Паутина

То, что спросонья капитан Аддамс невыносим и опасен для общества, Адриан понял еще при первой их встрече. В дальнейшем Адриан не просто убедился в том, насколько верным оказалось первое впечатление, но опытным путем установил, что недооценил масштаб бедствия. Если раньше не выспавшийся Марк в личном рейтинге Адриана находился где-то между опытным зомби и начинающим демоном, то жизнь под одной крышей раскрыла новые таланты Марка. Получив доступ к таким стратегически важным локациям, как квартира и постель консультанта Мерфи, капитан Аддамс явил особую степень своей монструозности. Сбросив личину приличного полицейского, этот хулиган стал вести себя, как ворчливый брюзжащий дед. Он проклинал солнечные лучи, готов был объявить войну всем на свете будильникам, жаловался на излишнюю твердость ортопедического матраса Адриана – а потом самым нахальным образом сгребал в охапку не успевшего вовремя сбежать консультанта с целями, чрезвычайно далекими от приличных.

Поначалу Адриана поведение Марка даже забавляло. Затем его поясница восстала против подобных утренних тренировок, а позже и вовсе взмолилась о пощаде. Самым очевидным решением Адриану показалось ретироваться из теплой кровати раньше пробуждения капитана Аддамса, но план быстро продемонстрировал свою несостоятельность. Лохматый и угрожающе хмурый Марк ради возвращения беглеца не поленился босиком прошлепать по всей квартире, отыскать нарушителя утреннего закона и вернуть на положенное место.

Тогда консультант Мерфи решил, что примитивные меры – не выход, и прибегнул к хитрости. Не можешь сбежать от плотоядного демона? Переходи в наступление и заставь его сбежать с поля боя! В качестве оружия Адриан избрал самое неожиданное из всех ему доступных — любопытство. Он давно искоса поглядывал на россыпь шрамов, покрывающую торс Марка и пока еще не отважился расспросить об их происхождении. Но на войне, как на войне, и ради сохранения здоровья опорно-двигательного аппарата консультанту Мерфи пришлось прибегнуть к атаке вопросами.

Когда Марк в очередной раз притянул его к себе и толкнулся вперед, откровенно намекая на твердые намерения, Адриан не выказал сопротивления. Наоборот. Он лениво протянул руку, зарылся во взъерошенную копну Марка пальцами и чуть сипло проговорил:

— Существует ли какой-то способ насытить тебя про запас? Я начинаю переживать, надолго ли хватит ресурсов моего тела.

Марк негромко хмыкнул.

— Тобой нет. Так что придется найти особый способ позаботиться о твоем здоровье.

«Вот он, шанс», — мысленно возликовал Адриан. Он небрежно взъерошил и без того лохматые волосы Марка, ловко перевернулся в его объятиях и очутился лицом к лицу с капитаном Аддамсом.

— Кстати, о здоровье, — консультант Мерфи скользнул кончиком пальца по круглому шраму на предплечье Марка. – Если не захочешь, не отвечай... Но откуда они у тебя? Конечно, шрамы тебя украшают. Но ведь за каждым из них стоит какая-то история? Я хотел бы услышать их все.

Это было попадание точно в цель. Адриану ли не заметить такую черту капитана Аддамса, как абсолютное нежелание выставлять достижения напоказ и попусту бахвалиться? Консультант Мерфи не сомневался: за каждой из отметин на сильном теле Марка таится не просто очередной выезд или безликий фрагмент из рабочей хроники. Каждая линия, бледное пятно – свидетель смелого, дерзкого или даже полубезумного поступка. А Марк был не из тех, кто станет рассыпаться в хвалебных одах самому себе, подробно рассказывая происхождение каждого из оставленных на нем следов.

И капитан Аддамс повел себя в полном соответствии с расчетом Адриана. Марк нахмурился, растерял весь возбужденный пыл, пробурчал «Хочу кофе» и резво смылся. Глядя прямо в спину улепетывающего с голым задом бравого капитана Адриан победоносно улыбнулся. Теперь-то по утрам он сможет оставаться неприкосновенным! Хотя бы какое-то время!

