Глава 17.
— Стой! — Николь мертвой хваткой вцепилась в олимпийку Фитиля, который уже готовился прыгать. — Если не рассчитаешь прыжок, разобьешься о камни! Тогда ты его не спасешь, только сам пострадаешь!
Девушка действовала быстро, не давая страху сковать движения. Она сорвала с себя олимпийку, оставшись в одной майке, и быстро оценила место всплеска. Ребенка, как и похитителя, на поверхности не было видно, прохладная река уже затянула их на дно.
— Свети фонарем вниз! Ищи пузыри! — крикнула она Фитилю и, не дожидаясь ответа, ласточкой ушла в воду.
Прыжок был точным. Прохладная вода ударила в лицо, мгновенно забилась в уши. Промокшие штаны потяжелели, неприятно облепив ноги и сковывая движения, но Николь не обратила на это внимания.
Оказавшись под водой, она заставила себя открыть глаза. Мутная речная вода обожгла слизистую, мир вокруг стал не чётким.
Первые секунды, пустота. Затем, чуть глубже и правее, она заметила слабое движение.
Маленький мальчик истошно брыкался, его ручки молотили по воде в хоть какой то попытке найти опору. Похититель, наглотавшийся воды, мертвой хваткой вцепился в куртку ребенка, утягивая за собой на дно.
Николь рванулась вниз. Легкие начало жечь от нехватки кислорода, но она только сильнее заработала ногами. Приблизившись, она увидела расширенные от ужаса глаза малыша. Мужчина в агонии не соображал, что делает, его пальцы судорожно сжались на шее мальчика, перекрывая тому остатки воздуха.
Николь ударила мужчину в челюсть, пытаясь заставить его разжать пальцы, но тот вцепился крепко. Тогда она выхватила складной нож, который остался в кармане штанов, и одним резким движением перерезала плотную ткань детской кофты.
Ребенок выскользнул из захвата. Николь тут же обхватила его одной рукой, прижимая к себе, и изо всех сил оттолкнулась от тонущего тела похитителя.
Поверхность казалась бесконечно далекой. Грудь разрывало от боли, в глазах начали прыгать черные точки. Когда голова наконец прорезала водную гладь, Николь жадно глотнула воздух, едва не захлебнувшись от поднявшейся волны.
— Забирай его! — из последних сил крикнула Николь, поднимая захлебывающегося малыша над головой.
Фитиль, перегнувшись через перила моста, подхватил брата и крепко прижал к себе. Николь почувствовала, как сознание начинает плыть, из-за прохладной воды и долгого отсутствия кислорода веки стали тяжелее, а конечности онемели. Но, стиснув зубы, она заставила себя грести к берегу, где по мелководью к ней уже бежала Настя.
Подруга, не раздумывая, зашла в воду по самое горло, подхватила Николь под руки и буквально вытащила её на песок. Оказавшись на суше, Николь упала на спину, глядя в темное небо, и истерично, слегка хрипловато рассмеялась.
— Спасла... — выдохнула она, приподнимаясь на локтях.
К ним уже медленно шёл Фитиль. Мальчик на его руках выглядел бледным, но дышал.
— Марат и Юля в порядке? — Николь перевела взгляд на Настю.
— В порядке, сидят в машине, — Настя подала подруге руку, помогая подняться. — А тех двоих в гараже я снаружи на засов закрыла. Пусть посидят, подумают.
Николь одобрительно кивнула. Её била крупная дрожь. Она подошла к Фитилю, забрала у него свою сухую олимпийку и накинула её на плечи Насти, ту трясло не меньше, чем саму Николь.
Взгляд девушки на секунду задержался на брате Фитиля. Мальчик был завернут в куртку старшего брата и от пережитого стресса крепко спал. Главное, он был жив.
Когда они подошли к машине, Настя нырнула на заднее сиденье к детям. Николь, оставляя мокрые следы, рухнула на переднее пассажирское. Фитиль замер у открытой двери.
— Возьмёшь его? — парень осторожно протянул ей спящего малыша. — Рулить с ним неудобно, а сзади и так места нет.
— Я не умею с детьми обращаться, Фил... — тихо призналась Николь, но всё же протянула руки.
