Роза Ветров

— Кто принес цветы, Дина? — Спросила я камеристку, осматривая просто огромный букет из эустом и пионов.

— Это от господина Лиадора.

— Он входил в мою комнату?

— Нет, — поспешила успокоить меня служанка. — Граф сам хотел занести цветы к вам, но застал вас спящей, поэтому попросил передать их от него и поставить в вашу спальню.

Я снова взглянула на букет. И где только он достал его? Я покосилась на окно. Стоял хмурый апрельский день, и нависали серые, предвещавшие снег, тучи. В это время года достать живые цветы — огромная проблема, даже я это понимала. Это он так извиняется за то, что бросил меня вчера?

Не успела я подумать об этом, как в мою спальню, чуть не вышибив дверь, ворвалась возбужденная Энна. Она полетела ко мне и чуть не сбила меня с ног.

— Ты слышала, Рейна? — Юная графиня затрясла меня за плечи и нервно засмеялась.

— О чем? — спросила я и попыталась ее успокоить.

— Завтра мы идем с ответным визитом к графу Лэйдану!

— И что? — Я изогнула бровь.

— Как это что! — Не унималась Энна. — Ты что, не знаешь? В его поместье остановился граф Дальгар с матерью и братом.

Видимо мое лицо исказило странное выражение, потому что Энна вдруг затихла и встревоженно посмотрела на меня.

— Что с тобой? — Спросила она и дотронулась рукой до моего лба. — Тебе плохо? Ты заболела?

— Нет, Энна. Все хорошо, — выдавила я из себя, собрав всю волю в кулак.

— Ты ведь поможешь мне, да? Ты поможешь мне собраться?

Я медленно закивала головой как болванчик.

— Конечно. Ты будешь блистать.

— Отлично, — снова воодушевилась Энна. — Но ты же не думаешь, что должна меркнуть на моем фоне? Поэтому тоже начни готовить платье с сегодняшнего вечера. Мы с тобой сразим всех наповал!

— Постой. Я тоже иду?

Энна посмотрела на меня, как на дуру.

— Ты издеваешься? Ты теперь член семьи, нареченная графиня Эвенвуд, конечно ты тоже идешь! Так что не смей ронять марку. Я тебе говорю — мы должны сиять так ярко, чтоб у всех головы снесло от нашей красоты.

— О, поверь, что-что, а сносить головы я умею, — пробубнила я.

— Что ты там бурчишь? — Воскликнула Энна, подойдя к прикроватному столику, заметив букет. — А это еще от кого? — Спросила она в радостном изумлении. — О, тут и карточка есть?

Карточка? Какая карточка? Я хотела быстренько вырвать ее из рук Энны, но не успела. Она уже открыла ее и начала читать вслух:

«Милая Рейна, мне жаль, что я оставил вас вчера и искренне жалею об этом. Этот скромный букет не умалит моей вины, но он хотя бы порадует вас, когда вы проснетесь. Надеюсь, вы позволите мне загладить мой проступок».

Она дочитала и повернулась на меня со странной усмешкой и лихорадочным блеском в глазах.

— А почерк я узнала, — торжественно произнесла она. Я залилась такой краской, будто на меня вылили ведро красных чернил.

— Смотри-ка, как засмущалась, — хмыкнула графиня и вернула карточку на место.

Она подошла ко мне и взяла меня за руки.

— Рейна, если тебе нужна помощь, ты можешь обратиться ко мне. Но я знаю Лиадора, он серьезный парень. И поверь, просто так никому не достает свежие цветы в холодное время года. Вообще-то, он этого и не делал раньше.

Я сглотнула. День только начался, а у меня уже чуть не случился обморок. Дважды.

На завтрак Лиадор не пришел. В столовой сидела я с леди Ронвэ, которая вела со мной тихую беседу о какой-то чепухе, и обе графини. Я успокоилась. Если бы я встретила его, я бы не смогла сдержать смущения, и тогда тихие смешки членов семьи преследовали бы меня целый день. Но радость, вызванная его отсутствием длилась недолго.

Мы с Энной музицировали. Точнее музицировала я, а она пыталась брать уроки не слишком успешного вокала, пытаясь сделать это без учителя. Думаю, идея эта была не очень хорошей, но Энна искренне наслаждалась собой и своим... Пением. Когда мы уже заканчивали какую-то любовную оду, в малую гостиную вошел Лиадор. Я посмотрела на него и поспешно уткнулась носом в клавиши рояля. Не смотри на него, Рейна. Просто не смотри. Ноты кончились. Графиня и леди Ронвэ нестройно захлопали в ладоши.

— Матушка, я закончил со своими делами и пришел просить вас о просьбе.

— Все, что пожелаешь, мой дорогой, — сказала Изабелла с улыбкой.

