"как же я скучала по вам..."
Итак, они добежали до конца туннеля. Кейт вылетела из него последней, едва не споткнувшись о порог, и оказалась в точно таком же отеле. Но — будто вывернутом наизнанку. Тот же вестибюль, те же люстры, те же колонны, но все здесь дышало неправильностью, как в зеркальном отражении, где правое становится левым.
— Фух, — Виктор влетел в номер «Белый бизон» и прислонился к стене, пытаясь отдышаться. — Давайте с этим завязывать.
— Что именно? — Кейт вошла следом, разглядывая комнату. — Избегать апокалипсиса?
— Это же наша фишка, нет? — бросил Диего, тоже оглядываясь.
— От этого мне не по себе, — сказала Элисон, и Кейт проследила за ее взглядом.
Над камином висела картина. Та же, что и в их номере, — задница белого бизона, выписанная в деталях, от которых хотелось отвернуться.
— Тот же люкс, — протянула Кейт, рассматривая полотно. — Но тут жопа. Прекрасно.
— Причем это буквально, — заметил Пятый.
— Жесть, — Бен дернул картину за хвост. — В духе Алисы в Стране чудес.
— Ага. В Стране чудес, — Кейт обвела рукой помещение. — Где чудеса в том, что мы все еще живы.
Из туннеля выбежал отец и захлопнул за собой дверь. Прислонился к ней, тяжело дыша.
— Наконец-то, — сказал он. — Мы по ту сторону.
Кейт огляделась. Клаус бежал прямо за ними. Был. Она обернулась к туннелю — дверь закрыта, за ней только тишина.
— Эй, а где Клаус? — спросила она.
Отец выпрямился, и лицо его приобрело выражение скорби — такое Кейт видела у него всего несколько раз. Всегда, когда это было не к месту.
— Дети, мне жаль, но ваш брат… — он сделал паузу, вздохнул. — Я сделал все, что мог. Но он не успел. Пал последней жертвой кугельблица.
Кейт смотрела на отца. Что-то было не так. Что-то царапало изнутри, не давая поверить.
— Нет, — сказал Пятый. — Когда я вбежал в отель, он был сразу за мной.
— Нужно вернуться, — подала голос Слоун, и Кейт увидела в ее глазах ту же отчаянную надежду, что и у себя внутри.
— Там некуда возвращаться, — отрезал отец. — Дети, плакать будем потом. Сейчас надо двигаться дальше.
Он прошел мимо них к выходу из номера.
— Погодите, — Виктор шагнул вперед. — Лютер и Клаус…
Кейт опустила голову. Клаус. Тот самый, с которым она гонялась по всей стране, вытаскивая его из пивнушек и отрезвителей. Тот, из-за кого в салоне машины всегда воняло перегаром, но без кого дорога была бы пустой. Тот, который каждое утро после очередной пьянки просыпался на заднем сиденье и говорил: «Кетти, останови, мне нужно отлить». Его больше нет.
И Бена больше нет. Того Бена, который ворчал, что она когда-нибудь угробит свои легкие. Который пытался наставить Клауса на путь истинный. Который всегда был рядом, даже когда его никто не видел.
Кейт выпрямилась, сжала кулаки и пошла за отцом.
---
Они вышли из лифта в основной зал отеля. Здесь было темнее, чем в том, из которого они пришли. Не сумрачно — тяжело. Колонны горели оранжевым, приглушенным светом, и тени от них тянулись по полу длинными пальцами.
— Какое великолепие, — сказал отец, рассматривая зал.
— Надо было вам с нами остаться, — бросил Бен Диего и Лайле. — Тут куда красивее.
— Мы с Лайлой тогда еле ноги унесли, помнишь? — ответил Диего.
— Но на этот раз с вами я, и нас гораздо больше.
— Эта тварь очень быстрая, сильная и жутко злая, — сказала Лайла.
— Делайте что угодно, только не звоните, — Диего указал на колокольчик для вызова персонала, стоящий на стойке. — А то лишитесь пальца. Или щупальца.
— А я рискну, — Слоун шагнула к колокольчику.
— Не смей, — Лайла перехватила ее.
— Лучше отвалить, — процедил Диего.
— Чтобы убить эту хрень, нам нужен ясный ум. Так?
