Глава 33. Лиса
Сознание заполнили мрачные, порожденные тенями кошмары. Отныне я обитала в ледяном дворце в сокрушительном одиночестве.
Я и есть кошмар.
Во тьме моего разума спиралями кружились мысли, похожие на крошечные вращающиеся галактики. Здесь никогда не существовало тепла.
Я не была уверена, существую ли я сама...
Мне казалось, что я умерла... мое тело, охваченное яростью, поглотило себя и мою душу заодно.
Порядок и хаос... свет, проникающий в подземный мир.
Тени поглотили мой свет.
Я вечна. Альфа и омега всего сущего.
Как же мне недоставало тепла. И его. Прекрасного падшего бога, настолько совершенного, что тени возжелали его для себя. Будучи одной из них, я хотела впитать его красоту.
Жажда расколола мою оболочку, явив желание вцепиться в него. Я снова могла чувствовать. Мне нужно напитаться тем светом...
Раз ощущения не покинули меня, значит, я была еще жива. Тот, кого я люблю, поцеловал меня в шею, в щеку. Как же его имя?
Мои ноздри затрепетали, когда я почувствовала на себе его аромат. А слабый аромат лавандового мыла вернул меня в собственное тело.
Нахлынуло желание. Жажда. Царящий внутри меня хаос требовал насыщения.
Мышцы сделались вялыми и обессиленными, по телу потекла вода. Я могла бы в полной мере ощущать обнаженную кожу падшего бога на своей, но он не давал мне желаемого.
Меня завернули в отрез хлопка, тут же промокший, а мускулистые руки обхватили и уложили в постель. Ощущения от прикосновения прохладных чистых простыней к коже, легчайшее скользящее трение казались сладостной пыткой, переполняющейся вожделением.
Он попытался отстраниться, но я обхватила его руками и, впившись ногтями в голую спину, теснее прижала к себе. Мой стон прозвучал будто издалека, будто бы доносился со стороны. Я отчаянно нуждалась в падшем боге, понимала, что он может снова наполнить меня светом. Я лизнула его шею, пробуя на вкус. Собственная кожа была необычайно чувствительной и нуждалась в его прикосновениях. Я не могла решить, хочу ли укусить его или отдаться ему. Скорее всего, и то, и другое.
- Лиса?
Открыв глаза, я увидела само совершенство: голубые глаза, золотистая кожа, угловатая челюсть... Поистине мужское воплощение бога красоты!
Его потемневшие глаза свирепо блеснули.
- Ты возвращаешься ко мне.
Он легонько поцеловал меня в губы, но этого было недостаточно.
В меня хлынула сила, и я опрокинула его на спину, с удовольствием обнаружив, что на мне нет трусиков. Мне неистово хотелось соприкоснуться с его голой кожей, и я обхватила его ногами за талию, скользнула ладонями по крепким загорелым мышцам. Заглянув в обсидиановые глаза, заметила, что и он балансирует на грани потери самоконтроля. Выражение его лица было свирепым, пальцы с силой впились мне в бедра. Как же я хотела его!
- Лиса, осторожнее, - предостерег он. - Поумерь пыл.
Но мне хотелось всего и сразу.
Я знала, что если избавлюсь от влажных покровов, то он даст мне желаемое. Поэтому схватилась за край хлопковой ткани и плавным движением потянула вверх, глядя, как падший бог скользит глазами по моим грудям и бедрам, обнажившимся специально для него. Мне так хотелось усесться на него верхом.
Покорить его.
Его горячая шелковистая магия обвилась вокруг нас, заставила мою кожу светиться. Заметив, как дернулся его кадык, я потянулась к его ширинке с намерением расстегнуть.
- Лиса, нет!
Тут произошло нечто, совсем не пришедшееся мне по вкусу. Вокруг моих запястий и лодыжек обвились магические путы и оттянули меня назад. Совершенно голая, я оказалась прикованной к кровати, лишенной всего, чего хотела.
Что хуже всего, падший бог снова прикрыл меня одеялом. Я страстно желала его, и соприкосновение с легкой тканью воспринималось как изощренная пытка.
Он лег рядом со мной, положив голову мне на плечо.
- Хорошенького понемножку, любовь моя.
«Любовь моя».
Наконец, в моем погруженном во тьму сознании, подобно падающей звезде, промелькнуло имя того, кто часто меня так называет:
- Чонгук! - Осознание того, что я вспомнила имя, наполнило меня светом.
По его губам скользнула слабая улыбка. Глаза оставались угольно-черными, свидетельствующими о силе его желания овладеть мной.
Он погладил мое бедро поверх одеяла.
- Я решил не оставлять тебя одну, Лиса, хоть ты и просила меня об обратном. Потому полетел вслед за тобой. А увидев вспышку света, ужаснулся как никогда.
Чонгук продолжал ласкать мое бедро, заставляя вздрагивать от каждого прикосновения.
* * *
Мне снились лихорадочные, пронизанные похотливыми желаниями сны. Как будто мы вновь оказались в храме Иштар в ночь после моей инициации. Когда я сидела у Чонгука на коленях, а он дразнил меня, лаская между ног, отчего я исходила влагой. Накатившая мощнейшая волна вожделения заставила шире раздвинуть бедра, бесстыдно требовать большего. Мне так хотелось кончить, что было наплевать на косые взгляды окружающих.
