Глава 12
Лукас принимал её в своём кабинете, где пахло старыми книгами и властью. Он развалился в кресле, попивая коньяк, и с самодовольной ухмылкой выслушивал её отчёт о «прогресссе» с Демьяном.
— Итак, вы говорите, наш друг окреп духом? — Лукас медленно покачал бокалом, наблюдая за игрой света в коньяке. — Прекрасно. Чем выше он взлетит, тем больнее будет падение. Вы справляетесь блестяще, Мадлен.
— Это моя работа, — её голос был ровным и холодным, как сталь.
— Исключительная работа, — он отставил бокал и облокотился на стол, его взгляд внезапно стал пристальным и заинтересованным, выходя за рамки делового. — Знаете, я всегда восхищался женщинами, которые умеют держать паузу. В которых за внешней хрупкостью скрывается острейшая сталь. Это... неотразимо.
Он позволил своему взгляду медленно, оценивающе скользнуть по её фигуре. В его глазах читалось не только профессиональное любопытство, но и откровенная, собственническая симпатия.
Мадлен не шелохнулась, но каждый нерв внутри неё напрягся струной.
— Лукас, давайте не будем смешивать бизнес с личными амбициями, — её тон оставался вежливым, но в нём зазвенела лёгкая, предупреждающая сталь. — Это неэффективно.
— А кто говорил об эффективности? — он мягко парировал, не отводя взгляда. — Иногда самые выгодные сделки заключаются на стыке интересов. Мы с вами... мы очень похожи. И я подумал, что наше партнёрство могло бы выйти на новый, более... интимный уровень.
Слово «интимный» повисло в воздухе, густое и неприятное.
Мадлен медленно поднялась. Её движения были отточенными и полными холодного достоинства.
— Наше партнёрство, Лукас, исчерпало себя ровно в тот момент, когда вы решили, что можете купить не только мои услуги, но и меня. — Она посмотрела на него сверху вниз, и в её взгляде было столько ледяного презрения, что ухмылка на его лице наконец сползла. — Деловое предложение, которое вы только что озвучили, я считаю оскорбительным и непрофессиональным. На этом всё.
Не дав ему возможности ответить, она развернулась и вышла из кабинета, оставив за собой дверь, закрытую с такой идеальной, беззвучной чёткостью, что это было красноречивее любого хлопка.
Вернувшись в свою стерильную квартиру, первое, что она сделала — зашла в ванную и на несколько минут включила ледяной душ. Ледяные струи обжигали кожу, смывая с неё прилипчивый, тошнотворный взгляд Лукаса и ощущение его голоса. Она стояла, сжав кулаки, позволяя холоду выжечь изнутри вспышку ярости и отвращения.
Он перешёл черту. И теперь он стал угрозой. Не предсказуемой бомбой, а холодным, расчётливым хищником, который почуял не только слабость Демьяна, но и её.
Она вышла из душа, завернулась в халат и села за свой компьютер, её волосы струились мокрыми прядями по плечам. Ярость уступила место холодной, безжалостной логике. План «А» был аннулирован. Лукас больше не был просто инструментом. Он стал личным врагом, который, будучи отброшенным, непременно попытается нанести удар. И его первой мишенью будет Демьян.
Она открыла несколько зашифрованных файлов. Ей нужен был план «Б». Идеальный и бесшумный. Не побег, а обезвреживание. Нужно было аккуратно, без малейшего шума, «отвязать» Лукаса, чтобы он был тактически уничтожен и не успел даже понять, откуда пришёл удар. Ей нужна была операция, которая выглядела бы как череда неудачных для Лукаса совпадений: провал его следующей крупной сделки, утечка информации о его тёмных делишках к его же партнёрам, внезапный интерес налоговых органов.
Она писала новый сценарий. В нём Лукас должен был быть тактично и безвозвратно отстранён от игры. Чтобы он был слишком занят спасением собственной шкуры, даже не думая мстить Демьяну. Чтобы он навсегда запомнил, что некоторые женщины — не добыча. Они — охотницы. И трогать то, что им дорого — смертельная ошибка.