Роза Ветров

Уснул я только под утро, но нормально поспать у меня все равно не получилось. Тревога накатила новой волной. Два дня, казавшиеся мне вечностью, пролетели, словно быстрые стрелы. Я поднялся с кровати и увидел, что за окном светит яркое солнце. Надеюсь, это хороший знак.

Как прошел день, я не помню. Перед глазами стояла мутная пелена. Опомнился я только к вечеру, когда нужно было собираться к балу. Слуга приготовил мне рубашку, брюки и сюртук, но последнее я решил надеть с трудом. Я просто терпеть не мог сюртуки. Он был синим, в тон платью Рейны, расшитый серебряными нитями, собиравшимися в нежный узор. Вздохнув, я снова посмотрел на него и смирился с обязанностью выглядеть как подобает.

Быстро одевшись, я посмотрел в зеркало и натянул белые перчатки. На меня смотрел тот идеальный Элиас, от которого меня тошнило. Весь этот лоск никогда мне не шел, в отличие от Лиадора. Мы оставались с ним полными противоположностями от начала и до конца.

Я поправил темную челку, надел запонки из шпилек Рейны и распылил на ворот рубашки свой парфюм. Она говорила мне, что сходит с ума от моего запаха, а я сходил с ума от этих слов. Мне казалось, что только я теряю голову, ощущая от нее аромат лаванды и даже предположить не мог, что-то же самое происходит и с ней. Мне вдруг так захотелось увидеть ее и поцеловать. Скоро, Элиас. Уже скоро.

Я вышел в малую гостиную. Матушка, Дина и Раф уже ждали меня. Вэлворы тоже находились здесь, желая обсудить какие-то мелочи. Примерно через два часа они должны отправиться в порт вместе с Араданом. Последние приготовления были завершены.

Я заметил, что мама выглядит просто потрясающе в платье, которое для нее выбирал граф. Серебряная маска выделяла ее голубые глаза и делала их яркими, похожими на сапфиры. У Лэйдана явно имелся вкус.

— Ну что, готов? — Спросила она, поправив мой сюртук.

— Готов.

— Все будет хорошо, Элиас.

— Я надеюсь.

Гости стали прибывать стремительно. Лэйдан пригласил много людей, чтобы между ними можно было легко затеряться. Мы подошли к дверям бального зала. До меня донесся шум толпы. Если не ошибаюсь, Рейна уже должна быть там. Наверняка она тоже безумно волнуется. Раф похлопал меня по плечу.

— У нас все получится.

Матушка помогла Дине надеть маску, и я взял девушку под руку. Двери открылись, и мы шагнули в зал.

На подъездной площадке зашуршал гравий, и я понял, что Лиадор прибыл. Мы уже ждали его у входа. Я надел на голову Рейны капор и аккуратно завязал ленты, не отрываясь от ее глаз. Как же я не хотел отпускать ее, как не хотел, чтобы она уезжала! Он забирал ее у меня. Я всеми силами хотел противиться этому, но понимал, что иначе нельзя. Я должен ее отпустить. Это всего лишь на два дня.

Лиадор вошел в дом. Раф и я пожали ему руку. Он посмотрел на нас с холодной надменностью и небрежно поцеловал руку матушки. Я знал, что он ведет себя, как индюк, только для того, чтобы скрыть свою безграничную радость. Он делал вид, что ему плевать на всех, но я видел, как его глаза постоянно задерживались на Рейне, и как в них плескалась нежность. Лиадор явно торопился, ему хотелось побыстрее увезти ее отсюда. Хоть это меня и злило, но я его хорошо понимал. Я бы тоже радовался на его месте. Просто мне повезло больше.

Матушка крепко обняла Рейну на прощание.

— Я очень благодарна вам, Ниэна. Этот месяц я провела так, словно поместье Лэйдан стало моим настоящим домом.

— Эти двери всегда открыты для тебя, моя дорогая, — сказал Раф, тоже заключая ее в объятия. — И мое поместье навсегда останется твоим домом.

Рейна подошла к Арадану и погладила его по щеке.

— Ты ведь вернешься? — Спросил он, беря ее за руку. — Я буду тебя ждать. Я начал рисовать твой портрет. Правда, у меня получается хуже, чем у Элиаса, но я обещаю, что хорошо постараюсь.

— Спасибо, Арадан. Я обязательно вернусь.

