Что Делать.
После событий того самого дня, когда Австралия поиграл в охотника и узнал возможную судьбу, что ожидала его с сестрой, прошло пару дней, но они пролетели крайне быстро и туманно. Всё что запомнил Австралия - скала, на которой он с сестрой сидел и пытался рыбачить. Ничего не получалось, но это не главное. Важны были лишь их разговоры с Новой Зеландией по душам. Можно спросить: какие там разговоры по душам у вечно дерущихся близнецов? Но как факт - после услышанного разговора им было о чём побеседовать. Австралия понимал Новую Зеландию с полуслова. И наоборот. Брат и сестра обсуждали по большей части то, как им жить дальше. То, как им придётся привыкать. То, правда ли это вообще. Но учитывая действия старшего европейца, скорее всего это правда. Синевласый мужчина чаще стал к ним приглядываться, вступать в контакт, говорить с их матерью. И старшие члены племени смотрели с жалостью на детей, а некоторые европейцы с ужасным раздражением. Это и пугало в какой-то степени брата и сестру. Как их примут там? Примут ли вообще? Такие вопросы они обсуждали сидя на той скале, купаясь в лучах солнца, что медленно начало скатываться к говоризонту, что представлял собой бесконечный океан. И окунувшись в эту прекрасную, но губительную гладь, солнце потускнеет, как смогут потускнеть и надежды детишек. После продолжительной паузы в их душевно разговоре, мальчишка тихо прошелестел:
-- Новая Зеландия? Может в лагерь? -- голос его звучал неуверенно. Конечно, ведь навредить сестричке не хотелось. Она всё больше и больше не хотела возвращаться в лагерь. А всего пару дней назад обсуждала то, как можно пробраться на корабль к европейцам. "Глупенькая" -- пошутил бы Австралия, но ему сейчас было не до смеха.
-- Давай... Ещё посидим. -- выдавила из себя Новая Зеландия, печально вглядываясь куда-то в воду.
-- Нас скоро кинутся иска-
Австралию перебил звонкий возглас сзади них:
-- Новая Зеландия, Австралия! -- буквально звенела сзади Фиджи, что скакала вокруг Кирибати, что пришёл вместе с ней.
Новая Зеландия мрачно повернулась в сторону Пришедших, а Австралия тихо и раздражённо спросил:
-- Чего вам?
-- Кхм.. Вас Океания Зовёт. Сказала что есть очень важный разговор. -- пробасил Кирибати с немного мрачной интонацией.
-- А ещё тот Синевласый европеец тоже... Тоже!- -- пискнула Фиджи, как тут самый старший из детей перебил восьмилетнюю девочку:
-- Если бы ты понимала когда следует захлопнуть пасть, Фиджи, то ты бы не пищала бы сейчас у меня под боком. -- гневно прошипел Кирибати с сожалением взглянув на близнецов.
Первым встал Австралия. Тот крайне недовольно последовал в лагерь, держа за руку сестру, чтобы она не посмела куда-то убежать. Да и девчушка не особо сопротивлялась. Дети ничего не ответили Кирибати или Фиджи, и лишь жестами дали понять, что их сейчас лучше не дёргать. Всё младшие соплеменники до шестнадцати лет прекрасно понимали о ситуации с европейцами и близняшками, и старались не поднимать эту тему. Более того, понимая, что дети их скорее всего скоро покинут, они старались сделать их последнии дни здесь более комфортными и яркими. Но у кого-то, особенно у маленьких соплеменников, у которых шило ещё не отвалилось, не редко забывали о солидарности, и начинали визжать о том, что европейцы уже плануруют их скоро забрать. Фиджи таковой не являлась, но иногда у неё что-то подобное проскакивало. Следуя в лагерь, четыре ребёнка чувствовали каждый своё. Кирибати - раздражённость то по поводу Фиджи и жалость, направленная на Близняшек. Фиджи - стыд перед её тремя соплеменниками. Новая Зеландия - крайнее нежелание идти в лагерь. Австралия - Вину. Почему вину? Чтож, мальчик думал, что если бы он тогда не заговорил с тем Европейцем, что если бы он не проболтался про птицу, возможно их бы просто забыли и не забрали. Но кто же знал, что происходило всё это не по вине Австралии. Но, мальчишка этого не знал. И вот, детишки уже у палатки их Матери. Кирибати похлопал Австралию по плечу, мысленно желая удачи, и мальчишка с сестрой вошли в палатку. Там их, сидя на своеобразных "подушках" на деревянном полу, ожидали красноглазый Европеец и их обеспокоенная мать.
