Глава 16.
Валера
Я начал искать Сашу. Пробираясь сквозь это кровавое месиво, я чувствовал, как притупляется моя чувствительность к ужасу, как будто мой мозг пытается отгородиться от всего этого кошмара. Нашёл её в одной из комнат, лежавшую почти без сознания. Руслан был рядом с ней, его лицо было бледным, но оставалось серьезным. Врач, клонившийся над Сашей, с мрачным лицом сообщил, что у неё случился инсульт во сне, но она, к счастью, выживет. Контраст между кровавым хаосом, царившим в доме, и хрупкой жизнью, которую с большим трудом пытались сохранить, был поразителен. Это был ужас, который навсегда останется в моей памяти, неизгладимым шрамом на моей душе.
Глубокая тишина повисла в воздухе после бури насилия, словно пустота, возникшая после взрыва. Она была ещё более пугающей, чем сам ад, который мы только что устроили. Звук собственного дыхания казался громким, неестественным в этом мертвенном спокойствии. Я опустился на колени рядом с Сашей. Её тело, лёгкое, почти невесомое, казалось хрупким, как фарфоровая кукла, которую в любой момент можно разбить. Кровь медленно растекалась подо мной на полу, образуя темные лужи вокруг кровати. Я тоже был ранен, но это не сравнить с видом моего Вороненка.
Подняв её на руки, я почувствовал, как её тело дрожит от слабости, а может, и от холода. Наташа, справится, надеюсь. Она всегда была на высоте. Быстро, чтобы не терять времени, взглянул на Руслана. Вова, словно тень, появился рядом и, не задавая вопросов, грубо, но быстро, скрутил его.
И тут, из её бледных, почти прозрачных губ, вырвался еле слышный шёпот, словно едва уловимый звук ветра, проносящийся сквозь заросли.
- Не... убивайте... Руслана... – прошептала Саша, её голос был настолько слабым, что я еле расслышал слова. - Он... помог... Он... нам нужен...
Эти слова повисли в воздухе, тяжелые и наполненные скрытым смыслом. Я передал их Адидасу, который стоял рядом, лицо его было непроницаемо, как каменная стена. Что делать с Русланом? Его участие в этом кошмаре было неоспоримо, но слова Саши... они заставили меня задуматься. Разве мы имеем право решать его судьбу, после всего, что произошло? Или же это просто очередной выбор, который нужно сделать в этом ужасном, безумном танце смерти?
Мы молча направились к машинам, оставляя за собой этот дом, превращённый нами в место невообразимого ужаса. Чувство вины, смешанное с усталостью и неопределенностью будущего, давило на плечи ещё сильнее, чем запах крови и пороха, который впился в наши одежду и кожу. Запах, который, я знал, останется со мной навсегда. Оставляя позади не только этот дом, но и часть себя, потерянную в кровавом хаосе этой ночи. Оставляя позади вопросы без ответов, и решение, которое необходимо было принять, взвешивая жизнь человека против всего, что мы сделали.
***
Рауль лежал на земле, безжизненное тело, искаженное болью, его лицо было перекошено в гримасе невыносимых страданий. Вахит, лицо которого оставалось непроницаемым, без единого слова, словно груз, швырнул его в багажник машины. Мы тронулись, колеса тихо шуршали по асфальту, проглатывая шум нашего бешеного бегства. В салоне царила тяжелая, давящая тишина, нарушаемая лишь глухим стуком колес и глубокими вдохами-выдохами парней, заляпанных кровью с головы до ног. Ночь, словно покрывало, укрывала нас от любопытных глаз, скрывая от мира кровавые следы нашего ночного кошмара. Каждый из нас нёс свой груз – физические раны, перемешанные с невидимыми шрамами на душе.
Саша, маленькая, хрупкая, лежала у меня на руках, её спокойствие было странным и пугающим. Её тело было тёплым, но в этом тепле чувствовалась какая-то неестественная хрупкость, как будто её жизнь держалась на тонкой ниточке. Её медленное, ровное дыхание – едва уловимый звук, пронизывающий тяжелую тишину машины – было островом спокойствия посреди бушующего океана насилия, который мы только что пережили. Это спокойствие казалось обманчивым, иллюзорным, как будто она уже находится на грани между жизнью и смертью.
В нашем доме всё тонуло в полумраке, напоминая о темноте, которая скрывала нас на улицах. Я позвал Наташу, её спокойное лицо было единственным островком разума в этом безумии. Саша нуждалась в помощи, и в этот момент её незащищённость стала для меня наиболее важной вещью на свете. Вид её, спокойной и хрупкой, в моих руках, заставил меня забыть о собственных ранах, о боли, которая пульсировала в избитом теле. Мы с парнями отправились смывать кровь, но её запах, тяжёлый, приторный, запах смерти, въелся в нашу кожу, в наши волосы, в самую глубину нашей души. Холодная вода смывала кровь, но не могла смыть тот ужас, который мы пережили, тот груз вины, который мы несли с собой.
***
Зайчики, напоминаю , что у меня есть тг: княжна🫶🏻
Мне очень важно знать, ждете ли вы новую главу, понравилось ли вам. Так что в тгк можно все обсудить💋