Паутина

Полумрак спальни, окна которой были надежно скрыты от любых посягательств пронырливых лучей, взрезал оглушающий рингтон. К ужасу одного из слушателей, владелец не собиравшегося замолкать устройства талантливо притворялся спящей вечным сном мумией из древней пирамиды. Он так громко и преувеличенно сопел, что мог провести только кого-нибудь не слишком искушенного в делах лицедейства — а консультант Мерфи к таковым не относился. Не открывая глаз, он пихнул Марка локтем.

— Убирайся. Вместе с ним.

Марк схватил подушку за один край, завернулся в нее и буркнул откуда-то из центра своего укрытия:

— Пять минут.

— Сейчас же.

Послышалась непереводимая игра явно нецензурных слов, и к тумбочке потянулась крепкая рука. Марк незамедлительно получил не только тычок локтем, но и пинок коленом.

— Иди отсюда и проклинай их за пределами спальни.

Меньше всего на свете капитану Аддамсу хотелось лишать себя уютного тепла и ощущения разморенного после жаркой ночи тела под боком, но и нарушать покой все еще пребывающего в полудреме Адриана ему не хотелось. Ворча под нос брань на известном ему одному языке, он вышел из спальни, не удосужившись накинуть на себя пижамные штаны, — и сразу убедился, что Адриану точно не надо было слышать этот разговор. От слуха консультанта Мерфи вряд ли ускользнул бы бодрый голос сержанта Шайнера, оглушивший не только Марка, но пару пролетавших мимо окна птиц:

— Капитан, доброе утро! — секундная пауза, и он поспешил добавить. — Хотя не такое уж оно и доброе! Срочно отойдите от консультанта Мерфи!

Мысленно Марк задался вопросом, как работает голова этого парня, и по каким причинам он путает последовательность событий для предотвращения гипотетической катастрофы, но вслух лишь распорядился:

— Докладывай.

— Я сейчас отправлю вам адрес, мы все туда выезжаем, как можно скорее. Тройное самоубийство студентов.

— И причем здесь Адри... Консультант Мерфи? Почему ему не надо об этом знать?

— Дело в том, что —- Дилан замялся и понизил голос. — Все трое были студентами господина Ноэра. Выпускники с его факультета.

Едва успев порадоваться тому, что сержант Шайнер догадался начать говорить тише, Марк остолбенел. Его еще не до конца пробудившийся мозг не успевал за событиями, и он спросил скорее по инерции:

— Как вы узнали?

— Они записали это на камеру. Патрульный, который обнаружил тела, нашел еще и устройства для записи, запустил одно из них. Короткое видео. Вроде как признание, где прозвучала фамилия Ноэра. Но этот полицейский так сбивчиво объяснял, что я почти ни черта не понял, так что ясно станет только на месте.

— Ясно, сержант. Жду адрес.

В гостиной вновь воцарилась мирная тишина. Марк потер глаза и ругнулся под нос. Было что-то фундаментально неправильное в том, что Кристиан Ноэр даже после собственной смерти не давал полицейским покоя. Словно насмехался и своей смертью указывал на упущение в расследовании.

Когда Марк вернулся в спальню, Адриан лежал ровно посередине кровати, недвусмысленно давая понять, что обратно в нее пускать никого не намерен. Капитана Аддамса при взгляде на эту картину охватило двойственное ощущение. С одной стороны, консультант Мерфи в это мгновение был по-особенному притягательным, а трогательность вырабатывал в таких объемах, что у капитана щемило сердце. С другой, в сердце Марка проснулось необъяснимое беспокойство. Стремясь отогнать последнее, капитан Аддамс наклонился, потрепал Адриана по волосам и тихо проговорил:

— Консультант, у меня вызов. Надо ехать.

— Угу.

— Меня не будет весь день.

— Мгм.

Марк негромко цокнул. Он, между прочим, успел посмотреть с Адрианом не одну дораму и точно знал, как должен поступать в таких случаях человек, чья пара собирается оставить его на весь день! Но некий павлин правильному сценарию следовать наотрез отказывался и вообще пытался вновь уснуть. Возмущенный подобным развитием событий капитан Аддамс повел себя, как и полагается взрослому серьезному полицейскому.

