Глава 13
Чон Чонгук
Белый дворец династии Тэнебран
Приехавшие из монастыря Вечного гласа Первородной были закутаны в черные сутаны. Настоятельница, которую сопровождал духовник, молча стояла посреди комнаты, сложив на животе руки и глядела в пол. Впрочем, Чонгук этого не видел. Он стоял у окна, наблюдая, как гнется под ветром непогоды молодая ива.
- Вы будете довольны, ваша милость, - говор у настоятельницы тихий, монотонный и навевающий тоску, - любая девушка, попавшая в нашу обитель, обретает покой и умиротворение. Мы не делаем различий между аристократками и девушками из простых семей. Они трудятся, молятся и живут вместе, как сестры. Это учит смирению.
Чонгук вздыхает.
Он впервые договаривается о том, чтобы упечь в монастырь женщину. Обычно это происходит иначе, но он заморочился тем, чтобы Лалиса, действительно, была счастлива. Возможно ли это в пожизненной тюрьме - вероятно, нет. Но разве для леди Манобан есть другие варианты?
Разговор с Грегори Джеромом вышел напряженным. И не потому, что Чонгук поставил ультиматум, а потому что Джером его откровенно умолял смилостивиться и не связывать его с женщиной, о которой в столице говорят уже второй день. На нее даже рисуют карикатуры. Джером принес одну из них - Лалиса изображена в виде выбегающей из загона коровы с колокольчиком на шее и круглым лицом с торчащими в разные стороны русыми волосами.
В будуарах королевы обсуждение Лалисы Манобан - излюбленная тема. И это, вероятно, заставляет кипеть от негодования фрейлину Мелиссу Ким, которая готовилась стать Чхве законной супругой.
Конечно, герцог мог надавить и сломить Джерома, но это не пошло бы никому на пользу. Тот возненавидел бы доставшуюся ему подобным образом леди и вымещал на ней злость.
- Я сделаю вашему монастырю щедрое пожертвование, - сухо говорит герцог. - С женщиной, которая к вам попадет, вы должны обращаться достойно.
- Благодарствую, - отвечает настоятельница. - Позвольте уточнить, если дама в положении, как поступить с ребенком?
Чонгук вновь вздыхает.
Не хватало того, чтобы все подумали, будто он избавляется от собственной любовницы. В таких вещах, как зачатие детей, он весьма аккуратен. Зачем ему бастарды без грамма родовой силы. Да и вообще - зачем ему дети? Ему довольно и Кайла, которого он воспитывал с трехлетнего возраста.
- Решать такие вопросы вам не нужно, - отрезает он. - Как и, вообще, задавать их. Ее личность строго конфиденциальна.
- Да, ваша милость.
- Как только я буду готов, я передам женщину в вашу обитель.
- Мы будем ждать.
Чонгук указывает духовнику на лежащий на столе документ, согласно которому он жертвует монастырю солидную сумму уже за факт состоявшегося разговора.
А, когда герцог остается один, он долго обдумывает сложившуюся ситуацию. Заглядывает в себя, пытаясь понять отчего он, вообще, столько времени уделяет роду, сила которого угасла. Почему ему хочется найти Лалису и расспросить ее? Не потому ли, что женщина, получившая развод и нашедшая в себе смелость отказаться от унизительного положения мьесы, была сама по себе интересна.
Во всяком случае, Чонгук не станет принимать окончательного решения относительно нее, не устроив ей настоящий допрос. И ему уже хочется сделать это. Как и всякому засидевшемуся хищнику ему нужно время от времени выходить на охоту.
Барон Роул входит в кабинет, неся очередную порцию корреспонденции. Последнее время тяжб между аристократами стало очень много. Обычно это споры, которые не принято рассматривать в суде. Поддельные патенты на торговлю, нечестная конкуренция, захват рынков - аристократы порой ведут себя гораздо нахальнее разбойников.
- Добрый вечер, ваша светлость, - в голосе Мориса сквозит довольство, - есть новости по поводу леди Лалисы.
