турбо младшая|||ералаш

ОТ ЛИЦА ЕРАЛАША

Утро начиналось с привычных сборов. Но вдруг, словно пощёчина, раздался сигнал телефона. Незнакомый номер. Я нахмурился, в душе зашевелилось смутное предчувствие.

Сообщение.

::Привет,Ералаш, это Дина. Мой телефон сдох, пишу с Лизиного. Можем пересечься у магазина на Антропольской,3?

Я прочитал и невольно улыбнулся. Сердце подпрыгнуло, но тут же тонкий холодок пробежал по спине. Она назвала меня "Ералаш". Просто "Ералаш". Не "Миша".

Какая-то странная нотка в этом "привете", но я постарался не обращать внимания.

::Во сколько?– набрал я, пытаясь отмахнуться от навязчивых мыслей.

Она прислала время. Телефон положил на стол, но моё предвкушение уже сменилось нарастающим беспокойством. Встречаться?

Почему вдруг? Почему не назвала меня по имени? Словно что-то было не так, что-то неуловимо неправильное. Неужели с ней что-то стряслось? Я тряхнул головой, отгоняя дурные предчувствия, и направился на встречу.

Прибыл на условленное место. Ну конечно,Дина никогда не отличалась пунктуальностью. Я приготовился к привычному опозданию, обреченно глядя в пустоту. Минуты тянулись, каждая казалась вечностью.

Десять минут. И тут,в мою сторону идет какая-то девушка...

-Ой,Ералаш, привет,– её голос был приторно-сладким, наигранным, как дешёвая мелодрама.

Я пытался её игнорировать.С ней не было ни единого желания разговаривать, но она липла, как жвачка к подошве, пытаясь затянуть меня в пустую беседу. Моё терпение лопнуло.

-Слушай, проваливай отсюда! Я не собираюсь с тобой общаться! – мои слова прозвучали резко, как выстрел.

Она лишь жеманно надула губы.

-Чего ты такой бука?– она не унималась. –Я понимаю, что ты в гневе, но я не отстану.

-Я повторяю: отвали!– я едва сдерживал себя.

Моя злость кипела.

Она выдавила жуткую улыбку и повлекла меня прочь от магазина, явно намекая на "конфиденциальность". Я лишь хотел, чтобы эта нелепая сцена поскорее закончилась. Мне не хотелось, чтобы кто-то меня увидел в её компании.

Она постоянно оглядывалась, словно ожидая чего-то, или кого-то. Что за чертовщина происходит?

-Ты долго будешь тянуть резину?! Давай уже, выкладывай...,—я не успел договорить. В следующее мгновение её губы впились в мои.

Омерзительный шок волной накрыл меня.

Секунда замешательства, а потом – дикое, первобытное отвращение! Я оттолкнул её с такой силой, словно она была прокаженной, словно ядовитая змея обвилась вокруг меня.

-ТЫ СОВСЕМ С УМА СОШЛА?!– я взревел, не сдержавшись, и с отвращением сплюнул на асфальт, пытаясь избавиться от мерзкого ощущения её прикосновения.

С её губ сорвалась едкая усмешка, и она растворилась за поворотом, оставив за собой лишь ядовитый шлейф:Наслаждайся своей новой жизнью,Ералаш!,—сознание пронзила обжигающая догадка. Мои глаза, как магнитом, притянулись к знакомому силуэту.

Завитки волос, колышущиеся на ветру. Нет, только не это! Неужели это она?!

Голос Ольхова, зовущий её по имени, словно ледяной кинжал, пронзил насквозь. Она всё видела. Мой мир рухнул. Меня захлестнуло волной самоненависти. Как я мог быть настолько слеп, настолько глуп, чтобы попасть в эту ловушку?! Я чувствовал отвратительное прикосновение её губ, оно жгло, оскверняло.

Мне нужно было смыть эту скверну. К ней я не мог явиться таким. Дома, не снимая обуви, я ворвался в ванную. Схватил мыло, беспощадно втирая его в свои губы, пытаясь стереть каждый след чужого прикосновения.

Внутренности сводило от тошноты. Одна мысль пульсировала в голове:Пожалуйста, пусть она поверит! Пусть выслушает!

Не до конца отчистив губы, я схватил щетку и принялся яростно драить зубы. Мерзость.

Я вылетел из квартиры, словно одержимый, несясь к её дому. Благо, кто-то выходил из подъезда, и я проскочил внутрь, не теряя драгоценных секунд. Взлетев по лестнице, я рухнул к её двери,колотя в неё кулаками, шепча мольбы, адресованные небу:Ну же, моя любовь, открой! Умоляю!

В этот момент карман завибрировал. Её имя вспыхнуло на экране. Сообщение. С каждой прочитанной буквой мир вокруг меня застывал. Ноги подогнулись, словно подкошенные. Я сполз по холодной плитке, прижавшись лбом к её двери, ощущая, как рушится всё. Всё, что имело смысл. Кто сказал, что мужчинам не свойственны слёзы?

