11 часть
Я замерла на месте, прислушиваясь к каждому слову, но и одновременно мысленно крутила в голове фразу Турбо про бонус. «Почему ему идёт бонус?» - повторяла я про себя, и сердце словно колотилось быстрее. Но остановить его, спросить прямо, мне не хватило смелости. Что-то в его тоне, в лёгкой усмешке, делало всё это странно интимным, почти личным. Так что я просто промолчала, стараясь не показать, что меня зацепило.
Тем временем, когда нас не было, рисунок успели доделать. Я приблизилась к нему и увидела: это было расписание работы «кинотеатра» - придумали название для этого места остальные. Красиво время сеансов, названия мультфильмов, а внизу едва различимо - то, что не предназначено для детей. Меня слегка передёрнуло, но я быстро отвернулась.
- Снова помощь ваша нужна, - раздался голос Зимы, который подошёл к Маше. Я стояла рядом, но его взгляд скользнул и ко мне. - Малышню собирайте, билет по рублю.
Я сделала шаг назад. Моё сердце слегка подпрыгнуло от этого задания.
- А если откажут? - осторожно спросила Маша, будто уже заранее знала, что что-то придётся выдумывать.
- Всю дерзость включаете, уговаривайте, - ответил Вахид, почти как будто это была игра. - Задача - привести сюда побольше людей.
Я тяжело вздохнула, чувствуя, как внутри поднимается то чувство, что называется «я пас».
- Я пас, - сказала я, не скрывая усталости и раздражения, понимая, что с этим заданием мне не справиться.
- Ульян, ты с людьми не разговаривала ни разу? - резко обратился ко мне Зима, и его взгляд показался скользким, хитрым, почти вызывающим.
Я опустила глаза в пол, замялась. Слова застряли в горле.
- Да пусть сидит, - вдруг вставил Турбо, слегка хлопнув меня по плечу. - Она и так всегда и везде, пусть Маша походит.
Я подняла на него взгляд и заметила, что в его глазах нет насмешки, лишь лёгкая усталость и привычка обходить острые углы.
- Лишь бы наедине остаться, да? - скользко улыбнулся Зима, будто читающий мои мысли. - Любовь - жестокая вещь.
Он похлопал Турбо по плечу, тот, не поднимая взгляда, чуть сжал челюсть, словно сдерживая себя, чтобы не ответить. Мне стало странно: удивление и лёгкое замешательство смешались с тем, что я пыталась скрыть - любопытство.
Маша наклонилась ко мне и тихо прошептала на ухо:
- А я тебе говорила.
Я даже не сразу поняла, что именно она имела в виду, но внутри ощутила странное тепло - будто кто-то рядом пытается понять меня без лишних слов.
И вдруг в комнате запахло краской и свежим деревом. Я взглянула на рисунок снова - расписание «кинотеатра» казалось теперь чуть живым, словно ждало, что мы сами оживим его своим присутствием.
Сердце опять забилось быстрее.
Я глубоко вздохнула, почувствовав, как воздух в комнате будто стал гуще, сжимающийся вокруг меня. Сделала шаг в сторону от Валеры - просто потому что стало... некомфортно, странно тяжело на душе. Взгляд инстинктивно упал на Машу, которая уже вышла на улицу, растворяясь в вечернем свете, куртка её болталась на плечах, волосы слегка растрёпаны ветром.
- Пойду помогу, - услышала я за спиной. Это был Зима. Он легко шагнул к двери, а за ним и остальные ушли искать людей. Комната быстро опустела, остались только я и Турбо. «Про что говорил Зима...» - мелькнула мысль, пока я опиралась на спинку стула и пыталась уловить ритм собственного дыхания.
Я смотрела на заклеенное газетами окно, через которое тускло просачивался свет уличных фонарей. Турбо стоял у входа, спина прямо, плечи ровные, руки в карманах. Он смотрел на меня. Не просто смотрел - пристально, будто пытаясь прочитать мысли, пробиться через что-то невидимое. Я ощущала его взгляд даже краем глаза, и это чувство одновременно пугало и завораживало.
- Что Зима имел в виду? - спросила я резко, будто словом можно было вытащить смысл из воздуха.
