Глава 12
К вечеру снова льет дождь, вынуждая Эльму вернуться.
- Сегодня негусто, - сипит она мрачно, снимая мокрую шаль.
- Не удивительно, - хмыкает Аза, помешивая суп. - К тебе подойти страшно. Неужели нельзя сделать лицо поприветливей? Сколько тебя помню, ты вечно...
- Поприветливей? - тотчас ярится Эльма. - Чего? - упирает руки в бока. - Ты меня не учи, как травами торговать. Я в этом деле получше тебя знаю!
Сразу видно, маркетолог высшего уровня. С такими, как Эльма - морщинистыми, с крючковатым носом, злющими и седыми - лучше не спорить. Проклянут, в спину плюнут, клюкой по хребту надают - нет, спасибо, нам такого не надо.
Пыл Эльмы утихает, как только она видит, как Аза ставит на стол супницу. Кажется, за «полный пансион» она будет терпеть нас с Азой вечно. Но случись нам растратиться или перестать приносить пользу - вышвырнет прочь, ведь она здесь хозяйка.
К ночи тучи окончательно затягивают небо над Арвалом, гремит гром, дождь расходится, превращаясь в свирепый летний ливень. Азалия уходит в комнату, а Эльма усаживается в любимое кресло, накрывает ноги пледом и моментально засыпает.
Я смотрю за окно, через эркер, как гнется тонкая яблоня. Непогода жуткая: небо чернющее, росчерки молний зловещие и яркие, а ветер налетает шквалистый и мощный. Меня не оставляет напряжение - знаю, что Намджун не смирится с моим побегом. Скоро он докопается до истины и поймет, что я прячусь в доме Азалии. Оставаться здесь надолго нельзя.
Внезапно некто мелькает среди мрака и трепещущих кустов под ударами ливня, и я встревоженно подхожу к окну. Сердце начинает бить чаще, а в груди все дрожит.
Показалось?
Страх растекается по телу. Я долго стою, привалившись к подоконнику и не решаюсь уйти.
В небе вновь сверкает молния, озаряя темный бушующий сад.
Никого.
В голове проносятся жуткие картины того, что может меня ожидать: наемник с занесенным для удара ножом, грабитель или сам лорд Чхве. Я подкрадываюсь к двери и выглядываю из-за поворота, всматриваясь в окутанное тьмой помещение. Ладони моментально становятся влажными.
- Ты сказала научиться принимать помощь от людей, - раздается из мрака, и я едва сдерживаю вопль ужаса, - так вот, мне нужна помощь.
Мальчишка выступает под свет едва показавшейся из-за туч луны. Он мокрый до нитки. Черные глаза сверкают решимостью, но в них нет и намека на то, чтобы его пожалели.
- Если откажешь, я сразу уйду, - говорит он, пока я пытаюсь совладать с эмоциями. - И ты должна знать - рядом со мной ты и твоя семья в опасности. А теперь принимай решение.
- Господи... - лишь выдыхаю я, стирая испарину со лба. - Почему было просто не войти через дверь? - разумеется, укорять вечернего гостя бессмысленно, я лишь сокрушаюсь: - Да ты весь вымок. Замерз?
На лице мальчишки проступает изумление.
- Ты не слышала, что я сказал? - спрашивает он в цинично-высокомерной манере.
- Слышала, - отмахиваюсь. - Только говори потише. Эльма спит. А, вообще, давай-ка снимай верхнюю одежду. Есть хочешь?
Он удивленно вскидывает брови, а затем вдруг напускается:
- Ты, вообще, понимаешь, что происходит? Я сказал, что ты в опасности рядом со мной!
- Подожди, я принесу свечу. Снимай пока одежду, иначе намочишь пол.
Я ухожу в гостиную, беру полотенце, тонкое одеяло, огарок свечи и возвращаюсь к мальчику. А он ходит по кухне, как заведенный, положив в карманы руки. Его взгляд устремлен вниз, брови нахмурены, а губы поджаты в тонкую линию. За ним тянуться мокрые следы, и я с досадой цокаю языком. Волчонок бросает на меня раздраженный взгляд.
- Если дядя узнает, он бросит тебя в тюрьму!
- Ну и дядя у тебя, - хмыкаю я, передавая мальчишке полотенце. - С чего бы ему так зверствовать?
- Потому что он - это он, - отвечает мальчик, вытирая лицо и волосы. - Знала бы ты...
- А я - это я, - говорю в ответ. - Или ты решил, что я испугаюсь и выгоню тебя под дождь?
- Именно так и поступил бы разумный человек! - огрызается ребенок.
- Ты пришел сюда убедиться, что помощи от меня ждать не стоит?
Мальчик вдруг вспыхивает - щеки загораются румянцем. Он плюхается на стул. Молчит.
- Как ты, вообще сюда пробрался? - интересуюсь я, доставая суп и корзинку с хлебом.
- Влез в окно. За мной следят, я не хотел привести их сюда. Я едва оторвался от погони. А еще меня хотят убить.
Я ставлю перед ним тарелку, исподволь разглядывая его лицо. Мальчишка выглядит подавленным, брови нахмурены. Но он не шутит и не лжет.
- Кому ты так насолил? - ставлю перед ним тарелку и уточняю свой вопрос: - Кто хочет твоей смерти?
- Много кто. Но, больше всего, моя тетя.
Качаю головой. Не повезло ему с родственниками.
- Почему?
- Просто потому, что я есть, - бурчит он. - Но это неважно. Я приехал в Арвал, чтобы увидеть кое-кого в королевской усыпальнице. Но сам я не могу. Едва сунусь туда, меня схватят. Или того хуже - убьют. Там всюду подосланные люди, и я не знаю, чего от них ждать.
- А этот кое-кто не может встретиться с тобой в другом месте?
- Нет, - мальчик смотрит на меня с таким видом, будто все еще рассчитывает на отказ. - Так ты поможешь?
- Рискуя жизнью и свободой? - переспрашиваю я. - Давай так. Если хочешь помощи, то рассказываешь все с самого начала.
Он хмурится, поглядывая на тарелку с супом. Молчит.
Его кулаки сжимаются и разжимаются.
- Не могу, - он поднимается, дергается к окну, но я хватаю его за локоть.
- Послушай. Я не из тех, кто станет разбалтывать чужие секреты. Но я не смогу тебе помочь, если ты будешь скрывать от меня правду.
Он снова медленно оседает на стул, тянет к себе тарелку и принюхивается.
- Давай-ка ты сначала снимешь мокрое, - мягко говорю я.
Мальчик вскидывает взгляд - его радужки наполняются темными всполохами.
- Если ты и правда хочешь знать правду, то поклянись, что сохранишь ее в тайне, - шепчет он.
- Клянусь.
Мальчик вздыхает и произносит:
- Я - герцог Азариас наследный принц и будущий король Равендорма.
Что?
У меня по спине проносится холодная дрожь.