«Какое-то время» измерялось в трех с половиной минутах. Когда они истекли, Марк вернулся, бухнулся рядом с Адрианом, притянул обомлевшего консультанта Мерфи к себе и пробурчал:

— Есть два варианта. Какой тебе рассказать, героический или правдивый?

Адриан чуть отодвинулся и, прищурившись, посмотрел на Марка. Одному капитану Аддамсу было известно, что он разглядел в зелени чужих глаз, — но Марк вздохнул и признался:

— Он даже не от пули. Я его заработал, когда мы с Яном учились в полицейской академии. Ночью решили сбежать из общежития ради попойки со студентами из соседнего университета, а на момент побега уже были заметно навеселе. Я не удержался на заборе, грохнулся и напоролся на торчащий из земли штырь.

Марк завершил душераздирающий рассказ и выжидательно уставился на Адриана. Но консультант Мерфи молчал. Растерянно моргал — и безмолвствовал. Примерно на восьмом моргании подряд его мыслительные процессы пришли в норму, и Адриан громко расхохотался. Его смех не прекращался так долго, что на пушистых ресницах консультанта успели выступить слезы, а Марк успел продумать план транспортировки этого негодяя в ближайший темный лес. Лишь когда у консультанта Мерфи не осталось сил на смех, он перевел дыхание и с трудом проговорил:

— Капитан, умоляю. Если каждая твоя легенда будет такой, предупреди меня заранее. Мне надо будет подготовиться.

За свои слова Адриан поплатился незамедлительно — а в последующие дни узнал историю появления почти всех шрамов капитана Аддамса. Скупо, не красуясь — но без утайки отвечая на все вопросы Адриана, — Марк рассказывал о них в полумраке спальни.

О длинной полосе между лопаток, которую Марк получил, прикрывая вице-капитана Оболенски. Они приняли домашний вызов, были уверены в том, что им предстоит всего лишь утихомирить очередного домашнего тирана — но мужчина пребывал под действием амфетаминов. Ян загораживал собой жену и маленького ребенка пары, а отец семейства бросился на них. Марк кинулся ему наперерез — и теперь об этом напоминал след на его спине.

Отметина от пули чуть выше пупка — итог рикошета. Парень, обвиняемый в незаконной продаже оружия, прыгнул через забор со штурмовой винтовкой в руках, и выстрелил. Марк почти увернулся, но стоявший неподалеку контейнер несколько поубавил его оптимизм в тот момент, когда пуля отрикошетила и ранила капитана.

Еще один шрам вновь заставил Адриана рассмеяться. Впрочем, Марк о нем тоже рассказывал со смехом.

— Она клялась, что это «самый послушный мальчик»! Только с послушанием начались проблемы, когда мы задерживали брата хозяйки при ограблении магазина. Никто понял, откуда она там взялась со своей псиной. Но это четвероногое бросилось к Луизе. Пришлось включать рыцаря и спасать юную леди. Крошке Лу достался легкий испуг, мне — следы зубов.

Когда новая волна смеха растворилась между очередным поцелуем, Адриан ласково откинул прядь волос со лба Марка.

— Спасибо, — тихий голос Адриана почти лучился от тепла.

Марк приподнял брови.

— За что?

— Мне интересно и важно знать, что с тобой происходило до того, как мы встретились. И... Я хотел бы находиться рядом, если тебе не повезет получить новые раны.

Адриан сказал эти слова вчера вечером — а сегодняшним утром проснулся в гордом одиночестве. На короткий миг консультанту Мерфи показалось даже, что он и не проснулся вовсе, либо же вернулся из царства сновидений в параллельную реальность. Других хоть сколько-нибудь логичных объяснений тому, что Марка поблизости не обнаружилось, Адриан не находил. Впрочем, не было капитана Аддамса и в поле зрения — равно как и в радиусе, на который распространялся голос Адриана. Ему на ум пришел еще один вариант: инопланетяне все-таки существуют, и они похитили капитана полиции ради проведения опытов по превращению профессионального засони в первостатейного жаворонка. Установить, какая версия имеет отношение к правде, представлялось возможным исключительно опытным путем, и Адриану ничего не оставалось, кроме как встать и отправиться на поиски Марка.