Как только голова мальчика легла ей на грудь, по телу разлилось странное, непривычное тепло. Она аккуратно прижала его к себе, стараясь не разбудить, и медленно повернулась к Марату, который сидел за её спиной.
— Ты как? — её голос прозвучал сухо и холодно, скрывая волнение.
— Ты спасла нас, — Марат поднял на неё глаза, в которых читалось горькое сожаление. — Не Вова, и не Турбо... А ты, Николь.
Парень виновато опустил взгляд, разглядывая свои исцарапанные ладони. Николь на мгновение замолчала, глядя на то как светает за окном.
— Из-за того, что они идиоты, вы страдать не должны, верно? — она осеклась и прикусила губу, чувствуя, как внутри ворочается обида. — Хотя, по факту, вы в этом дерьме из-за меня.
Фитиль молча сел за руль, бросил короткий взгляд на спящего брата и вывел машину на дорогу. Девушка чувствовала, предстоял тяжёлый разговор, им нужно было вернуть Марата и Юлю на базу Универсама, в то место где её видеть не хотели.
За тяжелыми мыслями дорога пролетела незаметно. Машина затормозила у знакомого подвала. Николь первой вышла из машины, осторожно передав спящего малыша на руки Фитилю. Она подхватила под руку едва стоящего на ногах Марата, в то время как Настя взяла за руку спящую Юлю.
Оставив хмурого Фитиля караулить у машины, девушки двинулись к входу. Как только дверь качалки со скрипом отворилась, Николь услышала хор изумленных голосов.
— Ты?! Что ты здесь делаешь? — в один голос выдохнули Кира, Лёха и Кощей, подскочив со своих мест.
— Я тоже рада вас видеть, — хмыкнула Николь, из последних сил удерживая на плече тяжелого Марата. — Может лучше поможете парню?
Первым к ним сорвался Вова. Он перехватил брата, быстро осматривая его разбитое лицо, а затем перевел тяжелый, непонимающий взгляд на Николь.
— Как ты их вытащила? — нахмурился Адидас. — Стальной никогда не отпускает просто так.
— А я и не спрашивала разрешения, — Николь криво усмехнулась, вытирая рукавом подсохшую кровь под носом. — Вы, кажется, забыли, что перед вами стоит психически неуравновешенная убийца. Я просто напомнила им об этом.
Она заметила, как при этих словах вжалась в скамью Лиля, сидевшая рядом с Турбо. Николь не отказала себе в удовольствии, она медленно встретилась с ней взглядом и многозначительно подмигнула.
— Где они сейчас?! — Туркин подошел к ней вплотную, его голос дрожал от ярости и скрытой тревоги.
— Понятия не имею, — Николь безразлично пожала плечами. — Я спасла детей без вашей помощи. Уж отца своего, Валера, ищи сам. Раз ты выбрал его сторону, флаг тебе в руки.
Она развернулась, собираясь выйти на свежий воздух, но в следующую секунду голову пронзила острая, вспыхивающая боль. Лиля, решив показать свою силу, попыталась со спины разбить стеклянную бутылку о голову Николь. Однако удар пришелся вскользь, а сил у изнеженной девчонки явно не хватило, чтобы вырубить натренированную Северову.
Николь замерла. В качалке воцарилась гробовая тишина. Медленно, с пугающим спокойствием, она развернулась к побледневшей Лиле.
— В следующий раз бей сильнее, — почти ласково произнесла Николь, глядя прямо в расширенные от ужаса зрачки соперницы. — А то ведь я могу и разозлиться. И кто знает, в какое место я тебе эту бутылку в итоге засуну.
Лиля, издав невнятный всхлип, сорвалась с места и пулей вылетела из качалки. К удивлению всех присутствующих, Турбо даже не шелохнулся, чтобы побежать за ней. Он остался стоять на месте, не сводя глаз с Николь, в которых теперь читалось не только презрение, но и нечто, похожее на восхищение.
Пока в центре качалки все шумели, Настя молча стояла в стороне. Одежда прилипала к телу, а на руках сопела Юля. В какой-то момент девушка почувствовала, как на её плечи поверх мокрой олимпийки легла теплая куртка, пахнущая табаком. Повернувшись, она увидела Зиму. Вахит аккуратно забрал у неё ребёнка.
