- глава 4 -
«Моя дражайшая дженни»
Солнце уже зашло, и я выехал за пределы города Франкфурта. Сегодняшний турнир прошел хорошо, но я уже довольно устал от череды событий, толпы, а особенно - от рыцарей, похваляющихся своими деяниями.
В последнее время они наводят на меня тоску.
Я очень скучаю по Англии, но по Шотландии еще больше. Странно, не так ли? Я был в горной Шотландии лишь однажды и очень недолго.
И все же, когда я читаю твои письма, я ощущаю дыхание шотландских ветров на своей коже, вспоминаю сладкий запах воздуха. Слышу твой голос, говорящий со мной.
Я ценю твою историю о полученном на кухне опыте. Так же, как и ты, я понятия не имел, как легко можно спалить кладовую или как тяжело отмывается от сажи песчаник. Я только благодарен Богу, что никто, а в особенности ты сама, не пострадал, и мне жаль, что тебя навечно отлучили от кухни.
Однако я рад, что кухарка решила снова позволить тебе есть.
Как всегда, ты напоминаешь мне о нежности и доброте. Мысли о тебе всегда вызывают у меня улыбку.
Я был в нетерпении сегодня утром, когда гонец принес мне твое письмо. Оно хранит на себе сладкий запах твоих рук. Я понял, что все больше и больше ищу их. Ищу мою связь с тобой.
Твои слова сопровождают меня днем и особенно длинными ночами, когда я нахожусь вдали от дома и знакомых удобств. Я знаю, мы встречались лишь один раз, но все равно я чувствую, что знаю тебя так, как никого прежде.
Я скучаю по тебе, дженни. Каждый миг моих дней наполнен мыслями о том, как у тебя дела и улыбнулась ли ты чему-нибудь в мое отсутствие.
Я получил локон, что ты послала мне. Я ношу его в медальоне, который находится у самого моего сердца, чтобы помнить о твоих нежных словах и доброте. Это мое самое ценное сокровище, это и твои письма.
По правде говоря, я не могу представить себе жизнь в мире, где бы не было тебя. Если бы я мог, я бы с радостью провел остаток своих дней рядом с тобой, делая тебя счастливой.
Приезжай ко мне в Англию, когда я вернусь, моя леди, и я исполню свои самые заветные желания: поцелуй твоих нежных губ и клятва моего сердца в верности твоему.
А до тех пор пусть тебе снятся сладкие сны.
Навеки твой рыцарь, ч.»
Дженни закрыла глаза и прижала письмо к сердцу. Чонгук любил ее. Она знала это. Определенно, ни один мужчина не мог написать таких нежных слов, если не подразумевал их.
Но, может быть, она неверно их поняла.
Они звучали как предложение руки и сердца, когда она читала их первые три дюжины раз, но сейчас, когда она вновь увидела чонгука, то уже не была так уверенна. Он вел себя так, словно понятия не имел, кто она такая, а они переписывались уже почти год.
- дженни? - Она обернулась и увидела в дверях лалису. - Ты в порядке?
Дженни кивнула, складывая письмо и убирая его обратно в сумку. Слова чонгука предназначались только для ее глаз, и она не хотела делиться их драгоценными чувствами с кем-то еще.
- Я просто пытаюсь понять реакцию чонгука.
Исходя из его слов в письме, она ожидала, что он подхватит ее на руки и обрадуется ее приезду. Вместо этого он извинился и сбежал, словно за ним гнался сам дьявол.
Мог ли он лгать ей все это время?
Но зачем ему это делать?
Их письма сначала были вполне невинными, просто заметки о погоде и о том, чем каждый из них занимается. Это он перевел их переписку в более серьезное русло.
Возможно, он перепутал ее с какой-нибудь другой леди. Возможно, она представлялась ему красивой и элегантной, как ее кузина джису, а теперь, вновь ее увидев, он был разочарован и жалел о написанных словах.
Она поежилась от этой мысли.
Нет, конечно, нет. Он слишком многим с ней поделился. Рассказал о смерти своей матери, о своем жестоком прошлом.
Он рассказал ей то, чем, она была уверена, ни с кем больше не делился.
