𝖆𝖕𝖕𝖑𝖊𝖘 𝖋𝖔𝖗 𝖍𝖊𝖓𝖗𝖎𝖊𝖙𝖙𝖊

- А с чем тогда? - задаёт юноша новый вопрос.
- Зная её, тебе придётся хорошо попотеть, чтобы заставить её хоть немного подвигаться. Но ничего, тебе это будет полезно.
- У меня есть подозрение, что в ней всё-таки может проснуться скаковая кобыла, - неуверенно бормочет Чонгук, глядя на макушку с длинной рыженькой гривой.
На этом моменте Софи не выдерживает: повернувшись к нему, несильно и достаточно демонстративно прикусывает его за носок простого ботинка. Тэхён катится со смеху, Чонгук же, от удивления ойкнув, сильно дёргается: лошадь за ним искоса наблюдает крайне внимательно, и во взгляде умных глаз ему отчётливо видится что-то вроде укора.
Никто за всю жизнь Чонгука не осуждал столько раз, сколько его осудила эта кобыла за прошедшие дни.
- Она меня укусила! - жалобно тянет, глядя на то, как Тэхён смеётся до слёз: Боже, он настолько несостоятельный всадник, что даже Софи удалось его немного унизить.
- Она тебя не кусала, а намекнула, чтобы ты слезал, раз просто стоишь, - давясь от смеха, отвечает молодой господин. - Я обожаю эту кобылу, серьёзно, и так хорошо понимаю, почему она любимица Германа. Они действительно невероятно похожи.
- Она любимица Германа? - Софи монотонно продолжает тиранить ботинок, уже находя этот процесс весьма развлекательным, а сам же Чонгук делает хитрую вещь. Может быть, не самую верную, однако прямо сейчас он отвлекает Тэхёна разговором о Германе в робкой надежде, что у господина либо пропадёт настроение тренировать его дальше, либо он вспомнит о своей невероятнейшей занятости и эта пытка на сегодня закончится. О том, что она всенепременно продолжится завтра, он думать отказывается, предпочитая отныне, прямо с этой минуты, жить сегодняшним днём.
Но, кажется, он слишком наивен и глуп, потому что: - Чонгук, - граф, вскинув бровь, мгновенно прекращает смеяться и дарит ему насмешку той категории, когда грозный взрослый находит попытки ребёнка его обмануть невероятно смешными.
- Я тебя внимательно слушаю... - блеет тот в свою очередь.
- Ты правда пытаешься меня заболтать, посчитав, что я забуду о том, что мы учимся делать подъёмы в галоп, или мне кажется?
- Попытаться ведь стоило, - вздыхает тот с безнадёгой. - Вдруг получилось бы?
- Не получилось бы, - отвечает Тэхён. - Итак, рассказываю, как это сделать.
***Он обнимает. Греет теплом, прижимает к себе, со спины целует в макушку и спускается несколько вниз - по позвонкам, чтобы губами нежно сжать кожу у основания шеи и выпустить, не оставляя следов. Чонгук на такое, конечно же, вздрагивает - бесконечно чувствительный, вынужден шумно сглотнуть и сказать:- Ты отвлекаешь.
- Я не могу удержаться, - урчат ему на ухо.
- Ты сам предложил! И сам меня попросил! Так чего теперь слушать отказываешься?!
За окном - поздний вечер прохладного лета; ровно такой, когда мир вокруг начинает готовиться к отдыху, небо чернеет, насыщая тьмой синеву и демонстрируя бесконечный звёздный рисунок. В спальне Тэхёна невероятно уютно: голубые и золотые оттенки немного потухли и потемнели из-за времени суток, но также окрасились рыжим с игривой пляской теней - то от свечей и огня в изящном камине, подле которого они и сидят. На полу и в обнимку в невозможной расслабленности: Чонгук, держа книгу на уставших от тренировок бёдрах - между ног своего господина, граф - облокотившись спиной на резную кроватную раму.
