Приятно познакомиться.
Через получасового ожидания преподавателя, студенты наконец-то попали на пару, рассевшись в аудитории. Каминари и Сэро давно сидели с остальными, просматривая книгу и шипя недовольно, когда видели какую-то сложную схему или чертёж. Парни знали, что идут на факультет Строительство и архитектура, но не предполагали, что много чего им придётся учить долго и усердно, если будут не понимать.
Педагог начал вести лекцию, не дожидаясь остальных, ведь те зайду и сядут, и если что перепишут у других. Тем более старосты передали, что они скоро будут. Кацуки ждал только одну парочку, чтобы понять, какая точка поставлена в их отношениях. И его не заставили долго ждать. В помещение сначала тихо зашёл Мидория, кивнув в знак извинения, когда его заметил педагог. Омега искал глазами, куда сесть, после чего поднялся к компании Бакуго и сел прямо перед блондином. Через пару минут прибыл в аудиторию и Тодороки, махающий на себя веером из тетради. Он метнул взгляд по студентам, а когда увидел, куда сел Изуку, поднялся на тот же уровень, но сел на противоположной стороне. Альфа воспринял неоднозначно поведение двоих. С одной стороны, ему казалось, что они теперь вместе, но омеге немного неловко, и Тойя не давит, а с другой стороны, Кацуки надеялся, что его бывший друг не выбрал такой вариант будущего парня. Это расстраивало.
Нет, альфе не начал нравится Мидория. Просто, так много что их связывало, омега был дорог, как младший брат, и он желал для него лучшего. Даже разрушение всех связей с ним... с Бакуго. Парень думал вернуться к таблеткам, даже до «предложения» Изуку, но он понимал, что не сможет всю жизнь пить их. Ему нужно работать, общаться с людьми и заводить отношения, а если он продолжит в том же духе, то с самого начала разговора будут спрашивать, не дефектный ли альфа. Объяснив ситуацию, он потеряет ниточки с людьми. Блондин будет им непонятен, даже отвратителен. «Надо будет ещё подумать...», — подвёл итоги он, тяжело выдохнул и лёг на руки, смотря на зелёную макушку, что иногда поднималась или поворачивалась к телефону. Вдруг устройство Кацуки завибрировало, и парень взглянул на уведомление, появившееся на экране блокировки. Он тут же метнул взгляд на отправителя, удивляясь. Изуку попросил не делать в его затылке дыру. «Откуда у него номер? Как он узнал? Почему написал?», — все и подобные вопросы атаковали голову, после вмиг пропали, когда к нему повернулся омега.
— Прекрати. — прошептал нахмуренный парень, после чего отвернулся, а его аромат дошёл до носа альфы. Блондин сразу стал нервным, закрыл нос и закопался в руках, отсчитывая до десяти. Ему нужны таблетки... Хотя бы на год.
Выходя из аптеки, Бакуго ещё раз перечитал побочные эффекты, и пунктик про потерю нюха успокоил и порадовал. Курс на год, чтобы пережить этот ад, а после, можно и начать жить, как все. Спрятав препарат, парень вышел на дорогу и пошёл вдоль неё к общежитию, проглотив перед этим одну таблетку. На пороге здания, он достал свой пропуск и глубоко вдохнул. Нос ощущал только запах здания и предметов внутри него, но феромоны людей пропали, будто их и не было. Вахтер пропустил без проблем парня, но остановил, попросив отнести на свой этаж коробку. Это была посылка от Сато для него же. Похоже, парень сегодня ночью приедет, а внутри картонки были нужные вещи. Поднимаясь по лестницы, Кацуки заметил, что кто-то спустил к ним на этаж. Неужели друзья бегали к омегам и бетам? Но, когда альфа был рядом с входом на его этаж, тут же из этой двери выбежал омега, закрыв её и спрятавшись за Бакуго. Следом появился Тодороки, произносящий имя сбежавшего парня, и заметил альфу, что стоял на лестнице. Блондин с неохотой указал наверх, придерживая дно коробки, и Тойя исчез по ступенькам вверх.
