Глава 19
Крыло вышел из своих покоев, шаг его был тяжёлым, уверенным, а крылья слегка расправлены — он излучал власть и силу. В зале, где собрались стражи и рабы, повисла тишина.
— Слушайте все, — его голос разнёсся по руинам, холодный и властный. — Я ухожу. На сколько — не знаю. Но приказываю: никто из вас не имеет права тронуть рабов без причины. Стражи, — он перевёл на них сверкающий взгляд, — охраняйте их. Вам запрещено калечить и убивать. Если не будут слушаться — бейте. Но без крови. Поняли меня?
Стражи опустили головы, отдавая знак согласия. Но в их глазах мелькнул страх: никто не осмеливался перечить хозяину после того, что случилось с прежними.
Крыло махнул хвостом, давая понять, что разговор окончен. Он направился к массивной двери, распахнул её с усилием, и в руины ворвался порыв сухого ветра.
— Запомните мои слова, — бросил он, не оборачиваясь. — За неповиновение расплата будет мгновенной.
Он вышел наружу, взмахнул крыльями и поднялся в небо. Его силуэт быстро растворился среди облаков.
В полёте Крыло достал свиток, тот самый, что ему передал Торговец. Пергамент хрустел под когтями, буквы, выведенные тёмными чернилами, казались живыми.
"Пустыня. Земли безжизненные, но таящие сокровища. Там стояли лагеря, часть из которых уничтожена временем, часть — тайна, скрытая песками. Остались лишь слухи о драконьих костях и о редких кристаллах, что светятся в темноте."
Крыло вчитывался, его сердце билось быстрее. Торговец говорил правду: там может быть сила, богатство, и то, что возвысит его над всеми.
Ветер хлестал по лицу, пески пустыни уже угадывались вдали, а в голове его звучали слова торговца: «Не каждый возвращался оттуда. Те, кто видел глубинные лагери, либо не дожили, либо несли с собой проклятие песков».
Крыло только ухмыльнулся. Проклятия его не пугали. Он знал одно — он вернётся сильнее.
Крыло плавно снизился и опустился на горячий, колкий песок. Воздух вокруг дрожал от жары, а песчинки будто цеплялись за лапы. Он глубоко вдохнул, оглядел пустынные просторы и прислушался к гулким эхо чужих рассказов, которые доносились до него в памяти.
"Дракон, живущий в печку…" — эти слова он помнил особенно отчётливо. Маленький по размеру, но опасный. Слишком опасный, чтобы подходить близко. А ещё — лагерь у каменных глыб, где якобы до сих пор есть жизнь, и торговцы, что обосновались неподалёку, пользуясь редкими путями через пустыню.
Эта информация была для него как находка. В груди зажглось предвкушение.
— Отлично, — хрипло пробормотал он, — значит, я не зря сюда прилетел.
Он присел прямо на горячий песок, достал свиток и нож, чтобы сделать пометки. Разворачивая пергамент, он аккуратно вывел когтем и чернилами новые строки:
"В пустыне:
— Слухи о малом драконе, живущем в жерле (опасен, лучше наблюдать со стороны).
— Лагерь у каменных глыб, возможно, ещё обитаем.
— Торговцы обосновались неподалёку — можно будет найти редкое."
Он внимательно перечитал написанное, удовлетворённо кивнул и свернул свиток. Затем вонзил нож в песок, словно отмечая точку на своей карте, и задумался.
"Сначала разведка лагеря… Торговцы мне пригодятся, а дракона в жерле трогать не стоит, пока не узнаю больше."
Жар давил на голову, пески словно нашёптывали о тайнах, скрытых под собой. Но Крыло не чувствовал страха. Лишь азарт и желание захватить больше власти и знаний.
Он снова расправил крылья, собираясь подняться в воздух и двигаться к каменным глыбам, чтобы проверить лагерь.
Крыло взмахнул крыльями и поднялся выше, но взгляд его зацепился за странное движение внизу. Из песка медленно показалась чешуйчатая голова, жёлтые глаза сверкнули, и существо снова скрылось в зыбучем песке.
