24
Весь день мы с родным были вместе. Но к вечеру нужно было собираться.
Одев черный костюм Адидас и олимпийку Вовы, я начала красится. Черная подводка и тушь того же цвета были идеальны с сочетанием матовой коричневой помады. Волосы убраны в средний хвост.
Тем временен Вова не спускал с меня глаз, и видя как иногда я корчусь от боли легко ухмылялся.
Он решил не отставать от меня чуть позже одел свои спортивки черного цвета и накинув ветровку ждал меня.
В — ты прекрасна — произнес Владимир и в его глазах я увидела блеск
Я улыбнулась ему и начала выходить из квартиры.
Через час мы стояли у тех же гаражей. Рэмбо опёрся спиной о стену, Турбо крутил в руках пачку сигарет , Зима курил, не сводя глаз с проезда.
В — Идёт, — сказал Вова.
Из-за угла вышел мужчина в камуфляжной куртке, с седыми висками, со шрамом через левую бровь. Шёл уверенно, не оглядываясь.
Милена шагнула вперёд — и замерла. Вова рядом тоже дёрнулся.
— Клин? — выдохнула она.
*Клин* — парень по имени Дмитрий, служил в отряде у Милены, кого она вытаскивала с того света. Ушел со службы полтора месяца назад. Собирается вернутся через месяц. Хороший друг Сени. Был знаком с Владимиром.
Клин — Милена? — мужчина остановился в двух метрах, глаза расширились. — Твою мать... Живая?
— А ты думал, меня там закопают? — голос дрогнул, но она взяла себя в руки. — Ты как здесь оказался? Я думала, ты ещё в Афгане.
Клин — подошёл ближе. Они обнялись коротко, по-мужски хлопнув друг друга по спине. Вова протянул руку, Клин пожал.
Клин — Не ожидал, — сказал Клин, разглядывая её. — Дембельнулся полтора месяца назад. Думал, отдохну. А тут... сама видишь.
В — Твои люди на универсаме шалят, — жёстко сказал Вова. — Надо поговорить.
Клин — Мои? — Клин нахмурился. — Сейчас разберёмся. Но сначала есть разговор. Серьёзный.
Он кивнул в сторону гаража:
Клин — Зайдём? Наедине.
Милена обернулась на Вову. Тот шагнул было следом, но Клин остановил его взглядом:
Клин — Вова, братан, не обижайся. Это по старой памяти.
Вова скрипнул зубами, но остался с пацанами.
Они зашли внутрь. Клин закрыл дверь, сел на перевёрнутый ящик.
Клин — Сначала про универсам — мои там реально бортанули пару ларьков. Я разберусь, виновных накажу. Мирно.
— Договорились, — кивнула Милена, садясь напротив. — А теперь говори, что за серьёзный разговор.
Клин вздохнул, потёр шрам:
Клин — Ты знаешь, что началось? Всеобщая мобилизация. Повестки приходят каждый день. Даже тем, кто уже отслужил. Даже бабам, у кого бронь есть. Твой контракт, я слышал, уже закончился?
— закончился пол года назад, — сказала Милена.
Клин — тогда готовься, — перебил Клин. — Через пару дней тебе наберут. И поедешь не на переподготовку — в мясорубку. Новый капитан у нас... контуженный псих. Он почти весь наш отряд положил. Третий взвод — всех расстреляли на полигоне за отказ выполнять приказ. Второй — разбили в первом же бою. Я один из трёх, кто вышел своими ногами.
У Милены побелели губы. Она стиснула кулаки, чтобы не показать дрожь.
— Кого расстреляли? Весь третий? Там же мои пацаны были...
Клин — Всех. Включая тех, кого ты тренировала.
Она закрыла глаза. В голове замелькали лица:
Зима, её брат,— он же сейчас снаружи стоит. И Вовин брат, Марат. Если начнут забирать всех, они попадут под раздачу первыми.
— Мне страшно, Клин, — призналась она шёпотом. — За брата. За Вовиного брата Марата. Я не могу их бросить.
Клин — значит готовся морально. У тебя много связей попробуй. Я тоже приложу свои усилия, но вряд ли что-то получится. Я возвращаюсь через месяц — меня обратно призвали, уже подполковником. И я надеюсь на тебя.
— я не смогу, — горько усмехнулась Милена.
Клин — сможешь, пора закончить эту войну, — Клин встал. — Думай. Время поджимает.
Они вышли из гаража. На улице её встретили вопросительные взгляды. Вова шагнул к ней, взял за плечи:
В — Что он сказал?
Милена подняла глаза. В них стояли слёзы, которые она сдерживала из последних сил.
— Вова...это пиздец. Я позже расскажу, сейчас сообщи всем пацанам,чтобы завтра на сборы пришли с повестками из ящика.Пусть не открывают завтра все скажу..
Он побледнел, оглянулся на пацанов. Зима выронил сигарету. Турбо сжал прут так, что тот хрустнул.