Чонгук ощущает легкую волну терпкого предвкушения. Ему нравится это имя «Лалиса». Оно перекатывается на языке, словно сладкая конфета.
- Интригуешь, - хмыкает он.
- Я целый день провел на допросе Чхве. Видели бы вы его физиономию...
- Да, хотел бы посмотреть, - усмехается Чонгук.
Он испытывал иррациональное отвращение к Намджуну. Чувствовал в нем слабого и хотел уничтожить. Одного бы взгляда хватило, но Чонгук не убивал людей просто потому, что они ему не нравились.
- Не думаю, что Чхве причастен к исчезновению бывшей жены, - говорит Морис. - Ему было бы выгоднее ее вернуть и держать при себе мьесой. Я сделал несколько телеграфных запросов в градоуправления Равендорма и только пару часов назад получил ответы. - Барон Роул намеренно делает паузу. - Я узнал, что у служанки леди Манобан есть родственница в Арвале.
Чонгук поворачивается от окна и смотрит на Мориса, который выглядит так, словно отыскал иголку в стоге сена.
- Что еще? - но герцог предельно серьезен.
- Дом много раз закладывался. Он и сейчас в залоге. Скорее всего, его бывший хозяин был в больших долгах. Сейчас в доме живет старуха, торгующая травами. Но, ваша светлость, вы еще не знаете главного, - Морис улыбается так, что у герцога нервно дергается глаз. - Помните тех двух дам, которые выступили якобы родственницами принцу и сопровождали его в поездке? Одна была дородной и русой.
Чонгук закладывает руки в карманы, проходится по комнате и начинает смеяться - от души. Давненько он не чувствовал себя таким идиотом. Ему тридцать один, он второй после короля. До этой минуты он считал себя вполне сообразительным. А сейчас он обескуражен и не знает, что и думать.
Он как раз планировал поездку в герцогство Азариас. Отличный повод форсировать события.
Ему хочется взять коня и пуститься прямо сейчас. В груди разгорается пламя нетерпения, а родовая сила трепещет внутри, желая выплеснуться.
- Я не уверен, что это они, - спешит сказать Морис.
Герцог бродит по кабинету, словно хищник. Каждое слово Мориса раззадоривает его, щелкает по носу, словно мальчишку.
- Если это чертова случайность, то крайне неудачная для леди Манобан, - произносит Чонгук.
Все, что касалось Кайла - было игрой на грани фола. Подвергать опасности наследника престола мог только безумец, но отпустить принца и следить за ним на расстоянии, окружив охраной, - это воспитательный момент, скорее даже, важный жизненный урок, почти экзамен перед вступлением на трон. Кроме того, мальчишке уже двенадцать. В шестнадцать он станет полноценным королем.
- Что вы будете делать? - интересуется Морис.
Чонгук смотрит на него исподволь. Барон Роул становится не просто его слугой и помощником, но и сильным игроком несмотря на то, что он совсем юн. Этот мальчишка - его правая рука, его глаза и доверенное лицо. Удивительно, но даже своим советникам и тайным наемникам он так не доверял. Но, с другой стороны, Морис знал, как никто другой, - предательства Чонгук не прощал.
- Выкупи вагон на скоростной поезд до Арвала. Инкогнито.
Герцог принимает это решение спонтанно. Он не планировал выезжать из Белого дворца до момента смерти Сайгара. Теперь он будет вынужден просить брата повременить со смертью еще на пару дней, будто умереть в тот день, когда захочется, - это привилегия всех монархов. Даже Сайгар не был властен над смертью, но его врачи делали все возможное, чтобы продлить его жизнь, даже если для короля она становилась мучительной агонией.
- Но ваша поездка в Арвал была запланирована только через месяц, - удивленно говорит Морис.
- Будет сюрприз, - мрачно сообщает герцог и улыбается.
Кажется, эта улыбка выходит жутковатой. Плечи барона Роула нервно передергиваются.