Он зажал Адриану нос и вкрадчиво предупредил:

— Я не отпущу тебя, пока не скажешь, что будешь по мне скучать.

— Как я скажу, — прогнусавил Адриан. — Если из-за тебя задохнусь?

— Резонно, — согласился Марк и убрал пальцы. — Я дал тебе аванс, а теперь жду вознаграждение.

— Невозможный.

Только после третьего поцелуя, «Я буду скучать, честно» и «Мог бы и побриться ради приличия» совесть капитана Аддамса вернула управление над его телом. За десять минут он принял человеческий облик, упаковался в форму и отбыл на место преступления. Где его благожелательному настрою предстояло улетучиться до обидного быстро.

Все произошло в одном из старых корпусов Университета Джоувера. После того, как Университет выстроил для себя несколько новых зданий, это передали в управление муниципалитету — а тот, в свою очередь, перевел его в статус коммерческой недвижимости. Затем его продали частному владельцу. Теперь большая часть помещений сдавалась в аренду небольшим фирмам, чей род деятельности был весьма разношерстным. Эту общую информацию капитан Аддамс получил от Дилана по пути — а теперь же Марк подныривал под заградительную ленту, чтобы осмотреться.

Тел было трое. Девушка сидела у стены, и выглядела так, словно просто сползла по ней от усталости. Голова неловко завалилась набок, прядь волос прилипла к губам, руки лежали на коленях. В шаге от нее, у письменного стола сидел молодой человек, чья поза тоже выглядела подозрительно естественно: одна нога вытянута, вторая полусогнута, на колено запрокинута рука. Дальше всех, у окна, подтянув колени к груди, лежал еще один мужской труп. Все выглядело так, словно кто-то разбросал вокруг изломанные цветы, уже начавшие увядать.

Но самым примечательным в этой мизансцене были не тела — Марк повидал достаточно, чтобы давно не удивляться трупам, — а оборудование. Переносные источники питания, спутанные провода, дешевая видеокамера на штативе, установленном так, чтобы было видно всех троих людей.

Беспокойство Марка отчего-то стало сильнее.

— Отвратительного всем начала дня! — оповестил он о своем прибытии. — Какие новости?

К нему повернулись Фрэнк и Дилан, и капитан Аддамс внутренне похолодел. Выражения их лиц были кислыми и мрачными. Марк удрученно приказал:

— Переходите сразу к плохому.

— Передозировка «Грезами наяву», — произнес Фрэнк. — Судя по симптомам — оригиналом. Следов борьбы — ноль. Никаких отметин на телах. Это или какой-то гений инсценировки, или все трое действительно совершили самоубийство добровольно и в одно время, если судить по состоянию тел. В районе полуночи.

— Запись смотрели?

— Пока нет, ждали вас, — Дилан покачал головой. — Но я успел взять показания у патрульного, он повторил слово в слово все, что я вам передал.

— Давайте сюда видео.

Дилан подал знак одному из криминалистов, и тот подошел вместе с устройством, надежно удерживая его обтянутыми в перчатки руками. Нажал кнопку воспроизведения — и с каждой секундой просмотра сердце Марка становилось все тяжелее, настойчиво пытаясь камнем провалиться в желудок.

Девушка сидела в центре, молодые люди — по обе стороны за ее спиной, словно рыцари, готовые защищать принцессу. В какой-то мере так и было: они не произнесли и звука, пока она уверенно и твердо говорила:

«То, что вы сейчас смотрите — не фейк и не попытка надавить на жалость. Не сомневайтесь в достоверности видео. В нем нет и капли монтажа. Это манифест. Каждое из тех действий, которому вы станете свидетелями, — наша попытка пробудить общественность и призвать вас на помощь. Мы хотим заявить о некомпетентности полиции! Пока их отделы по работе с общественностью осыпают нас сообщениями о пойманных преступниках и доблести полицейских, настоящее зло остается на свободе! И многие готовы помочь этим демонам! Мы знаем, о чем говорим! Совсем недавно при странных обстоятельствах погиб наш любимый учитель, настоящий гений. Кристиан Ноэр умер, а его убийца до сих пор не пойман. Полиция молчит и бездействует, а наш ректор пытается скрыть сам факт смерти господина Ноэра. Мы пытались призвать ректорат к ответу, но от нас отмахнулись. Ведь кто мы такие, чтобы бороться с людьми, обладающими властью? Но у нас тоже есть власть! Воздействовать на умы так, как мы умеем!».