"Вот ты какой… пустынный дракон," — пронеслось в мыслях Крыла.
Он осторожно спустился пониже, держась настороже, и заметил на песке блеск. Пять крупных чешуек, переливающихся оттенками золотистого и медного. Добыча сама лежала у лап.
Крыло быстро подобрал их, бросил в мешок и окинул взглядом пустыню. — Надеюсь, ты не решишься снова показаться, — пробормотал он, щурясь в сторону места, где песок всё ещё дрожал.
Собрав находку, он взмыл в небо и направился к лагерю у каменных глыб. С высоты было видно грубо сколоченные жилища, укреплённые досками и тканью, натянутой между валунами. Внизу его заметили — и реакция была далека от радушной. Несколько котов, вооружённых копьями и ножами, выбежали вперёд, глядя настороженно.
— Кто ты и чего ищешь? — крикнул один, щурясь от солнца.
Крыло приземлился уверенно, расправив крылья и сверкая глазами.
— Мне не нужна вражда, — прохрипел он. — Слышал, торговцы бывают здесь. Где они?
Охрана переглянулась, недоверчиво разглядывая его. Несколько мгновений стояла напряжённая тишина, пока один из старших не шагнул вперёд.
— Торговцы были два дня назад. Ушли к востоку, ближе к скалам. Если пойдёшь прямо туда, то наткнёшься на их лагерь.
Крыло слегка скривил пасть в подобии улыбки.
— Благодарю.
Внутри он ликовал — путь к торговцам теперь был ясен. Он развернулся, готовясь снова подняться в небо, но краем глаза уловил, как несколько котов не сводят с него настороженных взглядов.
"Боятся… и правильно делают," — подумал он, взмывая вверх и направляясь к востоку.
Крыло летел над пустыней, солнце жгло его спину, а горячий ветер шипел в ушах. Но мысли о торговцах подстёгивали его — возможно, он найдёт там редких рабов или сведения, которые помогут в его планах.
Спустя несколько часов он увидел внизу движение: тенты, повозки, несколько клеток, укрытых брезентом. Вокруг суетились коты, грузили мешки, пересчитывали товар. Это был караван торговцев.
Крыло снизился и тяжело опустился на песок прямо перед ними. Его появление вызвало мгновенную суматоху — охрана потянулась к копьям, несколько котов поспешили укрыть клетки. Но старший торговец, невысокий кот с шрамом на морде, поднял лапу, останавливая своих.
— Незваный гость, — произнёс он громко. — Кто ты такой и что ищешь у нас?
Крыло расправил крылья, чтобы его тень закрыла часть лагеря.
— Имя моё — Крыло. Торговец болотного края должен был рассказать обо мне. Я пришёл за сведениями и… возможно, за новыми жертвами.
Шрамолицый торговец нахмурился, но голос его оставался спокойным:
— Да, я слышал о тебе. Тот торговец говорил, что ты любишь брать котят, и что ты щедро платишь чешуёй драконов.
Крыло кивнул, его глаза сверкнули.
— Тогда говори: что у тебя есть? Какие лагеря неподалёку? Какие коты или существа попадаются на пути?
Торговец жестом подозвал двоих своих помощников. Те сняли покрывала с клеток. Внутри заскулили и прижались друг к другу котята — пугливые, исхудавшие, но живые.
— Эти — недавняя добыча, — сказал торговец. — Мы нашли их возле старых руин. А что до лагерей… В трёх днях пути к северо-востоку есть стан, где держат пленных. Там можно найти сильных бойцов, если знаешь, как платить. К западу же — пустынные разбойники. Но с ними лучше не связываться.
Крыло слушал, внимательно отмечая каждую деталь. Его когти слегка царапали песок — в груди кипел интерес и азарт.
— Хорошо, — сказал он наконец. — Я возьму сведения… и посмотрю поближе на этих котят.
Торговец улыбнулся уголком пасти, явно довольный сделкой.
Крыло окинул клетку с котятами холодным взглядом. Те жались к решётке, стараясь скрыться от его глаз, но ничего в них не зажгло его интереса. Он разочарованно вздохнул, махнул хвостом.
