Винейцева ||Турбо||

Я быстрыми шагами вышла на улицу, стараясь держать спину прямо, хотя сердце бешено стучало. Проход между Зимой и Турбо показался мне узким, почти замкнутым, как будто я продиралась через какую-то невидимую преграду. Мои ботинки слегка скрипели по влажному асфальту, воздух пахнул сыростью и пылью города, а холодный ветер пробирал сквозь куртку, заставляя кожу дрожать.

Я вышла на открытую площадку и взглянула вверх. Небо было уже почти полностью темным, глубокий синий, почти черный. Луна висела низко, ярко освещая крыши домов и оставляя длинные тени на земле. Свет её был острым и холодным, отражался в мокром асфальте и создавал ощущение, что весь мир замер, слушая только наши дыхания.

Глаза сами нашли ближайшую лавочку у стены. Я села, согнув колени, и достала из кармана куртки пачку сигарет. Внутри оставалось всего пять штук. Я медленно извлекла одну, щёлкнула зажигалкой, и пламя вспыхнуло ярким оранжевым огоньком. Затянулась дымом, чувствуя, как он медленно растекается по лёгким, отрезая тревожные мысли. Остальные сигареты я аккуратно убрала обратно в карман, словно откладывая их до лучших времён.

Я смотрела на тонкие клубы дыма, как они тянулись к небу и растворялись в темноте, и ощущение немного утихшего напряжения начало ползти по телу. Казалось, что с каждым вдохом тревога уходит вместе с дымом, а в груди становится чуть легче.

Вдруг позади послышались шаги - тихие, но уверенные. Я обернулась и увидела Машу, которая медленно подошла, держа сигарету между пальцев. Она села рядом, не нарушая личного пространства, и с лёгкой улыбкой взяла мою сигарету, сделала тягу, выпустила дым в сторону и вернула её мне.

- Турбо передает, что ему стыдно за те слова, которые сказал тебе, - сказала Маша тихо, стараясь, чтобы я услышала каждое слово, но при этом не добавляя лишнего пафоса.

Я чуть скривилась и усмехнулась:
- А ты в почтовые голуби заделалась, да? - спросила я, дразня её. - Тогда передай ему, что он должен говорить это всё сам, а не через кого-то.

Маша рассмеялась тихо, почти смешком, и покачала головой:
- Еще он просил передать, что ты прекрасно выглядишь сегодня, - добавила она с лукавой улыбкой, будто сама подливала масла в огонь.

Я приподняла бровь и посмотрела на неё:
- Это ты уже от себя докинула, - сказала я, но в голосе слышалась лёгкая улыбка.

Маша кивнула, слегка пожав плечами, но в глазах её было весёлое озорство:
- Ладно, пусть будет, - сказала она, откидывая назад волосы и снова делая небольшую затяжку. - А то иначе он вообще потеряет лицо перед тобой.

Я вдохнула дым снова и позволила себе на мгновение расслабиться. Ветер колыхал мою куртку, шум асфальта, редкие шаги прохожих - всё это казалось фоном к странной, но живой сцене, где я могла просто сидеть и наблюдать, не вмешиваясь.

Маша медленно поднялась, потянулась, будто скидывая с себя всю эту гнетущую атмосферу.

- Идёшь? - спросила она, глядя на меня внимательно, по-своему заботливо.

Я не ответила сразу. Докурила сигарету до самого фильтра, дольше обычного держала её между пальцами, потом наклонилась и выкинула окурок на землю, придавив его носком ботинка.

- Холодно очень, - продолжила Маша, поёживаясь. - Давай, поднимайся. Пошли.

Я кивнула и встала. Возвращаться внутрь не хотелось, но ещё меньше хотелось оставаться одной на улице с этими мыслями.

⸻

Спустя несколько дней мы снова пришли под вечер.

На базе было шумно, но как-то иначе - без привычной суеты, будто все двигались по инерции. Почти сразу стало ясно: пока нас не было, многое изменилось.

