Скорый⚡

                       Три. Среда. 01:37

За время отношений Хосока и Юры мы сдружились. Иногда она приезжает ко мне домой пожаловаться на Чона, покушать ее кимчи и прогуляться по ближайшему парку. Иногда звонит проконсультироваться по медицинским вопросам и посоветоваться в назначенном препарате. А иногда, как сегодня, хватает за руку Хоса и тащит его ко мне со словами “Чонгук такими темпами скоро в домашний кактус превратится. Только и видит, что свою работу и кровать”.

Нуна хорошая. Очень заботливая и надежная. Каждый раз, когда у друга температура, она буквально запирает его в спальне, запретив подниматься с кровати, и отпаивает горячим чаем. Когда я случайно оговариваюсь в переписке об усталости или раздраженности, заказывает доставку с вкусной едой, если нет возможности приехать самой. Пару раз она даже оставалась у меня с ночевкой, когда я слег с тотальным изнеможением, капитальной усталостью и абсолютным обезвоживанием. На нее можно положиться, можно довериться и быть уверенным, что девушка не подведет.

Юра добрая и очень милая. Кан подкармливает уличных собачек и помогает бездомным. Это она помогала мне справиться с потерей лучшего друга. И она однажды рассказала про детский дом, в котором я теперь частый гость. Кан Юра тот самый друг, та самая нуна, с которой, познакомившись однажды, больше не сможешь забыть.

В добавок ко всему девушка очень красивая. Помню первый раз, когда увидел ее, не мог оторвать глаз. Ребята еще не начали встречаться, и Хос хотел узнать, что я думаю о той, кто пленила сердце будущего адвоката. Пригласил обоих на свой день рождения, а после окончания празднования задал миллион вопросов.

В тот вечер Кан была в красивом персиковом платье. Прямые угольно черные волосы были завиты в легкие пряди. Огромные черные глаза обрамлены длинными ресницами, а на милых щечках красовался румянец. Помню ее неловкое “добрый день. Я Кан Юра, подруга Хосока. Очень приятно с вами познакомиться”. И помню каким взглядом она уже тогда смотрела на Чона. Горящим и влюбленным. Я бы многое отдал за возможность ощутить подобную любовь хотя бы пару минут.

- Привет, Сонми, - я заметил двух идущих навстречу девушек еще издалека, и, почему-то, сразу узнал Юн.

Темные волосы стали немного длиннее, на плечах висит толстовка, а на ногах кеды. Раньше я не задумывался, как она выглядит вне дома, вне кровати или дивана, на котором я обычно ее вижу. Оказывается, вот так. Расслабленно, улыбчиво и светло. В ее глазах всегда был свет, а в моменты, когда ее жизни ничего не угрожает, он светит еще ярче.

- Привет, - девушка немного занервничала. Будто для нее тоже непривычно видеть меня не с маской на лице и рабочей одежде.

- Не пойми меня неправильно, но я очень рад, что давно тебя не видел, - по правде сказать, чертовски рад. Чем реже мы видимся, тем меньше приступов у нее случается.

-Все нормально.

- Как себя чувствуешь? Ничего не беспокоит?

- На удивление, все очень хорошо. Приступов не было, кашля тоже. Не задыхаюсь, одним словом, - это хорошо. Очень хорошо.

В последнее время, несмотря на отсутствие вызовов с вызубренным адресом, я часто вспоминал Сонми. В больнице, взяв в руки карту пациента со схожими симптомами, думал, как она себя чувствует. Получая сообщения из регистратуры о прибывших с резким затруднившимся дыханием, мечтал, чтобы это была не она. Отправляясь на вызов, надеялся, что еду не к ней. Ей всего девятнадцать, она только стала официально взрослой, и впереди вся жизнь, и крайне не хочется, чтобы та закончилась, не переступив порог второго десятка.

- Знакомься, это мой друг Хосок и его невеста Юра, - представляю девушкам своих друзей, и мысленно благодарю, что не тянутся пожать руку.

- Моя подруга Бора, - Юн знакомит со своей подругой и смотрит на Хоса задумчивым взглядом. - А мы с тобой случайно нигде не встречались?

У нее хорошая память. Конечно. Сама как-то говорила.

- Несколько месяцев назад мы сидели в очереди в одной больнице. Ты на процедуры, а я на плановый осмотр.

- Точно, - словно подтверждая слова мужчины или собственные воспоминания, легко кивает головой. - А то я думаю, что лицо знакомое. Рада тебя видеть. У тебя очень красивая невеста.

- Спасибо, - Юра немного смущается, что ей не особо присуще. Обычно она рвется вперед и напролом, а здесь засмущалась обоснованного комплимента. - Я Кан Юра. Очень рада с тобой познакомиться.

- Взаимно, - Кан протягивает руку, а я слегка бью себя по лбу. Разумеется мы разговаривали о Юн и не раз, и невеста друга прекрасно знает, что лишний раз “пациент” не будет прикасаться с “неизвестным” поверхностям или незнакомым людям. Сонми вежливо прячет ладошки за спиной, а Юра снова смущенно опускает голову. - Мы, наверное, пойдем. Утром вставать рано и лекарство пора выпить.

