inhale. the heart of the north

 Прокручивал в голове разговор с отцом. Король Сокхван был жёстким и строгим правителем Севера, по-другому на здешних землях было и нельзя. Он был справедлив к своим подданным и очень требователен к своим детям.

- Нет! – гремел он на пол двора так, что было слышно и из открытых окон, - твоя женитьба с Кэритой была давно обговорена! И ты сам был не против до этого момента.

- Сейчас против. Вся договорённость только на словах, а значит не имеет силы, - стараясь сдержаться, спокойно отвечал Чонгук, стоя напротив ходящего из стороны в сторону отца. Сокхван был большим, словно белый медведь, а густая белая борода только добавляла сходства.

- Щенок!!! – взревел король и от него во все стороны полетели короткие искры, - эта твоя девчонка вскружила тебе голову! Да она тощая, как спичка, как детей здоровых тебе родит?! Да она же слабая, как новорождённый пингвин...

- Отец, хватит, - прорычал Чонгук, - Лалиса выжила после нападения велиора. Ты многих таких знаешь?

- Она выжила только благодаря тому, что ты использовал силу Севера, глупец, - прошипел мужчина, - нет. Она здесь чужачка.

- Как и Лилия, - парировал Чонгук.

- Не смей, - Сокхван сделал несколько быстрых шагов в сторону сына, угрожающе тыча в него пальцем, - не смей трогать её.

- Как и ты не смей трогать меня и мою женщину, - с той же угрозой и силой ответил ему Чонгук.

Нет, в реальном бою Чонгук проиграл бы отцу. Не было ещё того опыта, силы и размаха. Пожалуй, Сокхвану мог бы противостоять только Сокджин, и то бы тот проиграл в знак уважения. Но сейчас король столкнулся не с сыном, всю жизнь которого пестовал, воспитывал и направлял, а с мужчиной, который до последней капли крови был готов биться за женщину.

Правитель сидел за столом, опрокидывая в себя крепкий эль и не чувствовал вкуса.

Сокхвана самого женили без его согласия на красавице Адэле. Да и у неё его вряд ли спрашивали. Тем не менее они прожили долгую жизнь вместе, родили четверых детей. Но в той жизни не было страсти, не было огня, который сейчас горел в его среднем сыне. Они были хорошими правителями, научились слышать и уважать друг друга, но спали в разных комнатах. Когда Адэла умерла в родах с их четвертым ребенком Дженни, это было горе. Но Сокхван скорее оплакивал привычку, чем любимую женщину.

Лилия была служанкой в одном из приграничных дворов, где после похода отдыхал Сокхван со своими воинами. Гордая, дерзкая, острая на язычок, она так воспламенила его, что они переспали в первую же ночь. Такой ночи в жизни мужчины ещё не было. Раскрепощенная, умело управляющая своим телом, Лилия дарила удовольствие раз за разом и ему, и себе. Видеть, как женщина не просто принимает тебя в силу супружеского долга, а получает от этого громкое удовольствие, было... Сокхван не сомневаясь увёз её в свой дом, где они и поженились. Лилия не была коренной северянкой, но прожила здесь достаточно долго, чтобы знать правила и традиции, поэтому быстро освоилась. Сейчас же жена ходила беременной, но все равно ждала его каждую ночь. Предвкушающе улыбаясь, Сокхван отставил бокал и встал.

Сын.

Что ж, раз та тощая девочка смогла из него так быстро вырастить мужчину, пусть так и будет.

Чонгук ушёл с рассветом, чтобы поспать у себя хоть пару часов. Жизни Лисы сейчас ничего не угрожало и караулить её сон не имело смысла. Но очень хотелось быть с ней рядом и слушать ее мерное дыхание.

***

Лалиса проснулась много позже, когда бледный диск солнца стоял уже высоко. Под рукой опять не было часов и она отправилась в душ, предполагая, что рано или поздно к ней зайдёт Чонгук. От вчерашнего унылого настроения не осталось и следа. Она чувствовала себя бодрой, здоровой и жутко голодной.