- Ты про что? - ответил он вопросом на вопрос, привычно, ровно, но с той тонкой гранью, что делала его голос одновременно мягким и серьёзным.
- Ну... про «любовь - жестокая вещь», - сказала я. Слова вылетели быстро, чуть резче, чем я сама ожидала, и теперь висели между нами, как некое напряжённое предупреждение.
Он только пожал плечами, будто это был простой факт, который нельзя объяснить словами, или же что-то, что он не собирался раскрывать. Я уловила это, но не смогла оторвать взгляд.
- Врать плохо, учили тебя такому? - произнесла я, пытаясь хоть как-то расшевелить это молчание.
- Я и не вру, - спокойно сказал он, ровно, без привычной улыбки или иронии.
Я тяжело вздохнула, почувствовав, что внутри словно что-то заклинило. Мы смотрели друг на друга, и каждая секунда растягивалась. Я встала, шагнула ближе. Его дыхание стало слышнее. Я подошла так близко, что почти касалась его плечом. Он стоял спокойно, но дыхание его было тяжёлым, грудь приподнималась и опускалась ритмично.
- Врёшь, - произнесла я, улыбаясь - неожиданно, игриво, чуть провокационно, почти забыв обо всём остальном.
Он слегка наклонился, и внезапно губы соприкоснулись. Сначала я замерла, не сразу понимая, что произошло. Все мысли рассыпались, сердце прыгнуло в грудь так резко, что казалось, его слышно всем вокруг. Я попыталась хоть как-то отстраниться, сделать шаг назад, но он мягко, но уверенно прижал меня к себе, обхватив талию. Тепло от его тела накрыло меня, и одновременно с этим захлестнула смесь страха, удивления и странного возбуждения.
Мир вокруг словно сжался. Звуки улицы, шуршание газетного окна, приглушённые шумы из соседнего киоска - всё отступило на второй план. Существовал только он и я, этот момент, тяжёлый, напряжённый, странно тихий и одновременно электрический.
Я почувствовала, как его дыхание встречается с моим, как руки уверенно держат, не сдавливая, но не позволяя уйти. Внутри меня сгустилась целая буря эмоций - удивление, смятение, тревога и... странное, едва уловимое тепло, которое разливалось медленно, но уверенно, по всему телу.
Я замерла на месте, чувствуя, как сердце колотится бешено. Мир вокруг будто исчез - остались только мы, его тепло и этот странный, почти электрический контакт. Кажется, даже воздух стал гуще, будто сжал грудь.
Я пыталась понять, что происходит, пыталась шевельнуться, но руки Турбо, обхватившие мою талию, держали так уверенно, что всякая попытка отступить ощущалась почти невозможной. Мой взгляд невольно встретился с его глазами - тёмными, серьёзными, чуть напряжёнными, но в них не было привычной насмешки, а была какая-то редкая... мягкость.
- Ты... - начала я, но слова застряли где-то в горле.
Он лишь чуть наклонил голову, и вновь наши губы соприкоснулись. На этот раз длиннее, медленнее, будто проверяя, кто из нас двоих сделает шаг первым. Я почувствовала, как в груди всё сжалось - странное сочетание тревоги и чего-то нового, чего я не могла назвать. Внутри было горячо и одновременно холодно - жар от близости и холод от неизвестности.
Я попыталась вдохнуть, но каждый вдох был прерывистым. В ушах звенело, а сердце отбивало такой ритм, что казалось - слышно всем вокруг. Но никто не был рядом - только мы и этот момент.
Я чуть отстранилась, дыхание сбилось, пальцы дрожали, но не ушла полностью. Турбо стоял рядом, не отводя глаз, его взгляд был такой плотный, что ощущалась тяжесть, но она не давила - она словно обволакивала.
- Ты... - снова начала я, но на этот раз вместо слов вышел лишь тихий смешок, нервный и лёгкий одновременно. Он чуть наклонил голову, улыбнулся уголком губ.
- Всё нормально, - сказал он тихо, почти шепотом. - Слушай себя.
Эти слова были простыми, но звучали как уверенность, которой мне самой так не хватало. Я глубоко вдохнула, пытаясь поймать себя, и почувствовала, как внутри что-то сжалось и одновременно расслабилось.