- Да, обязательно выпей и не пропускай ни одного раза. Это очень важно, - говорю, как лечащий врач. В каком-то смысле я им и являюсь. А может, просто “братская” забота играет роль.

Попрощавшись, девушки пошли дальше в сторону своего дома, а мы к Хосоку домой. Ребята вытащили меня на улицу поздно вечером с условием, что я останусь ночевать у них. До работы ближе и вообще, кровать их мне больше нравится, подумываю и себе такую купить.

Мы практически дошли до поворота, когда сзади отчаянным воплем выкрикнули мое имя.

- ЧОНГУК, - еще до того, как повернуться, я понял в чем дело. - ЧОНГУК, ПОМОГИ.

В считанные секунды добегаю до лежащей на коленях подруги Сонми.

- Что случилось? - параллельно с беглым осмотром, пытаюсь понять, что стало причиной приступа.

- Сигареты, - сквозь истерику проговаривает та. - Мужик прошел мимо с сигаретой в зубах. Она вдохнула дым.

- Черт.

Реакция астматика на сигаретный дым неоднозначна. Одни переносят его легко и, несмотря на категорический запрет врачей, умудряются увлекаться покуриванием всякой дряни. Другим достаточно пары нажатий ингалятора и свежего воздуха, чтобы прийти в себя. А третим, к коим относятся Юн, достаточно доли секунды присутствия едкого дыма в дыхательных путях, чтобы свалиться с перекрытием.

- Хос, звони Бэкхену, он дежурит сегодня. Пусть готовит реанимацию. Юра, вызывай скорую. Скажи, Юн Сонми, приступ, они поймут. Чего замерли? Живо! - пытаюсь хоть как-то усадить девушку в ортопноэ, параллельно разговаривая с ее подругой. - Ингалятор с собой?

- Всегда, - та без замедления лезет в свою сумочку и достает необходимый предмет.

- Отлично, - помогаю Сонми справиться с аппаратом, но она настолько слаба и, мать вашу, задыхается, что это очень трудно. - Давай. Давай же, девочка, дыши.

- Реанимация будет готова через пять минут, - голос Чона доносится откуда-то сзади и через призму.

- Дыши, - нажимаю снова и снова. - Что со скорой?

- Едет.

Ингалятор не помогает. Слишком едкий дым. Слишком резко и неожиданно.

- Отойдите от нее, - в случаях затрудненного дыхания, человеку нужен свежий воздух. Как можно больше. - Трубочка из моего стаканчика.

- Что? - мужчина явно не понимает, что я имею в виду. Он лишь единожды видел, что я делаю, когда не просто Чон Чонгук, а фельдшер городской скорой помощи. И тот раз в корни отличался от этого.

- Дай трубочку. Быстро.

Один из способов хоть как-то облегчить дыхание - дыхание через трубочку. Вдыхает, как обычно, выдыхает в нее. Маловероятно, что поможет, но попытаться надо. Надо сделать хоть что-то, чтобв ей стало легче.

- Сонми, Сонми, смотри на меня, - крайне помутненным взглядом она сосредотачивается на моем лице. - Попытайся подышать через нее. Сколько сможешь. Главное попытайся, ладно? - так же крайне затуманено, она кивает головой.

Подношу соломку к пересохшим губам и начинаю считать.

-Раз, - очень слабо, но она пытается. - Два, - не лучше, но Юн находит в себе силы. - Три, - смотрит мне в глаза. Боится отключиться, боится не справиться. Справишься. Ты сильная. Ты обязательно справишься.

- Чонгук, скорая, - Бора снова кричит, оповещая о прибытии.

Поворачиваю голову и вижу несущихся с каталкой медиков.

- Юн Сонми, девятнадцать лет, острая бронхиальная астма. Приступ начался из-за сигаретного дыма, - вкратце рассказываю знакомому фельдшеру ситуацию.

- Поедешь с нами? - спрашивает, забираясь в салон.

-Да.

Через семь минут мы переступаем порог больницы, где на входе нас уже ждет Бэкхен.

- Что?

- Сигаретный дым.

- Понятно.

В работе Хен никогда не распыляется. В экстренных ситуациях действует быстро и решительно, не задает миллион вопросов. Руководствуется принципом “живу проблему - срочно решаю”. В части из-за этого он и добился высот в медицине.

Я немного другой. Конечно, когда ситуация требует собранности и решительности, они появляются сразу же и откидывают эмоции назад. Но я не умею, как брат, - совсем отключать голову и руководствоваться только знаниями и опытом. В больнице работаю значительно меньше него, подрабатываю медбратом из-за сложившихся обстоятельств, а знания фельдшера куда слабее, чем хирурга со стажем. Бэкхен врач, а я только учусь.

- Выйди, - за мыслями о том, что нужно делать, я не заметил, как зашел следом за Чоном в палату. - Чонгук, выйди я сказал.

- У меня смена утром, я могу нач...

- Выведите его отсюда.

Через три секунды перед моим носом закрылась тяжелая дверь.