- Кощея отшили, - бросил кто-то между делом.

Маша аж остановилась.

- В смысле? - она повернулась к Зиме. - Он же типа старший. Как так вообще?

Зима скривился, сплюнул в сторону и картавя ответил:

- Не старший он, а параша какая-то. Пусть печень в другом месте садит. А тут, - он постучал костяшками по столу, - тут на готове надо быть всегда.

Маша тяжело выдохнула и отвернулась. Было видно - неприятно ей это слышать, но возражать она не стала.

- Дрель есть? - спросил Адидас.

Только после фразы я заметила, что они возятся с каким-то старым сейфом.

- Ща, - буркнул Турбо и ушёл в каморку.

Через минуту он вернулся с инструментом. Резкий, противный звук разнёсся по помещению - металл скрипел, будто сопротивлялся до последнего. Все замолчали, кто-то даже отошёл на шаг.

И вдруг - щелчок.

- О-о-о! - протянули сразу несколько голосов.

Внутри оказались деньги - смятые, перевязанные резинками, кастет... и пистолет.

Я невольно напряглась.

Адидас взял его в руки, повертел, осматривая, будто вещь была обычной, бытовой.

- Не нажимай только! - почти крикнул Марат. - Не нажимай!

Вова медленно повернул к нему голову.

- Ты с кем разговариваешь, братуха?

Марат сразу заткнулся.

Патроны тоже были. Вова недолго думая зарядил револьвер, поднял его вверх, театрально прицелился в потолок. Кто-то дёрнулся, кто-то выругался.

- Да шучу я, - усмехнулся он. - Чё вы, как дети.

- Ну всё, - продолжил он, уже убирая оружие. - А теперь видак смотреть.

Он протянул часть денег Турбо.

⸻

Шли мы толпой - человек семьдесят, не меньше. Напевали «Седую ночь». Я тоже тихо подпевала, сама не заметив как. Шла рядом с Валерой, где-то в середине этой живой, шумной массы.

Дорога оказалась короткой. Нас пропустили вперёд, и я первой зашла в подъезд двухэтажного деревянного дома. Полы скрипели, пахло сыростью и старым деревом.

Марат постучал.

- Хозяева! - громко крикнул Валера, когда никто не открыл.

Дверь распахнулась, и в проёме появился усатый мужик с тяжёлым взглядом.

- Здрасте, - сразу сказал Турбо. - Вы говорили, у вас видео можно посмотреть?

- Можно, - низко ответил тот. - Рубль с человека.

- Магнитофон наш или фирменный? - уточнил Марат, пока Валера считал деньги.

- Фирма, - коротко ответил мужчина.

Шелест купюр закончился.

- Вот, ровно, - сказал Валера.

Мужик принял деньги, оглядел толпу, половина которой ещё даже не зашла.

- Я, конечно, не против, - протянул он, - но вы ж не влезете.

Зима ухмыльнулся:

- Ну мы попробуем.

Мужик кивнул и отступил. Зима рванул первым.

- Девчонок пропусти! - окликнул его Турбо.

⸻

Я сидела прямо перед телевизором. Мультик сменялся мультиком, и я смотрела без эмоций - просто чтобы не думать. Потом экран резко сменился.

Я сначала отворачивалась, потом просто встала и вышла в коридор.

Там было тесно и душно. Один за другим пацаны ходили в туалет. Я, к счастью, не особо понимала зачем.

Минут двадцать я сидела на корточках у стены, считая трещины на полу, пока наконец не услышала, как выключили видеомагнитофон.

- Мы чё, реально будем смотреть, как она с конём? - громко сказал Адидас. - Мы ж нормальные.

⸻

Мы с Машей вышли первыми. На улице было свежо, и от этого сразу стало легче.

- Как ты вообще это смотрела? - сказала я, закуривая. - Пиздец полный...

