Глава 20
Я проснулась в гостиной на диване — всё ещё в том самом месте, где Остин оставил меня прошлым вечером. Тело ломило от неудобной позы, а воздух в доме был каким-то неподвижным, тяжелым.
Я поднялась и пошла на кухню, прихватив по пути телефон, лежавший на краю стола.
Экран зажегся, и мои глаза округлились в два раза: 10 утра. Я даже не заметила, как провалилась в сон на всю ночь. Но хуже всего были не часы — а количество пропущенных. Несколько от Сьюзан... и целых одиннадцать от мамы.
Сердце ёкнуло. Я сразу набрала её номер. После нескольких долгих гудков раздалось встревоженное:
— Алло?
— Мамочка... я так рада тебя слышать. Прости, что не перезвонила и не брала трубку. Мы немного поругались со Сью, а потом я всё время спала. Не злись...
— Точно всё в порядке? — голос мамы смягчился, но тревога не исчезла. — Ты хоть ешь что-то, кроме мороженого и чипсов?
— Конечно! Я готовлю. И бабушка Сью передавала мне кучу всего вкусного.
— Вот и замечательно. А со Сьюзан помирись, она хорошая девочка. Не теряйте друг друга из-за ерунды.
— Мам... а ты как там? Когда вернёшься? Я скучаю...
— Родная, до конца лета я точно останусь здесь. Но... возможно, приеду не одна, — в её голосе появилась улыбка, теплая и немного застенчивая. — Ты у меня уже взрослая, думаю, понимаешь, о чём я.
— Я очень рада за тебя. Правда. Только будь осторожна, хорошо? Я буду ждать тебя. И звони мне чаще, пожалуйста.
— Обязательно. Я тебе ещё денег переведу — наверняка те, что оставляла, уже закончились?
— Спасибо. Это точно не будет лишним.
— Ну всё, мне пора работать. Береги себя, слышишь? Люблю тебя, дочка.
— И я тебя. Очень.
Разговор закончился, а на душе стало как-то легче. Мама жива, здорова, счастлива — а что ещё нужно?
Мысли тут же перескочили на вчерашний вечер. Сердце вздрогнуло от воспоминаний — Остин, поцелуи, смех, шепот... Все еще казалось нереальным.
Мне не терпелось все рассказать Сьюзан. Я набрала ей короткое сообщение:
"Ты не представляешь, что было вчера. Жду тебя. Приходи, как освободишься!"
На автомате я огляделась по сторонам и, вздохнув, пошла за тряпкой и мусорным пакетом. Пока она не пришла, нужно хоть немного прибраться.
Через полчаса у меня на пороге уже стояла Сьюзан — с огромным ведром мороженого и широкой улыбкой на лице.
Мы посмотрели друг на друга... и без слов всё стало ясно.
Как в старые добрые времена мы уселись на кровать, вооружились ложками и начали делиться новостями, будто не было этих обид, пауз и слёз.
Мы действительно отдалились за последнее время: она всё чаще пропадала с Лео, а я... я всё чаще плакала в подушку.
— Я так по тебе скучала, — с тёплой улыбкой сказала я, глядя на неё. — Оставайся у меня, сколько хочешь. Мама вернётся только осенью, а я одна тут начинаю медленно сходить с ума.
— И я по тебе скучала, правда. Но сейчас я часто ночую у Лео... хотя, в перерывах между этим — с радостью останусь у тебя, — подмигнула Сьюзан.
— Но бабушка-то всё ещё думает, что ты ночуешь у меня?
— О, да! — рассмеялась она. — Хотя Лео ей нравится. Сказала, что он напоминает ей моего дедушку в молодости. Представляешь?
Мы захихикали, и в комнате снова стало по-домашнему.
Но, как всегда, после лёгкости наступило «ну и... рассказывай».
— Ну, — начала Сью, — а теперь выкладывай. Что было вчера?
— Даже не знаю, с чего начать... — я посмотрела в потолок, пытаясь выбрать нужные слова. — Остин действительно приехал в пять, как обещал. Стоял у дверей — весь такой нарядный, красивый...
— И без цветов?! — приподняла бровь Сьюзан с лёгкой драмой.
— Без цветов, да. Но поверь, в тот момент это было совсем неважно. Мы поговорили... и он попросил у меня шанс. Сказал, что хочет все начать заново.
— И ты?
— Я... дала ему этот шанс. — Я слегка смутилась, опуская взгляд. — И, поверь, он действительно всё изменил за один вечер.
