Часть 16
Чонгук
– Земля – Чонгука. Чувак, ты еще с нами? – спросил Гису, похлопав меня по плечу. Я сидел в гараже на табуретке Донсу. В руке у Гису было яблоко, и он размахивал им у меня перед глазами и перед книгой, которую я читал. – Обычно, когда мы отдыхаем во время репетиций, ты играешь на гитаре, но сейчас ты…
– Читаешь! – сказал Донсу, выходя из дома Чимина с двумя яблоками в руке. Он смачно откусил от обоих одновременно. – Я даже не знал, что ты умеешь читать. Ты уверен, что не держишь книгу вверх тормашками?
Я шикнул на них, замахал на них руками и перевернул страницу. На моем предплечье было наклеено множество маленьких желтых стикеров, на которых я писал заметки для Мигён. Близнецы продолжали пытаться привлечь мое внимание, но я был слишком сильно погружен в книгу.
Чимин вошел в комнату, держа в руке три яблока и откусывая от всех трех.
Выпендрежники. Какие же мои друзья выпендрежники.
– Чувак, забей. Он слишком сильно влюбился и не может думать ни о чем другом.
– Ой, вот только не надо больше этого любовного дерьма, – заныл Донсу. – Сначала нам пришлось разбираться с Чимином, который хотел вписать Нари в каждую нашу песню, а теперь Чонгук начал читать. ЧИТАТЬ!
– Впервые в жизни я согласен с братом, – сказал Гису.
В знак благодарности Донсу засунул ему в ухо наслюнявленный палец.
– Боже! Я беру свои слова обратно. Ты отвратителен.
Я снова проигнорировал их. Мне было интересно, какие места Мигён отметила закладками и отметил ли их я. Мне нравилось открывать для себя то, что вызывало у нее смех или слезы, что злило ее, а что делало счастливой. Это самое приятное чувство на свете.
– Мой отец подумывает избавиться от своей лодки, – сказал Чимин. – Он хочет продать ее через несколько недель и спрашивает, не хотим ли мы устроить прощальный выход на воду перед отъездом в колледж.
– Он продает лодку? – выдохнул я, отрываясь от книги. – Но это же типа… наша лодка.
Сколько же времени мы провели на озере в детстве. Да, мы уже много лет там не были, но мысль о том, что мистер Пак хочет ее продать, очень меня расстроила.
– Это та самая лодка, о которой вы, красавчики, без конца вспоминаете? – спросил Гису.
– Та самая лодка, о которой ты написал песню? – вставил Донсу.
– Ага. Та самая лодка.
– Черт. Я в деле. Если из-за этой лодки Чонгук перестал читать, значит, это что-то стоящее. – Донсу бросил огрызки яблок в мусорное ведро, а Гису подбежал к нему с бумажной салфеткой и аккуратно переложил огрызки в пакетик.
Я поднял бровь на своего странного друга, и тот пожал плечами.
– Что? Я помогаю маме делать компост на нашем заднем дворе. Яблочные огрызки подходят для него лучше всего. В общем, если мы сможем взять органические фрукты и мне не придется причинять физический вред рыбе, тогда я в деле.
– Яблоко, которое ты съел, было не органическим, брат. Мама велела мне не рассказывать тебе – и поэтому я рассказал.
Донсу ухмыльнулся, когда Гису покраснел.
Прошло всего несколько минут, и они снова начали вопить.
Поэтому я продолжил читать.
Несколько недель спустя мистер Пак собрал ребят – вместе с моим отцом и моим братом Хосоком – в последний раз покататься на лодке. День прошел идеально. Мы съели тонну вредной еды – все, кроме Гису: он принес органический виноград и домашний органический банановый хлеб, который он сделал со своей мамой. Удивительно, но когда он предложил его остальным, все выбрали чипсы.
– Семена льна и чиа невероятно полезны для здоровья, а вы лишаете себя этой пользы. Ну да ладно, ешьте свои генетически модифицированные кукурузные чипсы, – сказал Гису.
Донсу взял горсть чипсов и запихнул их себе в рот.
– Я не против.
Несколько часов мы обсуждали наше будущее. Даже несмотря на учебу в колледже, мы хотели, чтобы наша группа была для нас в приоритете. Учеба и изменения в жизни не станут препятствием для воплощения нашей мечты. Просто она исполнится немного позже.
– Чонгук, принеси мне пива из-под палубы? – попросил мистер Пак с другого конца лодки.
Я вскочил и выполнил его просьбу.
– Держите, мистер П.
Он поблагодарил меня и пригласил сесть рядом. Я сел.
Он открыл пиво и сделал несколько глотков.
– Так что, получается, вы с Мигён?..
Я с трудом сглотнул, зная, что сейчас будет – разговор с отцом моей девушки.
– Да, сэр.
Сэр? За все годы знакомства с мистером Паком я ни разу не называл его «сэр». Черт возьми, я никогда никого не называл «сэр».
Он вытащил леску и закинул ее подальше в воду.
– Честно говоря, я не могу точно сказать, что думаю по этому поводу. Мигён моя девочка. Она всегда будет моей девочкой.
