Глава 17.
Ника вышла из отделения, не оборачиваясь. Она шла по ночной улице, сжимая кулаки так сильно, что ногти больно впивались в ладони, но эта физическая боль была ничем по сравнению с тем, что творилось в душе. Эмоции разрывали её изнутри. Она ведь давно замечала, что Валера изменился, но до последнего гнала от себя дурные мысли.
Сначала это были резкие вспышки агрессии, к ним Вероника со временем привыкла, списывая всё на тяжелое время и его дела. Потом начался тотальный контроль, а следом холод. Валера стал отдаляться, пропадать сутками, и если он вообще приходил ночевать, это уже считалось за праздник.
Раньше Ника закрывала на всё это глаза. У них ведь сын, маленький Влад... Как растить ребёнка без отца в такое неспокойное время? Да и любила она его, отчаянно, до безумия. Но сегодня розовые очки не просто спали, они разбились. Стало плевать на всё.
Ещё и эта Аня, взявшаяся чёрт пойми откуда. Валера всегда твердил, что у него только одна сестра, Варя. Ложь наслаивалась на ложь, превращая их жизнь в какую-то грязную, запутанную историю.
За тяжелыми раздумьями Вероника не заметила, как дошла до дома. Чтобы не разбудить сына, она долго шарила по карманам в поисках ключей, а когда наконец нашла, максимально тихо провернула замок. Зайдя в темную прихожую, Ника устало рухнула на пуфик, едва заставив себя стянуть сапоги.
Из кухни на свет в коридоре вышла Наташа с полотенцем в руках. Увидев сестру, она слабо улыбнулась, но тут же осеклась, заметив её состояние.
— Что-то случилось? — шепотом спросила Наташа, наблюдая, как Вероника медленно, словно через силу, снимает пальто. — Валера прилетел час назад, сказал, что ему срочно нужно уйти, и попросил посидеть с Владиком.
— Сестра его случилась, — зло усмехнулась Ника, направляясь в спальню.
— А что с Варей? Заболела? — Наташа растерянно пошла следом, еще сильнее понижая голос.
— В том-то и дело, что не с Варей, — прошептала Ника в ответ.
Она замерла у детской кроватки. Маленький Влад сладко спал, раскинув ручки в стороны. Глядя на него, Ника почувствовала, как к горлу подступает комок.
— Нашлась некая Аня. Якобы двоюродная сестра. Подозреваемая наша.
Наташа так и застыла с полотенцем в руках, не зная, что сказать. Вероника аккуратно наклонилась, коснулась губами теплой щеки сына, а затем решительно направилась к выходу из комнаты, увлекая сестру за собой на кухню.
Наташа бессильно опустилась на стул, а Вероника, закатав рукава кардигана, достала две чашки и разлила чай. Поставила одну чашку перед сестрой и достала из холодильника торт, тот что остался после недавних полугодин Владика.
— Что делать думаешь? — спросила Наташа, глядя в темное окно, где отражался тусклый свет кухонной лампы. — У вас же сын, Ник... Семья.
— Семья? — Вероника горько усмехнулась и сделала глоток, обжигая губы. — Семья это когда за спиной будущее, а не пропасть. Сама воспитаю. Без Валеры ему будет лучше, по крайней мере, не увидит того дерьма, в которое его отец вляпался. Наташ, я сердцем чувствую, скоро что-то будет. А мне сейчас нельзя раскисать. Мне о сыне надо думать, а не о том, как спасать то, что уже сдохло.
Вероника устало вздохнула и подперла голову рукой, бросив взгляд на наручные часы. Девятый час.
— Я не буду на тебя давить, — Наташа поправила кудряшки и слабо улыбнулась. — Ты всегда была сильнее нас всех. Наверное, ты права. Давай просто... не о нем.
Они просидели так еще час, перескакивая с темы на тему, обсуждали сплетни, старых знакомых и всякую ерунду, лишь бы не возвращаться к событиям в отделении. Тишину квартиры нарушил резкий, настойчивый стук в дверь.
Ника мгновенно напряглась. Десять вечера. В это время к ней обычно не приходят.
— Может, Вова? — Ника вопросительно взглянула на сестру.
— Нет, — Наташа покачала головой, — он сегодня в ночь работает.
Вероника молча поднялась и вышла в прихожую. Заглянув в глазок, она облегченно выдохнула, за дверью стоял Вадим. Она быстро провернула замок и, прежде чем брат успел открыть рот, приложила палец к губам.
— Тихо, малый спит.
— И тебе привет, — шепотом отозвался Вадим, заходя в квартиру с улыбкой. Но его вид и голос Нике совсем не понравился.
— Что случилось? — Ника скрестила руки на груди, наблюдая, как брат стягивает кожанку, не глядя ей в глаза.