- Мужчины могут быть странными существами, - тихо произнесла лалиса, закрывая за собой дверь и подходя ближе. - Ты и понятия не имеешь, как тяжело мне пришлось с Сионом, когда мы только повстречались. Он был колючим и жестким, всегда старался отдалиться от меня.
Дженни немного успокоилась, услышав слова кузины:
- По-моему, в это трудно поверить.
- И, тем не менее, это правда. Я думаю, ты просто застала чонгука врасплох. Дай ему время придти в себя, и, я уверена, он сдержит свое слово.
Дженни кивнула, хотя часть ее все еще хотела кричать от того, что ее мечты разбились.
Сначала все должно было быть очень просто. После смерти своего брата она отправилась во Францию, послушная его последнему желанию - вернуть чонгука его геральдическую эмблему. Она также хотела поблагодарить этого человека за то, что он спас жизнь ее брата и вернул его домой.
Однажды во Франции она была заворожена боевым мастерством этого человека на арене, силой ударов его меча во время тренировки.
А когда чонгук снял свой шлем и она увидела безупречные вылепленные черты его лица, она была околдована. Не было на свете мужчины, равного ему по красоте.
Чонгук очень спешил покинуть ристалище, и у нее почти не было времени пообщаться с ним.
У нее так заплетался язык, что она так и не смогла объяснить ему цель своего приезда или позвать его назад.
У нее так тряслись руки, что она и не заметила, как уронила эмблему чонгука, пока другой рыцарь не поднял ее с земли и не вложил ей в холодные руки.
- Простите его за спешку, моя госпожа, - сказал рыцарь. - чонгук всегда поспешен в своих попытках покинуть арену и добраться до своей палатки, прежде чем его окружит толпа.
Она взглянула в лицо еще одного красивого мужчины. Его длинные, темно-рыжие волосы очень напомнили ей людей, живущих в ее родной горной Шотландии. Его глубокие синие глаза были теплыми и полными участия.
- Я просто хотела вернуть ему это, - сказала она, удивляясь, почему рядом с этим мужчиной у нее не было проблем с речью. Она всегда неловко себя чувствовала, общаясь с противоположным полом. Но по какой-то причине этот незнакомец, несмотря на свою красоту, не заставлял ее нервничать.
Рыцарь посмотрел вниз на ее руку и нахмурился, увидев значок, изображающий меч и щит.
- Откуда это у вас?
- Это принадлежало моему брату. Он вернулся с ним из Утремера.
Его теплая рука накрыла ее ладонь, и она вздрогнула от прикосновения его мозолистой руки и звука его низкого, вкрадчивого голоса:
- Как имя вашего брата, госпожа?
- Ким намджун.
Его синие глаза вспыхнули, словно он вспомнил прошлое. Он нежно улыбнулся ей:
- Вы дженни.
От того, как он произнес ее имя, у нее по спине прошла горячая волна.
- Вы знаете меня?
- Да, госпожа, ваш брат часто говорил о вас.
- Вы были с ними в Утремере?
Его улыбка угасла, когда он кивнул. Его глаза выдавали ту же самую боль, которая мучила ее брата, когда он вспоминал о годах сарацинского заточения.
И тогда она поняла, кто этот человек. Намджун рассказывал ей о правой руке чонгука. Человеке, который всегда оставался в тени в то время, как чонгук получал славу и признание. Он тот, кто никогда не позволял остальным узнать его имя, но в равной степени помогал им и защищал их.
- Вы - Призрак.
Он почувствовал себя неуютно от ее слов.
- Откуда вы знаете это имя?
- Мой брат никогда никому, кроме меня, не рассказывал о вашем Братстве, - поспешила она уверить его. - У нас с ним не было секретов друг от друга. И я никогда ни единой душе не говорила об этом. Я клянусь вам. Перед смертью он только хотел, чтобы я узнала о вас, чтобы я могла сдержать данную им тогда клятву.
Незнакомец вздрогнул, услышав ее слова, словно кто-то ударил его. То, что он наравне с ней разделял ее боль от потери такого благородного человека, заставило ее ощутить к нему еще большую нежность.
- намджун умер? От чего?