-- Мы нужны? -- с лучиком надежды в сердце спросил Австралия, надеясь услышать то, что это ошибка.
-- Да. -- нервно подтвердила их мать и указала на два места напротив них. Надежды Мальчика разбились вдребезги о суровую правду. Он увидел, как его сестра сильно занервничала и мысленно пожелал ей и себе удачи. Европеец после слов Океании кивнул, ожидая когда дети пристроятся напротив них.
Близнецы так и сделали. Австралия смотрел то на мать, то на Синевласого мужчину, стараясь не встретиться с ними взглядом. То же самое делала и сестра мальчика. После этого Океания заговорила на английском:
- I've heard that you already know why you came here. But I'll explain again. As far as I know, our guests, due to your origin, want to take you to their homeland. (Я слышала, что вы уже знаете, зачем сюда пришли. Но объясню снова. Как мне известно, наши гости, в связи с вашим происхождением, хотят забрать вас к себе на родину. )
-- It's true, no matter how much you would like not to believe it. I know you don't know my name yet. My name is Great Britain, I will be your mentor in the world of Europe. (Это правда, как бы вам не хотелось в это не верить. Я знаю что вы пока не знаете моего Имени. Моё имя Великобритания, Я буду вашим наставником в мире Европы.) -- аккуратно проронил европеец.
Каждое слово ощущалось как удар ножа. Раз за разом. Новая Зеландия смотрела будто в пустоту, ничего не осознавая из происходящего. Австралия ещё мог трезво мыслить, и рассуждать, и зачем-то он спросил Великобританию:
-- Why do you want this? (Зачем вы этого хотите? )
Великобритания как-то великодушно рассмеялся, под нервное поглядывание на него Океании.
-- I need strong successors. And you're very fit for that role. Plus, you can become great there. You can improve everything here at home. (Мне нужны сильные преемники. А вы очень подходите на эту роль. К тому же, вы сможете стать великими там. Вы сможете улучшить всё здесь, у вас дома.)
Австралия немного недопонял одного слова. Преемники? Бред какой-то. Зачем именно они? Ну и что, что они подходят, почему бы не какие-нибудь другие мальчишка с девчонкой у них на земле, но не здесь? Почему именно они?! Как тут, Австралия услышал тихий вопрос сестры:
-- Why did you choose us?(Почему вы выбрали именно нас?)
Великобритания и Океания замялись немного, но Соединённое Королевство быстро сообразил что ответить:
-- I'll answer you later. (Я отвечу вам позже.)
-- Итак, теперь вы поставлены в известность. -- словно стеклянно, но с лёгкой дрожью в голосе проговаривала Океания уже на привычном близнецам языке -- Вы отправитесь через 2 дня.
Сознание Австралии будто потемнело. 2 дня?! Это... Это так мало!!! Он ничего не успеет сделать! Не успеет поохотиться с бумерангом, не успеет самостоятельно войти в море на лодке, не успеет понять, не успеет приручить амадину, не успеет понять, почему превращается в "рыбу"!! 2 дня.. Эти слова звенели у него в ушах и не давали спокойно выдохнуть.
-- Можете идти, это всё что мы хотели сказать. -- подытожила их мать. Видно что в её голосе прослеживались нотки печали.
Дети встали и иногда озираясь назад, проследовали на выход. И последнее, что выдохнула Новая Зеландия, немного забывшись:
-- We already knew it... (Мы уже знали это... )
...
Следующие дни опять были будто в тумане. И вот, по сути, дети должны были уже завтра начать отплывать от их родного дома, терзаясь от осознания того, что возможно свой дом они уже никогда не увидят. И все эти мысли переполеяли и так забитые головы крошек. Их опять подозвал к себе красноглазый европеец, вручив им что-то на подобии чемоданов. Для близнецов это были новые вещи, и дети с большим интересом разглядывали субъекты, а мужчина кратко выдохнул:
-- There are normal clothes there to make you look appropriate. (Там лежит нормальная одежда, чтобы вы выглядели подобающе.)
Пх. Подобающе? После одного только произношения европейцем этого слова у Австралии сработал рвотный рефлекс. Как будто он сейчас не выглядит хорошо. А позже, заглянув в чемодан, тот вообще чуть недопонял ситуации. Белоснежная рубашка, что-то похожее на длинные шорты, "кафтан" и ботинки. Последнее вообще шокировало Мальчика. Зачем ему ходить в ботинках? Они ему не нужны, только будут сдавливать ноги. А быть босым он уже привык... Но спорить с господином было бесполезно. Его же сестра с каким-то не самым довольным и понимающим выражением лица взглянула на платье из какого-то странного для аборигенов материала.