— Случилось, — Вадим поджал губы и тяжело вздохнул. — Пошли на кухню. Есть разговор, который тебе очень не понравится.
Вероника почувствовала, как внутри всё сжалось от недоброго предчувствия. Вадим заходил редко, вечные дела, работа, молодая девушка Николь... Обычно он ограничивался коротким звонком, а если уж пришел лично в такой час, значит, случилось что-то по-настоящему паршивое.
Вадим молча прошел на кухню, Ника тихо последовала за ним. Машинально поправив светлые волосы, она достала чистую кружку и наполнила её для брата, почти не вслушиваясь в его дежурный обмен фразами с Наташей.
Ника поставила чай перед Вадимом и села напротив, забравшись на стул с ногами.
— В общем, слушай, — Вадим сцепил пальцы в замок и посмотрел сестре прямо в глаза. — У моей Николь пропала младшая сестра. Ей всего три годика. А за пару дней до этого исчез сын у моего старшего. Мальчишка ровесник твоего Владика.
Вадим замолчал, подбирая слова, а затем медленно достал из кармана сложенный вдвое листок бумаги.
— Это оставили в квартире Николь. Прямо на кухонном столе.
Вероника перехватила листок. Нахмурившись, она впилась взглядом в неаккуратный, размашистый почерк.
Если Лола не перестанет под нас рыть, следующим будет её сын.
Ника несколько раз глубоко выдохнула, заставляя себя сохранять спокойствие. Паника, плохой советчик. Лола... Её старое прозвище, которое знали только свои. Кто-то намеренно бил по самому больному, превращая её работу в личную игру.
— Что еще известно? — Вероника выпрямилась, её взгляд стал жестким, ну или же профессиональным. — Соседей опрашивали?
— Бабулька из третьего подъезда видела девочку, — глухо отозвался Вадим. — Сказала, малая шла за руку с мужчиной совершенно добровольно. Не плакала, не кричала. Значит, либо он умеет втираться в доверие, либо они его знают.
— Или это кто-то из наших, — задумчиво протянула Вероника. — Дети и раньше пропадали, но ни одного тела так и не нашли. Зачем они им живыми? Коллекционируют они их, что ли?
— Вот это тебе и предстоит выяснить, — подала голос Наташа, и в её глазах отразился неподдельный страх.
— Но это еще не все проблемы, — Вадим замялся, бросив быстрый взгляд на дверь детской. — Валера твой час назад ко мне приходил. Оружие просил, причем срочно. Он тебе не говорил, во что вляпался?
Нику словно ледяной водой окатило. Она ведь совсем недавно отобрала у него ствол, устроив жуткий скандал. Валера тогда бросил, что всё равно найдет выход, но она не думала, что он пойдет к её брату. Зачем ему оружие именно сейчас? Связано ли это с Аней или с похищениями?
— Не говорил... — Ника закусила губу до крови, чувствуя, как пазл в голове никак не хочет складываться. — Я завтра...
Договорить она не успела. Из комнаты донесся резкий, надрывный детский плач. Вероника подскочила со стула, мгновенно забыв обо всем на свете, и бросилась к сыну.
Влад плакал надрывно, до красноты в щечках, отчаянно потирая кулачками заспанные глаза. Вероника аккуратно подхватила его на руки, прижимая к груди. Малыш тут же притих, чувствуя родное тепло, и жадно присосался к бутылочке со смесью. Ника грустно вздохнула, глядя на то, как сын пьет молоко из пластика. Из-за постоянного стресса, бесконечных ночных выездов и нервного истощения собственное молоко пропало еще месяц назад. Она чувствовала вину, но работа в убойном отделе не оставляла выбора.
Когда Владик поел, Ника еще пару минут поносила его столбиком, дожидаясь, пока он сонно засопит, и осторожно уложила обратно. Малыш снова погрузился в безмятежный сон.
Прежде чем выйти, Вероника замерла. Записка, которую принес Вадим, жгла сознание. Она подошла к окну и на всякий случай проверила ручки окна. Оставив включенным неяркий ночник в углу, девушка вышла на кухню.
Вадима на месте уже не было. Наташа стояла у раковины, сосредоточенно вытирая посуду полотенцем.
— Он сказал, что завтра позвонит, — не оборачиваясь, произнесла сестра. — У него какие-то терки на районе начались, не хотел тебя грузить. Ника... ты не против, если я сегодня у тебя останусь? Одной после этой записки... неуютно.
— Оставайся, конечно, — Вероника слабо улыбнулась и обняла себя руками, пытаясь унять внутреннюю дрожь. — Я сейчас приготовлю нам постель и достану тебе что-нибудь из одежды.