В комнате на кровати обнаружился новый комплект одежды – все то же самое, только в глубоком зелёном цвете, расшитый золотыми нитями. Интересно, кто их приносит и кто подбирает? Надо будет спросить.

Переодевшись, уселась на подоконник дожидаться Чонгука. Внизу как раз проходил очередной караул и Лалиса, широко улыбнувшись, помахала им рукой. Вот только у мужчин ни один мускул не дернулся. Они проскользили взглядом мимо и пошли дальше. Но ведь точно заметили!

Повернулась дверная ручка и девушка спрыгнула с подоконника.

- Чонгук!

Мужчина застыл на входе, поправляя передатчик на руке. Лалиса шла на поправку и это было заметно. Уходила бледность, щеки розовели, глаза блестели. И волосы топорщились в стороны. Невероятно красивая.

Лалиса же удивлённо смотрела на двух девушек, которые вошли вслед за Чонгуком и несли, по всей видимости, завтрак. Одетые в светло-серые туники со штанами, со светлыми волосами, собранные в низкий хвост и убранные под чепец, они украдкой кидали на хозяйку комнаты любопытные взгляды и тут же опускали глаза, когда натыкались на её взгляд. Быстро расставив тарелки и приборы, с лёгким поклоном удалились, прикрывая за собой дверь.

- Мне нужен передатчик, иначе невозможно определить время! – продолжила с того момента, на котором остановилась.

- У нас здесь не пользуются передатчиком, Лиса. У меня он есть, потому что нужен для связи с внешним миром.

- Но я тоже хочу связь с внешним миром!

- У тебя будут часы. Если захочешь позвонить – возьмёшь мой. Другого здесь нет.

- Хорошо, - удовлетворенно кивнув, согласилась девушка и первой пошла за стол.

- Отлично, кстати, выглядишь, - между делом оценила внешний вид мужчины.

Это было правдой. Чонгук был красивым мужчиной с правильными чертами лица. Синие глаза практически светились на лице, а волосы как всегда были собраны в причудливые косички. Ему невероятно шла местная одежда. Широкая подпоясанная туника подчеркивала развитые грудные мышцы и плечи, а свободные штаны – сильные ноги. Все было в глубоких синих тонах, и только по краю ворота шёл светлый квадратный орнамент, тогда как у неё он был плавным и закругленным.

Мужчина поперхнулся.

- Спасибо. А ты красивая. Как всегда.

Лалиса состроила мину, выражающее её сомнение на этот счёт, но вслух спорить не стала.

- Хорошо себя чувствуешь? – улыбнулся Чонгук, когда девушка доела свою порцию и подцепила кусочек из его.

- Да. Мне надоело здесь сидеть. Может, если ты мне все покажешь, что можно, и я не буду пользоваться силой, я не грохнусь в обморок?

- Может. Только чуть позже, мне ещё нужно кое-что уладить.

- Да. А мне разобраться с волосами, - она преподнесла прядки к глазам, - а где все мои бусинки и резинки?

- Я занесу их сейчас. Марна и Эир тебе помогут.

- Марна и Эир? Помогут? В чем? – не поняла Лиса.

- Не нужно?

- Да вроде нет, - пожала плечами девушка, - всегда сама собирала.

- Ну хорошо, как скажешь. Я сейчас.

Чонгук вышел, а Лиса осталась за столиком, доедая кусок сладкого пирога. Когда-то, словно в прошлой жизни, Чонгук говорил, что на Севере без мяса никак. Похоже, он не врал, потому что оно было здесь даже на завтрак!

Через несколько минут он вернулся с резной деревянной шкатулкой в руках и поставил её перед девушкой. Сейчас ему было очень волнительно, но он старался скрыть это за железобетонным спокойствием.