– Я полностью это понимаю.
– И Мигён не похожа на других девушек, так что ты можешь понять мое нежелание говорить о том, что она состоит в отношениях. Вообще-то мы с Каиль уже обсуждали эту тему. Признаться, сегодня я собирался попросить тебя порвать с ней – из-за Каиль. Она считает, что ваши отношения – это не совсем удачная идея.
Что я мог на это ответить? Осознание того, что мать Мигён не поддерживает наши отношения, было подобно удару под дых, но прежде, чем я успел ответить, мистер Пак заговорил снова.
– Но когда я доставал свои удочки из кладовки, я услышал вас. Я хочу сказать, что слышал ее. С тобой она смеется. Она действительно громко смеется, и я не могу вспомнить, когда в последний раз слышал звук смеха. Так что пока ты заставляешь мою девочку смеяться, у тебя есть мое благословение.
Я с трудом сглотнул.
– Спасибо, сэр.
– Без проблем. – Он допил остатки пива. – Но как только она перестанет смеяться вместе с тобой, нас ждет серьезный разговор. Если ты когда-нибудь обидишь мою дочь… – он посмотрел мне прямо в глаза и смял банку в руке, – скажу так: лучше не обижай её.
Мои глаза расширились от страха.
– Я ее не обижу. И вы правы – Мигён не похожа на других девушек.
Он бросил на меня угрожающий взгляд и снова беззаботно улыбнулся. Он похлопал меня по спине.
– А теперь развлекайся.
– Спасибо, сэр.
– Чонгук?
– Да?
– Еще раз назовешь меня «сэр», и нас ждет еще один серьезный разговор, но на этот раз не смогу гарантировать благополучный исход.
После прогулки на лодке мы с Чимином убедили мистера Пака взять нас с собой, когда придет время продавать его старушку. «Магазин лодок Хэсо́па» находился на берегу озера. Добираться туда нам пришлось добрых двадцать минут вдоль берега – и это при том, что мы рыбачили на этом же озере – таким оно было огромным. Перед магазином висела большая деревянная вывеска с надписью: «Лодки: продажа, покупка, аренда и обмен».
Пока мы втроем поднимались по ступенькам навстречу Хэсопу, на крыльце без конца лаяла собака.
– Голосистый у вас пес, а? – мистер Пак улыбнулся собаке. Пес все еще подвывал, но уже вилял хвостом.
Сетчатая дверь открылась, и на пороге появился высокий мужчина в джинсах и рубашке, которая, казалось, была ему мала.
– Тихо, Уилсон! Тише! – мужчина улыбнулся нам. – Не обращайте внимания на Уилсона, он только лает, но не кусается. Я уже восемь лет пытаюсь заткнуть эту шавку, но все без толку.
– Не волнуйтесь, – ответил мистер Пак. – Последние несколько лет я тоже безуспешно пытался заткнуть вот этих двоих.
Мужчина улыбнулся и протянул руку.
– Я Ан Хэсоп. А вы, полагаю, – Ихён. Мы с вами созванивались. Так, а это, видимо, ваша малышка, – сказал он, указывая на лодку в прицепе машины мистера Пака. Он подошел к лодке и потер ее борт. – Уверены, что не хотите обменять ее? Я мог бы подобрать что-нибудь стоящее в обмен на эту красавицу.
Мистер Пак поморщился.
– Нет, спасибо. Нам бы очень пригодились лишние деньги – по крайней мере, так сказала мне жена.
– Да уж, к жене стоит прислушиваться, – засмеялся он.
Мистер Пак усмехнулся.
– Ох уж эта семейная жизнь.
– Да, я знаю это даже слишком хорошо. Наверное, поэтому я и не женился после того, как моя жена оставила меня.
– После первого раза я тоже так думал, но вот, я снова женат… – Мистер Пак улыбнулся, глядя на свое обручальное кольцо.
– Не жалеете? – спросил Хэсоп.
– И не думал, – ответил мистер Пак. – Даже в самые трудные времена.
Хэсоп усмехнулся и кивнул. Он похлопал мистера Паку по спине.
– Глядя на вас, надеюсь, что и я не безнадежен. Что ж, пойдемте внутрь, обсудим цену. – Он повернулся в сторону магазина и крикнул: – Минхёк! Минхёк, выйди сюда на секунду.
На улицу вышел молодой парень. На вид ему было лет двадцать с небольшим.
– Да?
– Можешь показать ребятам наши лучшие лодки, пока я работаю с клиентом? Парни, – Хэсоп обратился к нам с Чимином. – Мой сын позаботится о том, чтобы вы тут не скучали. Минхёк, не хочешь показать им «Дженну»?
– Не вопрос, – Минхёк улыбнулся и махнул нам рукой. Мы подошли к нему. – Ну что, хотите увидеть лучшую яхту, позволить себе которую не может никто в Сингёдоне? – спросил он.
– Конечно, – ответил Чимин. – Это та яхта, на которой мог бы веселиться Ди Каприо?
