trigger (ficbook.)[ЗАКОНЧEH]

— Ну, я, это… Пойду догоню Намджуна, — мямлит Хосок, смотря куда угодно, но только не на преподавателя. Может ли он теперь называть его Юнги?

— Да, давай… те, — тот тоже прячет взгляд, делая вид, что помятая коробка под ногами его интересует куда больше.

Хосок вылетает из кладовой (он теперь её за километр обходить будет), попутно заправляя выбившийся край рубашки обратно в брюки, и, не соображая, почти бежит, боясь не успеть. Раз Намджун зашёл в эту кладовую, значит психология у них на этом этаже и…

— Намджун! — задыхаясь от бега, просяще выкрикивает Хосок, заставляя однокурсника остановиться прямо перед аудиторией. — Подожди!

Намджун поворачивается к Хосоку с жалобным выражением лица: ему совсем не хочется обсуждать то, что он только что увидел.

— Намджун, — снова зовёт Хосок, но в этот раз спокойнее; коснувшись чужого запястья, он смотрит прямо в глаза: — По поводу кладовки… Это не то… То есть это то…

— Хосок, я никому не расскажу.

— Правда?! — облегченно вырывается у Хосока.

— Да. Это не моё дело, и почему бы я вообще кому-либо стал рассказывать?

Хосок выдыхает, заметно расслабляясь, и отпускает чужое запястье. В принципе он на это и рассчитывал: Намджун всегда очень понимающий и лояльный к окружающим. За всё время учёбы он ни разу никого не подвёл, и Хосок может ему доверять. Но может ли ему доверять Мин-сонсенним?

— Спасибо, это важно… для нас, — Хосок улыбается лишь одним уголком губ и собирается уже уходить, как его останавливает мычание Намджуна. — А?

— Будь осторожен, ладно? Я не знаю, что у вас там происходит, не берусь судить, но… просто не верь ему на все сто процентов, договорились?

Хосок медленно кивает, нахмурившись из-за этого предупреждения. Проводив чужую широкую спину взглядом, он разворачивается и делает несколько шагов по направлению к кладовой, но тотчас останавливается, понимая, что он не хочет туда идти от слова совсем; Хосок просто сгорит от стыда и смущения, если ещё хоть раз взглянет в глаза Мину-сонсенниму. И это не из-за того, что их поцелуй был ужасным, наоборот, это было чертовски хорошо, так хорошо, что Хосок и не против повторить (да, он это признал, себя не обманешь). Проблема в том, что, кажется, он нравится Мину-сонсенниму (ведь по-другому случившееся не объяснить. Конечно, можно предположить, что мужчина просто удачно споткнулся, но и его нога тогда тоже удачно споткнулась), а Хосок к такому ещё не готов. Это как выиграть в лотерею — до последнего не веришь и, даже получая выигрыш, сомневаешься в реальности происходящего. Может, преподаватель действительно споткнулся?

В любом случае Хосоку нужно забрать рюкзак; встряхнувшись, он поправляет сбившиеся пряди на затылке и решительно шагает к месту, которое ему будет сниться до конца жизни (хотелось бы, чтобы не в кошмарах). Мин-сонсенним уже ждёт его — закрыв дверь кладовой, он вынес рюкзак и прислонил его к стене, а сам сейчас поправляет галстук, узел которого Хосок наглым образом ослабил несколько минут назад.

— Он никому и ничего не расскажет, — прямо объявляет Хосок, решая не ходить вокруг да около.

— Ты… Вы уверены в этом?

— Да, Намджуну можно доверять, — озвучивает свои недавние мысли Хосок. На недоверчивый взгляд мужчины он добавляет: — Мы вместе учились в старшей школе, я знаю его уже почти пять лет, и он точно не подведёт. Верьте мне.

— Вам я верю, а ему нет, — Мин-сонсенним поднимает рюкзак.

— Ну, других альтернатив у нас нет… Спасибо за рюкзак.

Хосоку ужасно режет слух это 'нас', но по-другому он сказать не может.

— Как скажете, — сдаётся Мин-сонсенним, и Хосок ловит себя на том, что пялится на чужие губы. Ведь меньше пяти минут назад эти самые губы настойчиво сминали его… — …Хаксен?

— А?

— Я хотел бы поговорить по поводу нашего поцелуя, — говоря это, Мин-сонсенним выглядит довольно-таки спокойным (ну, может, чуть-чуть нервным) и собранным, в то время как Хосоку такое даже вспоминать стыдно. — Думаю… думаю вы догадались, что вы мне нравитесь.