— Ясный ум? — Слоун повернулась к нему, и в ее глазах Кейт увидела то, чего не замечала раньше. Бешенство. — Хочешь сказать, я в ярости? Да, я в ярости! И я хочу убить того, кто убил Лютера!
— Мы потеряли не только Лютера, — Кейт вышла вперед, встала между ними. — Клауса тоже больше нет с нами. Я тоже зла. Все мы злы. Но нужно действовать головой, ясно?
— Да, мы начнем в нужный момент, — поддержала Лайла.
— И не пытайся, Пятый, — сказал Диего, заметив, что брат подошел к выходу. — Двери не выпускают.
Кейт посмотрела в окна. За стеклами был просто белый свет. Ни улиц, ни неба, ни города. Пустота.
— Так что мы тут застряли? — спросила Элисон.
— Это место и испытание, и ловушка, и спасение одновременно, — ответил Реджинальд.
— Кто-нибудь знает, что тут написано? — спросил Виктор, рассматривая карточку с китайскими иероглифами.
— Да, не звонить в звонок, — с сарказмом ответил Диего. — Вот так вот.
Кейт вздохнула, потерла переносицу.
— Да мы поняли, Диего. Звонок плохой. Что делать-то будем?
— Реджи? — Элисон повернулась к отцу. — Реджи!
Он не ответил. Стоял у стены, уткнувшись в книгу, которую прихватил с собой, и что-то в ней высматривал, водя пальцем по страницам.
— Есть хочу, — сказала Лайла, нарушая тишину. — Кто со мной? Пару роллов с угрем?
Она двинулась к фуршетному столу, где под стеклянным колпаком стояли тарелки с суши.
— Как можно есть в такой момент?! — прошипел на нее Бен.
— Не знаю. А как можно в такой момент быть козлом? — парировала Лайла.
— Слышь, отвали, ладно? — Диего подошел к ней, заслоняя. — Она ест для…
— Сил, — закончила Лайла, не дав ему договорить. — Они нам сейчас пригодятся.
Она потянула Диего за собой.
— Диего, отойдем на секунду?
Кейт вздохнула и отошла к другой стойке. Там тоже были суши, но с другим наполнением. Она взяла один, попробовала. Полнейшее дерьмо. Но жаловаться было не время.
Пятый опустился на стул рядом.
— Ты как?
Странный вопрос.
— Нормально, — ответила Кейт, не глядя на него. — Суши тут реально полное говно.
Он мельком посмотрел на нее.
— Держись рядом, поняла?
Она улыбнулась уголком рта.
— Это ты держись рядом. Не у тебя катаны.
Она встала и пошла к Виктору, который с подозрением смотрел на Элисон. Пятый двинулся следом.
---
— Да, уж, — сказал Пятый, подходя к ним. — Как сказал один мудрец: один раз — случайность, два раза — совпадение. А третьего не будет, потому что я не полный кретин.
— Может, это он убил Клауса и Лютера? — спросил Виктор, кивнув в сторону отца.
— Я согласна с ним, — Кейт встала рядом. — Это его привычные методы ведения миссии. Забыли, ради чего мы впервые собрались? Этот мудак покончил с собой.
— Верно, — подхватил Пятый. — Он вас просто и раньше надувал. И сейчас решил.
Виктор покачнулся в кресле.
— Да ладно, ребят…
— Нет-нет-нет, — отец обернулся на их голоса. — Он не набрал голосов за проход сквозь туннель.
— И вот мы всё равно здесь, — Кейт развела руками.
— Вы реально думаете, он мог убить Лютера? — спросил Виктор.
— Нет, — ответил Пятый. — Мы думаем, он может без угрызений совести, которой у него нет между прочим, прикончить нас всех, если кто-то станет ему не угоден.
— А еще я думаю, здесь замешана Элисон, — добавил Пятый, понизив голос.
Виктор отрицательно помотал головой.
— Нет, нет, пфф…
Он посмотрел в сторону Элисон. Она сидела со Слоун, вытирая ее окровавленные руки — те, которыми Слоун держала Лютера, пытаясь остановить кровь.
— Нет, она… в туннеле она была со Слоун и Кейт, — Виктор повернулся к Кейт. — Верно же?
