Глава 21. Фамильное дело
После утреннего переполоха нам пришлось дружно взяться за дело. Кухня выглядела так, будто по ней прошелся торнадо из дыма и гари. Пока парни открывали окна в комнатах и выносили пакеты с мусором, мы с Ланой, вооружившись тряпками и порошком, отмывали плиту и ту самую злополучную сковородку. Работали молча, но слаженно. Кухня наконец-то приобрела жилой вид, хотя легкий запах гари всё еще витал под потолком, напоминая о неудачном кулинарном дебюте Ланы.
Мы все уселись за стол, чтобы наконец решить, что делать дальше. Животы урчали в унисон, создавая комичный аккомпанемент нашей серьезности. Марат, развалившись на табуретке и лениво вырисовывая вилкой узоры на пустой тарелке, вдруг поднял на меня глаза:
- Слышь, Лир... А фамилия-то у тебя какая? Просто интересно. Раз тебя тут весь подъезд боится, должна же быть какая-то громкая, чтобы сразу - бам! - и все по норам.
Я усмехнулась, опершись спиной о старый буфет, который еще помнил лучшие времена.
- Лебедева, - четко произнесла я. - Лира Лебедева.
Валера, который до этого задумчиво вертел в руках спичечный коробок, резко замер. Он медленно поднял голову, и в его глазах блеснул знакомый дерзкий огонек. Он окинул меня долгим, изучающим взглядом, словно впервые по-настоящему увидел, а потом на его губах появилась та самая хриплая, уверенная улыбка, от которой по коже пробегал легкий ток.
Он поднялся со стула, не сводя с меня глаз, и подошел почти вплотную. Пространство кухни будто сжалось до размеров нас двоих. Я почувствовала тепло, исходящее от него, и едва уловимый запах мороза, оставшийся на его одежде.
- Лебедева, значит? - протянул он, склонив голову набок. Его голос стал тише, в нем проскользнули бархатистые, почти интимные нотки. - Красивая фамилия, Лир. Но ты не переживай... в дальнейшем, может быть, будет моя.
В кухне на секунду повисла такая тишина, что было слышно, как капает вода в раковине. А в следующую секунду она буквально взорвалась гулом и свистом.
- О-о-о-па! - Марат первым подскочил на месте, едва не опрокинув табуретку. - Слышали?! Вот это Турбо выдал базу!
- Нифига себе заходы! - Зима весело присвистнул, толкая Пальто локтем в бок так, что тот охнул. - Наш Валерка-то времени зря не теряет! Сразу в ЗАГС наметил, без захода на базу!
- Ого... - Лана прижала ладони к горящим щекам, переводя восторженный взгляд с меня на Валеру. - Это же... это же как в романах!
Я почувствовала, как лицо заливает густой, обжигающий румянец. Сердце заколотилось где-то в районе горла, мешая дышать, но я заставила себя не отводить взгляд. В конце концов, я же Лебедева, я не умею пасовать.
- Туркина? - тихо спросила я, стараясь, чтобы голос звучал иронично, а не дрожал от волнения. - Лира Туркина?
Валера сделал еще полшага вперед, сократив дистанцию до минимума. Между нами остались считанные сантиметры. Он смотрел мне прямо в глаза, абсолютно игнорируя улюлюканье пацанов за спиной.
- Звучит же, скажи? - он подмигнул мне, и в этом жесте было столько самоуверенности и неприкрытого флирта, что у меня предательски подкосились колени.
- Фу-у-у, ну вы даете! - Марат притворно закрыл глаза руками. - Расходимся, пацаны, тут любовь-морковь началась, сейчас сахар по стенам потечет!
Валера со смехом обернулся к парням, мгновенно переключаясь в режим лидера:
- Всё, хорош гудеть, соловьи! Марат, подрывайся. Собираемся и дуем в магазин. Если мы сейчас нормально не поедим, то просто помрем тут все с голоду, и никакие фамилии нас не спасут.
Марат и Валера быстро накинули куртки и вышли в подъезд, их голоса и смех еще долго доносились с лестничной клетки. Зима и Пальто остались на кухне вместе с нами. Зима, который до этого внимательно наблюдал за нашей сценой, хитро прищурился. Он придвинул к себе табуретку, сел на нее задом наперед, положив подбородок на руки, и весело спросил:
- Лирик, колись... а Турбо тебе че, реально понравился? Смотришь так на него, будто он - последний кусок хлеба в голодный год.
Я усмехнулась, стараясь вернуть себе маску полнейшего хладнокровия, и принялась убирать со стола лишние чашки.
- Да ну, Зима, не придумывай. Не моё это всё - любовь-морковь ваша, розовые сопли. У меня сестры на руках, хозяйство, проблем выше крыши. Так что можно сказать, что я - мать с прицепом, причем двойным. Какая тут романтика?
Зима хмыкнул, явно не до конца поверив моим словам.
- Ну-ну. А че тогда искры по кухне летали, когда он про фамилию задвинул?
- Да брось, - я пожала плечами, не оборачиваясь. - То, что мы тут типо флиртуем - это так, шутка. Просто игра, чтобы скучно не было. Валера парень видный, язык подвешен, вот и балуется. И я в долгу не остаюсь. Сами же знаете - нам сейчас только драм не хватало.
- Шутка, значит? - Зима покачал головой, обмениваясь взглядом с Пальто. - Ну-ну, Лебедева. Смотри, как бы эта шутка в один прекрасный день не стала правдой. Турбо ведь если че в голову вбил - его уже танком не свернешь. А фамилия «Туркина» тебе и правда идет.
Я ничего не ответила, лишь сильнее сжала край стола. Внутри всё еще всё дрожало от его взгляда, и никакие рациональные доводы о «матери с прицепом» не могли заглушить это странное, пугающее и одновременно прекрасное чувство в груди.
Минут через двадцать входная дверь с грохотом распахнулась. В коридор ввалились Валера с Маратом, нагруженные бумажными пакетами. От них пахло холодом, свежим хлебом и чем-то мясным.
- Так, хозяйки! - скомандовал Валера, сгружая пакеты прямо на кухонный стол. - Мы там полмагазина вынесли. Марат даже умудрился какую-то дефицитную колбасу выклянчить у продавщицы. Сейчас будем устраивать нормальный обед, а то на ваших «углях» далеко не уедешь.
Марат с гордым видом выложил на стол батон, палку «Докторской» и даже пару банок сгущенки.
- Гуляем, пацаны! Лира, давай командуй, куда это всё резать. Сегодня у нас будет пир, какого этот подъезд еще не видел!
Глядя на их задорные лица, на то, как Валера по-хозяйски распоряжается продуктами, я невольно улыбнулась. Может, это и была «шутка», но в этой шутке было больше тепла и жизни, чем во всей моей предыдущей реальности.