По щеке скатилась одна, потом другая, обжигая кожу. В груди разлилась невыносимая боль, каждый вдох давался с трудом. Я был сам себе палач. Если бы не эта проклятая глупость, если бы я не поверил той змее... Что теперь? Как вернуть её доверие?

Она не слышит, не хочет слышать. Я такой идиот. Ведь Ольхов предупреждал меня.

ВОСПОМИНАНИЯ

Несколько дней назад, ещё до того злополучного момента, когда я увидел Ольхова рядом с ней у школы, судьба свела меня с Домбытом. Очередная стычка, обыденная для нас. Но я и представить не мог, что этот парень имеет какое-то отношение к ней.

Первый удар прилетел мне в челюсть, вырывая из рутины боя. Его усмешка была ядовитой.

-Не ожидал, что эта твоя кудрявая предпочтёт тебя,— прошипел он.

-Что?! О ком ты?— мой голос был хриплым от удара.

-Не знаешь? Это же наша Диночка. А точнее, моя,—от его слов меня передернуло. Ярость вспыхнула, как спичка. Мой кулак врезался в его лицо, отправив его на землю. Я тут же навалился сверху, вцепившись в воротник, готовый душить.

-Что ты сказал?! Повтори!— мои зубы стиснулись.

-Слух подводит? Она моя!,—он посмел! Нет!

Она моя! Никто не смеет к ней приближаться!

Удар за ударом, я вымещал всю свою ярость, всю свою боль.

-Ералаш, хватит!— голос Адидаса пробился сквозь пелену безумия. Его руки оттащили меня. Я заставил себя отстраниться, встал.

-Ещё раз увижу тебя возле неё, и ты будешь трупом, — прорычал я, отворачиваясь и следуя за Адидасом.

Его слова, словно лезвие, вонзились мне в спину:Твоё время с ней подходит к концу. Запомни, я никогда не делился своими игрушками, и это не изменилось. Она всегда принадлежала мне, пока ты не вторгся в нашу жизнь.Если ты думаешь, что мне нечего терять, ты глубоко заблуждаешься!— гнев вскипел, но цепкие руки Адидаса остановили мою ярость.

-Отпусти, не ведись на его пустые угрозы,— прозвучало рядом. Я тяжело выдохнул. В тот момент я был наивен, верил, что его ничтожные потуги не смогут меня задеть. Как же я ошибался! Сегодняшний день разбил эту иллюзию вдребезги.

СЕЙЧАС

Видение её лица, искажённого болью, её беззвучных рыданий, терзало мою душу.

Каждая её слеза — это кровоточащая рана в моей груди, моя абсолютная слабость. Я поклялся защищать её, уберечь от всего зла, а в итоге сам стал причиной её страданий. Моя Дина. Моя вселенная. Что же я натворил?!

Я горел желанием прижать её к себе, прошептать в ухо, что это отвратительная ложь, что я никогда бы не предал. Я презирал измену до мозга костей, сам не выносил этой подлости. Как мог бы я,Ералаш, бросить тень на нашу любовь?

2 АПРЕЛЯ, СРЕДА (ВСЁ ЕЩЁ ОТ ЛИЦА ЗИМЫ)

Закончив свой горький рассказ, я впился взглядом в лицо Турбо. Он сидел, погружённый в свои мысли, мерно постукивая пальцами по столу, затем медленно поднял глаза.

-Ну и вляпался ты, брат. Что теперь?— его голос был тяжёлым.

-Не знаю. Но я должен с ней поговорить. Сам,— я выдавил слова сквозь застывшее горло.

-Нужна помощь? Хочешь, я всё ей объясню?— предложил он, и на мгновение во мне вспыхнула слабая надежда.

-Нет. Это моя битва. Я сам,—Турбо кивнул, словно принял приговор, и поднялся.

-Я понял. Но не затягивай. Если она что-то сделает с собой, ты повторишь судьбу Колика,— его слова, пропитанные ледяной серьёзностью, были похожи на предупреждение с того света. Брови сведены, взгляд беспощаден.

Если так произойдёт, то моя дорога скорее проляжет к судьбе Есенина, — вырвалось у меня.

-Что за чушь? Я твою поэзию в школе не читал, — Турбо закатил глаза и удалился.

-Неважно...— грустная усмешка, полная фатализма, скривила мои губы.

Как только дверь за Турбо закрылась, я рухнул на кровать. Она не хочет меня видеть?

Её выбор. Но я не отступлю. Мысль о том, что этот ублюдок Ольхов теперь будет рыскать вокруг неё, сводила меня с ума. Он не получит её. Никогда. Ему придётся пройти через мой труп, чтобы дотянуться до неё.