Ночь прошла в тишине. Ника лежала на кровати в спальне, прислушиваясь к каждому шороху за дверью. Ей казалось, что в темноте коридора шепчутся тени, а за окном кто-то пристально следит за их окнами. Она уснула лишь под утро, когда небо начало светлеть, окрашиваясь в холодный голубой цвет.
Утро началось с крепкого кофе и сухого пайка. Наташа, сонная и взъерошенная, уже возилась с Владом, давая Нике возможность собраться.
— Я справлюсь, иди, — Наташа подмигнула сестре, хотя в глазах всё еще читалась тревога. — Дверь запру на все замки, из дома ни ногой.
Ника поблагодарив сестру и поцеловав сына вышла, у подъезда уже ждал знакомый черный бмв. Кирилл, с пластырем на переносице после вчерашнего привета из багажника, хмуро курил, опершись на капот. Таня сидела внутри, сосредоточенно просматривая какие-то документы.
— Ну и видок у тебя, Ворон, — усмехнулась Ника садясь на переднее сиденье.
— Скажи спасибо, что вообще живой, — проворчал Кирилл, выруливая со двора. — Слушай, Ника, в отделе сегодня пополнение. Из главка прислали вундеркинда. Говорят, чей-то сынок, решил в правосудие поиграть.
— Странно, — нахмурилась Вероника. — У нас достаточно сотрудников, — это действительно было странно, ведь мало кого брали к ним в отделение. — Ну, на месте разберёмся.
В отделении было шумно. Запах кофе смешивался с ароматом свежей типографской краски, привезли бланки протоколов. Данилин вызвал их к себе в кабинет сразу.
Рядом с майором стоял молодой человек в идеально отглаженном сером костюме. На фоне помятых оперов он выглядел как инопланетянин.
— Знакомьтесь, — Данилин потер виски, — это наш новый следователь, Станислав Игоревич Резников. Стас, это твоя группа, Рудакова, Воронов и Танечка.
Станислав едва заметно кивнул, поправляя очки в тонкой оправе.
— Приятно познакомиться. Надеюсь на продуктивное сотрудничество, — голос его был ровным и сухим, что вызывало ещё больше недоверия.
— Ну, обещать ничего не буду, — честно ответила Ника. — Посмотрим на ваше поведение, лейтенант.
Продуктивного сотрудничества не получилось. Спустя пару часов работы Резников, закопавшись в материалы дела Ани, внезапно заявил.
— Эту девушку нужно выпустить под подписку о невыезде. У нас недостаточно улик для содержания под стражей более суток. Покушение на сотрудника? Она была в состоянии аффекта, испугалась. К похищениям детей она отношения не имеет, прямых доказательств нет.
— Ты с ума сошел? — Ника подскочила с места, ударив ладонью по столу. — Она сбежать пыталась! Она знает тех, кто похищает людей! Или хочешь сказать что она просто так пыталась сбежать?
— Рудакова, спокойнее, — Станислав даже не моргнул. — Закон есть закон. Я выношу постановление. Пусть идет, но город не покидает. Мы установим за ней наблюдение.
Данилин лишь развел руками, давая понять, что спорить с приказом из главка бесполезно. Аня вышла из камеры через час, бросив на Нику такой торжествующий взгляд, от которого захотелось достать табельное оружие.
— Понаберут на свою голову всяких, — недовольно бубнила Вероника потягивая кофе. — Что же с тобой не так, Стасик?
Рабочий день тянулся вечность. Вероника чувствовала, как петля вокруг её шеи затягивается. Все было слишком тяжело, еще и Данилин уехал, а ведь она должна была рассказать ему про детей. Выйдя из отделения поздно вечером, она отказалась от предложения Кирилла подвезти её, хотелось пройтись, проветрить голову.
Весенний вечер был обманчиво тихим. Когда Ника уже подходила к своему дому и потянулась к ручке подъездной двери, за её спиной раздался шорох шагов. Тело само вспомнило боевую стойку, рука привычно скользнула в карман пальто, где лежал складной нож.
— Далеко собралась, Вероника? — прозвучал до боли знакомый голос. Спокойный, чуть с хрипотцой, пробирающий до костей.
Вероника замерла. Этот голос она узнала бы из тысячи. Она медленно повернулась, чувствуя, как воздух в легких становится густым и липким.
В тени под деревом стояла Лиля. Та самая Лиля, которая пропала без вести с того дня как с ними разобрался Фитиль. Она была одета в дорогое кожаное пальто, волосы были коротко стрижены, а на лице играла странная, почти безумная улыбка.
— Лиля? — выдохнула Ника, не веря собственным глазам. — Живая ещё?
— Давай без этого, — девушка как будто стала увереннее. Она достала сигарету, закурила, и только потом продолжила. — Я пришла поговорить о Валере, может даже помочь смогу, — пожала плечами девушка и протянула сигарету Веронике.
Тгк: @kissriii1