— Да, я… я понял, — Хосок переводит взгляд с губ на глаза и чувствует, как в горле внезапно пересохло. Одно дело — думать о том, что он действительно нравится Мину-сонсенниму, а совсем другое — услышать вживую. — Знаете, я… я не имел в виду всё то, что сказал. Ну, про зануду и всё такое. На самом деле мне кажется это немного милым.

— А я нормально отношусь к 'идеальным мальчикам', — кажется, сейчас до неловкости, что висит в воздухе, можно дотронуться. — И мне правда жаль, что с Кимом-хаксеном так вышло, но я, к сожалению, ничем помочь не могу.

— Понимаю, — на самом деле Хосок до сих пор этого не понимает, но решает больше не спорить: это ни к чему не приведёт. Мин-сонсенним сам сделал этот выбор.

— А что насчет нас… Вы мне правда нравитесь, но у нас ничего не получится, придётся это игнорировать. Будет сложно, но мы справимся.

Хосок задумчиво кивает: он знал, что так и будет. По-другому и не может. Хосок даже впервые согласен с их 'делаем вид, что ничего не произошло', потому что… ну потому что у них действительно нет других альтернатив. Слишком уж много всего того, что складывается против них, начиная с возраста и заканчивая полом.

— Да…

— Вы мой студент, а я ваш преподаватель… Я бы хотел, чтобы всё было по-другому, правда. Но мы не можем, — Мин-сонсенним успокаивает себя или Хосока? — Просто… просто смиримся с несправедливостью жизни.

В голове пусто; Мин-сонсенним что-то говорит, а Хосоку это всё кажется несуразным бредом. Мужчина хоть сам-то понимает, что несёт откровенную чепуху?

— Что? — морщится Хосок. — Ваши слова похожи на отговорку.

— Они и есть отговорка.

— Зачем вы оправдываетесь передо мной? — фыркает Хосок. Он и без этих 'успокаивающих слов' прекрасно знает, что ничего не выйдет.

— А кто сказал, что именно перед вами?

Они замолкают — Хосок, закусив губу, мысленно проклинает жизнь, что поставила между ними такие преграды, а Мин-сонсенним тем временем смотрит на наручные часы.

— Мне пора.

— Да, мне тоже, — Хосок знает, что на физкультуру он уже точно не успеет. Лучше уж сразу домой.

— Хаксен, извините меня.

Почему Мин-сонсенним извиняется? Он всего лишь дал Хосоку призрачную надежду, а затем её же и уничтожил. Подумаешь, всего-то.
Уж лучше бы не целовал.

— Ничего страшного, — через силу улыбается Хосок, забрасывая рюкзак на плечо, а затем первый уходит в противоположный коридор от кладовой.

Раньше Хосок думал, что самое худшее в жизни — это жить с невысказанным вопросом о взаимности, но теперь он понял, что есть вещи и похуже. Например, жить со знанием того, что взаимность всё-таки есть… и при этом не быть с этим человеком.

солнечный свет даст мне достаточно сил, чтобы захоронить свою любовь в лунной пыли.

” ” ”

      Тэхён взбалтывает остатки водки в коробке из-под яблочного сока, а затем выпивает всю эту бодягу до дна; поморщившись, он небрежно вытирает рот рукавом толстовки и кидает уже ненужную упаковку в близ стоящую мусорку.

Вот уже второй день он прогуливает университет, второй день пропускает работу и третий день не ночует дома. Он думал, что быстро 'проветрится' и вернётся, но это 'проветривание' уже слишком затянулось. Он бы и рад что-нибудь сделать со своим апатичным состоянием, но он не знает, что можно сделать. Не бросаться же с моста… хотя идея занятная.

Тэхён шмыгает носом и в который раз за день открывает 'контакты' телефона, намереваясь наконец сделать то, что не может сделать вот уже четвёртый день подряд — удалить Ким Сокджина из своей жизни.

Палец зависает над функцией 'заблокировать абонента'; Тэхён прикрывает глаза и собирается уже нажать, но его что-то снова останавливает: тяжело вздохнув, он блокирует экран телефона. Затем несколько минут смотрит на мимо проходящих посетителей торгового центра, по которому он шатается уже целый день, и, чертыхнувшись, снимает блокировку. Палец снова зависает в миллиметре от экрана, Тэхён гипнотизирует это болезненное 'ким сокджини' и понимает, что сейчас не сможет ничего сделать. Вместо этого он поджимает губы и выходит из 'меню абонента', оказываясь в общих 'контактах'. 'сокисоки', 'ким намджун', 'лиса-а', 'бён', 'юкихён'… никто из этих людей сейчас не сможет ему помочь, и это паршиво. В чём тогда вообще смысл такой дружбы?