Ничего не подозревающая Лалиса открыла крышку и замерла.

- Это не моё, - она подняла голову на все ещё стоящего мужчину.

- Это тебе, - Чонгук пододвинул шкатулочку ближе, - мастера сделали по примеру тех, что остались целы.

- Остались целы?

- Большинство из твоих почернели и потеряли форму, когда в тебя ударил велиор.

Лалиса вновь посмотрела на содержимое шкатулки. Там были резинки, с виду простые, но с вплетенными в них блестящими золотыми или серебряными нитями. Там были бусинки-пружинки, и каждая бусинка была кропотливо украшена замысловатым рисунком и маленьким блестящим камнем. Там были заколки в форме снежинки и солнца с длинными лучами, тоже украшенные бесчетным количеством мелких камней, отчего те сверкали и переливались.

- Очень красиво, - задумчиво произнесла Лалиса и погладила все великолепие пальцами, - большое спасибо! – вскочила, прижимая к себе шкатулку и счастливо улыбаясь, умчалась в ванную.

Чонгук выдохнул и расслабился как раз в тот момент, когда вошли перешептывающиеся и хихикающие Марна и Эир. Девушки сразу же остановились и замолкли, склонив головы, как только увидели мужчину. Кстати о них. Широким шагом Чонгук вышел из комнаты, направляясь в крыло жены отца.

Если Сокхван, как правитель, выстраивал внешние отношения, то Лилия занималась домом. К её чести, справлялась со всем хорошо, строго следила за порядком и даже справедливо наказывала. Прислуга её боялась, но уважала, потому что всех она старалась выслушивать и помочь. Все таки и сама была служанкой.

Сейчас Лилия была на шестом месяце беременности, и округлившийся живот уже был виден из-под одежды.

- Лилия, - приветствовал её Чонгук, приложив руку к груди и склонив голову, когда перед ним открыли двери.

- Чонгук, дорогой! Проходи.

Женщина сидела в окружении других женщин и вокруг них были разложены метры самой разнообразной ткани. Кто-то раскрывал полотно, двое, наоборот, собирали его. Лилия же смотрела на все придирчиво-спокойным взглядом.

- Как твоё самочувствие?

- О, замечательно, спасибо, - улыбнулась женщина и положила руку на живот, - как дела у твоей невесты?

- Я как раз об этом и хотел поговорить, - он взглядом обвел сразу же притихших помощниц.

Лилия два раза хлопнула в ладоши и те поспешно принялись все складывать и выходить после полупоклона.

- Они стали слишком любопытны, - ответив кивком головы на поклон последний женщины и подождав, когда закроется дверь, сказал Чонгук.

- Ох, - рассмеялась Лилия, - я не могу их в этом винить. Нам всем любопытно посмотреть на твою избранницу, - ответила, склонив голову, - ты бы знал, как буйствовал твой отец после вашего с ним разговора.

Чонгук еле сдержался, чтобы не поморщится. Слишком хорошо понимал, что скрывается под словом «буйствовал».

Лилия была почти в два раза младше Сокхвана и из-за этого её отношения с братьями и Дженни изначально не сложились. Но жизнь шла, отец здравствовал и расцветал, бросая жаркие взгляды на молодую жену, двор стоял и даже развивался, деньги в казну шли. Даже идея открыть границы и сделать первый шаг в сторону большой земли была её. Похоже Лилия не была угрозой их дому и постепенно отношения из отчужденных стали нейтрально-уважительными.

- Вы познакомитесь с ней обязательно. Лалиса уже гораздо лучше себя чувствует. А пока поговори с Марной и Эир. Пожалуйста.

- Хорошо, Чонгук. Я тебя услышала. Говорят, ты уже поговорил утром со стражниками? – снова улыбнулась женщина, - девочки жалуются, что те даже им улыбаться перестали.

Чонгук не стал это никак комментировать и попрощавшись, вышел из комнаты.