Часть 24: Вечеринка
Мы не разговаривали месяцами...
Каждый день, каждый чертов день в старшей школе, во время занятий, я чувствовала его присутствие и невозможность исправить свои ошибки. Я была такой глупой, но в то же время я чувствовала злость к нему. Нет смысла упоминать тот факт, что он открылся мне... Я тоже!
Наша последняя личная встреча заставила меня осознать многое, но также и усомниться во многом другом. Мы прошли путь от
совместного празднования Рождества и первых
недель года как два сильно влюбленных человека до того, чтобы снова стать врагами и чужаками, как будто ничего и не было.
Месяцами, во время занятий, он отворачивался и
игнорировал меня с почти обезоруживающей легкостью. Я периодически продолжаю мечтать о нем, и в глубине души, боюсь, я все еще люблю его. Потому что я действительно любила его. Но я любила Джозефа, а не Декампа. Теперь Джозеф ушел, оставив меня наедине с грубым и властным парнем.
Каждый раз, когда он избегает моего взгляда и я вижу, как он снова делает какую нибудь ерунду, я чувствую внутри, что потеряла его,
и все эти чувства роют огромную яму в моем сердце, вот вот я в неё упаду. Было ли это все
ошибкой или это было что-то настоящее?
«Мисс Сейеду, 19. Поздравляю, лучшая в
этом тесте». Учитель латыни делает комплимент, вручая мне проверочный лист. Он целый, только маленькая красная отметка ручкой над плохо спрягаемым глаголом. Я слегка улыбаюсь, удовлетворенная своим прогрессом.
Анник смотрит на меня с гордостью и слегка
хлопает меня по плечу. Когда урок заканчивается, я встаю и достаю свои вещи из папки. Симона прискакивает, клокоча от радости, и обнимает меня сзади. «Задрот!» — смеется она. «Только попробуй сказать это снова!» — отвечает ей Анник. Я улыбаюсь им обеим и смотрю на Анник, явно готовую уйти.
«Не завидуй. Ты не можешь всегда быть лучшей в классе, Анник». Я дразню ее и щипаю
за плечо.
«Девочки, подойдите поближе...» — приказывает нам Симона, и мы подходим с подозрением.
«Сегодня мальчики решили устроить вечеринку-сюрприз в доме Пишона... после окончания занятий...» — шепчет она, как раз перед неожиданным приходом Анри.
Мы выпрямляемся, делая вид, что ничего не произошло, и Анник смеется. «Почему ты смеешься, Анник?» — спрашивает он ее. Анри
явно влюблен в Анник с того момента, как
увидел ее. Это видно, и Анник это знает. Но, боюсь, она совсем не отвечает ему взаимностью.
«О, ничего».
Анри пожимает плечами и дарит мне гордый, довольный взгляд. «Поздравляю, Роми,
ты становишься такой же занудой, как...» и исподтишка указывает пальцем на Анник. Она
щипает его за бедро. «Не бросайте мне вызов, ребята. Лучшие не всегда побеждают». — торжествующе говорит она.
Внезапно Анри подталкивают ко мне, и я слышу
за его спиной довольно знакомый смех. Когда он
успокаивается и извиняется передо мной, я встречаюсь взглядом с Декампом.
«Свистни мне, когда немного повзрослеешь», — шепчу я ему. Его улыбка замирает
на губах, и для нас обоих вновь вспыхивает воспоминание о последнем конфликте.
Выходя из класса, Анри проходит мимо нас и
машет на прощание с широкой улыбкой на лице, и я остаюсь наедине с Симоной и Анник. «Ну что, девочки? Вы пойдёте на вечеринку, не так ли...?» — спрашивает Симона, вставая между нами и
взяв нас за руки. Мы одновременно киваем. «Весь класс будет там?» — спрашивает Анник, поправляя желтую повязку на своих светлых волосах. «Да, все, все». Симона отвечает
с энтузиазмом. Я внезапно замираю, и они делают несколько шагов вперед, прежде чем остановиться, чтобы посмотреть на меня.
«Все? Даже Декамп?» — спрашиваю я слегка
смущенно. Симона подходит ко мне и кладет
руку мне за спину, подталкивая меня. «Давай, Роми, тебе нужно это пережить! Прошли месяцы. На вечеринке будет много парней, даже из класса Жан Пьера. Может, ты узнаешь каких-нибудь интересных парней», — говорит она мне,
пытаясь подбодрить.
Мы выходим во двор.
«Жан Пьер тоже пойдет», — подтверждает Анник, убежденная в своем наблюдении. Симона колеблется, и ее лицо искажается гримасой. «Нет, он не пойдёт».
«Почему?» — спрашивает Анник в замешательстве. Симона начинает
нервничать. «Ну, как... мы с ним больше не вместе».
«Что?» — хором говорим мы с Анник, широко открыв рты.
«Я рассталась с ним около недели назад».
«И почему это Симона?» — спрашивает Анник,
схватив свой велосипед со стойки.
«Давайте не будем об этом. Мы идем на вечеринку, девочки! Нам нужно повеселиться». Говорит Симона, и после того, как я тоже беру свой велосипед, мы направляемся к дому
Анри.
«Можем ли мы сначала заехать ко мне?» — спрашиваю я.
«Я хочу переодеться. Я ненавижу это платье».
Симона загорается. «У тебя есть косметика? Я бы с удовольствием накрасилась!»
Я киваю.
Придя ко мне домой, мы ставим велосипеды и,
поздоровавшись с родителями и рассказав им о вечеринке в доме Пишона, поднимаемся в мою
комнату. «Какая у тебя красивая комната, Роми. У меня не так много места для меня в доме моей тети». Симона делает комплимент.
Я иду в ванную, собираю всю свою косметику
(я также ворую немного у Марион) и возвращаюсь в свою комнату. Пока я решаю, какое платье надеть на вечеринку, Анник импровизирует как профессиональный визажист и украшает лицо Симоны румянами, пудрой и помадой. «Как вы думаете, что мне следует
надеть?» — спрашиваю я их обеих, засовывая голову в шкаф в поисках чего-нибудь приличного.
«Твоему цвету лица подходит желтый. По-моему, ты могла бы надеть желтое платье». Симона
отвечает мне, закрыв глаза, пока Анник наносит
блестящие тени для век. Я мгновенно замираю и
вспоминаю то посвящение, которое Джозеф... Декамп написал мне на Рождество. Желтый цвет тебе идет.
Я изгоняю это воспоминание из своей головы и
уверенно хватаю единственное желтое платье в моем гардеробе. Я прислоняю его к груди и кружусь. «Симона права, желтый действительно
тебе идет».
Я улыбаюсь ей и быстро надеваю платье, пока
Анник заканчивает макияж Симоны. «Я даже
себя не узнаю! Спасибо», — щебечет Симона,
вставая со стула и обнимая Анник. Я
наблюдаю за ними с противоположной стороны комнаты, надевая туфли.
«Роми, сядь», — приказывает мне Анник.
«Нет, спасибо, я не хочу краситься». Я отвечаю, но как только она бросает на меня сердитый взгляд, я сажусь молча.
«Я уложу тебе волосы!» — говорит Симона в волнении. После сорока минут прически и макияжа я наконец-то смотрю на себя в зеркало и молчу. Впервые я вижу себя настолько красивой. Я улыбаюсь и благодарю ее. «Ты такая горячая, Роми! Кто знает, сколько у тебя будет поклонников на вечеринке! Пошлите, я не хочу опаздывать».
Когда Анник и Симона выходят из моей комнаты, я останавливаюсь, чтобы приоткрыть дверь и улыбаюсь.