Т — хорошо Милен, донесем
Милена выдохнула, и посмотрела на своего брата
— зим, у тебя скорее всего будет две бумажки одинаковые принеси их. И прошу не читайте их.
Все парни кивнули и подав всем руки разошлись.
Милена с Вовой шли молча...
Возле подъезда Милена остановила возлюбленного
— надо поговорить
Тот просто кивнул. Они отошли к лавочке и Милена начала свой рассказ
— родной , я не знаю как правильно донести это, но весь мой третий отряд расстреляли, а второй в мясорубке человека три выживших от силы. Начали присылать повестки. — она задумалась на мгновение , но затем продолжила. — я завтра первая буду смотреть кто поедет в этот ад.
Вова молчал. Переваривал информацию, а потом просто вцепился в губы Милены. И спустя время шепотом произнес.
В — мы справимся слышишь?
Я неуверенно кивнула и они пошли в квартиру Вовы и сразу легли спать.
На следующий день, Пальто собрал всех в старой качалке при универсаме. Пахло потом, железом и сыростью. Рэмбо крутил педали на велотренажёре, Турбо качал пресс на лавке, Зима с Маратом молча сидели на скамейке. Вова стоял у двери, поглядывая на часы.
Они разошлись еще утром с Миленой.
Милена вошла в военной форме без погон, с планшеткой в руках. Лицо жёсткое, без тени улыбки. Она была капитаном двух отрядов, уже служила с Вовой в Афганистане, и сейчас их заново призывали — там начиналась полная мясорубка.
— Привет, пацаны. Спасибо, что пришли, — сказала она коротко. — У меня к вам дело. Принесли то, что я просила?
Каждый из них протянул ей конверт. Повестка — самое страшное что призыв не просто отслужить, а на войну. Они сами не знали, годны ли к службе.
Она открыла планшетку, бегло просмотрела каждый документ. Пальцы слегка дрожали, но она держала лицо.
— Ладно. А теперь идите на сборы с Вовой.
М — А повестки? — спросил Марат.
— Я сама разберусь. Выполняйте.
Никто не посмел ослушаться. Они вышли, гремя кроссовками. Вова подошел к Милене, оставил краткий поцелуй и задержался у двери, бросил на нее короткий взгляд — она едва заметно кивнула. Он ушёл.
Качалка опустела. Милена осталась одна в тесной каморке, заваленной гантелями и старыми матами. Она закрыла дверь, села на табурет и вытащила все документы.
Многие пацаны были не годны, ее это радовало. Она даже смогла выдохнуть. Но тут начади попадаться повестки родных ей людей.
Она проверяла каждую строку. Зима — категория А-1, годен. Рэмбо — А-1, годен. Турбо — А-1, годен. Марат — А-1, годен. Пальто — А-1 годен, Вова — А-1, годен. И наконец, последний конверт — её собственный.
Она разорвала конверт. Внутри был официальный бланк — повестка в военкомат. С пометкой:
«Призыв в связи с осложнением оперативной обстановки. Явка обязательна. Завтра в 8:00. С собой: вещмешок, документы». Внизу — печать и подпись военкома.
У Милены перехватило дыхание. Она знала, что её снова призовут. Но одно дело знать, другое — держать в руках. Она уже служила с Вовой, они вместе прошли первый срок, и даже больше пять лет службы и вот опять. Только теперь масштаб другой — полная мясорубка, как говорили в штабе.
Слёзы брызнули из глаз. Она сжала листок в кулаке, закусила губу, чтобы не закричать. Но тут телефон на стене резко зазвонил. Старый, чёрный, дисковый аппарат. Она вздрогнула, вытерла щёку и сняла трубку.
— Алло.
— Капитан Зималетдинова? — мужской голос, сухой, официальный.
— Да...
— Завтра в восемь утра явиться в военкомат. С вещами на неопределённый срок. Вопросы?
— Нет... — прошептала она.
В трубке раздались короткие гудки.
Она медленно опустила трубку. Руки тряслись. Она посмотрела на разложенные на полу документы парней — все с отметкой «годен». Все: Вова, Марат, Зима, Турбо, Рэмбо, Пальто. И её собственная повестка.
Она поняла: они все поедут вместе. В Афганистан. В мясорубку.
Милена медленно собрала бумаги, сунула их в планшетку. Вытерла слёзы, поднялась на ватных ногах. Завтра в восемь. Надо идти.
Она вышла из качалки в пустой зал, где на полу валялись забытые кроссовки и пустая бутылка кефира. Солнце уже садилось за окна универсама. Где-то вдали лаяла собака.
Милена прошептала в пустоту:
— Значит, вместе. Значит, опять война...
И шагнула в вечер...
Ну что начинаем оправдывать название истории)
Долго не было глав поэтому сегодня целых две!
Ставим звездочки!
Тт: Tyrkina))