— Ты в порядке? — спросил он, убирая влажную прядь с её лба. — Не смотри на меня так. Знала бы ты, как мне паршиво от всего этого.
Вахит на мгновение замер, а затем притянул девушку к себе. Одной рукой он прижимал Юлю, а второй обнимал Настю, пытаясь её согреть.
— Мне тоже всё это дико не нравится, — глухо проговорил он ей в макушку. — Но я не могу пойти против своих. Пойми.
Настя медленно отстранилась и посмотрела ему в глаза.
— Ты против собственной сестры идешь, Вахит. Подумай об этом.
Она отвернулась, вслушиваясь в то, что говорила Николь.
— Вы что тут вообще забыли? — Николь перевела взгляд на друзей, стоявших за спиной Кощея. Троица замерла. — Ну? Я жду.
— Папаша твой пропал, — хмыкнул Туркин, выходя вперед.
Николь коротко рассмеялась и отмахнулась от него, уверенная, что это очередная провокация. Но Турбо не унимался.
— Сегодня вечером Север исчез. Хотел приехать за тобой, но связь оборвалась.
Николь заметила, как побледнели Лёха и Кира. Кощей отвел взгляд. Улыбка медленно сползла с лица девушки. Она подошла к Туркину почти вплотную.
— Ты врешь! — выкрикнула она, и голос сорвался. — Он же врет?! Скажите, что он врет!
Николь почувствовала, как к горлу подкатывает ком, а в глазах защипало. Она сделала несколько глубоких вдохов, заставляя себя стоять ровно.
— Нет, Ника... не врет, — тихо начал Лёха. — Артур узнал про розыск. Нас слушать не стал, поехал сам. Сказал, что дочь в беде и ему плевать на всех. На связь не выходит уже часов шесть. Ни он, ни охрана.
Мир перед глазами качнулся. От шока Николь обхватила голову руками и пошатнулась. Упасть ей не дал Кощей, он подхватил её и прижал к себе.
— Как? — выдавила она.
— На трассе нашли пустую машину, — продолжал Лёха. — Следов борьбы нет, только гильзы на обочине.
Николь резко выдохнула. Собрав силы, она отстранилась от Кощея. Боль мгновенно сменилась яростью. Она достала нож и приставила его к боку Турбо.
— Если это дело рук твоего отца, Туркин... — прошипела она ему в лицо. — Убью вас обоих. Сначала его, потом тебя.
Николь обвела комнату тяжелым взглядом. Коротко кивнув своим, она напоследок посмотрела на Вову и Вахита. В этом взгляде больше не было ничего, кроме вражды.
Не говоря ни слова, Николь развернулась и вышла из качалки на улицу где их ждал Фил.
— Что с Кириллом? — спросила Николь, не оборачиваясь к друзьям. Голос её звучал глухо, будто уже знала ответ.
— Дом, где он должен был находиться, сгорел, — тихо ответила Кира. — Следы уходят в лес, но там они теряются.
Николь чувствовала, как внутри всё выгорает. От бессилия хотелось крушить всё вокруг, но она лишь сильнее сжала кулаки. Фитиль, стоявший рядом, выглядел не менее шокированным. Он шагнул к ней и крепко обнял, давая ту самую молчаливую поддержку, в которой она сейчас нуждалась больше всего.
— Встретимся завтра на нашем старом пустыре, — прошептала она ему на ухо, пока никто не слышал. — Мне нужна твоя помощь. И твои люди.
Отстранившись, Николь похлопала его по плечу и решительно зашагала в сторону своего дома.
— Ты куда?! Тебе нельзя светиться! — крикнул ей вслед Лёха, пытаясь перехватить.
— Домой! — не оборачиваясь, ответила Николь. — Я больше не намерена прятаться по подвалам и лесам.
Она резко сорвала со столба листовку со своим лицом, скомкала её и швырнула в сторону. Друзья догнали её уже у поворота.
— Послушайте меня, — Николь остановилась и твердо посмотрела на Лёху и Киру. — Езжайте туда, где нашли машину отца. Обыщите все ближайшие деревни, лесничества, каждый заброшенный домик. Я остаюсь здесь. Со мной ничего не случится, я знаю, что делаю.