— Эти мне не нужны, — процедил он. — Но я хочу увидеть твой лагерь. Может, там найдётся что-то стоящее. Я ищу не только рабов… меня интересует новое.
Торговец настороженно прищурился, но быстро кивнул, поняв, что спорить с Крылом опасно:
— Если желаешь, можешь поехать с нами. Мы как раз возвращаемся в лагерь. Там больше товара, там удобнее торговать.
Крыло приблизился, его взгляд стал пронзительным:
— И ещё… скажи, у тебя есть останки драконов? Маленьких, но настоящих.
На миг по лицу торговца пробежала тень сомнения, но он всё же ответил:
— Есть немного. Нельзя сказать, что много — такие вещи редко встречаются. Но несколько костей, обломки чешуи, когти… у меня есть.
Глаза Крыла загорелись жадным блеском. Он сделал шаг ближе, его когти впились в песок.
— Я хочу их видеть. Сейчас.
Торговец поднял лапу, приказав слуге принести сундук. Через несколько минут кот вернулся, держа небольшой, но тяжёлый ларец, закованный в металл. Замки щёлкнули, крышка открылась.
Внутри тускло поблёскивали серые и золотистые фрагменты: тонкие изогнутые кости, будто выжженные огнём, несколько мелких когтей и два кусочка чешуи — матовых, но всё же несших на себе силу.
Крыло наклонился ближе, его дыхание стало тяжёлым. Он чувствовал, как внутри него рождается то самое чувство охотника и властелина — желание обладать.
— Это… — прошептал он. — Драконьи останки…
Торговец улыбнулся краем губы, видя его реакцию:
— Если хочешь, Крыло, у нас в лагере есть ещё кое-что. То, что я не показываю каждому. Может, именно там найдётся то, что тебе нужно.
Два дня дороги по безмолвной пустыне тянулись для Крыла как миг. С каждым взмахом крыльев, с каждым шагом он чувствовал нетерпение, будто внутри него рос огонь. Когда впереди показался лагерь торговцев, его глаза вспыхнули.
Торговец, заметив это, лишь усмехнулся и повёл его внутрь. Лагерь был окружён высокими тканевыми шатрами, укреплёнными палками и верёвками, а внутри всё дышало богатством и тайной.
— Иди за мной, — сказал торговец тихо, словно посвящая Крыла в нечто сокровенное.
Они вошли в шатёр, и там он отодвинул тяжёлую ткань, открыв потайное отделение. Перед глазами Крыла предстали сокровища, каких он ещё не видел.
Первым торговец достал длинный, узкий обломок кости — на её поверхности были тёмные прожилки, словно внутри застыли искры пламени.
— Кость детёныша огненного дракона, — произнёс он. — Говорят, из неё можно выточить клинок, который никогда не затупится.
Крыло замер, дыхание его участилось, хвост начал дёргаться от восторга.
Затем торговец вынул небольшую чешуйку, переливавшуюся мягким голубым светом, будто в ней дремал лёд.
— А это чешуя ледяного дракона. Она может сохранять холод, даже в пламени.
Глаза Крыла засияли ещё ярче.
Следом показали тонкий коготь, обломанный, но всё же острый. Торговец шёпотом добавил:
— Этот коготь принадлежал песчаному дракону. Его кровь ядовита. Даже от одного удара таким когтем жертва может погибнуть.
Крыло не мог оторвать взгляда. Он ходил от предмета к предмету, как во сне, и каждый раз, когда торговец открывал новый свёрток, в лагере воцарялась мёртвая тишина. Все знали: сейчас рядом с ними стоит кот, чьё сердце бьётся в такт с силой древних драконов.
Последним торговец достал небольшой обугленный фрагмент черепа, в котором будто застыла печаль.
— Это… остаток маленького дракона, погибшего в пламени. Многие верят, что такие кости несут проклятие. Но в них заключена сила…
Крыло наклонился так близко, что его дыхание задело обугленную поверхность. В глазах его сверкал азарт, хвост дёргался всё сильнее.
— Я хочу всё это, — произнёс он глухим голосом. — Всё. Это будет моим.