— Да ну? — глаза Сью загорелись. — Что он там тебе обещал — золотые горы?
— У нас был секс. — Я тут же прикрыла лицо руками, чувствуя, как краска заливает мои щёки.
— Да ладно?! — она хлопнула ложкой по крышке мороженого. — И как он?
— Ну... — я покачала головой и засмеялась. — Мне не с кем сравнивать. Ты же знаешь — он у меня первый. И, если честно, я надеюсь, что и последний. Всё было... идеально.
Сью обняла меня за плечи, прижалась лбом к моему:
— Ты заслуживаешь лучшего, и если он готов им быть — я только за. Но если обидит — я первая врежу.
Мы снова засмеялись, и в этот момент я поняла: несмотря ни на что, мы с Сьюзан — всё ещё мы.
— Это всё, конечно, хорошо, — с надрывом в голосе выдохнула я, опустив ложку в уже подтаявшее мороженое. — Но потом... после всего... он просто оделся, поцеловал меня в лоб, собрал вещи и ушёл. Сказал, что перезвонит.
— Оу... — Сьюзан нахмурилась. — И что? Перезвонил?
— Нет. — Я покачала головой. — Ни звонка, ни сообщения. С вечера — полная тишина.
Сью подняла на меня глаза и мягко обняла за плечи.
— Не грусти. Ну, ты же помнишь, как Лео тоже меня сначала оставил? А потом? Сколько всего я пережила, сколько глупостей натворила, прежде чем мы нашли общий язык. А теперь всё хорошо. Может, Остин просто... испугался. Или что-то случилось.
— Может... — выдохнула я, прижимая ладони к щекам. — Но внутри всё сжимается. Такое чувство, что что-то не так. Прямо физически.
— Позвони ему, Эм. Сейчас. Пока я рядом. Вдруг это просто глупое недоразумение?
— Да... ты права. Сейчас.
Я потянулась за телефоном, руки предательски дрожали. Набрала почти наизусть знакомый номер и поднесла трубку к уху.
Один длинный гудок... второй... третий.
Я позвонила ещё раз.
И ещё.
На третьей попытке в трубке наконец послышался голос.
— Алло, — прозвучал сонный, охрипший голос Остина.
— Остин, это я. Эмили. Ты не перезвонил, я волнуюсь. Всё в порядке?
— Эм... Прости. Да, всё нормально. Просто завал на голову... Я собирался тебе набрать.
Он звучал как-то... неуверенно. Словно застигнутый врасплох. Его голос казался тревожным, будто он пытался говорить тише, чем обычно.
— Я просто... переживала, — попыталась я выдавить лёгкий смех. — Уже начала думать, что ты забыл обо мне.
И тут я услышала это.
Женский голос, мягкий, мурлыкающий, слишком близко к телефону:
— Милый, кто звонит?
У меня перехватило дыхание. Всё внутри застыло.
Я медленно повернулась к Сьюзан.
Её глаза расширились от ужаса. Она молча прикрыла рот рукой.
— Это... Это Виктория? — мой голос прозвучал едва слышно, но достаточно громко, чтобы по ту сторону наступила мёртвая тишина.
— Ли, я... я всё объясню, — поспешно начал Остин, но я уже не слышала.
Палец дрогнул — и нажал на красную трубку.
Мир рухнул.
Грохотом.
Без предупреждения.
Без права на паузу.
Всё внутри сжалось и взорвалось одновременно. Слёзы мгновенно наполнили глаза, кожа будто вспыхнула.
Я вскочила с кровати, метнулась к шкафу, натянула серые широкие штаны и чёрную майку.
Волосы — в небрежный пучок. Толстовка. Кроссовки. Телефон в карман.
Сью поднялась с кровати, но не сделала ни шага.
— Я буду здесь, когда ты вернёшься. Обещаю, — прошептала она, глядя на мои красные от слёз глаза, наполненные обидой, болью, отчаянием и... пустотой.
Я кивнула.
И вышла.
Дверь захлопнулась. Хлопок — как выстрел.
Я не знала, куда иду. Просто шла. Быстро, решительно, будто каждая секунда на месте могла задушить.
Город вокруг расплывался, люди были тенью, машины — гулом.
Я хотела исчезнуть. Раствориться. Провалиться в асфальт, в небо, в себя.
И больше никогда не слышать эти два имени.
Остин и Виктория.