Неожиданно его взгляд спотыкается о незатейливое 'че бёри'. Несколько недель назад Сокджин передал ему номер своей бывшей жены, и Тэхён даже о нём как-то забыл. Кажется, Бёри хотела, чтобы, если понадобится помощь, они с Хосоком не стеснялись к ней обращаться… А может ли в это входить и просьба о лечении разбитого сердца? Единственный способ проверить — позвонить.

Тэхён, не давая себе ещё и минуты для раздумий, жмёт на синий кружок и осторожно прикладывает телефон к уху, надеясь, что женщина не разозлится из-за его звонка.

— Да, Че Бёри, я вас слушаю, — спустя несколько гудков раздаётся низкий, но очень приятный голос.

— Здравствуйте, Че Бёри, это Ким Тэхён, и…

— О-о, Тэхён, ну наконец-то вы позвонили! Я уже заждалась!

— Да, как-то замотался… Я бы… Я бы хотел…

— Не бойтесь, Тэхён, можете просить о чём угодно, для этого я и дала свой номер.

— Мне нужна ваша помощь, — просто говорит Тэхён, непроизвольно шмыгая носом.

— Ох, Тэхён, что-то случилось, да? Ну конечно же я вам помогу… — в трубке на секунду повисает тишина. — Вы можете приехать к нам в квартиру. Тут, правда, со мной моя подруга, но я думаю, что она будет не против познакомиться с вами. Вы где? Мне прислать водителя?

— Нет, нет, — тараторит Тэхён: теперь личных водителей с него хватит на всю жизнь. — Лучше я сам приеду.

— Тогда сейчас я скину вам адрес. У нас здесь закрытая частная территория, на КПП просто наберёте меня и всё. Поняли?

— Д-да… Бёри?

— Мм?

— Спасибо.

— Ох, да бросьте, я же ещё ничего не сделала.

Тэхён сбрасывает и встаёт со скамейки, послушно ожидая сообщения с адресом. В обычное время он бы ни за что не потревожил Бёри и не стал бы напрашиваться на встречу, но сейчас ему слишком плохо, чтобы думать о рамках приличия. К тому же она как никто другой знает своего бывшего мужа и, возможно, сможет подсказать, что делать, как выбраться из этого зависимого кокона под названием 'Ким Сокджин'.

Через полчаса (дом четы Че находится на другом конце города) Тэхён уже стоит около нужной квартиры. Неловко потоптавшись несколько минут у порога, он всё же стучится и спустя мгновение оказывается внутри. Кратко осмотрев немолодого мужчину, пустившего его, Тэхён аккуратно снимает пальто и уже собирается повесить его в шкаф, как из его рук буквально насильно вырывают верхнюю одежду.

— Тэхён, оставьте, это работа Има.

Тэхён сдаётся и осматривается — квартира огромная, на целый этаж, с европейским ремонтом. В гостиной, на роскошном диване, полу-лежит, полу-сидит такая же роскошная Бёри в алом атласном халате и с пучком собранных волос. Когда Тэхён снимает обувь и проходит дальше, женщина поднимается навстречу и медленно ставит бокал с тёмно-рубиновым вином на столик.

— Здравствуйте, — Тэхён кланяется и мягко касается чужих протянутых ладоней.

— Добро пожаловать! — Бёри указывает на диван и кресла. — Располагайтесь, где захотите.

Тэхён усаживается на краешек дивана и осматривает стеклянный столик, на котором помимо бокалов и вина находятся разные цветные бутылочки — так вот почему уже в коридоре пахло косметическим лаком и ацетоном. Пока он бесстыдно разглядывает окружающие его картины и статуэтки, Бёри подходит к большому панорамному окну и опускает вниз шторы. Махнув дворецкому, чтобы он скрылся из гостиной, женщина возвращается на диван.

— Красивая квартира, — говорит Тэхён и не врёт: здесь действительно чудесно. — Вам принадлежит целый этаж?

— Нет, ещё верхний и крыша, — Бёри с лёгкой улыбкой указывает на витиеватую лестницу, спрятанную в углу. — Хотите посмотреть?

— А, нет, не обязательно.

