По-настоящему

Любить не сложно, когда проснёшься
Вдвоём с помятой, как в детстве кожей.
Когда с разбега на плечи в небо.
Когда доволен ты собой, оставляя время.

За день до свадьбы девочки устроили мне девишник, на котором по-большей части Оливия с Мелони плакали, не веря, что мне не пятнадцать, а Лекси подшучивала на моим не умелым пением и материнскими чувствами девочек.

Почему выбор пал на караоке, мне никто не объяснил. Просто завязали глаза толстой повязкой, одели капюшон кофты, которая естественно была не моей, затянули резки на бантик, пристегнули и привезли сюда.

Вокальными талантами из нас не блистал никто, хотя Ливи пару лет ходила в музыкальную школу, а Лекси умела играть пару аккордов на гитаре. Нам с Мелони, как сказала Лекс, уши переехали пару раз. По-моему, пословица звучала иначе, но поправлять я её не стала.

Караоке, которое арендовали на ночь, действительно был не плох. Ну, а как иначе, когда в комнате Кларк, Скотт и Миллер собственной персоной.

Это чем-то напоминало клуб, в которые я так не любила ходить. Но было не так шумно, только громкая музыка. Людей здесь не было, если не брать в расчёт красавчика бармена, который делал нам напитки и спорил с Лекс кто дольше удержит бутылку спиртного на голове. Стоить ли говорить, что у него не было не шанса?

Яркие прожекторы, дискошары и погашенный свет создавали приятную атмосферу. И я была рада провести день с девочками. Мы не так часто собирались все вместе.

Пили все, кроме Мелони. Она как-то мрачно на него смотрела и вообще заявила, что она за рулём. Когда Лекси заметила, что мы могли бы добраться обратно на такси или с помощью будущего моего мужа, ну или в крайнем случае — на машина брата Оливии, Мелони только попыталась испепелить её взглядом.

Ливи же, пока Кларк отошла в уборную, рассказала, как на днях Мелони мучилась от похмелья. Я быстро догадалась, что смогла она напиваться в тот день, когда мы играли в настолки. Она же на всю ночь пропала тогда.

И, возможно, я была слишком пьяна, но я позвонила Лукасу. Просто потому что соскучилась.

Бросив микрофон Лекси, которая вдумчиво выбирала песню, чтобы у Ливи и Мелони уж точно пошла кровь из ушей, я пошла на балкон. Сказала девочкам, что пойду подышать воздухом. Они были слишком пьяны, чтобы спорить или докапываться. А Мелони рыдала в три ручья, что было на неё не похоже.

— Да?

— Ты ещё не передумал? — грустно спросила я, икая.

— Чудо моё, ты о чем? — умиляясь, спросил Хилл.

Её явно забавляло моё поведение, а у меня в крови играл алкоголь. Задавать глупые вопросы — то, что я всегда хотела, но не могла себе разрешить.

И вот, напившись, я себе разрешаю.

— Я о свадьбе, — пытаюсь говорить серьёзным голосом, но уже достаточно выпила.

— Я тебе больше никогда не дам выпить, — только и отвечает Лукас.

— Я соскучилась.

— Ладно, пей, когда поделаешь.

Я смеюсь вместе с ним.

— Я не передумал, чудо, — всё же отвечает он, когда мы пару минут просто молчим, всё еще не заканчивая разговор. — А ты?

— Нет. У меня наконец-то исполняется мечта, — говорю, не подумав.

Не позволила бы себе такое сказать, будь я трезвой. Но я не трезвая. А значит можно.

— Мечта? — заинтересовано спрашивает Лукас Хилл.

— Мне так нравится твоя фамилия, — забываю про вопрос.

В своей голове я только так и зову его, после того, как узнала, что у него за фамилия. Мне нравилась его фамилия. То, как она звучит. То, как она сочеталась с моим именем.

Холли Эмили Хилл.

Мне нравится он.

Лукас Лиам Хилл.

— Так какая у тебя мечта, Холли Грей?

Мне хочется сказать, что мне больше нравится, когда он называет меня чудом, но я размышляю, как правильно ответить. Ни капли не сомневаясь, что ответить надо.

