Он выбрал ту, что была человеком. Нетейам

POV Т/и
Мы сидели на траве, Арум рядом тихо урчал, и только лёгкий шум леса сопровождал наши мысли. Ночь была тёплая, звёзды рассыпались по небу, а лунный свет мягко освещал поляну.
Нетейам сидел рядом, но не слишком близко. И всё же его присутствие ощущалось так сильно, что мне хотелось протянуть руку и прикоснуться.
— Я... — начал он, но замялся. Его взгляд скользнул по мне, задерживаясь на моих руках. — Я видел, как ты смотрела.
Я опустила глаза. — Я... не хотела, чтобы кто-то видел, что я... ревную.
Он мягко улыбнулся. — Я знаю. — Его голос был тихий, ровный, но в нём звучала искренность. — И это... не удивительно. Я сам ревновал к Кали'эну. И я понимаю, что ты чувствуешь.
Слова оказались словно ключом. Я подняла взгляд, и впервые сдерживать эмоции стало невозможно.
— Я... боюсь, что ты... — начала я, но он мягко положил палец на мои губы.
— Не бойся, — сказал он. — Я здесь. И я хочу, чтобы ты знала... я хочу быть с тобой, несмотря ни на что.
Его слова разлились теплом по груди, растопив холод страха и смятения. Мы молчали, но молчание было уже не пустотой. Оно было мостом, соединяющим наши сердца.
Он наклонился ближе, и я почувствовала его дыхание. Сердце застучало быстрее, но страх растворялся в доверии. Его рука медленно коснулась моей щёки, нежно, осторожно, будто проверяя, согласна ли я на этот шаг.
— Т/и... — прошептал он, и в этом шёпоте было всё: ревность, понимание, желание и забота. — Можно?
Я не сопротивлялась и повернула голову, смотря в глаза, которые так манили меня. Его губы мягко коснулись моих. Сначала это был лёгкий, почти осторожный поцелуй, а потом он стал глубже, наполненный всем тем, что мы оба чувствовали: ревностью, страхом потерять друг друга, теплом доверия и впервые — признанием своих чувств без слов.
Я обхватила его рукой, и мы остались так, на траве под звёздами, сливая дыхание и сердца. Ночь казалась бесконечной, но нам больше не было нужно ничего, кроме этого мгновения.
— Я... — начал он после паузы, улыбаясь сквозь лёгкое смущение. — Я думаю, это только начало.
Я кивнула, обнимая его сильнее. — Да. Только начало.
И в этот момент на полянe не было ни страха, ни ревности, ни сомнений. Были только мы, наши сердца и первая настоящая, тихая, но уверенная любовь.

Мы всё ещё сидели на траве, обнявшись, и лес вокруг казался совсем другим — мягким, тихим, словно он сам уважал наше молчаливое признание.
— Ты всё ещё ревнуешь? — наконец спросил Нетейам, слегка улыбнувшись, будто шутит, но в глазах блестела искренняя забота.
Я фыркнула. — Конечно. Но теперь это... не так страшно. — Я наклонилась ближе, дотрагиваясь до его плеча. — Потому что ты рядом.
Он рассмеялся тихо, от счастья и облегчения. — Ты же знаешь, я тоже ревную. К Кали'эну. Даже сейчас, когда ты рядом со мной.
Я рассмеялась вместе с ним, ощущая, как напряжение последних дней уходит. — Ну, хорошо, тогда мы в равных условиях. Ревнуем друг к другу.
— Да, равные. — Он слегка прижал меня к себе. — Но разница в том, что теперь мы можем говорить об этом. Без страха, без недопонимания.
— И поцелуи помогают. — Я подмигнула.
Он скривился с притворным возмущением. — Эй, это ты так говоришь, будто это наша обычная практика!
Я рассмеялась громче. — Может, и станет! — добавила я шепотом, чувствуя, как его пальцы мягко перебирают мои волосы, словно проверяя, что я рядом.
Мы сидели так, шутя и смеясь тихо, делясь мыслями и страхами, которые раньше казались слишком уязвимыми, чтобы их озвучить. И чем больше мы говорили, тем легче становилось дышать, тем ближе становились.
— Знаешь, — сказал он после паузы, — иногда мне кажется, что ревность — это странный способ показать, что мы дорожим друг другом.
Я кивнула, прижимаясь сильнее. — А иногда это просто страшно потерять.
— Но теперь мы не одни, — добавил он, и его губы коснулись моих волос. — Мы вместе. И я... хочу, чтобы это чувство осталось.
Я улыбнулась, ощущая тепло и уверенность. — Я тоже. И оно останется.
Ночь уходила, а лес медленно просыпался. Мы остались на поляне, держась за руки, смеясь над своими ревностями и страхами, зная: теперь у нас есть что-то, что никто не сможет забрать. Лежа на траве, мы уснули.  Первый поцелуй стал началом нового доверия, новой близости и настоящей, тихой любви, которая только начинала расцветать.