— Я сейчас не о Клаусе говорю, — Пятый говорил тихо, почти шепотом.
— О Лютере? — Кейт нахмурилась. — Что? Нет-нет, она паниковала. Она бы этого не сделала…
— В этом времени она постоянно не в себе, — настаивал Пятый.
— Нет, она потеряла дочь! — Виктор повысил голос.
Кейт хотела согласиться с ним. Сколько бы Элисон ни отдалялась и ни менялась, Кейт будет искать любую лазейку, чтобы поверить в ее невиновность.
— И убила Харлана, — сказал Пятый.
Виктор и Кейт замолчали.
— Даже если ты прав, — сказала Кейт, глядя на Элисон, — они не признаются, если мы спросим прямо.
Пятый повернулся туда же. Виктор — следом.
— Согласен.
---
Отец ходил по залу, сверяя что-то с книгой, делая пометки. Стук его каблуков отдавался от стен, и Кейт казалось, что этот звук начинает въедаться в мозг. Он поднялся на второй этаж. Элисон — за ним.
Кейт кивнула на них. Пятый понял, но остался сидеть. Через минуту Элисон спустилась первая. Еще через две — отец.
— Все сюда, дети! — скомандовал он, спускаясь по лестнице. — У нас была возможность отдышаться. Теперь можно приступить к делу!
Кейт, Виктор и Пятый встали, пошли за ним.
— Легенда о семи колоколах, — напомнил Пятый, засунув руки в карманы брюк.
— Именно, — отец посмотрел на него. — Кто-то внимательно слушал.
— Найдем мы колокола, а дальше что? — спросил Диего.
— Нет-нет-нет. — Отец покачал головой. — Колокола — просто символ. Вот этого.
Он показал рисунок в книге.
— Сигел. — сказал Пятый, рассматривая зарисовку.
— Правильно, Номер Пять. — Отец закрыл книгу. — Сигел — ключ к семи колоколам. Найдем этот символ — и мы на шаг приблизимся к перезагрузке вселенной.
— Найдем, и что потом? — спросила Слоун.
Отец посмотрел на нее.
— Я не знаю.
Слоун вздохнула.
— Что? — Виктор подался вперед. — Мы здесь вроде потому, что у тебя был план!
— Он есть, но без деталей, — отец жестикулировал, пытаясь удержать внимание.
— Ха-ха-ха, — Кейт усмехнулась. — Да, выходит, мы навсегда останемся в этом старом отеле и будем жрать протухшие суши.
— Только найдя сигел, мы можем выбраться и перезапустить вселенную, — заявила Элисон.
— Забавно, что вы с папой снова спелись, — Пятый прищурился, глядя на нее.
— Так с чего начнем? — спросил Виктор.
— Разбейтесь на группы. — Отец указал на них. — Я с Элисон, Слоун и Кейт. Бен и Пятый с Виктором.
— Нет, — сказал Виктор. — Элисон с нами.
Пятый смотрел на Кейт. Он же просил держаться рядом. Кейт одними губами сказала: «Всё будет хорошо». Он понял, но по его лицу было видно, что он не согласен.
— Бен за Элисон, — сказал Пятый. — Мы вместе учились, так что нам разумнее взять Элисон.
— Ага, — выдохнула Элисон. — Не спасибо.
— Почему нет? — спросил Виктор.
Она не ответила. Просто смотрела на них.
— Блестящая идея, — вмешался отец. — Элисон — с Амбреллой, Спарроу, ну и Кейт держитесь вместе. Все по разным этажам. Надо найти сигел!
Все начали расходиться.
— Расходитесь, облазайте все уголки. Встречаемся через полчаса! — крикнул им вслед отец.
— Это пустая трата времени, — сказал Бен.
Он, Кейт и Слоун подошли к лифту. Отец пошел за ними, но на полпути остановился.
— Я забыл свои записи, — сказал он. — Езжайте, встретимся на пятом.
Двери лифта закрылись.
— Ну, в принципе так будет легче дышать. Без старика, — сказала Кейт, поймав недовольный взгляд Бена.
Они вышли из лифта и пошли по коридору. Отель здесь был таким же, как внизу, — пустым, тихим, с тем же приглушенным оранжевым светом.
— Как вообще выглядит этот сигел? — спросила Слоун. — Какого он размера?