- Да я в окно смотрела, - пожала плечами Маша. - Даже не слушала.

Она смотрела куда-то вдаль, и по её лицу было понятно - вечер оставил после себя странный осадок.

- Девчонки, - вдруг раздалось рядом.

Мы с Машей почти одновременно обернулись. К нам подошёл Зима - непривычно довольный, с этой своей кривоватой улыбкой, будто сейчас скажет что-то совсем безобидное, а не очередную авантюру.

- Помощь нужна, - добавил он, сразу, без вступлений. - Небольшая.

- Что такое? - тут же насторожилась Маша.

Я, даже не задумываясь, полезла в карман за сигаретами. Пальцы сами нашли пачку, будто тело решило за меня. Чиркнула зажигалка, дым обжёг горло - я молча ждала продолжения.

- Идея хорошая Вовану в голову пришла, - подключился Турбо, подходя ближе. - От вас вообще ничего сложного. Просто... на шухере постоять.

Маша повернулась ко мне. В её взгляде было всё: сомнение, интерес, лёгкий страх и привычное «ну а что нам ещё делать». Я мгновенно пожала плечами. Внутри было пусто - ни «да», ни «нет». Какая-то тупая ровность, будто всё уже решено не мной.

- Ну ладно, - вздохнула она наконец. - Давайте.

⸻

Нас расставили по сторонам дома. Я - слева, Маша - справа. И почти сразу до меня дошло: если что, мне бежать дальше всех. Эта мысль неприятно засела где-то под рёбрами.

Я переминалась с ноги на ногу, стараясь не смотреть на подъезд слишком явно. Сказали: если что - за дом. Я мысленно уже представляла этот маршрут, считала шаги, убеждала себя, что успею. Хотя уверенности не было никакой.

Из окна мелькнула тень - Андрей. Он осторожно, почти смешно, выбирался наружу, стараясь не шуметь. Зима стоял внизу, задрав голову, напряжённый, как струна.

Первый раз прошёл тихо. Второй - тоже.

Я уже начала думать, что всё обойдётся, как вдруг воздух разрезал резкий, громкий крик:

- Шухер!

Сердце ухнуло куда-то вниз.

Зима сунул видеомагнитофон Валере, который уже вылетал из подъезда. Всё произошло слишком быстро. Я стояла, будто вкопанная, сигарета дрожала в пальцах.

Валера оглянулся - и увидел меня.

- Ульян, не стой! - крикнул он, ещё не добежав.

Он подлетел ко мне, схватил за руку резко, но не грубо, и буквально потащил за дом. Я споткнулась, едва не потеряв равновесие.

- Тупняк словила, - выдохнула я, когда мы оказались за углом.

- Я так и понял, - бросил он, выглядывая из-за стены и напряжённо всматриваясь куда-то во двор.

Я прислонилась спиной к холодной стене, пытаясь отдышаться. Сердце колотилось так, что казалось - его слышно всем вокруг. Я посмотрела влево, туда, где во дворе, как ни в чём не бывало, носились дети. Смех, крики, мяч ударяется об асфальт. Абсурд какой-то. Я даже ухмыльнулась - коротко, нервно.

- Пошли, - сказал Валера и двинулся в сторону площадки.

Я вздохнула и пошла следом. Он шёл быстро, слишком быстро для меня. Я старалась держаться, не отставать, но дыхание сбивалось, ноги наливались тяжестью. Говорить не хотелось - будто признаться в слабости.

Но через несколько десятков метров я всё-таки не выдержала.

- Куда так торопиться-то? - выдохнула я, почти на ходу.

Он остановился и резко обернулся.

- Нужно быстрее ногами перебирать, - ответил спокойно, будто это самое очевидное в мире.

- Да куда ещё быстрее? - я развела руками, задыхаясь. - Я и так почти бежала.

Он посмотрел на меня внимательнее, уже не так жёстко. Взгляд задержался на секунду дольше обычного - оценивающий, но не злой.