— Спасибо. — мягкий и спокойный голос тихо послышался за спиной, а после небольшая фигурка Изуку прошла мимо альфы и скрылась вслед за «плохим парнем».
—«И как это понимать?», — вспылил не на шутку Кацуки, пройдя тяжело до комнаты Сато и вручив коробку Сэро, после чего ушёл к себе в комнату, захлопнув дверью, и прошёл в ванную, умыв лицо и увлажнив волосы. Подойдя к окну, он открыл его на проветривание и впустил свежий и обманчиво тёплый воздух в помещение. Завтра Бакуго будет температурить.
Утром его облили водой, чтобы разбудить. Надо стараться самому вставать, чтобы каждый раз не сушить подушку с наволочкой и свои волосы. С этими мыслями Кацуки ушёл в ванную. Принимая душ, альфа не мог понять, почему ему холодно, когда он мылся под кипятком. Зайдя в комнату, парень почувствовал, что ему немного было зябко, но он скинул это на то, что мылся под горячим потоком воды.
Сегодня ритуал не был исполнен. Бакуго вышел, остановив смешанную компанию открытой дверью, и за ним проследовали его друзья, которые иногда что-то обсуждали с соседями сверху по корпусу. Альфа не чувствовал запахов, поэтому не заметил омегу-старосту, что неловко шла рядом. Она решила сказать о своём присутствии, коснувшись чужой руки, но тут же отдернула, словно обожглась.
— Почему твоя кожа такая горячая?
— Она всегда такая. Чего хотела, круглолицая? — резко спросил парень, остановившись неожиданно посередине дороги.
— Прости, что тогда в столовой ни за что отчитала.
— Забей. — кинул альфа, резко отворачивая голову, которая тут же закружилась и разболелась, но он лишь мотнул головой, продолжая путь со своими друзьями.
Сато и правда приехал ночью, но по нему нельзя было сказать, что он спал всего четыре часа. Всё так же бодр и активен. Пока они шли, тот рассказывал, как проходили его соревнования и как было тяжело и интересно бороться с другими атлетами. Когда Кацуки смотрел на альфу, всегда представлял, что в будущем тот точно станет начальником в строгом костюме, что обтягивал его мышцы, и с красивой и приятной улыбкой. Прямо мечта любого персонажа из манги, который достанется только главному герою. А что насчёт Бакуго?
Он не видел себя конкретным человеком в будущем, просто архитектор, на которого могут положиться. Тем более, его фамилия (известная благодаря отцу) и деятельность матери, которая продолжает работать в своё удовольствие на отлично, стали его прямым проходом в мир лучшей жизни как для него, так и для его будущей семьи. От клиентов в компанию, где работает Мицуки, не перестают поступать заказы и проекты, а с новым талантливым специалистом дела наберут ещё большие обороты. Так говорила альфа сыну, веря в его силы и ум. Эти слова заряжали энергией (лучше мотивационных шоу) делать то, что нравится. И как бы трудно и долго не было, он придёт на работу к старухе с уверенно поднятой головой, потому что она может гордиться им уже точно.
Но вернёмся в реальность, где все стояли в строю на улице, выслушивая план пары по физкультуре. Бакуго конкретно несло, он не мог стоять долго ровно. Иногда, он немного сгибался, чтобы унять головокружение, мог качаться из стороны в сторону и смотреть туманно на дорожку для бега. Вот, наконец-то, преподаватель дал команду, чтобы все стали на позиции, и только рука была опущена, как перед глазами у Кацуки потемнело, и он потерялся во мраке, не зная, что с ним произошло и происходит.