Кейт пожала плечами.
— Просто ищем что-нибудь похожее, — твердо сказал Бен.
---
Они ходили уже минут пять. Слоун осматривала комод, шарясь в ящиках под недовольные вздохи Бена. Кейт это начало бесить, но она молчала. Ссора сейчас была последним делом.
Бен ничего не делал. Стоял, скрестив руки на груди, и смотрел, как Слоун возится с комодом, потом переключился на картины.
— Не забудьте посмотреть за цветочками, — саркастично бросил он.
— Подними свой зад, — Кейт спихнула его с комода. — Не видишь, я тут осматриваю.
Бен поправил воротник, но с места не сдвинулся.
— Осмотри стены, — сказала Слоун, не отвлекаясь. — Вдруг там тайные ниши.
— Пожалуйста, — Бен начал лениво постукивать по стене. — Вот стена. И-и-и-и… — постучал по другой. — Вот еще одна стена.
Кейт закончила с комодом. Слоун открыла дверь в спальню, заглянула.
— Да что с тобой такое? — она захлопнула дверь. — Люди гибнут, а ты дуешься, как угрюмый подросток!
Кейт подошла к другой двери, открыла, осмотрела номер, закрыла.
— Ты говоришь прямо как папа, — сказал Бен.
— Почему ты так хочешь нравиться папе? — спросила Слоун.
— Потому что он подлиза, — подхватила Кейт, не глядя на них.
— Мы с тобой сами по себе, — Слоун подошла к Бену. — Мы оставили свой след в истории. И в мире.
— Как Академия «Спарроу». Но ее больше нет!
— Он и не был «Спарроу», — Слоун повысила голос. — Он был нашим отцом.
— К тому же дерьмовым отцом, — заметила Кейт.
— Вам легко говорить, когда у вас другая семья! — процедил Бен.
— Ее лучшая часть только что погибла, — сказала Слоун, и голос ее дрогнул.
— Ну, не то чтобы прям лучшая… — протянула Кейт и осеклась.
Из-за поворота вышел Пятый. Увидел их. На его лице мелькнуло облегчение.
— Не верю, что я это говорю, — сказал он, подходя, — но я реально рад вас видеть.
— В чем дело? — Кейт шагнула к нему. — Где Элисон с Виктором?
— Отель меняется, — Пятый оглянулся. — Я хожу по кругу. Это здание будто живое.
— Нужно вернуться вниз, — сказал Бен.
— Я пытался. В каком направлении ни иду — прихожу туда же.
— Или это топографический критицизм, — предположил Бен.
— Ну, тогда веди нас, Синко, — Кейт посмотрела на Бена.
Он выдохнул и пошел вперед быстрым шагом. Кейт, Слоун и Пятый — за ним.
— Виктор и Элисон отошли от меня, когда отель начал меняться, — говорил Пятый на ходу. — Как передвигающийся лабиринт.
По стенам пробежала вибрация. Свет приглушился, и из ниоткуда появились зеленовато-желтые лучи, падающие на пол длинными косами.
— Что за хрень? — Кейт ускорила шаг. — Им что, не ясно было — не звонить в колокола?!
— Не знают, — ответил Пятый. — Но это хреново.
Они повернули за угол и замерли.
В пяти метрах от них стоял страж. Огромный, в тяжелых доспехах, с длинным извилистым клинком в руке. Он медленно повернул голову в их сторону.
— Вот же… — выдохнула Кейт.
— Серьезно? — Бен скривился. — Самурай?
Катана материализовалась в руке Кейт. В этом она была профи. И рассчитывала, что сейчас ей это пригодится.
Они стояли напряженные, готовые к атаке. И тут вперед рванула Слоун, издав боевой крик.
— А-А-А-А-А-А!
Страж двинулся на нее. Слоун перепрыгнула через его клинок, сделала кувырок в воздухе и приземлилась за его спиной. Выставила руки — гравитация схватила монстра, прижала к полу. Он замер, не в силах шевельнуться.
— Месть ей к лицу, — заметил Бен.
— Не стойте, мазафаки, — бросила Кейт и пошла на тварь.
Пятый сорвал со стены топор, переместился.