Крыло медленно достал из своей магической сумки то, что приберегал для особых случаев — несколько больших чешуй болотного дракона, матово-зелёных, с едва заметным блеском влаги на поверхности. Торговец, увидев их, едва не задохнулся от удивления.
— Ты… где раздобыл это? — прошептал он, протягивая лапы.
Крыло лишь ухмыльнулся и бросил чешую на ковёр перед ним.
— Не твоё дело. Главное, что это плата.
Торговец сглотнул, но спорить не стал. Для него такие чешуи были редчайшей ценностью, почти как золото, только куда ценнее — ведь болотных драконов почти никто не видел живыми. Он кивнул, собирая драгоценный платёж.
— Всё твоё, — сказал торговец почтительно. — Никто в лагере не осмелится прикоснуться к этим вещам.
Крыло удовлетворённо дёрнул хвостом, собирая все останки и драконьи предметы в свою магическую сумку. Его глаза блестели так, будто он держал в лапах не реликвии, а собственную судьбу.
Позднее, он снял для себя отдельную комнату в шатре торговцев — тёплую, с мягкими подстилками и свисающими тканями. Заплатил без лишних слов.
Когда он остался один, перед ним на ковре разложились драконьи кости, когти и чешуи. Он аккуратно касался каждого предмета когтями, словно проверял их живую силу. В голове рождались планы.
Коготь можно превратить в кинжал — ядовитый удар будет смертелен.
Чешуя льда — защита и холод, можно вплести в доспех или сделать амулет.
Обугленный череп… с ним можно вызвать силу, которую боятся даже сами драконы…
Он шептал себе под нос, царапая когтями ковёр, улыбаясь криво, почти безумно. Ночь приближалась, но сон не шёл. В его воображении вспыхивали картины: Лиана, смотрящая на него с покорностью; Снежная, дрожащая в клетке; рабыня-травница, склоняющая голову перед его силой.
А перед всеми — он, Крыло, облачённый в силу драконов, которого никто не сможет победить.
И только когда за окном лагеря стихли голоса и наступила глухая тьма пустыни, Крыло улёгся на подстилку, не отрывая взгляда от драконьих останков, словно от стражей его будущего.
Ночь прошла тяжело. Крыло ворочался, и лишь под утро его накрыла тьма сна. В том сне он стоял среди безкрайней пустыни, и вдруг из песка поднялся силуэт — не кости, не останки, а настоящий живой дракон. Он смотрел прямо на Крыла глазами, полными древнего огня. Взмахнул крыльями, и пески вокруг превратились в бурю. Крыло протянул лапу к этому видению, но в тот же миг проснулся, резко вскочив на лапы. Его сердце билось быстро, словно после битвы.
Он глубоко вдохнул, усмехнувшись сам себе.
— Сон… всего лишь сон, — пробормотал он, хотя в глубине души понимал, что сны не всегда приходят просто так.
Утро встретило его жаром пустыни. Выйдя из палатки, он сразу направился к Торговцу. Тот ждал его, словно знал, что Крыло придёт.
— Ну что, нашёл покой в своём сне? — усмехнулся он, поднимая мешок с товаром.
Крыло холодно взглянул.
— Мне нужны новые сведения. Ты что-то скрываешь.
Торговец вздохнул, и, понизив голос, начал рассказывать:
— На закате солнца, когда пески становятся красными, на окраине пустыни открывается подземелье. Вход скрыт днём, но ночью его можно найти по особым трещинам в скале. Говорят, там лежат останки маленьких драконов. Но… есть слух. — Он наклонился ближе. — Что в глубине подземелья хранится древняя чешуйка. Она особая… сияющая. С такой чешуёй можно купить всех рабов мира, целые города. Но никто её не видел. Никто не вернулся с подтверждением.
Крыло замер, его глаза загорелись. Кончик хвоста дёрнулся, выдавая волнение и азарт.
— Никто, говоришь? — прошипел он, и его улыбка стала широкой. — Значит, я стану первым.
Торговец только покачал головой.
— Или последним, — пробормотал он.