Лёха и Кира переглянулись. В глазах Лёхи читалось сомнение, но спорить с Николь в таком состоянии он не хотел. Кира аккуратно подошла к подруге и крепко обняла её.
— Мы найдём его, слышишь? — прошептала Кира, погладив её по плечу. Лёха подошел сбоку и обнял их обеих, создавая на мгновение иллюзию того, что всё ещё можно исправить. — Мы вместе найдём и его, и Кирилла. Главное верить.
Николь кратко кивнула и заставила себя улыбнуться. Друзья, решив не тратить время даже на сбор вещей, направились к машине. Проводив их взглядом, Николь почувствовала, как наваливается пустота. Она развернулась и пошла к своему подъезду, стараясь держаться в тени деревьев.
В голове, словно на повторе, крутились одни и те же мысли, превращаясь в навязчивый бред.
Я схожу с ума... Во всём виновата я. Кирилл пропал из-за меня, теперь и отец пропал.. Вся эта кровь, весь этот розыск, это моя вина. Во всём виновата только я!
Воздух в квартире внезапно стал плотным. Николь захлопнула дверь, но стены начали давить, сужая пространство до придела. Горло сдавило невидимыми тисками, она пыталась сделать вдох, но в груди лишь клокотал хрип.
Пальцы судорожно впились в волосы, выдирая пряди с корнем. Девушка сползла по стене, содрогаясь в беззвучном крике. Сердце колотилось так сильно, что казалось, вот вот выпрыгнет из груди. Земля уходила из-под ног, хотя она уже сидела на полу, раскачиваясь взад-вперед.
— Это всё я... — прохрипела она, захлебываясь собственным ужасом. — Это всё из-за меня!
Мир вокруг потерял четкость, превратившись в одну расплывающююся картину теней и пульсирующей боли в затылке. Николь поднялась, цепляясь за стены, и побрела в ванную. Из зеркала на неё смотрела не она, а кто-то другой. Изможденное лицо, ввалившиеся глаза и длинные черные волосы, которые были запутанны и казались ей чем то не родным, чужим. Она больше не видела в отражении ту маленькую девочку, которую когда-то любили. Только взрослую женщину, чье присутствие приносило лишь разрушение.
Схватив с полки ножницы, Николь одним резким движением полоснула по волосам. Тяжелые черные пряди глухо упали на кафель. Но легче не стало. Ярость, смешанная с отчаянием, выплеснулась в один удар.
Хруст.
Зеркало рассыпалось осколками. Один из них, самый длинный и острый, вонзился в раскрытую ладонь. Николь не убрала его. Напротив, она сжала кулак сильнее, чувствуя, как теплая, липкая кровь стекает по запястью, окрашивая белую раковину в багровый.
— Это всё я... — шептала она, сползая на пол. Темнота перед глазами начала сгущаться, пока окончательно не забрала её.
Она пришла в себя от резкой боли. Кто-то хлестал её по щекам. Зрение медленно фокусировалось, выхватывая из темноты знакомые черты.
— Кирилл? — выдохнула она тихо.
Николь разжала окровавленный кулак и потянулась к брату, желая почувствовать тепло его кожи. Но вместо объятий она почувствовала боль. Кирилл перехватил её руку, и в его глазах блеснуло нечто чужое. Резким, расчетливым движением он вогнал нож ей в живот.
— За что?.. — её голос сорвался на свист. — Я же так тебя ждала...
— Чтобы ты больше не мучилась, — Кирилл улыбнулся, и эта улыбка была чужая, не её Кирилла. Он провернул лезвие, заставляя Николь захлебнуться криком.
Она подскочила на месте, тяжело дыша. Ванная. Тишина. Ножницы на полу. Осколок всё еще был зажат в руке, а кровь уже успела подсохнуть, стягивая кожу. Это был сон?
Опираясь на окровавленную руку, Николь вышла в гостиную. На диване, закинув ногу на ногу, сидел Кирилл. Он выглядел слишком реальным.
— Издеваешься? — хрипло усмехнулась она, прислоняясь к косяку. — Что тебе нужно от меня?
— Я уже получил, что хотел, — его голос звучал отовсюду сразу. — Ты больше не знаешь, где заканчивается кошмар и начинается реальность.
