3.
Последние часы работы и даже больше они провели в компании друг друга, с комфортом и налегке. От пиццы потом не осталось ни крошки, а Кондраки, вспомнив о проблемных отношениях коллеги с документами, самостоятельно вызвался помочь. Клеф тогда ожидал всего, что угодно, но только не того, что Бенджамин по хозяйски усядется в его кресле, попросит образец написания и, поглядывая в него, заполнит большинство нужных бумаг вместо Чешира. К слову, подделывать почерк фотограф, как оказалось, умеет практически безупречно. Оно и к лучшему. Может удастся подговорить его как-нибудь повторить этот "маленький трюк" ещё разок. А потом ещё, и ещё один. Впрочем, не суть.
Пока Жукофил писал, в кабинете царило полное молчание. Даже Клеф на этот раз решил не отвлекать его глупой болтовнёй, да и не хотелось особо. Зато потом получилось мирно, почти уютно поболтать. Темы для обсуждений подбирались хаотично, быстро, почти не сходясь друг с другом. Могло получиться и так, что первоначальный диалог был обычным "что нового?", а уже через пару минут смениться на тему природных катаклизмов. И это вовсе не доставляло каких-либо неудобств. Такая непринуждённость, разумеется, только радовала. Довольно долгое, как оказалось, время улетело на эти, пустые и не очень, разговоры.
Однако на протяжении всего этого времени Клеф не мог оставить мыслей о предстоящем визите. Пойти к Глассу. К психологу. Рассказать свои мысли. Рассказать свои чувства. Снять чеширскую ухмылку и выдать всё. Опуститься до состояния обычного человека со своими тараканами. Ему. Альто Клефу. Да бля, ну нахуй. Но от этого вроде должно быть хоть чуточку легче? По собственному опыту он уж точно сказать не мог, ибо его не было. Мужчина ни разу в жизни вот так, по собственной нужде и воле, не обращался за подобными услугами. Единственные разы, когда ему приходилось проходить нечто такое – обязательные психологические экспертизы. Но даже там он абсолютно не собирался размазывать сопли по столу. То ли гордость, то ли повода не было. Во всяком случае, и сейчас тоже ой как не хотелось. Хотя, раз уж сам Кондраки ляпнул о таком... Хер знает, вот что. Но может действительно стоит попробовать.
С Бенджамином попрощались во второй раз как-то очень быстро, почти в спешке. На секунду тогда даже возникло ощущение неловкости, которое, впрочем, скоро растворилось. Энтомолог тогда очень спешил, очевидно, поделать и свои бумаги, закончить хоть часть из них. Альто прекрасно понимал его, а потому не заставлял оставаться. Лишь пошёл проводить Кондраки до его кабинета, по пути успев поболтать ещё хоть немного.
Оставаться одному не хотелось совершенно.
Однако, пришлось.
Честно говоря, уединение теперь стало для Чешира чем-то совершенно нежелательным. Если раньше он относился к этому вполне нейтрально, то последние месяца так полтора уже не мог этого выносить ни в какой форме, ни при каких обстоятельствах. Просто нет. Оттого порой хотелось иметь нечто вроде постоянной компании. Кого-то, с кем всё всегда вместе и так слащаво, как показывают это в самых банальных фильмах и массовой культуре. А получалось разве что навязчиво ходить хвостом за Кондраки, как преданный хозяину щенок. Неустанно тявкать глупости где-то у него под боком или просто идти с ним за кофе с довольным жизнью видом. Хотя, сейчас, наверное, всё заходит куда-то дальше этого. Или... ближе? Кажется, их отношения сейчас стали куда теснее простого "буду торчать с тобой, потому что больше не с кем". Возникло некоторое взаимопонимание, чему Альто не мог не радоваться.
Но сейчас он был один. Абсолютно один. Подавленный, разбитый. Слова неудобным комом застряли в горле, голову словно сжали в холодные тиски. Таким опустошённым после расставания с кем-то Клеф не помнил себя уже очень давно. Даже не смотря на то, что они наверняка пересекутся на следующий день, расходиться было совершенно неприятно.
Чувствуя, что сил на что-либо совершенно не осталось, блондин лениво побрёл в сторону своего жилого отсека. Устало и чуть вальяжно тот шёл по бесчисленным паутинам коридоров, порой глупо оглядываясь на стены. Он не знал, зачем. Просто так получилось.
Достигнув нужной двери, Отец Лжи сразу вяло и нетерпеливо дёрнул за металлическую ручку. Глаза уже закрывались, тело окутывала пелена сонливости, однако он был готов сделать финальный бросок – пару шагов до постели. Мужчина чувствовал себя полежавшей на солнце сморщенной виноградиной, и всё равно нашёл себе в силы привычно закрыть на ключ свою комнатушку, переодеться в нечто более удобное, повынимать хлам из карманов. Пара движений, затем глухой звук упавшего в объятия простыней тела. Клеф, подобно какому-нибудь мешку, плюхнулся в кровать. Он чувствовал накатившую слабость теперь гораздо яснее.