Пришло время прощаться с ней и мне. Почему-то меня охватило волнение. Я хотел ее поцеловать. Безумно. Но не мог сделать этого. Взамен этому я просто сжал ее руку и коснулся губами тонкой кожи на запястье. Я посмотрел ей в глаза. Они выглядели, как сегодняшнее небо, — светлыми и глубокими. После нашей ночи я перестал замечать в них холодность. И сейчас они словно говорили мне голосом Рейны: «Я люблю тебя».

— И я тебя, — прошептал я еле слышно.

— Нам пора, Рейна, — нетерпеливо произнес Лиадор и взял ее под руку.

Слуги вынесли чемоданы, и мы все вышли на крыльцо. Подъехал экипаж с гербами дома Эвенвуд.

Когда она садилась в карету, мне хотелось броситься за ней и никогда больше не отпускать. Арадан прижался ко мне, и я сделал над собой усилие, чтобы унять дрожь в руках. Я злился и мне было одновременно страшно. Два дня. Два дня, крутилось у меня в голове. Это только на два дня. Однако после того, что произошло с ней в Ордене, эти два дня казались мне вечностью. Я понимал, что Лиадор не сделает ей ничего плохого и что, наоборот, защитит, однако я больше никому не доверял. Даже самому себе. Однажды я отпустил ее и чуть не потерял. И я боялся, что это случится снова.

Экипаж исчез за поворотом. Я глубоко вздохнул. Стояла по-настоящему летняя жара, но меня бил озноб. Тревога все никак не хотела исчезать. Два дня. Два дня... Слишком много. Поскорее бы мы уехали из этой чертовой Эрганы!

Шхуна должна прибыть завтра вечером. Мы с Лэйданом все еще раз перепроверили, исключили возможные ошибки. Я поеду встречать корабль вместе с ним и помогу остальным магам накрыть его пологом невидимости. Для того чтобы полог не исчез без поддержки целые сутки, нужна огромная сила. Я считался не слабым магом, но мне одному было это не под силу. Даже несмотря на то, что шхуна находится в воде, а вода — моя стихия.

Вечером Раф пригласил меня в свои покои. Я обрадовался его предложению скоротать время перед камином, разговаривая о чем-то непринужденном. Но каждый раз любой наш разговор заходил на тему побега. Граф замечал мою тревогу и старался успокоить, но я не мог справиться со страхом. Ведь одна ошибка, и я потеряю Рейну навсегда.

— Успокойтесь, Элиас, — сказал Раф, ставя передо мной рюмку с коньяком. Я поморщился. Пить совсем не хотелось. — Что вы распереживались?

Он сел в кресло, шумно вздыхая и поправляя темные длинные волосы.

— Не знаю. Что-то беспокоит меня, но я не могу понять что.

— Выпейте. — Он кивнул в сторону рюмки. — Выпейте, Элиас, вам полегчает.

Я замотал головой и потер глаза.

— Нет. Не хочу. Как она там? Что делает? Думаете, Рейна может передумать?

Граф усмехнулся и опустошил свою рюмку.

— Вы правда беспокоитесь об этом? После всего, что между вами произошло? Я, конечно, ожидал, что это случится намного раньше. Вы стойкий молодой человек. Я бы на вашем месте не выдержал.

Теперь усмехнулся я.

— Да уж, не сомневаюсь. Хотя, судя по вашим взглядам в сторону моей матушки, я бы тоже назвал вас стойким.

Граф Лэйдан засмеялся.

— Не путайте, Элиас. Мы с вами вовсе не в одной лодке. Вот с Лиадором, может быть. Но не с вами. Я никогда не скрывал своих чувств к Ниэне. Однако, я думаю, вы понимаете, что они взаимны.

— Понимаю. — Я откинулся на спинку кресла. — И потому мне тяжело видеть ее печальные глаза. Мы с вами бессильны.

— Скажу без обиняков, ваш отец один из тех людей, кого я бы назвал очень неприятным словом и потому мне до сих пор неизвестно, как ему удалось украсть у меня Ниэну. — Лэйдан вытащил сигару из карманного хьюмидора и поднес ее конец к угасающему пламени в камине.

— Вы курите? — Я с удивлением взглянул на него, а он сделал затяжку.

— Очень редко. И только тогда, когда речь заходит о темах, которые я ни с кем, кроме себя, не обсуждаю.

— Хотите жениться на ней?