Кейт замахнулась, но катана отскочила от доспехов, даже не оставив царапины. Ее клинок мог пронзить все — но не эту броню. Страж отшвырнул ее, и Кейт проскользила по полу на ногах, едва удержав равновесие.
Она рванула снова, прыгнула ему на спину и с размаху вонзила катану в глазницу шлема. Монстр даже не шелохнулся. Катана исчезла из его глаза и вернулась в ее руку.
— У него броня крепкая, — сказала Слоун, отступая.
— У него есть щель между пластинами, — заметила Кейт, уворачиваясь от очередного удара. — Нужно зайти сзади.
— Замочим эту тварь! — Слоун выпрыгнула из укрытия, пробежала по стене.
Страж метнул в нее нож. Лезвие задело ее по касательной, и она рухнула на пол, прижимая руку к плечу.
— Эй, горилла! — Пятый переместился перед монстром, отвлекая его от Слоун. — Иди сюда!
Страж заметил его и отшвырнул, как тряпичную куклу.
Кейт оказалась перед ним. Подняла катану, чувствуя, как лезвие гудит в ладони.
— Дерись на равных, — сказала она, глядя в пустые глазницы шлема. — И не обижай маленьких детишек.
Страж двинулся на нее. Его катана встретилась с ее в ослепительной вспышке стали. Кейт блокировала удар, но сила была чудовищной — ее отбросило на шаг. Она рубанула в ответ, целясь в щель между пластинами, но страж был быстрее. Его клинок скользнул по ее руке, распарывая рукав и кожу, и катана вылетела из ослабевших пальцев. Кейт отлетела к стене, ударилась спиной и сползла вниз, чувствуя, как кровь заливает левую руку.
Из-за стиральных машин вырвались щупальца. Бен вышел из укрытия, и его тени схватили стража, сжали, не давая двинуться. Пять секунд. Монстр разрезал щупальца, и Бен застонал, оседая на машинку.
Страж двинулся к нему. Кейт видела, как Пятый подходит сзади, заносит топор и со всей силы обрушивает его на незащищенную спину монстра, туда, где пластины сходились в уязвимую щель.
Страж рухнул на колени. Потом завалился на пол.
Кейт поднялась, опираясь о стиральную машину, и пошатываясь подошла к Пятому. Слоун села на полу, глядя на мертвого стража.
— Ух, — Кейт выдохнула, пытаясь унять дрожь в руках. — Да мы как «Отряд самоубийц», только без бюджета.
Пятый перевел взгляд на ее руку, с которой капала кровь.
— Нужно уходить, — сказал он.
---
Они спустились на первый этаж почти одновременно с остальными. И там был Клаус. Живой, целый, в своей дурацкой шляпе.
Кейт рванула к нему и обняла так, что он охнул.
— Мазафака, — сказала она, отстраняясь. — Еще раз сдохнешь — и я не буду возить тебя больше с собой. Ясно тебе?
— Ой, Кетти, — Клаус расплылся в улыбке. — Приятно, что ты волновалась.
— Клаус, — подошел Пятый.
— Выглядите кошмарно, — заметил Виктор, глядя на них с Кейт.
— Сам попробуй стража убить, — буркнул Пятый.
— Только что убил, — ответил Виктор.
— И мы тоже, — сказал Диего.
— Клаус, — Кейт все еще не отпускала брата. — Я думала, ты отдал коньки.
— Да, я живой и кле-е-евый, — он взялся за голову. — Хотя папа пытался вышибить мне мозг. Но отложим трогательную встречу. Сейчас вам, ребята, надо знать: это папа убил Лютера.
Кейт замерла.
— Это он запер передо мной туннель, — продолжал Клаус, и голос его становился жестче. — И это он позвонил в этот дурацкий звонок!
Он указал на колокольчик на стойке.
Все повернулись к отцу. Реджинальд стоял у колонны, делая вид, что изучает книгу.
— Что у тебя за план, старик? — спросил Пятый, подходя к нему.
— На это нет времени! — рявкнул отец.
— Ты убил ЛЮТЕРА! — Слоун вышла вперед, и в голосе ее звенела такая боль, что Кейт стало не по себе.
— У меня не было выбора, — отец даже не поднял головы. — Вы отказались идти все вместе.
— Все эти твои тупые легенды, — Бен шагнул к нему. — Не было ни семи колоколов, ни норвежцев. Ты привел нас умирать!