Невольно хмурясь, Альто закрыл глаза. Тело буквально изнывало от желания погрузиться в сон. Но... по какой-то причине, заснуть тупо не выходило. Ни спустя пять минут, ни спустя час этих бессмысленных лежаний.
Чешир совершенно не понимал своей проблемы, поскольку чувствовал себя мокрой половой тряпкой, растянутой по паркету. Однако ничего поделать не мог. А пусто втыкать в потолок тоже не хотелось. Это надоедало очень быстро и почти тут же стало совершенно невыносимо.
Вздохнув, Чешир открыл глаза и перевернулся на бок, затем протянув руку к прикроватной тумбе. Чуть пошарив в ящике, вытянул телефон, парой движений включил и разблокировал, набрав незамысловатый пароль. Маленький индикатор на верхней строке состояния свидетельствовал о малом заряде – всего тридцать процентов. Впрочем, Клеф проигнорировал это и быстро отыскал нужный контакт. Чат с Кондраки был одним из первых. Его мужчина и открыл.
"Эй, малыш Конни"
"Кто спит, тот D класс))"
К сожалению или к счастью, подколоть шатена не вышло. Ответ пришёл уже спустя минуту-две. Вот ведь засранец.
"Именно поэтому ты онлайн в блядские 2:37 ночи, а?"
"Возможно)"
"Да лан, не пизди. Скажи уже, что случилось"
"Ничего. Почти"
"Поясни?"
"Просто не могу уснуть"
"Вот и всё"
"И ещё мне скучно"
Кондраки ненадолго умолк и вышел из сети, что немного напрягло Чешира. Прекрасно зная, каким энтомолог может быть и как себя повести, тот уже приготовился к принятию того, что разговор окончен. Впрочем, волнение оказалось напрасным. Ответ пришёл и такой, что на сердце, как показалось, стало чуточку теплее.
"Ну хз, чувак"
"Хочешь, я приду? Могу взять с собой Джека"
"Брайта?"
"Дениэлса"
"Ну типа вискарь. Я его имею в виду"
"Или хочешь чего другого? Водка? Пиво? Коньяк?"
"Не, ты скажи, я принесу"
Клеф немного приулыбнулся. Редко от Бенджамина видишь и, уж тем более, получаешь заботу.
"Да не"
"Всё норм. Я в порядке"
"Ты уверен?"
"Да"
"А если подумать?"
"Да"
"А если хорошо подумать?"
"Всё ещё да"
"А если ещё лучше?"
"Кондраки"
"Ладно-ладно, я понял"
"Бухаю сегодня один"
"Сам то чего не спишь?"
"Прикинь, я работаю"
"Охуеть, да?"
"Я тоже в шоке"
"Король и работает. Вот это как понимать, Ваше Величество?)"
"Хах, да сам не ебу"
"В следующий раз надо всё опять на Айса скинуть. Если откажется – в глотку ему впихну, но пусть делает, псина. Заебал уже своим "сами делайте". Не моя вина, что у меня и так дел полна жопа"
Фотограф, кажется, снова заводится. Плохо.
"И не говори, Конни. Та же хуйня"
"Ладно"
"Я сильно отвлекаю тебя?"
"Да вообще ни разу, чел"
"Не ебись на этот счёт"
"По правде, мне похуй, занят ты или как. Я всё равно буду тебе дальше писать"
Врёт. Если бы Бен действительно был занят, Альто не стал бы его донимать. Просто пожелал бы доброй ночи или типа того и вместо этого пошёл бы строчить Брайту. Конечно, мог бы и Стрельникову, но такое время ночи до него не достучишься – он дрыхнет, как называют это русские, богатырским сном. Раньше времени его ничто не разбудит. Сам он говорил, мол, привычка с солдатской службы.
"Ну да"
"Короче"
"Раз ты не занят"
"Можешь поговорить со мной ещё немного?"
"Ну ты даун или как? Конечно могу"
"Я ж уже говорил тебе"
"Ты - мой друг, и если что, я постараюсь сделать хоть что-то, чтоб тебе было лучше. Мы это обсуждали сегодня"
"Спасибо, Конни"
Клеф вновь счастливо приулыбнулся. Ненадолго выпустив смартфон из рук и отложив его невыключенным на тумбу, тот откинулся обратно на подушку. Внутри на миг затеплился огонёк некого уюта и вязкой радости.
Все три глаза невольно закрылись.
В какой-то момент Альто даже подумал, что, может быть, всё понемногу налаживается. Что, может быть, однажды всё и правда будет хорошо.