— А вы что, не хотите жениться на Рейне?

Раф выпустил дым и налил себе еще коньяку.

— Знаете, я бы с удовольствием сделал это при первом удобном случае, — продолжил он. — Только случай никак не подворачивается.

Я понял, на что Лэйдан намекал, но меня это не смутило. Я не любил отца. Как и отец не любил меня. Он не любил никого, кроме своего титула. Отец всегда старался сделать из меня подобие себя, но когда понял, что у него это не получится, потерял ко мне всякий интерес. Теперь он переключился на Арадана. Я замечал в поведении брата отцовские надменность и черствость и потому старался быть ближе к нему, чтобы не дать пойти по стопам главы рода Дальгар. Но это давалось мне с трудом.

— Тогда вам придется набраться терпения и сил. Ведь случай может подвернуться очень нескоро, — ответил я и все-таки выпил коньяк. Разговор стал слишком откровенным.

— За эти годы я научился терпению, Элиас.

— Это ведь вы предложили папе отправить меня учиться в Ифу под вашим присмотром?

— Да. Осуждаете меня за это?

— Я благодарен вам.

Раф бросил на меня удивленный взгляд.

— Признаться, идея приехать в Эргану не доставляла мне удовольствия. Я бы даже сказал, она меня бесила. Пока я не встретил в вашем доме Рейну. Я заметил в тот день, как она хотела ударить вас. Как смотрела с ненавистью. Сначала меня это удивило. Но сейчас я все понимаю. И знаете, я бы тоже оторвал вам голову за то, что вы сделали.

Граф громко рассмеялся.

— Это вполне справедливо. Но вы ведь понимаете, что я забирал ее от родителей вовсе не со зла. Я спасал ее, я хотел как лучше.

— Я знаю. И оттого благодарен вам вдвойне.

Лэйдан затушил сигару и оставил ее в пепельнице.

— Ваша матушка ложиться в десять? Простите, Элиас, но мне необходимо увидеть ее перед сном. Без этого я не смогу спать.

Я понимающе кивнул и поднялся с кресла. Раф пожал мне руку, и мы разошлись.

Со встречей шхуны не было никаких проблем. Ее отбуксировали за скалы, где я и друзья графа Лэйдана наложили на нее полог. Мы условились с капитаном, что тот пришвартует ее в порту на следующий день ровно в девять вечера. Раф связался с проводником Раилем, чтобы он помог нам спокойно перебраться через границу и вернуться в Гафир. Нас ждало семидневное путешествие по реке Инге прямо до приграничного Гафирского города Йоры. Там я открою портал в Медас, чтобы не терять время в разъездах по Земному королевству. И мы окажемся дома. Спустя пять месяцев.

— Когда прибудут Вэлворы? — Спросил я, закрывая дверцу экипажа. Раф постучал по крыше, и мы двинулись вперед.

— Мой поручный сообщил, что через три часа они будут в Ифе.

— Они в безопасности?

— В абсолютной. Я полностью доверяю своим людям. Вы списывались с Рейной?

— Нет.

— Хорошо. Сейчас это очень опасно.

Дома нас уже ждала матушка вместе с Диной. Ее незаметно доставил один из людей Лэйдана совсем недавно. Увидев ее в прихожей, я сразу отвел девушку в сторону, чтобы нас никто не слышал.

— Как Рейна? С ней все хорошо? Что она делает?

— Готовится к балу, разумеется, — пролепетала Дина. — С ее светлостью все в порядке.

— А граф Эвенвуд трется рядом с ней?

— Леди Эвенвуд проводит с ним много времени. Но она кажется мне немного печальной.

— Она просила мне что-нибудь передать?

Камеристка замотала головой.

— Понятно. Иди, Дина.

Вскоре прибыли родители Рейны. Уже стояла душная июльская ночь, но никто не собирался ложиться спать. Я тем более. Мы расположили графа и графиню Вэлвор в покоях Рейны и дали им возможность отдохнуть после долгой дороги, ведь впереди их ждала еще одна. С нашей последней встречи они заметно похорошели. Первый раз Аланта и Эрден показались мне глубокими стариками, но сейчас даже седина исчезла с их волос, а сутулые плечи распрямились и налились силой. В них снова загорелась жизнь. Только сегодня я заметил, как Рейна похожа на мать. Но веснушки и рыжий перелив волос ей точно достались от отца.