Но это было не главное, над чем задумался Австралия. Главное по его мнению было не попасть в воду. Иначе... А что иначе? Чего боялся ребёнок? Однажды, прогуливаясь по лагерю, обладатель синего и красного глаз услыхал, что европейцы помоложе уже знакомого нам синекожего мужчины обсуждали то, как они думали увидеть тут русалок, с рыбьи хвостами, жабрами и плавниками. А затем взять одну из них как трофей и чудо света... Мальчика это не на шутку напрягло. Всё таки его превращения в рыбу были крайне похожи на этих "русалок", или как там этих созданий назвали юноши. И боязнь того, что его поймают нервировала его.
Последний вечер. Многие океанийцы с радостью выдыхают от осознания того факта, что гости из Европы уплывают так быстро. И параллельно жалеют о том, что двое детишек - как раз таки Австралия с Новой Зеландией уже наверное не увидят родной дом. Близнецы же, смотря на переполненные сожалением лица соплеменников, всё больше и больше отдавались негативным эмоциям. Но самое худшее что могло с ними случится, это понимание того факта, что с ними поедет ещё и их тётя - Полинезия. Казалось бы, надо радоваться! Но как на зло, именно Полинезия была тем членом племени, который буквально всех и вся раздражал своим нелюдимым и в какой-то степени эгоистичным характером. Возможно, взрослые могли видеть в ней серьёзность и ещё какие-то положительные черты, но детей это не заботило. Ведь близняшки могли обратиться с проблемами или чувствами чуть ли не к любому жителю племени, но не к ней. Она, вместо того, чтобы выслушать, как-то понять, или по-человечески отмазаться, протыкала насквозь острым замечанием по поводу жалобы, или на крайняк внешности.
Если говорить вкратце, дети не могли ничему даже улыбнуться, в этой ситуации. Впрочем, это мало кого заботило из тех, кто их забирал к себе.
Детишки мрачно поглядывали на земельку, как будто думая, что ощущают её в последний раз, как тут Австралия почувствовал лёгкое прикосновение чьей-то крошечный руки сзади:
-- Австррралия? -- с каким-то лёгким заиканием пролепетал голос маленькой девочки позади.
-- Да, Маршалловы Острова? -- тихо спросил Австралия, повернувшись к чаду и натянув такую позитивную улыбку, которую только смог.
-- Вас Самоа просит в паллллатку. -- детская ручка пятилетней девочки махнула в сторону одного из бунгало.
Австралия тихонько вздохнул и посмотрел на сестрицу, а затем ответил девчушке, что подошла к нему:
-- Мы сейчас...
Маршалловы острова убежала, а Новая Зеландия в свою очередь поднялась со своего места под громкий гул собрания, и вместе с братом последовала в ту самую палатку, в не самом лучшем расположении духа..
Австралия прекрасно видел, что Новой Зеландии больно морально видеть соплеменников, которых она скоро покинет. Да что уж говорить, сам мальчик чувствовал это кислое чувство, что скручивало его изнутри... Но Маршалловы Острова своим бодрым голоском и ухмылкой заставляла улыбнуться и паренька.
Войдя в палатку, дети увидели помещение, подсвечённое факелами, в котором в неком незаконченном круге сидели все представители племени до восемнадцати лет. Примечательно то, что всё молчали. Все, без исключения. От маленьких и шустрых Соломоновых и Маршалловых Островов с болтушкой Фиджи до шумных и буйных взрослых - Папуа Новой Гвинеи, которого иногда просто называли Папуа, и Микронезия(самого старшего из компании, между прочим, ему недавно исполнилось 17). Посмотрев прямо вперёд, Австралия увидел Тонга, что стоял в самой середине, гордо держа что-то за своей спиной. Лицо паренька пестрило разными оттенками и цветами, что нанесли как своеобразный обрядный грим. Спустя пару секунд неловкого молчания, Новая Зеландия уже открыла рот, чтобы спросить что-то, но Тонга заговорил Первый:
-- Мы знаем о том, что вы уплываете. -- Австралии как кинжалом по живому порезали. Неужели нельзя было обойтись без этого?! Им и так плохо! Сестра мальчишки, как заметил последний, сжала свои кулачки, уже готовясь убежать или накричать на Тонга -- Не спешите злиться. Ведь мы собрались здесь ради вас. Мы знаем, что вы не хотите уплывать. И мы подготовили вам вечер, где мы вспомним всё былое и дпдим вам кое что особенное. Шагните вперёд.