Лишь для того, чтобы нигде не обнаружить капитана Аддамса. Для верности Адриан даже заглянул за диван — на тот случай, если Марк выбрал именно это место для того, чтобы устроить сюрприз, — но там не было и намека на пуговицу с формы капитана Аддамса. Тщательные поиски и логичные умозаключения привели Адриана в гостевую комнату. Он толкнул дверь, вошел — и застыл с выражением лица, достойным оказаться увековеченным на картине «Крик».

Самого капитана Аддамса в гостевой не было. Зато на Адриана с вызовом смотрели две аккуратных под завязку набитых вещами спортивных сумки. Адриан знал их обе: с одной Марк приехал к нему в первый день, вторую привез чуть позже, когда стало ясно, что вещей ему катастрофически не хватает. Адриан тогда предложил ему попросту заказать из интернет-магазина все, что нужно, из-за чего Марк до глубокого вечера с ним не разговаривал, а когда перестал играть в молчанку, прочитал лекцию на тему «Почему не стоит изображать из себя Ричарда Гира, когда тебя об этом никто не просил».

Впервые за много лет Адриан растерялся сильнее, чем фермер, впервые спустившийся в оживленное метро. Если Марк вернулся к себе — что было предсказуемо, потому что срок их странного «контракта» с Эвелиной подошел к концу, – то почему его вещи до сих пор здесь? Но если они были в гостевой, то Марк никуда пока еще не возвращался — в таком случае куда он мог деться? Нет, его могли вызвать по срочному делу – но почему Марк его не разбудил? Странное с его стороны поведение в такой день...

Поймав себя на мысли о «таком дне», Адриан тут же свернул всю бурную аналитическую деятельность. Не было в сегодняшней дате ничего особенного. Подумаешь, его день рождения — и что с того? Конечно, в детстве Адриан с нетерпением его ждал, и каждый год родители устраивали незабываемый праздник. Но с тех пор, как Джозефа Мерфи не стало, все празднование Адриан сводил к обеду вместе с матерью, а новым знакомым не удосуживался даже сообщить дату своего появления на свет. Марк, естественно, знал о ней, и где-то в глубине души Адриан надеялся и ждал, что капитан его поздравит. Но логика и здравый смысл подсказывали, что не стоит ждать подобного после того, как лично говоришь «Мне ничего не нужно» и «Обычный день, что в нем такого?». Так Адриан и подумал, хотя его все-таки охватило чувство легкого разочарования. Ему сложно было отрицать: реши Марк удивить его и поздравить, Адриана это по-настоящему бы порадовало.

Консультант Мерфи пребывал в смешанных чувствах и все еще разглядывал багаж Марка, когда зазвонил его телефон.

— Консультант, не разбудил? Я тебе сейчас скину адрес, срочно приезжай. Дело по твоей части, нужна помощь.

— Марк, я...

— Все, ждем тебя.

Марк повесил трубку и повергнул консультанта Мерфи в состояние, близкое к прострации. В котором он пребывал до тех пор, пока не подъехал к нужной локации. Судя по тому, что Адриан успел прочитать в такси, преступление произошло в недавно открывшемся ресторане. Вряд ли криминальная атмосфера способствовала будущему успеху бизнеса, и владелец вызывал искреннее сочувствие.

Адриан вышел из машины, огляделся — заметив несколько знакомых машин сотрудников Бюро, — и направился ко входу. Толкнул дверь здания, над которым пока еще не было вывески...

— Сюрприз! — послышался громкий хор голосов, а через секунду Адриана с ног до головы обсыпало конфетти.