— Я с детства мечтаю о семье. Выйти замуж и родить двоих девочек. Или двух мальчиков. Или девочку и мальчика, — начинаю я, даже не думая о том, какой бред несу.

Он тихо смееться, или ухмыляется.

А может мне просто показалось.

— Прости, это глупо.

— Чудо ты, почему это глупо? — как у маленькой спрашивает Лукас.

— Лекси, Ливи и Мелони всегда говорили, что важна карьера. Все мои знакомые девушки так говорили. Конечно, у них стоит где-то пунктик о семье. Когда-нибудь. Про Лекс я вообще молчу. У неё вообще парня никогда не было. Ну, и вот странно делать это смыслом жизни.

— Но ты ведь не хочешь работать.

— Что? — до меня не доходить смысл его слов.

— Карьера важна для них, а не для тебя. Она тебя не привлекает, тебе даже работать не нравится.

— То есть ты не считаешь эту мечту глупой?

Где-то в глубоко в душе, я знаю почему у меня именно такая мечта. Даже глубоко копать не надо — причина лежит на поверхности. Но я не хочу в этом признаваться. Не себе, не Лукасу.

— И Лекс, и Мелл, и Лив так не считают.

У него, как и Ливи, пристрастие к сокращениям.

— А ты? — спрашиваю я. — Какая твоя мечта, Лукас Хилл? — меняю на ходу вопрос, потому что имею ввиду совсем не это.

Мне было важно услышать именно то, как считает Лукас.

— Сделать свою жену невероятно счастливой.

И я впервые ревную Лукаса. Мне бы хотелось стать его мечтой.

***

Вокруг тишина, нарушаемая только хлюпаньем воды, которая стекает с потолка и стен.

Не понимая, где я нахожусь, иду прямо. Стараюсь не о чем не думать. Верить в себя, в свои шаги и просто идти в перед.

Не известность пугает, темнота позволяет додумывать самостоятельно.

Вода, которой становится больше, наводит ужас. Я уже чувствую, как промокли ноги. Почему я иду босиком? Почему воды становиться с каждым шагом больше?

И кто-то внутри подсказывает, что ответы я слышать не хочу.

А после кто-то выпрыгивает из темноты. С фонариком и ножом.

И сон обрывается.

Я вскакиваю и первые минуты сижу, боясь пошевелиться.

Часы показывают только пять утра. Супер. Вставать мне только через два часа. Но что-то подсказывает, что я точно не усну.

Голова рассказывается, напоминая, что вчера я выпила намного больше, чем стоило.

В телефоне на ходу фотографии, которые прислал Лукас. Они с парнями, в каком то клубе, он и Тейлор в машине, он с настольным футболом, и фотка, где он выигрывает ещё одного своего друга в приставку. Не знаю где он и с кем ещё, кроме Тейлора. Но надпись под ними меня заставляет улыбаться.

«Соскучился по своему чуду».

Я тоже.

По щелчку пальцев я оказалась в руках своих подруг, которые больше напоминали рожающих кур (прямая цитата от Лекси Хелен Скотт). Мелони с Ливи бегали, что-то говоря, пока двое девушек помогали привести меня в идеальную версию Холли Эмили Грей. Вернее, в будущую Холли Хилл.

Не думала, что буду на сколько переживать. В голову даже не приходило, что Мелони Кларк может потерять голову от простой свадьбы, ещё и не своей. Но про Оливию я не сомневалась, как и в оптимизме Лекси, которая вообще спокойно ко всему относилась.

А у меня просто плохое предчувствие. Плохие сны просто так не сняться. Всегда верила в приметы и сны. И если бы мне сегодня чёрная кошка перебежала дорогу, я обходила её через несколько миль.

— Я боюсь, — говорю я девочкам.

— Лукаса?

— Свадьбы?

— Что пойдёт дождь? — начинают накидывать девочки и в этот момент я боюсь каждого из этих пунктов.

Может я просто боюсь, что Лукас в последний момент одумается и поймёт на сколько глупо была вся эта затея. Может Тейлор намекнет ему, что шутка зашла слишком далеко. И Хилл прочто бросить меня у алтаря.

Но это всё не то.

— Мне сон плохой приснился.

Мелони с Оливией пожимают плечами, продолжая что-то искать.