– О да. Мы с папой действительно изо всех сил старались заполучить такую лодку, как «Дженна». Она не продается, потому что это наша гордость и радость, но несколько человек из северной части города время от времени берут ее в аренду для свадеб и прочих торжеств.
В северной части города вертелись все деньги Сингёдона. Чтобы жить в том районе, нужен был толстый кошелек.
За углом было пришвартовано несколько десятков лодок – целая флотилия, вокруг которой суетился обслуживающий персонал. Раньше я никогда не видел столько лодок самых разнообразных размеров, да еще и в одном месте. Мне хотелось забрать их все. Три моих самых любимых вещи в мире – Мигён, музыка и вода. Я планировал когда-нибудь объединить эти три занятия.
– С ума сойти, – пробормотал я, глядя на «Дженну». Это точно «Дженна» – самое большое и красивое судно среди всех на этом пирсе. Наверное, увидев, как я смотрю на нее, Мигён дала бы мне пощечину.
– Не ожидали такого увидеть? – спросил Минхёк.
Мы подошли к ней, и я провел рукой по борту.
– Это вы еще на борт не поднимались, – засмеялся Минхёк.
Когда мы поднялись на яхту, я почувствовал себя Ди Каприо – таким же богатым и чертовски крутым.
– Итак, эта малышка поставляется со всеми видами снаряжения для водных видов спорта. Там есть снаряжение для подводного плавания, рыболовные снасти и все такое. И все, чтобы как следует оттянуться. – Минхёк проводил нас на нижнюю палубу и улыбнулся, прежде чем открыть несколько дверей. – У нас все лучшее. Здесь кают-компания с шестидесяти пятидюймовым плазменным телевизором. Здесь у нас помещение для отдыха с панорамным видом и двумя полными барами. Кроме того, есть главная каюта, VIP-каюта и три гостевые каюты, в которых установлены пятидесятидюймовые плазменные телевизоры и самые удобные кровати, на которых вы когда-либо спали. Что скажете, ребята? – спросил он.
Чимин выпучил глаза точно так же, как и я.
– Так вот что такое королевская роскошь, – вздохнул Чимин. – Мне нравится.
– Мы ее купим, – проревел я.
Минхёк повел нас на верхнюю палубу, и мы встали на носу лодки.
– Итак, Минхёк, ты и твой отец просто управляете этим бизнесом вместе?
– Ну да. Он унаследовал бизнес от моего дедушки. Когда-нибудь он достанется мне. Я люблю лодки и воду больше всего на свете.
– А больше тебе ничем не хочется заниматься? – спросил Чимин.
Минхёк задумался и сдвинул брови.
– Нет. Больше ничем. После того, как моя мама сбежала с другим, папе пришлось несладко. Он впал в глубокую депрессию. Мне было четырнадцать, и я помню, что иногда мне приходилось заставлять его есть. В ее уходе он винил себя.
– Почему?
– Не знаю. Он много работал, и я знал, что это ее беспокоит. Но это же не повод, чтобы бросать его. Да, они ссорились, но больше смеялись. И все же иногда оказывается, что люди не те, кем кажутся. Оказалось, что нам лучше без нее. Но он никогда этого не скажет. На его столе до сих пор стоит наше семейное фото. Иногда мне кажется, что он ждет, что она вернется. Единственное, что утешало его, – прогулки на лодке. Думаю, это его очистило. Если бы не это место, я бы, наверное, потерял и отца. Здесь мой дом. А как насчет вас, ребята? Чем вы занимаетесь?
– Музыкой, – хором ответили мы.
Минхёк засмеялся.
– Что ж, не останавливайтесь, пока не добьетесь успеха. А потом вы приедете к нам и возьмете «Дженну» в аренду.
– Я заранее прошу прощения, но я просто обязан это сделать, – заявил мой лучший друг. Чимин вскочил на перила и раскинул руки.
Я засмеялся.
– Я всегда знал, что в этой ситуации ты будешь Кейт Уинслет, а я Лео.
– Заткнись и обними меня, – насмешливо заявил Чимин.
Я подскочил к нему сзади и обнял за талию.
– Я не отпущу тебя, Чим! – крикнул я, когда он протянул руки.
Минхёк усмехнулся.
– Знали бы вы, сколько на этих перилах было бромансов (нежные несексуальные дружественные отношения между мужчинами.) в стиле «Титаника».
– Бромансов? – спросил Чимин. – О нет, у нас серьезные отношения.
Глаза Минхёка виновато расширились.
– Ой, простите. Я не…
– Не обращай внимания на Чимина, он врет. Вообще-то я трахаю его сестру. – Я ухмыльнулся, наблюдая, как Чимин скривился и оттолкнул меня. Я спрыгнул на палубу.
Он тоже спрыгнул.
– Еще хоть раз услышу, как ты говоришь о том, что трахаешь мою сестру, скорее всего, я тебя убью.
– Тушé.
Я бы солгал, если бы сказал, что мне не нравится вот так бесить его. Он терпеть не мог разговоры о том, что я целовал его сестру – так что когда я говорил, что трахал ее, я действительно переступал черту. Именно поэтому я все время говорил об этом.