Как по команде, трое людей в кадре вытянули вперед правую руку, в которой держали прозрачный пузырек, доверху наполненный таблетками уже знакомого полицейским цвета.

«На ваших глазах мы примем фатальную дозу средства, известного в городе как «Грезы наяву». Не первый месяц из-за него гибнут люди, но и об этом полиция молчит! Теперь не получится! Мы делаем это ради нашего учителя, ставшего когда-то для нас маяком и примером. Мы отправимся к нему и вместе будем хохотать над тем, как полиция корчится в попытках спрятаться очевидное. Господин Ноэр, за вас!».

Они съели таблетки так, будто это были обычные леденцы. На этом месте запись обрывалась.

Марк нахмурился.

— Не могу понять, стоит паниковать или нет.

— Теоретически, можно начинать, — «утешил» его Дилан. — Один из проводов, судя по всему, был подключен к внешнему носителю. Но самого устройства здесь нет.

— Равно как и следов пребывания четвертого человека, — добил капитана Аддамса известием один из криминалистов. — Так что у вас тут действительно гений. Ну или некто, владеющий левитацией.

— И кто-то очень близкий к Паркеру, — пробормотал Марк. — К начальству Ноэра или к Отделу.

В видео был один момент, который особенно сильно зацепил Марка — а именно упоминание о том, что ректорат Университета хотел скрыть факт смерти Ноэра. Потому что эта деталь полностью соответствовала действительности. Таким стало решение, принятое по обоюдному согласию между Бюро и Университетом. До тех пор, пока не стало известно имя стрелявшего или организатора убийства Ноэра, не стоило слишком сильно распространяться. Но каким-то непостижимым образом три обычных студента получили доступ к информации, считавшейся закрытой.

Спустя секунду Марк чертыхнулся, но ни капли не удивился входящему от полковника Паркера.

— Какого у вас там творится?! — Рассел Паркер орал так, что Марку пришлось убрать телефон от уха на приличное расстояние. — Что за херня с самоубийством?Сейчас же тащите свои задницы в Бюро!

Это была вся информация, которую полковник посчитал нужным сообщить, но Марку и не требовалось большего, чтобы сделать выводы. Которые оказалось легко подтвердить, прибыв спустя сорок минут в Бюро, где все телефоны звонили одновременно, а сотрудники носились с этажа на этаж с такими лицами, будто их только что пообещали массово отправить на смертную казнь.

Никогда еще конференц-зал Бюро не видел столько капитанов Отделов одновременно, как в этот день. Впрочем, высшее руководство в таком составе тоже здесь появлялось редко — включая директора Бюро, полковника Леонарда Минтерри. Он и был тем, кто запустил на проекторе попавшую в интернет запись. Хронометраж ролика составлял примерно треть от видео, не так давно просмотренного Марком, но у этой записи была заставка. На ней были запечатлены погибшие студенты, а сам снимок пересекала огромная красная надпись «В их смерти виновато Бюро!».

Полковник Минтерри обвел присутствующих мрачным тяжелым взглядом, и полтора десятка бывалых полицейских присмирели, словно провинившиеся школьники.

— Мне надо говорить, в какой мы заднице? — Минтерри на долгие вступления щедрым быть не собирался. — Сейчас к Бюро и так повышенное внимание, нам с трудом удалось заполучить двух подполковников на давно пустующие места. Мы только что выпустили несколько материалов, где Бюро предстает в лучшем свете. И теперь в сеть попадает... То, что попадает.