— Я удивлена, что ты первая выходишь замуж, — впервые за сегодня говорит Лекси.

Лекси фотографировала, как мне накручивают волосы, как я закрываю один глаз, пока мне красят веко в голубой, снимает, даже тогда, пока я пытаюсь надеть платье. Мелони ругает Лекс за последнее фото.

Но я только улыбаюсь, пытаясь позировать, будто бы так и должно быть. Даже когда стою в одном лифчике, а в ногах лежит платье.

Оливия точно убьет меня за это платье. Миссис Хилл убьёт, если что-то пойдёт не так. Они обе убьют меня, если я ударю лицом в торт, если подверну ногу, запнусь и упаду на девочку, которая будет раскидывать лепестки роз.

Что ещё могло пойти не так?

Зная себя, это могло быть всё, что угодно.

Мелони держала в руках букет цветов, состоящих из лилий, Ливи помогала застегнуть платье, а Лекси ушла, через плечо бросив, что ушла проверять Тейлора и Лукаса.

Девушки, помогающие навести красоту, добавляют в причёску последние штрихи, после того, как платье надето. Волосы немного закручены и не доходят до плеч, а теперь ещё немного сверкают. На них посыпали немного блёсток.

— Всё хорошо? — в миллионый за сегодня раз спрашивает Мелони, когда девушки со мной закончили.

— Ми, ты такая красивая, — говорит Ливи, обнимая меня.

— Всё Хорошо, Мелони, — в который раз киваю я.

Когда девочки оставляют меня одну, я рассматриваю себя через зеркало. Вернее, платье, которое купил мне Лукас. Он уже начал сдерживать свои обещания.

Я выглядела, как принцесса. Пышное платье, без блёсток (настояла на этом Лекси), падающие в пол, красивые завитки, похожие на цветки. И роза в моих волосах белого цвета. Я не думала, что её можно будет как-то вплести, но около уха она смотрела очень мило.

Кручусь у зеркала, пытаясь не визжать от радости. Платье было идеальным, если бы могла носила такие каждый божий день. Не такие пышные конечно, но белые.

Разрешил бы Лукас каждый день ходить мне в платьях?

А потом, хоть и очень поздно, я заметила движение около себя. Вернее, даже почувствовала. Как рука кладёт на мой рот непонятную тряпку, заставляя меня уснуть или просто потерять сознание.

И я оказалась права.

Дурные сны — не самый лучший знак.

***

Открывая глаза до меня не сразу доходить, что меня похитили со свадьбы.

Со свадьбы, которая должна пройти идеально, иначе, как минимум, троих людей хватит инфаркт.

Миссис Хилл, Мелони и Оливия.

Я оглядываюсь, пытаясь представить где нахожусь. Но я ничего не понимаю. Почему я сижу на полу? На каком полу сижу? Почему это все напоминает подвал? И вообще не осознаю в какой ситуации я нахожусь.

Желания вставать не возникает, срабатывает инстинкт самосохранения, который так и кричит, что лучше сидеть на месте. Вспоминаются наставления Мелони, когда я часто терялась. Стой на месте, а я тебя найду.

И Мелони всегда меня находила.

Место будто бы отдалённо напоминает то, которое я сегодня видела во сне. Так же темно, так же сыро, и ничего не понятно.

Успеваю подумать, что Ливи точно убьёт меня за платье. Сама расстраиваюсь понимая, что Лукас потратил слишком много денег на это платье.

Лукас!

Не подумает ли он, что я сбежала от него?

Странные мысли преследуют и дальше. Я разговариваю сама с собой о всякой ерунде, чтобы и дальше не осозновать происходящее.

И у меня получается.

До момента, как в дверь входит мой отец.

При виде этого грозного мужчины, которого я боялась в детстве, вопросы пропадают. Им просто не осталось места. Голову забило только одно.

Страх.

Не могу пошевелиться.

В голову врезаются слова Лукаса, который говорил, что ему кажется, что за нами следят. А я опять ничего не замечала вокруг. Хотя всё происходило прямо около меня.

И мой жених оказался прав.

Это он.

В живую.

Мой отец.

— Ну, здравствуй, дочка.

Мне конец.