Пепел на снегу | Турбо

В тот вечер воздух в Казани стал густым и липким, как пролитый мазут. Аня шла из училища, крепко прижимая к себе сумку с негативами. Она знала, что Валера запретил ей выходить одной, но страх за драгоценные кадры, которые нужно было срочно забрать из лаборантской, пересилил осторожность. Она почти добежала до знакомого перекрестка, когда из-за угла с визгом вылетела старая «Волга».
Двери распахнулись синхронно. Трое в темных куртках перерезали ей путь. Аня не успела даже закричать — тяжелая рука в кожаной перчатке намертво зажала ей рот.
— Ну привет, Фотограф, — прошипел над ухом голос, от которого по спине пополз ледяной пот. — Валерка твой заждался, поди. Поедешь с нами, попозируешь.
Удар в висок был резким и профессиональным. Мир вспыхнул ослепительной белизной, а затем мгновенно схлопнулся в черную, бездонную воронку. Аня обмякла, выронив камеру в грязный снег.
------------------------------
Марат влетел в качалку, сбивая с ног младших. Лицо его было белым, как мел, а дыхание вырывалось с хрипом.
— Валера! — заорал он, перебивая грохот железа. — Валера, Аню забрали! Хадишевские! Я только что от пацанов с разъезда узнал, видели, как её в «Волгу» закинули!
Турбо, который в этот момент выжимал штангу, замер. Гриф с грохотом рухнул на стойки. Валера поднялся медленно, и пацаны, сидевшие рядом, невольно попятились. Таким они его не видели никогда. В его глазах не было ярости — там была пустота. Абсолютная, выжженная пустыня.
— Где? — коротко бросил он, натягивая куртку.
— На старой мебельной фабрике, за переездом... Валера, постой! — Марат схватил его за рукав. — Там их толпа, Адидас сказал ждать сбора!
— Уйди, Марат, — Турбо не ударил его, он просто оттолкнул друга так, что тот отлетел к стене. — Если с её головы хоть волос упадет, я этот город на куски разорву. Одна рука в крови будет, другая в бензине.
------------------------------
На заброшенной фабрике пахло гнилым деревом и плесенью. Аня сидела на полу, привязанная к ржавой трубе. Она была без сознания, голова безжизненно склонилась на плечо, по лицу размазалась грязь и тонкая струйка крови из разбитой губы.
— Просыпайся, кукла, — один из Хадишевских лениво пнул её по ноге. — Скоро твой танк приедет, будем его на запчасти разбирать.
Дверь цеха сорвалась с петель с таким звуком, будто выстрелили из пушки. Турбо зашел внутрь один. В руках у него не было ни ножа, ни арматуры. Только сжатые в кулаки руки, на которых побелели костяшки.
— Пятеро на одну девчонку? — голос Валеры вибрировал на такой низкой частоте, что у стоящих в цеху заложило уши. — Красиво живете.
— Опа, Турбо! Один пришел? — лидер Хадишевских достал заточку. — Ну, прощайся с фотографом.
То, что произошло в следующие минуты, Марат, прибежавший следом вопреки приказу, запомнил на всю жизнь. Турбо не дрался — он уничтожал. Он шел сквозь удары, не чувствуя боли, не замечая ножевых скользов по куртке. Его удары ломали кости с сухим треском. Когда последний из нападавших остался хрипеть на бетонном полу, Валера даже не посмотрел на него.
Он бросился к Ане. Лихорадочно перерезал веревки найденным на полу ножом.
— Аня... Анечка, слышишь? Это я, — он подхватил её, не давая упасть на холодный бетон.
Она не ответила. Её веки лишь дрогнули, и изо рта вырвался тихий, едва слышный стон. Она была бледной, как смерть, и совершенно невесомой в его руках.
— Марат! — рявкнул Турбо, прижимая девушку к себе. — Машину! Быстро!
— Валера, в больницу надо... — заикаясь, произнес Марат.
— Какую больницу?! Там менты сразу примут! К Адидасу на квартиру нельзя, там засада может быть. Ко мне её. Быстро!
------------------------------
Валера внес её в свою комнату. Это было маленькое, аскетичное пространство: кровать, гантели в углу и плакат со Шварценеггером на стене. Он аккуратно, будто она была сделана из тончайшего хрусталя, уложил Аню на свою постель.
Она всё еще не приходила в сознание. Валера сел рядом на край кровати, его самого колотило мелкой дрожью — отголосок пережитого стресса и адреналина. Его руки были в крови — и своей, и чужой, — но он боялся даже прикоснуться к её чистому лицу, чтобы не запачкать.
Марат тихо зашел в комнату с тазом теплой воды и полотенцем.
— Валер... ты сам-то как? У тебя бок порезан.
— Плевать, — Турбо отобрал у него полотенце. — Иди на кухню, Марат. Принеси спирт и бинты. И камеру её... ты нашел её там, на снегу?
— Нашел, Валер. В сумке лежала, вроде целая.
Марат вышел, прикрыв дверь. Он понимал, что сейчас между этими двумя происходит что-то такое, куда третьим лезть нельзя.
Турбо дрожащими руками начал вытирать кровь с лица Ани. Он смачивал полотенце и бережно проходил по её лбу, щекам, разбитой губе.
— Прости меня, Фотограф... — шептал он, и в его голосе, обычно таком грубом, слышались слезы. — Прости, что не уберег. Прости, что я такой... что жизнь у нас такая.
Аня прерывисто вздохнула. Её ресницы задрожали, рука слабо шевельнулась, нащупывая край одеяла. Она всё еще была в беспамятстве, но её лицо начало принимать естественный оттенок. Валера перехватил её ладонь и прижал к своим губам, закрыв глаза.
В этот момент он окончательно понял: Универсам, забивы, делёжка асфальта — всё это шелуха. Истиной была только эта хрупкая рука в его ладони.
Около полуночи Марат заглянул в комнату. Он увидел, что Турбо так и сидит на полу у кровати, положив голову на край матраса, не выпуская руки Ани.
— Спит? — шепотом спросил Марат.
— Спит, — так же тихо ответил Валера. — Марат, послушай... Завтра пацаны спросят, почему я не пошел на общий сбор после драки. Скажи — я вышел из игры. На время. Пока она не поправится.
Марат округлил глаза:
— Ты че, Валер? Тебя ж «отшить» могут за такое!
— Пусть попробуют, — Турбо поднял на друга взгляд, в котором светилась холодная, смертоносная решимость. — Я теперь не за Универсам воюю. Я за неё воюю.
Марат молча кивнул и вышел. Он знал, что если Турбо что-то решил, спорить бесполезно. Он сел на кухне, достал камеру Ани и аккуратно протер объектив. «Ну и кашу вы заварили, ребята», — подумал он. «Но если это не любовь, то я тогда балерина».
Аня во сне придвинулась ближе к краю, инстинктивно ища тепла. Валера поправил одеяло и прошептал:
— Я здесь, Фотограф. Больше никто не тронет. Дыши. Просто дыши.

––––––––––––––––––
ссылка тгк: https://t.me/sqpilk
тт: sqpilk3