От изумления Адриан подпрыгнул на месте. Дилан и Луиза, Ян и Фрэнк, Эвелина и Марк: хорошо знакомые и близкие Адриану люди стояли перед ним с шарами, тортом и ярко оформленными свертками. Но самым странным в представшей взгляду Адриана картине был человек, которому сейчас следовало находиться совсем в другой части страны.

— Итан, — Адриан не скрывал изумления. — ты здесь откуда?!

— Ради приличия изобразил бы, что соскучился.

Отделяясь от толпы, вперед вышел молодой человек ненамного старше Адриана. Забавно сдув с лица непослушную прядь кудрявых волос, он сцапал Адриана в объятия и обнял его так, что у консультанта Мерфи отчетливо хрустнули позвонки.

— Вот так надо было сделать, — оповестил Итан. — Что касается твоего вопроса, то... Добро пожаловать в мой новый ресторан!

— Ты серьезно?!

— Давно об этом думал. Да и вообще не отказался бы перебраться к вам поближе. В Джоувере мне нравится куда больше. Но давай об этом потом? Мы собрались не про мою честь. Так что пойдем-ка праздновать!

Адриана закружило в кольце объятий, поздравлений и пожеланий. К моменту, когда он оказался в распоряжении Эвелины, консультант Мерфи уже сомневался в возможностях своего вестибулярного аппарата. Но благородный зеленоватый оттенок его кожи, отлично сочетающийся с оттенком глаз, напор Эвелины не убавил ни на градус. Она подхватила сына под локоть, уволокла его в дальний угол, усадила перед собой и впилась в него пристальным прожигающим взглядом. Адриану стало не по себе: последний раз госпожа Мерфи так разглядывала его, узнав о купленном втайне от нее мотоцикле. Вспомнив все приобретения последнего времени, Адриан не обнаружил среди них сомнительных и подозрительных, поэтому спросил прямо:

— Мама, что с тобой?

— Пытаюсь понять, кого я вырастила, — заявила Эвелина и откинулась на спинку стула. — Критически оцениваю, правильный ли вывод сделала.

— Не поделишься с именинником?

— Как будто я и без твоей просьбы этого бы не сделала. Так что слушай меня, ребенок. И не перебивай. Я вижу, что вырастила самодовольного наглеца, который даже на выдуманное место преступления заявился в рубашке из последней коллекции. Еще я вырастила мужчину, которому не повезло столкнуться с ранней деменцией, из-за чего он не позвонил мне и не назначил время нашего обычного обеда.

— Мама! Ты же сказала, что будешь занята, и нам придется перенести!

— Это сейчас не важно! Сам видишь, чем именно я была занята. И вообще, мы не об этом говорим, не перебивай. Еще я вырастила безумца, который способен в кратчайшие сроки найти на свою голову беды и приключения всех мастей.

— Благодарю за такое количество комплиментов и поздравлений. Я могу идти?

Адриан начал подниматься, но хлопнулся обратно на стул сразу после того, как Эвелина приказал:

— Сидеть! Я не договорила, — Адриан показательно закатил глаза и положил ладони на колени, словно прилежный ученик. Эвелина фыркнула и продолжила. — Еще я вырастила прекрасного мужчину с очень добрым сердцем. Умного, смелого и открытого. Мужчину, к которому тянется множество замечательных людей. Я успела достаточно узнать твоих друзей из полиции, поэтому даже не спорь. К плохому человеку они бы не прониклись. Беда в том, что я не уверена, есть ли в этом моя заслуга. Мы с отцом дали тебе все, что имелось в нашем распоряжении, но сделал ты себя сам. И я тобой горжусь, мой замечательный сын. Который еще и заполучил себе шикарного мужчину. Не вздумай его потерять. Вынудишь его сбежать, я лично тебя из-под земли достану и отхожу ремнем.

— Мама, ради справедливости я напомню. Мне исполнилось двадцать пять. Не самый подходящий возраст для обращения к ремню в качестве наказания.

