10 часть
- Ладно, - проговорил он наконец, будто делая мне одолжение, и это «ладно» прозвучало не как согласие, а как решение, принятое без обсуждений.
- Вот это уже разговор, - ответила я, стараясь, чтобы в голосе не прозвучало облегчение слишком явно.
Он шёл почти в том же темпе, но всё-таки чуть медленнее, подстраиваясь под меня. Разница ощущалась сразу: дыхание выровнялось, в ногах перестало тянуть, а внутри стало заметно спокойнее. Мы двигались рядом, плечо к плечу, не касаясь, но достаточно близко, чтобы чувствовать чужое присутствие. И эта тишина между нами была не неловкой - наоборот, какой-то правильной, устойчивой.
Асфальт под ногами шуршал мелким гравием, где-то далеко лаяла собака, из окна на втором этаже доносился приглушённый телевизор. Обычный вечер. Слишком обычный для того, что только что произошло.
Он заговорил внезапно, будто просто бросил мысль на ходу:
- Первый раз на шухере стояли, что ли?
Я усмехнулась, не сразу ответив, и повернула к нему голову.
- А похоже, что я ветеран? - сказала я, приподняв бровь.
Он хмыкнул.
- Похоже, что не сбежала, - ответил спокойно. - Это уже плюс.
Я посмотрела на него внимательнее, задержав взгляд дольше, чем собиралась.
- У тебя всё в плюсах-минусах измеряется? - спросила я.
Он посмотрел в ответ. Взгляд был неожиданно мягким, без привычной колкости, без напряжения.
- А как ещё? - пожал он плечами. - Либо вывезла, либо нет. Середины тут редко бывает.
- Странная у тебя математика, - заметила я.
- Рабочая, - усмехнулся он. - Проверенная.
Мы снова замолчали. Дорога к качалке уже была близко, знакомый поворот виднелся впереди. Я поймала себя на мысли, что не хочу, чтобы этот разговор обрывался вот так - резко, на полуслове.
- А ты сама как считаешь? - вдруг спросил он, не глядя на меня, будто вопрос вырвался случайно. - В плюс сегодня или в минус?
Я задумалась, делая пару шагов в тишине. Фонарь мигнул над нами, на секунду выхватив его профиль - резкий, собранный, но уставший.
- Скорее... в ноль, - ответила я честно. - Не выиграла, но и не проиграла.
- Ноль - это тоже результат, - сказал он. - Многие до него не дотягивают.
Я усмехнулась.
- Ты философ сегодня.
- Да нет, - отмахнулся он. - Просто день такой.
Мы свернули за угол, и качалка оказалась уже совсем рядом. Оттуда доносились голоса, смех, глухие удары - жизнь внутри шла своим ходом, будто ничего не случилось.
- Ты не обязана была соглашаться, - произнёс он вдруг, всё тем же ровным тоном. - Если что.
- Я знаю, - кивнула я. - Но иногда проще согласиться, чем потом думать «а если бы».
Он посмотрел на меня, чуть прищурившись.
- Смелая ты, Ульяна.
- Не путай смелость с усталостью, - ответила я. - Иногда они выглядят одинаково.
Он тихо хмыкнул, принимая ответ.
***
На следующий день Маша притащила меня к какому-то невзрачному киоску у дороги. Такой, мимо которого обычно проходишь и даже не замечаешь: облупленная вывеска, мутные стёкла, запах табака и сладкой газировки, въевшийся в стены.
- Щас, - коротко сказала она и резко дёрнула дверь.
Она заглянула внутрь, оценивающе пробежалась взглядом, а потом, не дав мне даже сообразить, схватила меня за руку и затащила следом.
У кассы стоял Вова. Он опирался локтем о прилавок и что-то рассказывал двум женщинам лет под сорок. Те слушали его с таким видом, будто он им сейчас не сдачу выдаст, а судьбу предскажет: улыбались, кивали, ловили каждое слово. Вова был спокоен, собран, даже обаятелен - совсем другой, не тот, которого я привыкла видеть в качалке.
Но мы пришли явно не к нему.
Маша уверенно открыла соседнюю дверь, почти неприметную. За ней оказалось тесное помещение, заставленное стульями. На них сидели наши - кто развалился, кто подался вперёд. В воздухе стоял запах краски и сигарет.
В центре, прямо на полу, Лампа и Турбо возились с каким-то большим листом. Они рисовали - кисточки, банки с краской, перепачканные руки. Валера был сосредоточен, брови сведены, движения резкие.
- У тебя грустные цвета, - бросил Зима, глядя через плечо Турбо.
Валера резко выпрямился, словно его дёрнули за нитку, и сунул кисточку Вахиду.
- Такой умный? - спросил он с раздражением. - Сам давай!
Зима мгновенно вспыхнул.
