Вороненок

Валера

Вода смыла кровь с моей кожи, но не смогла смыть тяжесть пережитого. Каждый мускул тела помнил напряжение последнего часа, каждый удар пульсировал в висках. Тихонько постучав, я приоткрыл дверь комнаты, где Саша и Наташа находились после всего произошедшего. Полумрак, царивший в комнате, лишь усиливал чувство нереальности происходящего.

Саша уже была в сознании. Её взгляд, встретивший мой, был не просто уставшим. Глаза, обычно сияющие ярким зеленым цветом, сейчас казались потускневшими, их блеск затуманила пелена страдания. Она лежала неподвижно, словно раненная птица, и только её огромные зеленые глаза, словно два изумруда в обрамлении бледной кожи, следили за мной. В них я увидел весь ужас пережитой ночи, весь страх, граничащий с отчаянием.

Наташа, наш верный медик, склонилась над Сашей. Её движения были спокойны, уверенны, профессиональны. Она что-то проверяла, аккуратно прикасаясь к её руке, но в её глазах я тоже увидел напряжение. Когда она наконец подняла взгляд, я увидел в них смесь облегчения и всё еще не покидавшей её тревоги.

- Инсульт, — тихо сказала она, её голос был спокоен, но в этом спокойствии слышалась скрытая сталь уверенности. - Ночной инсульт, — продолжила она, — но, кажется, все будет хорошо. Сейчас ей ничего не угрожает.

Слова Наташи были словно музыка для моих ушей. Огромное облегчение хлынуло волной, смывая с меня остатки напряжения, накопившегося за последнюю ночь. Комната была тихой, только тиканье часов на стене нарушало тишину. Саша лежала на кровати, её лицо, хотя и бледное, уже не казалось таким измождённым, как раньше. Она медленно приходила в себя, и с каждым часом её голос становился увереннее, а взгляд — яснее. Но всё ещё чувствовалась слабость, которая давала о себе знать после всего, через что она прошла.

Наташа вышла из комнаты, оставляя нас одних наедине с этой тяжёлой реальностью. Тишина, наполненная лишь тихим дыханием Саши, напоминала о том, как быстро все может измениться.

— Валер, я люблю тебя, спасибо вам... — её слова прозвучали чётче, чем раньше, но в них всё ещё чувствовалась лёгкая дрожь. Она смотрела на меня, и в её глазах, хоть и слабых, читалась глубокая благодарность. Это был взгляд человека, который понимает, что его жизнь была на волоске, и теперь, когда он спасён, слова кажутся такими незначительными по сравнению с тем, что он чувствует.

Я стоял рядом, мои руки слегка дрожали. Я смотрел на неё, и в груди смешивались тысячи эмоций: облегчение, радость, страх за будущее и бесконечная благодарность за то, что она всё ещё здесь. Я хотел сказать ей столько всего, но слова, как всегда, казались неуместными. Всё, что я мог сделать, — это быть рядом.

— Завтра... — я сглотнул, чувствуя, как комок подступает к горлу. Голос дрогнул, но я старался держаться. — Завтра мы всё обсудим. Столько всего нужно сказать, столько объяснить... — я замолчал, понимая, что сейчас это неважно. Все эти разговоры, все вопросы, которые висели между ними, могли подождать. Главное было здесь и сейчас.

Я наклонился ближе, осторожно взял её руку в свои. Её пальцы были холодными, но я чувствовал, как она слабо сжимает ладонь в ответ. Это маленькое движение говорило больше, чем любые слова. Она была здесь. Она боролась. Она хотела жить.

— Главное сейчас — ты с нами. Ты жива, — я прошептал, голос был тихим, но твёрдым. — Всё остальное подождёт. Сейчас просто отдыхай. Ты в безопасности.

Саша слабо кивнула, её глаза начали закрываться. Она была измотана, но в её лице читалось спокойствие, которого не было раньше. Она знала, что не одна. Что её любят. Что за неё будут бороться.

Я ещё некоторое время сидел рядом, не отпуская её руку. Смотря на её лицо, на её медленное, ровное дыхание, и в его сердце теплилась надежда. Мы прошли через ад, но теперь у нас был шанс.

Шанс на новое начало.

***

Зайчики, напоминаю , что у меня есть тг: княжна🫶🏻

Мне очень важно знать, ждете ли вы новую главу, понравилось ли вам. Так что в тгк можно все обсудить💋