— Надо им говорить, — пророкотал Паркер. — Чтобы понимали, что произойдет, если в сети окажутся все остальные части видео. У вас не то, что значки полетят с формы, а головы. Аддамс, тебе с твоей компанией стоит особенно беспокоиться. Потому что я лишусь головы первым, а вас потом попросту некому будет защитить.

— Рассел, погоди, — попытался урезонить его Минтерри. — Они не первый день служат, без запугивания понимают. Да и дело получили только утром. Давай смотреть по приоритетности задач. Наша главная проблема — ролик, оказавшийся в сети. Отделу по работе с общественностью уже пришлось отбиться от десятка запросов. Мне звонил даже министр безопасности, а сказать еще нечего. Ситуацию критичной пока не назовешь, поскольку многие интернет-пользователи все-таки склонны считать видео подделкой. Но мы-то с вами знаем правду. Капитан Икинс, доложите, что известно на данный момент.

— Есть, полковник, — отозвался глава Отдела информационной безопасности. — Сейчас мои парни пытаются отследить сервер, с которого было опубликовано видео. Безоговорочно утверждать рано, но я склоняюсь к тому, что сервер или частный, или зарегистрирован в другой стране. Единственное, что мы сможем сделать до тех пор, пока не найдем первоисточник, — попытаться заблокировать следующую публикацию, если она будет. Но для этого нам нужна будет не только ваша помощь, но и содействие федералов.

Полковник Минтерри кивнул.

— Сделаем. Аддамс, что у вас?

— Докладываю. Две из трех жертв ничем примечательным похвастаться не могут. Девушка — приезжая, в городе родственников нет. Один из молодых людей — стипендиат программы Университета Джоувера, которая предполагает дотации для одаренных детей из сельской местности, также без родни в Джоувере. Правонарушений за ними не числится. Зато третий погибший уже представляет интерес для следствия. До поступления в Университет жил в Хиллброу, там же получил условный срок за хранение и распространение наркотиков. Если у кого и были связи, чтобы раздобыть оригинальные «Грезы», то у него. Но сержант Шайнер уже установил, что вряд ли у погибшего были на это деньги. Его воспитывал отец, сейчас безработный и состоящий на контроле у психиатра. В любом случае, пока только этот парень может считаться хоть какой-то зацепкой.

— Полковник Минтерри, позволите? — вмешался капитан Линч. — Я готов помочь в работе капитану Аддамсу. Хиллброу уже несколько раз фигурировал в нашем расследовании по «Грезам». Мы обнаружили там несколько партий подделок, но тут этот городок вновь появляется уже в связи с употреблением оригинала. Слишком много совпадений, чтобы быть случайностью.

— Парни, тогда отправляйтесь туда, — приказ полковника Рассела поступил мгновенно. — Сегодня же. У вас два часа заехать домой, собрать все необходимое. Здесь следствием будут руководить вице-капитаны Оболенски и Гарсиа. Ну а всем остальным... Сами понимаете. Будем отбиваться от журналистов и пытаться предотвратить катастрофу. Все свободны, кроме сотрудников Отдела по связям с общественностью. Нам с вами еще ломать голову, какое заявление сделать, чтобы выиграть время и не спровоцировать нашего интернет-энтузиаста на новые подвиги. Через полчаса прибудет команда криминальных психологов, будем работать бок о бок.

Слова полковника Паркера отозвались неприятным зудом в затылке Марка. По дороге домой он все прокручивал и прокручивал мысль о том, как бы полезен оказался в этом деле Адриан — и какое оправдание придумать командировке, чтобы не посвящать консультанта Мерфи в ее причины. Ответственная за креативную деятельность часть мозга капитана Аддамса в итоге выразила ему свой однозначный протест и никаких достойных вариантов не предложила. Поэтому Марк пошел путем логики и очевидности.

— Мне надо уехать, — сказал он стоявшему у плиты Адриану. — На пару дней. По работе. Все остальное — тайна следствия.

— М? — Адриан отвернулся от кастрюли, где кипевшее нечто источало невероятно аппетитные ароматы. — Тебе помочь собраться?

— Нет, я сам, — отмахнулся Марк. — Ты даже не спросишь, куда?