Очнулся парень в медпункте, ослепленный светом ламп, а возле него никого не было. Альфа не знал, сколько времени прошло, поэтому ждал прихода медсестры, которая бы ответила на все его вопросы. Но шло время, а её так и не было. Тело ломило жутко. Его оставили помирать или что? Где все? Парень попытался встать, и на его кряхтение и шорох постели ответно послышалось копошение. Из-за ширмы показалась голова Киришимы, который, тут же увидев друга, сказал ему лежать, пока он позовёт женщину. Медсестра прошла к койке Бакуго и приложила руку к его лбу, спрашивая:«Любишь сидеть на подоконнике по ночам?»
— Нет. — прохрипел альфа, расслабляясь на поверхности кровати. Сейчас ему окажут помощь.
— Забывал сушить голову? — Эйджиро позади дамы дернулся и стал нервно метать взглядом по полу. Чувствовал себя виноватым.
— Нет. — ответил легко блондин, а после добавил, вспоминая вчерашний день. — Я решил ополоснуть голову с шеей и встал у окна, чтобы спастись от жары. Ветерок был тёплым.
— Скоро осень, так что надо быть осторожнее. Погода может быть обманчивой... — женщина прилепила специальный пластырь, чтобы сбить температуру, а после подала стакан с таблеткой. Бакуго кивнул в благодарность и стал запивать жидкостью лекарство, как вдруг его спросили неожиданно о его периодах. Парень перестал пить и опустил стакан, продолжая держать.
— Я спрашиваю, потому что в твоих медицинских записях указано, что ты около двух лет без перерыва пил подавители. И именно те, что не позволяют полностью убрать собственный запах и ощущение других.
— Стоп, то есть поэтому у тебя слабый феромон? — Кацуки тяжело выдохнул, заглядывая в будущее тераду от его друга. — Я слышал, что цитрусы жуть какие яркие бывают, а у тебя даже в гневе не менялся коэффициент усиления.
— Это плохо. Ты опять их принимаешь? — спокойно поинтересовалась женщина, расправляя халат, чтобы присесть за стол и записать что-то в планшете с листками.
— Да... — тишина, только немое возмущение и жестикулирование Киришимы на фоне. — Так, почему вы спрашивали про мои периоды?
— У тебя тяжело проходили они? — альфу будто ударили по голове чем-то тяжелым и перед глазами пролетело много инцидентов из прошлого.
— Да... И с каждым разом всё хуже.
— Я заметила, что твой врач стал тебе уменьшать дозу. Но почему тебе только хуже? — медсестра приложила руку к подбородку. Она прекрасно знала «почему», просто хотела, чтобы парень осознал всё сам и понял, к чему это ведёт.
— Что мне делать? — отличный вопрос, что стал зеленым светом для женщины.
— Продолжай пить, но уменьшай дозу, как прописано. — она продолжила писать, но уже на отдельном листке. — Сразу, как тебе полегчает, иди к своему терапевту и попроси вот это...
— Успокоительное? — брюнет узнал название, что-то подобное ему приходилось пить при гоне. — Мне его давали в редких случаях. Скорее, единичных! — парень посмеялся, потому что радовался. Его другу дали хорошее средство.
— Это ему на постоянную основу, да и подправить нервную систему. — челюсть Киришимы тут же упала и куда-то укатилась.
— Не начинай, а? — блондин тяжело выдохнул и скривил лицо в гримасе недовольства. Ему сейчас меньше всего хотелось ещё более громких возмущений от альфы, и так хватает головной боли.
— У тебя есть пара? — была продолжительная тишина, а после по комнате разошёлся смех.
— Вы меня простите, но он, да с кем-то встречаться? Он скорее вызовет на прогиб или раунд по ругательствам. — Кацуки резко поднялся с места, кидая в парня подушкой, которая врезалась в закрытую дверь. Женщина помогла ему сесть, потому что у того закружилась голова и выступил пот.
— Я... Не переношу чужие запахи, меня тошнит. — вот этот факт медсестру удивил, поэтому она крепко задумалась. Через пару минут она предложила идею.
