, он опустил лапу и положил на стол одну болотную чешуйку — как оплату за неё. Торговец принял и эту плату, лишь слегка прищурившись: цена маленькая, но выбор сделан. Он знал, кто такой Крыло, и понимал, что та «маленькая» плата не равна цене, которую придётся платить впоследствии — ведь в обмен он получил спокойствие, связи и дальнейшие сделки.
— Пусть будет так, — торжественно произнёс Торговец. — Я оформлю передачу. Она теперь принадлежит тебе.
Крыло кивнул. Он дал знак слугам привести оковы и нацепить на Лиану кандалы — не громоздкие, но так, чтобы лишить ей свободы. Она позволила это делать, глаза отводя в сторону, тело напряжено дрожало, но сопротивления не было.
Когда всё было завершено, Крыло слегка коснулся её подбородка когтем — жест контролируемой близости — и едва слышным, холодным голосом произнёс:
— Пойдём. Ты покажешь мне, на что годна. Если пожелаешь обмануть — знаешь цену.
Она, заковав лапы, последовала за ним, шаг её был лёгким, но изнутри всё дрожало. Торговец проводил их до ворот, молча наблюдая. Его глаза блеснули — сделка была выигрышем; но он знал и другое: в мире сильных и хитрых цена всегда возвращается сторицей.
На улице Крыло расправил крылья, заставляя воздух дрожать, и обернулся к Зелёной Лиане:
— Помни: здесь мои правила. И если ты хочешь жить — учись им повиноваться.
Её глаза лишь чуть-чуть расширились, но губы сжались. Она не кричала — только тихо кивнула, принимая то, что выбрала.
Тяжёлые ворота закрылись за ними, и в башне вновь воцарилась тишина — только пустой отголосок шагов Торговца в коридоре и шорох цепей.