— Это не так. Где-то в отеле есть ключ для перезагрузки вселенной. Просто надо найти сигел.
— Плевать на сигел! — Слоун повысила голос. — И остальным тоже!
— Мы едва удрали от стража с его дурацким серпом, — сказал Диего.
Кейт заметила, что Пятый пошел вверх по лестнице. Она побежала за ним.
— Пятый, ты куда?
— Сейчас… — он говорил так, будто вот-вот откроет новую формулу по физике.
Он поднялся на середину лестницы и остановился, глядя на пол. Кейт встала чуть выше, слева от него.
— Я нашел сигел, — сказал он. — Он на…
Звук бьющегося стекла. Кейт обернулась — и все стало двигаться как в замедленной съемке. Страж летел на них сверху, его клинок был занесен для удара.
Катана материализовалась в руке Кейт раньше, чем она успела подумать. Она вскинула ее, и два клинка встретились. Волна белого света ударила от места их соприкосновения, отбросила стража вниз, на первый этаж, а Кейт — на лестницу.
Она ударилась спиной о ступени, скатилась на несколько пролетов и замерла. Открыла глаза. Почему-то стало тяжело дышать. Она посмотрела на руку — она была в крови. Из живота тоже лилась кровь, теплая, липкая. Ее буквально рассекли. Страж достал ее.
Кейт не сопротивлялась. Она смотрела на семью внизу — на Слоун, которая поднялась и снова вступила в бой со стражем, на то, как она теряет силы, на то, как появляется Лютер — живой, с перевязанной грудью, но живой, — как он перехватывает клинок стража.
— Никто не трогает мою жену, — говорит он, поднимает монстра в воздух и швыряет через весь зал.
Кейт видит, как Лютер и Слоун обнимаются. Как Лютер говорит что-то отцу. Как отец отвечает. Она не разбирает слов. Только видит их лица, расплывающиеся, как акварель.
Пятый на втором этаже. Что-то с рукой — кажется, одной руки у него нет. Но он стоит. Смотрит на нее. Она видит его глаза — зеленые, испуганные, такие, какими она их никогда не видела.
— На секундочку, — шепчет она себе. — Просто на секундочку.
Закрывает глаза.
Кто-то зовет ее. Голос пробивается сквозь вату, сквозь темноту, сквозь кровь, которая все течет и течет по ступеням.
— Кейт. Колючка.
Она открывает глаза. Пятый стоит на коленях рядом. В одной руке. Лицо бледное, губы дрожат. Кейт улыбается ему — слабо, едва заметно.
— Пятый, остался ты! — кричит снизу отец. — Скорее!
Кейт видит звезды, выложенные на полу первого этажа. Сигел. Тот самый.
Она кладет руку на щеку Пятого. Кожа холодная, но живая.
— Иди, — шепчет она. — Скорее.
По его щеке катится слеза. Его губы дрожат. Он напряжен, сжат, будто вот-вот разорвется.
— Теперь ты как пират, — шепчет Кейт, глядя на его обрубок.
Он наклоняется. Целует ее. Последнее, что она чувствует, — его губы, соленые от слез, и его шепот, пробивающийся сквозь темноту:
— Я люблю тебя, колючка.
А потом — ничего.
---
Свет ударил в лицо резко, бело, как в операционной. Кейт открыла глаза. Она лежала на бетонном полу, в каком-то бункере. Стены серые, лампы дневного света, запах машинного масла и металла.
Она села. Осмотрела себя. Ни царапины. Живот цел, рука чиста. Она провела ладонью по лицу — сухо. Кровь исчезла.
Где Кроули, если она здесь?
Она встала, огляделась. Бункер был большим, заставленным какими-то ящиками, стеллажами с книгами, бутылками со святой водой. В углу — клетка, в которой никого не было.
Голоса. Сбоку, за стеной.
Кейт подошла к двери, прислонилась к косяку.
— Слушай внимательно, — голос был низким, тяжелым, с хрипотцой. — Ты сейчас назовешь имена всех одержимых демонами.
— Да что ты, — ответил другой голос, и Кейт узнала его сразу. — Я буду не я.
Кроули.