Детишки так и сделали, почти синхронно, будто между ними была телепатическая связь.
-- Кхм. -- Прокашлялся Кирибатии встал со своего места, пошагав к Тонга, дабы он тоже стоял противоположно детям. Подросток держал что-то за спиной, что упорно скрывал. Затем, он опять заговорил: -- Я знаю, Новая Зеландия, что ты очень любила слушать истории о богах. И постоянно просила меня рассказать о них, даже когда я сидел и рыбачил, ловил тишину. -- где-то раздался быстро подавленный смешок. Красноволосый продолжил: -- Но это никогда не было плохо. Твоя тяга к изучению прошлого меня поражает. Я даю тебе эту ракушку, как знак того, что всё в этом мире имеет своё объяснение, даже если оно заключается в богах... Как и форма этой ракушки, которая тоже имеет объяснение.
Подросток Протянул ракушку девочке, а она благодарно приняла её, тихонько рассматривая вручённый ей подарок.
Кирибати проследовал на своё место, а за ним на прошлое место прошла Фиджи. Девушка с Лазурной кожей взглянула в красные глаза Новой Зеландии и стала возносить, так же держа какой-то предмет за спиной:
-- Новая Зеландия, спасибо что ты была моей подругой. Без тебя я бы никогда не решилась на то, чтобы стать целителем. Ты научила меня говорить громко, отстаивать свою позицию и лидировать. И это -- та протянула ей маленький рог, что держала ранее за спиной -- подтвердит твой громкий голос!
Новая Зеландия взяла из рук подруги Рог, и аккуратно обняла её. Юная целительница последовала на своё место, а к Тонга прошествовал Науру.
-- Австралия, -- начал было он, как в мыслях нашего героя пронеслась мысль: "Науру? А я-то ему зачем...? ". Более старший соплеменник продолжил: -- У тебя есть две прекрасные способности, которые я вижу. Первая - это то, что у тебя есть задатки охотника. И даже охотника не то что на дичь, но и на людей... -- видимо Науру вспомнил инцидент с засадой, после чего Австралия еле удержался, чтобы не засмеяться. -- И вторая: превращение в рыбу. Но почему-то ты пользуешься лишь первой способностью, не догадавшись объединить их. Хорошую идею я тебе подал? Вот, пользуйся на здоровье, а пока держи талисман, что будет напоминать тебе об охоте и море.
Науру протянул Австралии аккуратно сделанный кулон с пером и видимо рыболовным крючком. Мальчик сразу надел его и задумался почему-то над своими метаморфозами.
-- Перо... Это перо... Где ты достал перо этой птицы? -- аккуратно спросил Австралия, как бы удивляюсь тому, как Науру достал перо либо столь редкой, либо столь опасной птицы.
-- Нужно просто уметь искать. -- ухмыльнулся старший и метнулся на своё место.
Теперь Тонга вышел вперёд, как и остальные, пряча что-то за своей спиной.
-- Австралия. Тебя явно влёк к себе этот предмет. Но ты никак не мог научиться им пользоваться. Я знаю, что убивать животных ты почти не способен, хоть и как Науру говорит, у тебя есть задатки охотника, может это пригодится тебе для других целей.
Тонга протянул ему... О Господи, Это Бумеранг!!! Австралия с радостью принял это орудие от своего соплеменника и искренне улыбнулся.
-- Эти предметы послужат вам напоминанием о родной земле. А теперь, присаживайтесь с нами. Вас ждёт длинный вечер. -- улыбнувшись, пролепетал Микронезия, указывая на места за уже давно отошедшим Тонга.
...
Этот вечер пролетел так быстро, но так приятно для близнецов. Они все вспоминали хорошие моменты из их жизни, из жизни племени, истории, байки, сказания, легенды... Они шутили, смеялись, пили что-то и ели какую-то уташенную еду. Короче говоря, растащили их по палаткам ближе к часу ночи.
И вот, Новая Зеландия уже спит рядом с "постелью" Австралии, мирно посапывая. А сам мальчик никак не мог заснуть. Как тут, он внезапно понял, что его мать подошла к нему и очень тихо спросила:
-- Сынок, почему ты не спишь?
-- Мама?... Я... Не хочу уплывать. Мне тут лучше, мама, нам тут лучше.
Океания вздохнула и крепко обняла сына, говоря что-то утешающее про то, как она их любит, и что им это во благо. Слова её исходили, видимо от сердца. Но Австралия не слушал. Не потому что ему наплевать или неинтересно. А потому что ребёнок уже почти заснул, ожидая событий завтрашнего дня.
~
2627 слов.