Сокровище

Слава Чонгука росла изо дня в день. Его имя было на слуху у каждого в городе, в стране, казалось, на всём континенте.
Всё больше писем приходило, люди из разных уголков мира писали ему с просьбами избавить от чудовищ и монстров, и Чонгук порой откликался на их зов.

Бывало и так, что Чонгук вместе со своей проверенной командой отправлялся на поиски затерянных замков и кладов, которые упоминались в старинных свитках.
Он всегда возвращался на корабле, доверху загруженным золотом или с караваном, полным денег. Когда Чимин особенно скучал, он ложился на металлические монеты и не понимал, как несколько столетий терпел их общество. Они были такие твердые и холодные, а руки Чонгука столь нежные и теплые.

Чимин по-прежнему любил золото, но он ненавидел, когда Чонгук надевал ему на голову новый венок или корону, словно пытался откупиться этим за свое длительное отсутствие.

Чонгук менялся. Менялся каждый день, и Чимин с замиранием сердца за этим наблюдал. Время, проведенное с божеством, замедлялось, но во время разлуки годы беспощадно брали своё. После каждого путешествия Чимин видел углубляющиеся морщинки вокруг глаз, меж бровей, в уголках рта. Как кожа его становится всё грубее и суше. Как Чонгук быстрее начинает уставать, а движения замедляются и слабеют.

Зверь повалил человека и, наступив двумя лапами на широкие плечи, победоносно зарычал на всю округу.

— Я выиграл. — Чимин сел на чужую грудь и усмехнулся. — Неужто это тот самый Чонгук, прославленный воин, ни разу не проигравший?

— Ты просто изучил мою технику боя. — мужчина не выглядел расстроенным. Он удобно улёгся на каменной кладке и положил руки под голову. Чонгук с удовольствием смотрел на оседлавшего его юношу, который был также прекрасен, как и двадцать лет назад.

— Не отрицаю. — Чимин осмотрел чужие руки и плечи, усыпанные шрамами. Пусть он никогда этого не признает, но Чонгук на его памяти один из лучших мечников, среди людей конечно же. Да, он не изучал это искусство и не мог красиво фехтовать, но Чонгук был хорош в настоящем бое, учился на собственном опыте. В конце концов, спустя столько лет геройства он не погиб, а это уже о многом говорило.

— Что же ты хочешь услышать от меня? — Чонгук видел его насквозь. И Чимину это ой как нравилось. Он выгнулся. Тело его мелко задолжало, и Чонгук знал, что так юноша двигает каждым отдельным позвонком подобно змее и вытягивается после их ежедневной совместной тренировки.

— Ну, к примеру, что я самый опасный монстр из всех, что тебе встречались. Думаю, было бы вполне достаточно.

— Ты самый опасный. — Чонгук со смехом сбросил парня с себя и, поднявшись на локти, склонился над щурящимся от солнца лицом. — И самый прекрасный из всех, кого я когда-либо встречал. — Чонгук намеренно опустил слово "монстр", потому что никогда так не считал.

— С огнем играешь, человек. — прошептал Чимин и с усмешкой увернулся от поцелуя. Чонгук на это замученно простонал и отправился в ванную смывать с себя пот и прилипшую пыль. Чимину такие мелочи были не страшны.

Таковы были первые дни воссоединения после долгой разлуки. Они играли словно дети, наслаждаясь обществом друг друга. Чимин напрашивался на комплименты, Чонгук без устали ему потакал и каждую ночь рассказывал истории. Когда они только поселились в столице, Чимин твердо заявил, что жить они будут в раздельных комнатах, не думал, что сильно привяжется к простому человеку, однако он ошибался. Сейчас его прошлые покои стали стали чем-то вроде сокровищницы. Добытое Чонгуком золото давно не помещалось в подвалах и погребах. А Чимин каждую ночь проводил с Чонгуком, упиваясь его запахом, теплом, пытался пропитаться ими насквозь, чтобы они скрасили его одинокие дни.

Они подходили друг к другу как кусочки мозаики. Чонгук - грубоватый вояка, умеющий рассказывать истории и не любящий разговаривать, и Чимин - капризное божество, который прямо говорил, что ему нужно, и ценящий тишину.

Порой они выходили в свет, изредка отвечая на многочисленные приглашения. И все сразу понимали, что Чонгук любит Чимина безмерно, стоило только взглянуть на усыпанного золотом и бриллиантами юношу. И, смотря на высокомерного и холодного Чимина, они также понимали, что тот навсегда привязан только к Чонгуку.

Чимин не злился, видя устремлённые на Чонгука жадные взгляды женщин. Он был достаточно уверен в себе, чтобы не переживать по этому поводу, к тому же сам герой не обращал на них никакого внимания. А вот Чонгуку оставалось лишь посмеиваться, когда очередной смельчак подходил к Чимину и вероятнее всего оставался заикой на всю жизнь, настолько был страшен чужой гнев.
Они были парой другого уровня, всякий раз затмевая собой весь высший свет.

Между ними существовала невидимая связь. Чонгук не знал, то результат магии божества или сильных чувств, но оба ощущали ее как нить, натягивающуюся до предела, когда их разделяли сотни километров. Чонгук только чувствовал тянущую боль, в то время как Чимин порой видел ее мерцание в свете солнца, исходящее прямо из груди, и мог определить, в какой стороне света находится человек. И потому, когда нить оборвалась, химера сразу это почувствовал.