Неожиданно Тэхён начинает чувствовать запах табака, смешанного с дорогим парфюмом. Обернувшись, он видит, как к ним с подносом фруктов подходит женщина в тёмно-синем шёлковом халате, с чёрными волнистыми волосами и аристократическими чертами лица. Незнакомке только короны и скипетра не хватает, чтобы уж точно походить на королеву.

— Ах, ваша Чхве совсем обленилась, резала этот поднос добрых полчаса. Я бы и то быстрее управилась, — поставив фрукты на столик и взяв в руку бокал вина, женщина оборачивается к Тэхёну. — А, вы у нас, наверное, Ким Тэхён?!

— Да, — он вскакивает, почтительно поклонившись. — А вы…

— Ан Хеджин, приятно познакомиться, — женщина улыбается, расцепляет их руки и, взяв дольку яблока, усаживается на диван.

— Взаимно.

— Хе, поможешь мне с правой рукой? — просит Бёри. — Никогда ровно не получается, кошмар какой-то.

— Вы сами делаете себе маникюр? — удивляется Тэхён. Похоже, увидев дворецкого и услышав о неизвестной Чхе, он сделал неправильные выводы.

— Да, Тэхён, мы ещё в состоянии сами накрасить себе ногти, — усмехается Хеджин, грациозным движением отправляя дольку яблока в рот. — Хорошо, Мунбёльи!

Только спустя минуту до Тэхёна доходит, что это так обратились к Бёри; видимо, это её прозвище. Хозяйка квартиры тем временем достаёт пузырёк темно-вишневого лака и протягивает его подруге; женщины перемещаются на пол, к столику.

— Ну, Тэхён, в чём требуется моя помощь? Деньги? Университет?

— Нет, нет, тут другое, — мнётся Тэхён, не зная, с чего начать. Поправив дырку на колене, он прочищает горло и начинает: — Это Сокджин…

— О-о, он уже бросил вас, да? — безжалостно интересуется Хеджин, и Тэхён чувствует, как от напряжения всё внутри натягивается в струну. Похоже, его догадки всё-таки верны, и он не первый среди 'побед' Ким Сокджина.

— Он хотя бы отвёз вас потом домой? — морщится Бёри то ли от своих слов, то ли от запаха лака.

Тэхён несколько раз моргает, чувствуя себя ещё хуже, чем раньше; зря он сюда приехал.

— То есть я не первый, да? — игнорируя слова женщин, низким от недовольства голосом уточняет Тэхён.

— Я знаю, как вам больно это слышать, но да, Сокджин находит себе молоденьких девочек почти каждый месяц, — Бёри сочувствующе поджимает губы. — На самом деле я даже удивлена, что вы 'провстречались' так долго.

— Откуда… Так вы знали, что я с Сокджином был 'в отношениях', когда мы с вами только познакомились?

— Мм, да, обычно любой студент, появляющийся  рядом с Сокджином, в девяти случаев из десяти с ним спит. Я только не знала, вы ли это или Хосок, — задумчиво произносит Бёри, внимательно присматриваясь к работе подруги. — Но потом я заметила, как Юнги относится к Хосоку, и всё встало на свои места.

— Влюбленный Мин Юнги, нонсенс, — по-доброму насмехается Хеджин, докрашивая подруге безымянный палец. — Хотела бы я на это посмотреть.

— Ничего интересного, если уж начистоту, — улыбается Тэхён, но тут же сникает. — Неужели он действительно такой…

— Мудак? К сожалению, но да, — посерьёзнев, отвечает Хеджин. — Все сидящие в гостиной из-за него когда-то пострадали.

— Вы тоже?

— Да. Но это скорее я его использовала, чем он меня, у меня тогда такой кошмар в личной жизни происходил, нужно было как-то отвлечься, — Хеджин, закончив с покраской ногтей Бёри, возвращается на диван с бокалом. — И скажу честно — Сокджин — это не лучшее, что у меня было.

Бёри, набившая рот виноградом, лишь усиленно кивает и щёлкает пальцами.

— Он слишком старается, если вы понимаете, о чём я, — прожевав, оповещает женщина.

Тэхён, покачав головой, заливается смехом, прекрасно понимая слова Бёри. Он и сам это заметил.

— А вам есть чем поделиться?

— Он слишком тяжело дышит, как будто марафон бежит. Это было… странно, — сообщает Тэхён, и женщины взрывается смехом.

— Да-а, это определённо наш Сокджинни!

— Да-да!