Он медленно поднялся. Николь попятилась, пока не уперлась спиной в холодное оконное стекло. Брат подошел вплотную, его ладонь коснулась её щеки, кожа была ледяной.
— Зачем ты меня мучаешь? — прошептала она, закрывая глаза.
— Ты сама себя мучишь. Ты не отпускаешь меня, Николь! — его голос сорвался на яростный рев. Пальцы Кирилла сомкнулись на её горле. — Отпусти!
Удар. Звон разбитого стекла. Николь почувствовала, как её тело выбрасывает в пустоту. Секунда свободного падения, короткий вскрик и...
Снова пол в ванной. Снова осколок в руке. Боль в ладони стала невыносимой, пульсирующей. На этот раз Кирилл сидел на краю ванны, наполненной до краев. Вода в ней была неподвижной.
— Пожалуйста... хватит... — Николь зажмурилась так сильно, что перед глазами поплыли пятна. — Уходи! Тебя здесь нет!
Но он не уходил. На долю секунды ей показалось, что если она коснется его, всё закончится. Она сошла с ума? Или он действительно вернулся? Девушка дрожащей рукой коснулась его лица, почувствовала колючую щетину. Это было слишком реально. Она невольно улыбнулась.
— Помнишь, как у бабушки на даче... мы топили котят, а ты плакала и просила её остановиться? — Кирилл усмехнулся, и в его глазах отразилась не человеческая злость.
Николь едва успела кивнуть. В следующее мгновение сильные руки обхватили её шею и затылок, с силой опуская голову в воду.
Легкие обожгло холодом. Николь рванулась вверх, но хватка брата была стальной. Она видела сквозь толщу воды его искаженное лицо и слышала свой собственный крик, который превращался в цепочку уходящих пузырьков воздуха. Последнее, что она запомнила, как тишина давит в виски, а силы окончательно покидают тело.
На этот раз проснуться было намного сложнее. Боль в ладони пульсировала, отдавая в самое плечо, и Николь, едва сдерживая стон, приоткрыла глаза.
В ванной было светло, утренние лучи подсвечивали хаос. Разбитое зеркало, брошенные ножницы, окровавленный осколок, который она так и не выпустила из рук. И Кирилл. Он сидел перед ней на корточках, прямо как в её первом кошмаре.
Не дожидаясь, пока иллюзия снова вцепится ей в горло или толкнет под воду, Николь вложила остатки сил в удар. Она со всего размаху ударила брата кулаком в лицо. Но вместо того чтобы раствориться в воздухе, Кирилл… закричал.
— Ты больная, что ли?! — зашипел он, хватаясь за нос, из которого тут же брызнула вполне настоящая, теплая кровь.
Николь вскочила на ноги, тяжело дыша. Резким движением она выставила осколок перед собой, готовая защищаться.
— Не так я нашу встречу представлял... — пробормотал он, разглядывая кровь на своих пальцах.
Кирилл не двигался. Он смотрел на неё с той самой доброй, чуть виноватой усмешкой, которую она помнила из детства. И Николь словно током ударило. Ощущение реальности обрушилось на неё резко, запах крови, холод кафеля, боль.
— Ты?.. — голос сорвался на шепот. Осколок со звоном выпал из ослабевших пальцев. — Правда ты?
Кирилл медленно поднялся, сократил расстояние и буквально загреб сестру в крепкие объятия.
— Мелкая... — прошептал он, зарываясь лицом в её наспех обстриженные волосы. — Ну зачем ты меня искала? Зачем в это влезла?
Он прижал её к себе так сильно, будто боялся, что она исчезнет.
— Ты не представляешь, как мне было тяжело стоять в стороне, — хрипло шептал брат ей в макушку. — Видеть, как тебя ломают, и знать, через какой ад ты проходишь...
Николь задрожала, её начало трясти в рыданиях, которые она сдерживала неделями.
— Зачем ты вернулся? — прошептала она сквозь слезы, вцепляясь в его куртку. — Чтобы добить меня? Как в тех снах? Чтобы убить?
Кирилл удивленно отстранился, взял её лицо в свои ладони и заставил посмотреть себе в глаза.
— Убить, да, — тихо подтвердил он, стирая большим пальцем слезу с её щеки. — Но не тебя...
Тгк:@kissriii1