Эвелина ухмыльнулась.

— Конечно, вы с капитаном наверняка осведомлены о более интересных способах использования ремней.

— Мама!

— Все, — Эвелина замахала на него руками. — Иди к нему. И поблагодари как следует. Все происходящее — его рук дело.

— Ты серьезно? — удивление Адриана было неподдельным. — Сюрприз устроил Марк?

— От начала до конца. Потом тебе расскажу, чего ему это стоило. Все, он тебя заждался. Только сначала обними мать, она это тоже заслужила.

Медлить с выполнением просьбы консультант Мерфи не стал и бережно заключил Эвелину в кольцо рук. Эвелина, которая давно была заметно ниже сына, на мгновение крепко к нему прижалась, а потом ущипнула за талию и оттолкнула.

— К черту сантименты. Меня там сангрия заждалась.

— Я люблю тебя, мама. Помни об этом.

— Еще бы не любил такую шикарную мать, как я!

Четверть часа спустя компания наконец разместилась за столом. Готовил сегодня Итан: с восемнадцати лет он строил карьеру повара, год назад открыл свой первый ресторан, а сейчас расширял сеть по стране. Он был по-настоящему талантлив, а внешний вид и аромат блюд служили тому наглядным доказательством. К кулинарному таланту прилагалась не менее эффектная, чем у Адриана, внешность: широкие плечи, бронзовый загар, пронзительно-голубые глаза и густые золотистые кудри. Казалось, из ресторана Итан может отправиться прямиком на обложку журнала — и данная особенность брата Адриана не ускользнула от внимательного взгляда Крошки Лу. Она благоговейно смотрела на Итана, стремясь уловить и запомнить каждое его движения. Для полноты эффекта не хватало только ослепительно сияющих в ее глазах звездочек — и чем завороженнее становилась Луиза, тем быстрее мрачнел Дилан. В определенный момент Марк не выдержал и ткнул подчиненного кулаком в бедро.

— Сил моих больше нет, — оповестил капитан Адамс обиженного до глубины души Дилана. — Или ты зовешь ее на свидание прямо сегодня, или я лишу тебя премии до конца года.

— Капитан!

— Покапитанкай мне тут. Все понял? Сегодня же!

— Есть, капитан!

— Так-то лучше, — победоносно заявил Марк и переключил внимание на Адриана. — Эй, виновник торжества. Все хорошо? Тебе все нравится?

— Марк. — Адриан протянул руку и под столом сжал пальцы капитана Аддамса. — Спасибо. Ты невероятный.

— Да ладно тебе, — Марк пытался изображать безразличие, но гордо расправил плечи. — Мне ничего это не стоило.

— Не говори так. Ты постарался. Даже привлек к процессу, хм... Как же ты его назвал? — Адриан постучал указательным пальцем по губам. — Ах, точно. Моего еб...

— Не смей! — Марк закинул Адриану в рот кусочек говядины, заставляя его замолчать. — Забудь! Никого я не называл. Этого не было. Тебе все приснилось. И вообще, если хочешь, можешь дома вознаградить меня за старания. Я не откажусь.

Готовый расхохотаться Адриан прожевал кулинарное подношение и улыбнулся.

Но времени для благодарностей суждено было наступить еще не скоро. Сначала всем блюдам, вышедшим из-под руки и ножа Итана, предстояло пройти через уничтожение под аккомпанемент из похвалы и комплиментов. Затем капитану Аддамсу пришлось вытаскивать Дилана из подсобки, где он репетировал речь, с которой хотел обратиться к Крошке Лу. Монолог оказался настолько пронзительным, что Марк не выдержал, выудил из толпы празднующих сержанта Грин и подтолкнул ее к Дилану.

— Это безнадежно. Cержант, действуй сама.

Мера была сомнительной и рисковой — но уехали Луиза и Дилан вдвоем. Сразу после того, как удалось проводить Яна, который по неизвестным причинам взял на себя обязанности семейного психолога и выдал Марку десяток рекомендаций, призванных обеспечить мир и гармонию в отдельно взятом доме. Затем Адриан и Марк трижды пообещали Эвелине, что навестят ее при первой возможности, — и только после этого смогли отбыть домой.

