Свет среди тьмы||Турбо, Слово пацана

Суворова шла быстрым и уверенным шагом, не замечая никого и ничего вокруг. Было плевать на все, сейчас цель была одна: поговорить с Максимом и спросить, что он вообще себе вдруг позволил.

Совсем скоро она дошла до его квартиры, со всей силы стуча по двери. Она резко распахнулась, за ней оказался Макс. В полном недоумении он смотрел на Настю, в чьих глазах было полно гнева и ненависти.

—Зачем ты это сделал? Он в больнице как овощ теперь лежит!, — прокричала девушка, тяжело сглотнув ком в горле.

—Настюша, с каких это пор ты защищаешь того, кто тебе репутацию испортил, м? Забыла, что ты могла бы быть сейчас по горло в грязи, если бы не твой брат?

После этих слов парень резко дернул её за руку себе в квартиру, закрывая за ней дверь. Он толкнул её назад так сильно, что у той подкосились ноги и она рухнула на пол, больно подвернув ногу. Настя вскрикнула от боли, тут же прикусив губу, чтобы не издать ни звука. Максим закатила глаза и так же грубо дернул её за обе руки, чтобы поднять на ноги.

—К чему этот цирк, Настенька? Ты же сильная девочка, не так ли?, — с издевкой прошипел Максим ей прямо в лицо.

Девушка смотрела прямо ему в глаза, намереваясь сказать больше. В голове уже прокручивались слова, которые она хотела сейчас сказать.

—Не смей даже подходить больше к нему или ко мне, ясно?

—Так вы что, трахаетесь? Ты бы так и сказала. А то не успеваю за твоими парнями следить. Ты же у нас вафлерша, все в школе знают.

К глазам девушки подступили слёзы, но она старалась подавить их и оставить в себе. Слухи в школе действительно не давали ей покоя уже долгое время, а тут ей говорят об этом прямо. Теперь и самой Суворовой стало ясно, кто распускает их. Мерзкое чувство разлилось по всему телу, голова шла кругом и стало тошно от его слов и действий.

Все это время она страдала из-за него. Из-за его слов она постоянно была поводом для обсуждения и насмешек от остальных. Её ночные кошмары — это его заслуга. Только из-за Максима у девушки было миллион проблем, когда все время до этого она была уверена, что белой всему именно Турбо. Но враг оказался гораздо ближе, чем она думала. Ведь Настя могла доверять ему, иногда рассказывала про дела братьев, семью. Неужели Макс, который выглядел так безобидно, всегда улыбался ей в лицо, сейчас стоит перед ней совсем в другом облике. "Волк в овечей шкуре".

—Какой же ты мудак. Мерзкий, самовлюбленный, просто отвратительный..

Суворова не договорила — ее речь прервал резкий и звонкий шлепок по щеке. От него в глазах потемнело, она еле осталась стоять на ногах. В ушах зазвенело, а как только девушка распахнула глаза вновь, то увидела его лицо. Теперь же оно не выражало злорадствующей усмешки, а только злоба. Мускулы на лице дергались от злости, казалось, сейчас он разорвет её прям на месте.

—Мне какая-то мелкая шалава ещё смеет что-то предъявлять?, — голос хриплый от напряжения.

—А ты смеешь избивать человека до больницы? Ты смеешь распускать про меня слухи?, — Настю было не остановить. Навряд ли будет что-то хуже пощечины, правда?

Но Максим злился с каждым мгновением все сильнее. Рука переместилась на её горло, плотно сжимая и удерживая её у стены. Девушка пыталась отбиться, отодрать его руку от своей шеи, или хотя бы что-то сказать, но все попытки были тщетны. Настя лишь жалко открывала рот, пытаясь ухватить хотя бы каплю воздуха. Все сейчас было похоже на кошмар, а в голове все спуталось. Тревога брала вверх над разумом, из-за чего плана действий не было совсем.

Руки Максима стали бесцеремонно блуждать по её телу, понимая край её кофты вверх. Девушка могла лишь глазами испуганно смотреть на него, пока слёзы мешали ей сделать даже это. Она слышала только звон в ушах и его тихий шепот: «Не реви, ты же сильная. А то хуже будет». Глаза забегали по коридору, стараясь зацепиться хоть за что-то.

Она все же видит зонт, висящий прямо у её головы. Парень не успевает перехватить её руки, как она со всей силы бьет острым концом прямо в его грудь. Максим инстинктивно делает шаг назад, поперхнувшись воздухом. У него всегда была привычка не закрывать входную дверь на замок, что очень помогло Суворовой сейчас: она мигом ринулась к двери, выбегая наружу. Вслед она слышала лишь его крики и угрозы, но адреналин давал о себе знать, что она вовсе не слышала всех его слов.

Выбежав на улицу, она наконец вдохнула полную грудь, закрыв глаза на секунду. В память врезались эти ужасные моменты, на теле было противное чувство его рук. Хотелось смыть все это с себя. Только одно было хорошо — она вовремя убежала и нашла выход.

Настя часто действовала под влиянием чувств, а не здравого смысла. В этом была её проблема. Вот и сейчас, пока она шла к Максиму, она совсем не знала, чего вообще хотела, на что она рассчитывала. В голове даже не появлялись мысли о том, как он отреагирует на её слова. Может, если бы она хотя бы сейчас подумала и продумала бы все, то ничего не произошло бы?
Это и была самая худшая черта характера у Суворовой — думать, а лишь после делать. Сколько раз она оказывалась в неприятностях, думая, что все обойдется стороной? Не сосчитать.

Но именно адреналин давал ей чувствовать себя живой раньше. А сейчас? Она чувствовала себя грязной, тошно было вспоминать даже его прикосновения к ней. Суворова прокручивала в мыслях эти события и хотелось просто навсегда вычеркнуть этот день из своей жизни, забыть как кошмар или просто страшный сон.

Дома ей было даже противно смотреть на саму себя. Она сразу помчалась в ванную, игнорируя Марата, который кричал ей вслед и пытался расспросить о том, где она была несколько часов до этого. Настя совсем не слушала его, лишь заперлась в ванной, разделась и облилась горячей водой. Кипяток жег её кожу, оставляя заметные красные следы. От боли она закусывала губу, лишь бы не издать лишнего писка.

Было чересчур больно, кожа сгорала от температуры воды, но Суворова терпела, лишь бы смыть сегодняшний день хотя бы со своего тела. Она стояла под напором воды, а пока она стекала по её изгибам, девушка вновь дала себе быть слабой наедине с самой собой. Слёзы капали градом, всхлипы, еле слышные, раздавались в стенах ванной комнаты.
Так она могла избежать, хоть и не на долго, реальность.

❝ Способ человека избежать реальности говорит о его глубочайших желаниях. ❞