Во сне Чонгук перегнул меня через стол и погладил по волосам, провел пальцем по позвоночнику. Задрал на мне юбку и спустил трусики до бедер, сжал в кулак волосы и мощным резким движением вошел в меня, заполнив своей плотью. Я выкрикнула его имя...
Проснувшись, я обнаружила, что больше не связана, а Чонгук по-прежнему лежит рядом. В комнате стояла темнота, а я была одета, что очень раздражало. Ведь я всем телом прижималась к Чонгуку. Он зашевелился во сне, обхватив меня рукой, и сквозь ночную рубашку я почувствовала его твердый член. Повернувшись к Чонгуку, я нашла его губы и приникла к ним в глубоком поцелуе.
Он застонал, двинув мне бедра навстречу, но тут же с мучительным вздохом отстранился. Его глаза потемнели.
- Пока рано, любимая.
Физический контакт был необходим мне как воздух. Даже больше.
- Чонгук!
На краешке сознания маячила какая-то мысль. Я должна была сказать что-то важное... В моем разу-ме, недавно пребывавшем во власти хаоса, теперь начали проступать четкие образы.
Мальчик с серебристыми волосами, по которому извиваются змеи.
- Ты не упоминал о змеях, - выпалила я и тут же испугалась сказанного, поскольку не была уверена, о чем идет речь. Наконец, воспоминания захлестнули меня, замелькали в голове, как на старой кинопленке. - К тебе в камеру в подземелье запустили змей, которые сломили твой дух. Ты не упоминал об этом.
Чонгук отстранился и уставился в потолок. Я с ужасом вспомнила, как насмехалась над ним из-за его страха перед змеями. Прижав ладонь к его лицу, заставила повернуться. Чувственные черты его исказились от изнеможения, а глаза были полузакрыты. Большим пальцем он нежно провел по моей щеке, и я вспыхнула изнутри.
- Ты выяснила, что случилось с книгой? - спросил он едва слышно. - Той, где записаны имена лилит?
Вот что я должна была рассказать! Я прикрыла веки, пытаясь вспомнить подробности.
- Ее сожгли, но имена не пропали бесследно. Они по-прежнему там.
- «Там» это где?
Для обозначения этого места имелось какое-то особое слово...
- В доме пуритан.
- В доме пуритан, - повторил он, поглаживая мою кожу.
Тьма внутри меня желала, чтобы Чонгук лизал и целовал меня, чтобы мы сплелись руками, ногами и языками. Однако я понимала, что должна сообщить важные сведения, и потому попыталась сосредоточиться и представить лицо охотника на демонов... которого я уничтожила. Образы взрывались в моем сознании подобно фейерверкам. Его ухмыляющееся веснушчатое лицо. Бордовая толстовка с греческими буквами на ней. Серебряная булавка в виде молотка, заляпанный кровью нож. Матереубийца. Долгие годы он только и делал, что измывался надо мной, а потом вдруг оказался на коленях в слезах, стекающих по его щекам и оставляющих дорожки грязи...
Он вырезал слова на груди моего павшего бога.
Я резко втянула носом воздух.
- Оцифрованы. Так он сказал. Все хранится в файлах.
Чонгук кривовато усмехнулся.
- Отличная работа, любимая! - Он провел большим пальцем по моей нижней губе.
Выполнив ответственное задание, я хотела получить заслуженное вознаграждение. То, каким взглядом он на меня смотрел, с жаром и любовью, само по себе было почти достаточной наградой. Но не совсем.
Я всегда буду желать Чонгука. Этот голод никогда не утолить. Я провела ладонями по его крепкому мускулистому телу, и взгляд Чонгука подсказал мне, что и он воюет с самим собой.
Я поцеловала его, прихватив нижнюю губу своими. Его пальцы скользнули вниз, вонзились мне в ягодицы. Он исступленно застонал, вжавшись своим затвердевшим естеством в меня. Соски напряглись, мне захотелось сорвать с себя одежду и слиться немедленно с Чонгуком, принять его в свое увлажненное лоно.
Некоторое время назад я превратилась в чудовище, дотла спалившее все, что меня окружало, в том числе и людей. А теперь, чтобы забыть обо всем, мне требовалось первобытное животное совокупление.
Мучительно медленно Чонгук отстранился и, напрягшись всем телом, лег на спину.
- Ты пока не готова, моя королева. Будем действовать медленно, но верно. И тогда получим желаемое, любимая.
Чонгук продолжал отказывать мне в том, в чем я сильно нуждалась. Я собралась было снова сорвать с себя одежду, но почувствовала, как он обнимает меня, прижимает ладонь к лицу. Мои веки отяжелели, тело обмякло. Он опутал меня своими чарами, еще одним видом магии лилит. Мы - существа ночи, вожделения... и сна.
Эротические сновидения заполонили мой разум прежде, чем я успела произнести хоть слово.
Я не сомневалась, что скоро получу от него желаемое.