— Я хотел бы пригласить свою сестру и леди Старнар выпить горячего шоколада в кофейне. Леди Ронвэ, не сочтете ли вы это дурным тоном?

— Разумеется нет, граф Эвенвуд. Здесь нет ничего предосудительного.

На его лице засияла радость. У меня вспотнули ладошки. Если честно, мне совершенно не хотелось никуда с ним идти. Тогда же придется и разговаривать, а на это у меня попросту не хватало сил. Постоянно, когда я смотрела на него, передо мной возникал облик другого в белом сюртуке, расшитом золотыми нитями. Синие глаза приобретали оттенок шоколада, заставляя меня приходить в ступор. Прогулки с ним я не осилю.

Только открыв рот, чтобы попытаться вежливо отказаться, я поймала на себе гневный взгляд гувернантки и прочитала в них «не смей». Что ж, значит, выхода нет.

Собрались мы быстро и ещё до темноты успели выйти из дома. Нас уже ждал экипаж. Лиадор помог нам с Энной сесть и сам устроился напротив нас. Я пыталась смотреть только в окно, чтобы капор прикрывал половину моего лица. Уверена, оно покраснело, потому что мои щеки горели так, словно я терла их руками. Энна пыталась поговорить со мной, но я отвечала неохотно. Потом она оставила эти попытки и уже тихо переговаривалась с братом. Краем уха я уловила, что они обсуждают прошедший накануне бал.

Экипаж остановился на центральной улице Ифы. Я совсем не знала столицу, поэтому величественные здания и дорогие магазины ослепили меня. Как я и думала, пошел снег. Он падал мне на шляпку и плечи пушистыми хлопьями. Я посмотрела на хмурое небо и поняла, как сильно мне не хватало солнца. За последние дни я пользовалась магией крайне редко, и это уже начало влиять на мое настроение. Если так пойдет и дальше, мое физическое здоровье начнет ухудшаться.

Кто-то тронул меня за плечо.

— Рейна, посмотри, там ювелирная лавка! Давай заглянем. Лиадор, можно?

Парень снисходительно улыбнулся.

Взяв меня за руку, Энна потащила меня в большое бледно-желтое здание, оформленное снаружи лепниной. На фасаде красовалась надпись «Ювелирная лавка господина М».

Меня сразу окутало тепло. Энна с интересом разглядывала витрины и, видимо, имела решительное намерение купить себе что-нибудь новенькое. Я же безучастно стояла у стены и наблюдала за ее метаниями по лавке.

— Тебе нехорошо, Рейна? — Раздалось слишком близко к моему уху. По шее тут же пробежали мураши.

— Вовсе нет, — сказала я, не оборачиваясь к хозяину столь приятного голоса. — Просто к украшениям я равнодушна.

— Уверен, ты просто не нашла украшений себе по душе. Что тебе больше нравится? Серьги? Кольца? Подвески или колье?

Нет, подвески мне уж точно не нравятся. Последнюю и самую дорогую для меня когда-то подвеску я превратила в пепел. Больше мне не надо. Да и Изабелла обеспечила меня ими больше, чем нужно.

— Броши, — ответила я через минуту. — Пожалуй, к ним я больше благосклонна.

— Но у тебя все равно нет желания что-то приобрести?

— Господин Лиадор, я не вижу смысла покупать себе брошь. Видите ли, я нахожу их вещью очень символичной и считаю, что броши должны дариться только в подарок. Но не в подарок самой себе. Вы понимаете?

Наконец я посмотрела на графа. Уголки его губ приподнялись в нежной улыбке, а сам он смотрел на меня растерянным взглядом. Я вздохнула. Когда уже Энна закончит? Надеюсь, она поторопится.

— Хотела поблагодарить вас за букет. Он чудесный, хотя цветы я не люблю. Торжественно объявляю вам о милосердном прощении.

— Это мелочь, — отозвался он и сразу добавил: — Я имею в виду букет.

Ага, мелочь. Мелочь, стоящая целое состояние.

Следом мы — наконец-то! — направились к кофейне. Слово «кофейня» отзывалось во мне тупой болью, волнами расходившейся по всему телу. Все заметили мое подавленное настроение, но я молчала и не хотела портить им вечер. Наверное, я не слишком красиво себя повела, но на притворство у меня не было сил. Пусть думают, что хотят.

Я посмотрела в окно на падающий снег. В тот вечер снег тоже шел. Тогда я в последний раз видела маму и Калирию. И тогда они меня предали. Интересно, что-нибудь могло бы заглушить эту тупую боль? Хоть что-нибудь?

Я снова вспомнила о нем и словно услышала его хриплое и до дрожи страстное «Рейна». Я не сразу поняла, что меня зовет Лиадор. Я очнулась и посмотрела на его встревоженное лицо.

— Рейна... Почему ты плачешь?