— Я видел, как ты дал слабину, — продолжал первый. — Я ведь почти исцелил тебя. Возможно, в тебе проснулась человечность.
— Бла-бла-бла-блу, — передразнил Кроули. — Я кончил. Хорошо. А теперь слушай ты. Я вам не скажу ни хрена. С чего бы? Вам нечем на меня надавить. Могли бы запечатать ад — уже бы запечатали. Хотели бы убить — убили бы. А что еще?
— Есть кое-какие идеи, — сказал третий голос, и Кейт узнала и его. Сэм.
Трое. Кроули и двое, которые его допрашивают.
— Пытки? — Кроули усмехнулся. — Блеск. Не терпится увидеть Сэма на шпильках в кожаном бюстье. Жду не дождусь, когда наш душка Сэм удалится в БДСМ. — Он хохотнул. — Мальчуги, ну что такого вы можете мне сделать, чем я сам себя не баловал вечерком по пятницам?
Молчание.
Кейт сделала шаг назад. Винчестеры. Они здесь. С Кроули.
Шаги. Они шли к выходу. Кейт метнулась в тень, прижалась спиной к стене. Дверь открылась — и один из них замер, глядя прямо на нее.
Дин. Она узнала его сразу — тот же взгляд, та же жесткая линия рта, только старше, жестче. Сэм шагнул следом, увидел брата, потом перевел взгляд на Кейт.
Пистолет в его руке появился так быстро, что Кейт не успела моргнуть.
— Воу-воу, мальчики, — Кейт подняла руки. — Тише.
Дин схватил ее, заломил руки за спину.
— Вы меня не узнали? — Кейт скривилась от боли. — На хрен я с вами тогда нянчилась в детстве?
— Да, — голос Дина был холодным, чужим. — Не будь ты демоном, Кейт.
— ЧЕГО?!
Дин грубо усадил ее на стул. Сэм подошел с другой стороны, сжимая пистолет.
— Ого, — раздался голос Кроули из клетки. — Ты умерла уже что ли?
— Да тебе только в радость, старик, — рыкнула Кейт, не оборачиваясь.
Винчестеры стояли перед ней, и их лица были жесткими, чужими.
— Вы серьезно думаете, что я демон? — Кейт смотрела на них, пытаясь найти хоть каплю узнавания. — Какая лошадь это сказала?
— Папа, — ответил Дин.
Кейт замерла. Джон. Она просила Бобби. Просила рассказать Джону. Просила объяснить мальчикам, кто она.
— Иначе почему ты не повзрослела? — спросил Сэм, и в его голосе не было сомнений.
— Слушайте, думайте что хотите. — Кейт выпрямилась, насколько позволяли связанные руки. — Я объясню. Только отцепите меня. Я не демон. И не была им.
— Тогда что ты здесь делаешь? — Дин повысил голос.
— Из-за маленькой сделки с этим ушлепком, — Кейт кинула взгляд на Кроули.
Она посмотрела на них. На Сэма и Дина, которые когда-то были мальчишками, которых она учила стрелять, различать оборотней по запаху крови, не бояться темноты. Они выросли. Стали охотниками. И теперь смотрели на нее как на врага.
— Господи, — сказала Кейт, и голос ее дрогнул. — Как же я скучала, парни…
Она замолчала. В комнате повисла тишина. Сэм и Дин переглянулись. Кроули тихо засмеялся где-то в углу.
А Кейт смотрела на них и думала о том, что где-то там, в другом времени, Пятый стоит на звездах, перезапускает вселенную, теряет ее и выигрывает, и, может быть, у них еще есть шанс.
Если она выберется отсюда.
Если они ей поверят.
Если это вообще реальность, а не очередная ловушка, подброшенная умирающим сознанием.
Кейт выпрямилась, подняла подбородок.
— Меня зовут Кейт Харгривз, — сказала она, глядя на братьев. — Я та, кто сидела с вами вместе с Бобби, когда Джон был занят охотой. Та, кто учила вас стрелять и молиться на латыни. Та, кто держал вас на руках, когда вы плакали. — Она перевела взгляд с одного на другого. — Я не демон. И если вы меня убьете, то убьете единственного человека в этой комнате, который действительно хочет вам помочь.
Винчестеры молчали. Сэм опустил пистолет. Дин ослабил хватку на ее плече.