Они оба немного пьяны - самую малость, поскольку успели выпить не так много вина, но Чонгук очень устал за день: сначала работа в саду, потом - тренировки, после - очередная совместная ванна, чтоб выйти обратно в покои и увидеть на столе две бутылки вина, а также фрукты и сыр, слугами мелко нарезанные. И вот тогда Тэхён, сделав глоток из бокала, предложил почитать, а он согласился.
- Останешься на ночь со мной? - спросил, налив и ему, чтоб подойти к книжным полкам и крепко задуматься в выборе. И сердце на этом моменте трепещет невероятно отчаянно, пусть юноша точно уверен: если он не захочет, то Тэхён его ни за что не коснётся.
На самом деле, ощущение это... приятно, пусть непривычно. Чонгук за всю свою жизнь не был уверен в ком-либо настолько, насколько сейчас уверен в Тэхёне - в прямом смысле до абсолюта. Невероятное чувство, и вместе с тем - согревающее. Потрясающе тёплое. И меньше всего Чонгуку хотелось бы, чтоб человек, к которому он столь нараспашку, подумал, что предложение такого характера вдруг станет проблемой.
- Ты отвернулся, чтобы дать мне возможность? - сделав глоток, уточнил всё-таки юноша. Ему столь комфортно с Тэхёном, что он даже сам для себя раскрывается с новых сторон. Более чутким, отзывчивым, зрелым - настолько, что понимает: терзать себя из-за их разных социальных слоёв смысла нет, как нет смысла мучиться из-за разницы в том, какие подарки они дарят друг другу.
Фактически всё, что может предложить Тэхёну Чонгук - это только себя, пока Тэхён, в свою очередь, может бросить к его ногам половину страны, если он только попросит. И это нормально: у них разные положения в обществе, и он, как и тот, с кем судьбой было уготовано связать свою жизнь, это хорошо понимает.
Ирония, правда лишь, в том, что Чонгуку не нужна эта половина страны, и целый мир ему тоже не нужен. Ему просто нужен тот самый граф, которого все вокруг знают как честного и слегка нелюдимого. Молодой господин, которого можно коснуться. Ким Тэхён, с которым можно вести самые интересные беседы на свете. Тэтэ, которому можно дарить всю свою нежность.
- Какую же? - повернувшись к нему с хитрой улыбкой, ответил граф на его вопрос новым своим.
- Дать мне возможность не попытаться держать лицо после твоего предложения, а отреагировать так, как мне хочется, - ответил Чонгук, но второй глоток всё-таки сделал. На всякий.
- Заешь фруктами, - мягко напомнили ему между делом. А после Тэхён, головой покачав, со вздохом продолжил: - Ты успел отлично меня изучить. Я восхищён.
- Я готов изучать тебя с новых сторон так долго, как ты позволишь. Как и ты хочешь меня изучать. Но, возвращаясь к тому, с чего мы сейчас начали, то хочу, чтоб ты знал: я хорошо понимаю, что, вообще-то это предложение подразумевает не только сон в обнимку, всё верно, - погрузившпажку поглубже в кусок твёрдого сыра, Чонгук с уверенностью суёт тот себе в рот. - Но! Пока ты не начал всё отрицать, я хочу, чтобы ты также знал то, что я понимаю, что если начну сомневаться, то ты остановишься и дальше заходить мы не будем.
Плечи в простой белой рубашке, которую молодой господин даже не застегнул, заметно расслабились.
- Я рад, что ты понимаешь эти нюансы и у нас нет проблем с этим.
Не совсем так, на самом-то деле.
Проблема в том, что он хочет - ему почти двадцать лет, в конце концов, кровь с молоком! Проблема иная же кроется в том, что ему очевидно трусливо, потому что это всё же впервые. В теории-то он чертовски готов, однако совсем не уверен, как всё должно выглядеть и чего ему ожидать. И это - причина, по которой он перевёл взгляд на полки перед новым глотком из бокала и протянул:
- У тебя... так много книг. И в кабинете, и здесь.
- Чужие миры хорошо позволяют ускользнуть из действительности, когда ты от неё устаёшь, - пожав плечами, ответил молодой господин, покачав в пальцах бокал.

*********************************************
новая глава. 😎🌹