Где разложили подарки, букеты — а потом Адриан резко развернулся и перешел в наступление.

— Я видел вещи. Что это значит, Марк?

Марк сунул руки в карманы и опустил глаза. Отрицать очевидное смысла не было, и он прибегнул к чистосердечному признанию.

— Я планировал уехать. Срок нашего договора с твоей матерью подошел к концу. Эту ночь я проведу здесь, а завтра уеду к себе.

Добрых половину минуты Адриан прожигал в Марке дыру, после чего вздохнул и проследовал в гостевую комнату. Вышел консультант Мерфи с двумя сумками наперевес — и вместе с ними скрылся в своей спальне, игнорируя капитана Аддамса. Вновь Адриан предстал перед ним уже без багажа — зато с блестящей вещицей в руках. Марк опомниться не успел, когда предмет неизвестного происхождения полетел в его сторону. Капитан Аддамс ловко перехватил «снаряд» — и обнаружил, что его роль выполняли ключи от квартиры. С именным, явно сделанным на заказ брелком.

— Я взял твои вещи в плен. Они будут моим залогом в наших с тобой переговорах.

— Да? — Марк изогнул бровь, не прекращая изучать ключи. Хотя Адриан и раньше выдал ему отдельный комплект, сейчас ситуация была иной. Это ключи были не просто возможностью попасть в квартиру — они предназначались специально для Марка и значили куда больше. — О чем ты хочешь переговорить?

— Я предлагаю тебе продление контракта. На бессрочный период. Но учти, что эта должность не предусматривает оплаты, кроме как моим вниманием, чувствами и телом. И машиной в качестве бонуса. Тебе подходят такие условия? Или мне нужно пригласить юриста, чтобы он помог нам с обсуждением деталей?

Ключи с гулким звуком упали на пол. На лице Марка, который чересчур медленно поднял голову, читалось замешательство, щедро приправленное еще не до конца осознанной радостью.

— Консультант... Это... Я... Ты не торопишься? Не произойдет так, что ты уже к полуночи ты пожалеешь?

— Нет, — Адриан помотал головой. — Марк, как ты думаешь, сколько времени тебя ждали ключи, которые теперь валяются у тебя под ногами?

Марк спохватился, подобрал комплект и зажал его в ладони. Крепко, до побелевших костяшек — словно готов был сражаться с любым, кто рискнет их отобрать. Включая Адриана. У которого от этой картины невероятно потеплело на душе. Он подошел к Марку и положил ладонь на его щеку.

— Капитан, я ни мгновения не сомневался в принятом решении. В моей жизни не было человека, которого я хотел бы пригласить стать ее частью. А потом случился ты. Я готов попробовать. И я не хочу тебя отпускать. Но я пойму, если ты будешь против и откаж...

Все оставшиеся реплики консультанта Мерфи не понадобились и потерялись в бесконечно долгом поцелуе. Когда рубашка Адриана сиротливо повисла на локтях, а сам консультант с трудом держался в прямом состоянии, Марк чуть отстранился и прошептал:

— С днем рождения, мой консультант.

— Если я скажу тебе, что ты мой лучший подарок, это прозвучит слишком сопливо?

— Это прозвучит именно так, как мне хотелось бы услышать, — Марк потерся носом о его висок. — Только мне кажется, что лучший подарок получил все-таки я.

— Устроим соревнование.

— Есть идея получше, — Марк обдал шею Адриана горячим дыханием, и консультант Мерфи непроизвольно запрокинул голову, открываясь навстречу. На его шее сомкнулись острые зубы капитана, и Адриан коротко застонал. С какой-то точки зрения его праздник только начинался.

И не заканчивался до тех пор, пока после «Кажется, я больше не могу» капитан Аддамс над ним не сжалился.