Тэхён знает, что Бёри и Хеджин просто хотят его приободрить, и, если честно, первые несколько минут это работает, но затем Тэхёну снова становится не по себе.

— Я почему и позвонил… Сегодня я хотел заблокировать его номер, но не смог… Есть ли в этом вообще смысл? — Тэхёну предлагают бокал вина, но он отказывается, жестом показывая, что уже до этого выпил. — Просто это так… сложно.

— О да, в этом определённо есть смысл, — говорит Бёри, рассматривая свои ногти. — Он же опять вам позвонит.

— Серьёзно?! — радостно вырывается у Тэхёна, и это сдаёт его с потрохами; стушевавшись, он оправдывающе добавляет: — В смысле… я и не думал, что…

— Сокджин не похож на остальных говнюков, которые пользуются другими — он всегда возвращается, и не один раз. Я думаю, его записная книжка в телефоне скоро лопнет, — говорит Хеджин. — Да даже сейчас, пока мы говорим, он наверняка с кем-нибудь трахается.

— Хе... — предостерегает Бёри, указывая на побледневшего Тэхёна.

— Что? Он должен знать, что его ожидает, если он ответит на следующий звонок Сокджина.

В гостиной воцаряется тишина, слышны только дальние звуки из кухни; Бёри задумчиво грызёт только что покрашенный большой ноготь, Тэхён борется с волной смешанных чувств внутри себя, а Хеджин неторопливо закуривает 'Treasurer' (•), убрав пустой бокал обратно на столик.

— У Селены уже закончился показ, пойду ей позвоню, — она встаёт с дивана и мягко касается плеча Тэхёна. — Сделайте правильный выбор.

Когда Хеджин уходит, Бёри неожиданно притягивает Тэхёна к себе, по-матерински поглаживая волосы. Он вежливо старается не касаться женщины, одними лишь пальцами задевая лопатки. Хозяйке квартиры это не нравится, и она шутливо просит не стесняться.

— Знаете, Тэхён, какой бы вы выбор не сделали, больно будет в любом случае, — Бёри медленно отстраняется, продолжая держаться за чужие плечи. — Несмотря на то, что мы тут перечисляли, Сокджина действительно сложно забыть, он — удивительный мужчина; поэтому вы должны хорошенько подумать, а нужно ли вам это всё вообще.

Тэхён хмурится, доставая телефон из кармана толстовки. Теперь ставки возросли почти в два раза: до этого он не знал, что Сокджин точно вернётся. А теперь… Сокджин действительно удивительный, быть рядом с ним — это потребность, необходимость, и выбор сделать очень трудно. Тэхён настолько увяз в бывшем хёне, что готов стать его очередной шлюхой на полном серьёзе. Он даже не уверен, что, если Сокджин прямо сейчас протянет к нему руку, он сможет её отвергнуть.

Но всё же существует одно 'но', которое может спасти Тэхёна — у него всё ещё есть гордость.

Со стороны входа слышится писк электронного ключа, и вот сам хозяин квартиры появляется на пороге.

— Хёнвони! — Бёри, увидев мужа, тотчас преображается — на лице появляется румянец, она распускает свой небрежный пучок и прямо босиком спешит к мужчине.

— Добрый вечер, любовь моя, — Хёнвон нежно обхватывает женское лицо ладонями и также нежно целует Бёри в лоб, коротко прислонившись к нему своим. — А где Им?

— Я отпустила его к себе, видишь, у нас гости.

— Вижу.

Тэхён порывается с дивана и делает глубокий поклон, пожимая чужую руку.

— Здравствуйте, господин Че…

— Можешь звать меня по имени, не велика важность.

— Хорошо, Хёнвон-щи... У вас красивая квартира, — выпаливает Тэхён, не думая, и возвращается на диван.

— Спасибо, — в уставших глазах появляются искорки благодарности. — А где Хеджин?

— Ушла с женой разговаривать… Милый, ты посидишь тут с нами? — Бёри жмётся к мужу, обхватывая его туловище руками, и кладёт голову на чужое плечо, за что получает ещё один поцелуй в лоб.

— Не могу, сильно устал за день. Чхве уже приготовила ужин?

Тэхён с белой завистью смотрит на эту прекрасную, любящую друг друга пару, и от этого на душе становится так тепло-тепло и светло, что губы сами складываются в счастливую улыбку. Тэхён, посмотрев на эту домашнюю сцену, вдруг понимает, что заслуживает чего-то подобного.

Поэтому и нажать на кнопку 'заблокировать абонент' становится совсем не сложно.