— Ты же сам сказал, что это тайна следствия. Если Бюро вынуждено отправить тебя за пределы Джоувера, то дело серьезное. Большего мне и знать не нужно.

Капитан Аддамс, услышав этот вполне разумный ответ, оказался на грани между бесконечной благодарностью за понимание и легким сомнением с оттенком на подозрительность. Как-то уж слишком обыденно, по его мнению, Адриан отнесся к известию о разлуке. Будто...

— Тебе все уже известно, да? — осенило Марка. — Успел прочитать.

Адриан пожал плечами, не переставая помешивать содержимое кастрюли.

— Капитан, как в таком почтенном возрасте можно удивляться скорости, с которой распространяются новости? Интернет пестрит публикациями о появлении видеозаписи. Возможно, я бы не обратил на нее внимания и пролистнул, делая очередной глоток кофе. Но я знал этих студентов. И понимаю, что самое сложное у вас впереди.

Благодарность Марка достигла предела, а свободное время почти истекло. Поэтому он наспех сбросил вещи в дорожную сумку, отнес ее в коридор, а затем вернулся на кухню, чтобы напоследок обнять Адриана, уткнувшись ему носом в затылок. Волосы консультанта Мерфи немного пахли шампунем, его шея — лосьоном, а сам Адриан был окутан облаком домашнего спокойствия.

— Мне стоит волноваться о том, как ты проведешь время в мое отсутствие?

— Ничуть. Особых планов у меня нет. Разве что встретиться с Итаном. Пусть научит меня еще парочке кулинарных приемов. Думаю, он не будет против, а мне новые знания точно пригодятся. В виду, — он предупредительно шлепнул наглую руку развратного капитана, полезшего ему под футболку. — Новых жизненных обстоятельств.

— «Приемов»? Так это он учил тебя готовить, а не ты сам освоил? Зачем же ты тогда выделывался в Отделе?

— Начнем с того, что я не мог упустить возможности «выделаться», как ты выразился, перед привлекательным и соблазнительным капитаном полиции. Следующее. Мне лестно знать, что ты видишь меня настолько одаренным человеком. Но когда я попытался изучить кулинарную науку самостоятельно, мой дебют у плиты обернулся сожженной кастрюлей и срабатыванием пожарной сигнализации. Хотя я всего лишь хотел сварить рис. Да и в принципе готовить я умею не так много.

— Ты скромничаешь или пытаешься нарваться на комплимент?

— Второе, само собой.

Капитан Аддамс разомкнул объятия, отступил на шаг и прижал руку к груди. Брови Адриана при этом не столько поползли вверх, сколько попытались преодолеть законы гравитации и вовсе исчезнуть с его лица.

— О, лучезарный консультант, — продекламировал Марк. — Все ангелы мира обратили на меня свой взор в тот момент, когда разрешили попробовать приготовленное тобой. Список блюд, озаренных прикосновением твоей руки, воистину впечатляет. Да пребудет с тобой сила половника, ножа и сковороды!

У Адриана не было иного выбора, кроме как рассмеяться. Марк воспринял это как сигнал действию, резво встал и притянул консультанта Мерфи к себе.

— Я сделаю все, чтобы вернуться как можно быстрее. А когда вернусь, обязательно скажу тебе кое-что важное.

Адриан вздрогнул и застыл, словно маленькое перепуганное животное, оказавшееся в свете фар. Но Марк то ли этого не заметил, то ли сделал вид — и продолжил:

— Поэтому ты обязан дождаться меня целым, невредимым, без новых неприятности, сомнительных знакомств и любых идей, от которых у окружающих могут встать волосы дыбом. Понял?

— Так точно, — пробурчал Адриан куда-то ему в шею. — На работу хоть можно ездить?

— Можно. И нужно. Также, как и думать обо мне пятнадцать раз в день. Я проверю.

Все возможные ответные слова Адриана бесславно исчезли в поцелуе, и Марк поспешил на вокзал, где они договорились встретиться с капитаном Линчем, — а консультант Мерфи рассеянным взглядом изучал дверь до тех пор, пока не почувствовал исходящий от плиты запах гари.