- А чё ты на меня наезжаешь? - шагнул он ближе.
Воздух будто натянулся. Они оказались слишком близко друг к другу - плечо к плечу, глаза в глаза. Ещё секунда - и кто-то точно бы получил.
Их тут же растащили. Кто-то встал между, кто-то схватил за куртку.
- Пиздец... - прошептала я Маше, наклоняясь к ней.
- Да ничего нового, - пожала она плечами, будто речь шла о плохой погоде.
Я даже не успела выдохнуть, как через пару минут всё повторилось. Та же искра, тот же тон, тот же резкий шаг навстречу. Снова вмешались, снова развели по углам.
Турбо больше ничего не сказал. Он молча поднялся, схватил куртку с клевером на спине, накинул её на плечи и, не глядя ни на кого, прошёл мимо нас в проходе и вышел на улицу.
Дверь хлопнула.
- Сходи за ним, Уль, - вдруг сказал Вова, всё так же спокойно развлекая женщин у кассы, будто ничего не произошло.
Я повернулась к нему, не сразу поверив, что это вообще обращаются ко мне.
- Почему я?
- Сходи, - вмешалась Маша, уже подталкивая меня в спину. - Без лишних вопросов, Винейцева.
Я тяжело вздохнула, чувствуя, как внутри поднимается раздражение вперемешку с усталостью, и вышла из магазина.
На улице было прохладно. Турбо стоял у входа, прислонившись к стене, и курил. Делал затяжку за затяжкой, почти не делая пауз. Дым клубился вокруг его головы, растворяясь в воздухе.
Я подошла ближе и остановилась рядом, не глядя на него сразу.
- Сегодня день не очень, - начала я спокойно. - Но всё равно... не вижу поводов из-за этого на кого-то срываться.
Он резко повернул голову.
- Кто тебе сказал, что кто-то на кого-то обижается? - спросил он, сразу, жёстко.
Я наконец посмотрела на него.
- Ты бы себя сейчас видел, - ответила я тихо. - Всё на лице написано.
Он усмехнулся, но улыбка вышла кривой, короткой.
- Лица - штука обманчивая, - сказал он, выбрасывая окурок и тут же доставая новую сигарету.
Я осталась стоять рядом, чувствуя, что разговор только начинается.
Я помолчала пару секунд, давая ему закурить. Щёлкнула зажигалка, огонёк на мгновение выхватил его лицо из сумерек - напряжённое, злое, но не взрывное. Скорее уставшее.
- Обманчивая, - согласилась я. - Но не сегодня.
Он выдохнул дым в сторону, будто специально не на меня.
- Ты зачем вышла? - спросил он, не глядя.
- Меня послали, - честно ответила я. - Коллективное решение.
- Повезло мне, - усмехнулся он. - Всегда мечтал, чтобы ко мне выходили по приказу.
- Не выделывайся, - сказала я и скрестила руки. - Если бы не хотел, чтобы выходили, ушёл бы дальше, а не встал у входа.
Он на секунду замер, потом тихо хмыкнул.
- Слишком много ты себе позволяешь, - сказал он, но без злости.
- А ты слишком много в себе держишь, - парировала я. - Вот и не сходится.
Он наконец посмотрел на меня - прямо, внимательно, как будто впервые за весь день.
- Ты всегда такая? - спросил он. - Или это мне бонусом идёт?
- Это стандартная комплектация, - пожала я плечами. - Без доплат.
Он усмехнулся уже по-настоящему, уголком губ. Напряжение чуть спало, это было видно даже по тому, как он перестал так часто затягиваться.
- Они там бесят, - сказал он вдруг. - Все такие умные, пока языком чешут. А как дело - сразу толпа.
- Ты тоже не подарок, - заметила я. - Чуть что - сразу в лоб.
- Зато честно.
- Зато больно, - ответила я и посмотрела на его кулаки. - Иногда не тем, кому надо.
Он снова отвернулся, затушил сигарету о стену.
- Ты сейчас на чьей стороне вообще? - спросил он.
- На стороне «давайте без цирка», - сказала я. - Мне этого сегодня хватило.
Он коротко рассмеялся.
- Странная ты, Уль.
- Это ты ещё меня не знаешь, - ответила я.
Мы постояли так ещё немного. Из киоска доносились голоса, смех, кто-то громко спорил. Обычная их возня, будто ничего и не случилось.
- Пойдём, - сказал он наконец. - А то подумают, что ты меня уговаривала.
- А ты что, легко уговариваешься? - прищурилась я.
- Только если человек рядом не бесит, - ответил он и пошёл к двери.
Я догнала его и пошла рядом.
- Ну и как? - спросила я.
- Терпимо, - бросил он. - На сегодня - более чем.
И этого почему-то оказалось достаточно.