— Есть ли такой запах, который максимально тебе не нравится?
— Да, медовый. Независимо от сорта. — она улыбнулась на ответ парня, кивнув себе.
— Я спросила про пару, не просто так. Во время гона у тебя будет максимально адский настрой, а ты бы не хотел любимому человеку навредить, ведь так? — альфа кивнул, продолжая слушать. — Попроси того самого обладателя феромона присмотреть за тобой. Во время периода, конечно, лучше к тебе даже родителей не пускать. Только до начала.
— Нет. Я не хочу... — парень разозлился. — Я и так дел натворил, так ещё на него буду все шишки скидывать? Нельзя ли другой вариант придумать?
— Что ты делаешь, когда чувствуешь медовый феромон?
— Желание сбежать, закрыть нос, потому что задыхаюсь. — женщина развернула ладонью вверх, кивнув. Ответ дан, и он всё объяснял, но не успокаивал. — Главное, соблюдать курс, и тогда помощь чужая не будет нужна?
— Да, это в идеале, а человек — подстраховка.
— Я понял.
В кабинете доктора парень выслушал полный комплекс действий, которые альфе придётся проделывать каждый день до периода. Он должен настать через месяц, ближе к концу, потому что точную дату нарушенного организма трудно установить. Мужчина даже объяснил, что делать, как только появятся первые явные признаки позднего гона. И так начался первый день подготовки к неизбежному.
В общежитии Бакуго ещё раз проверил список препаратов и повторил план на день, после чего собрал сумку на завтра. Усевшись за стул у стола, парень заглянул в сообщения телефона. Неизвестный номер был скопирован и введён в приложение для общения, и перед блондином появился профиль Мидории с его простой и приятной фотографией, а под именем были указаны ссылки на другие социальные сети. Перейдя по одной из них, Кацуки попал на аккаунт известного приложения с птичкой на иконке, где парень рассказывал о своём дне, прикрепляя клёвые или забавные фотографии из жизни в учебном заведении или с совместных прогулок его группы. Любопытно было посмотреть первые публикации, но альфа решил не лезть туда, куда ему не следует, да и может, там ничего интересного нет. Вернувшись к контакту, Бакуго решился добавить себе Изуку, прекрасно понимая, что тому придёт сообщение о новом пользователе. Пальцы тянулись чего-нибудь написать, но голова не воспроизводила ничего обычного и стоящего, поэтому он набрал предложение прямо и по факту, что ему нужна его помощь. Но ответа и даже прочтения сообщения не было уже долгое время, омега был не в сети, а сообщение хотелось увидеть своими глазами, а не через время, когда он решил заглянуть в приложение.
В комнату нагрянул Эйджиро с остальными, да с таким галдежом, что блондин обратил на них внимание, убирая телефон. Каминари предложил потусоваться в клубе, потому что завтра пятница и только две пары, потому что три другие были нацелены на подготовку к празднику. Кацуки согласился, потому что сидеть и скучать над устройством не хотелось. Закинувшись препаратами перед уходом, альфа накинул яркий бомбер с узором тигра и вышел из комнаты, запирая еë, потому что Киришиму увели слишком далеко к лестнице, где было ещё больше шуму, потому что Денки звал ещё ребят поразвлекаться. Он точно не туда пошёл учиться, ему бы подошло быть тамадой или диджеем, а не электрослесарем.
Через час почти все студенты из общежития были навеселе. Кто-то пил дальше, кто-то танцевал, а кому-то показалось жарко и начал раздеваться. Блондин лишь ловил испанский стыд вместе со смешком, иногда снимая на память своих придурков. Альфа не планировал пить, да и курс успокоительных не позволял таким способом расслабиться. Парень напрягся тогда, когда компания решила поиграть в Пять йен. Если монетка попадала в стакан, то оппоненту ты задаешь провокационный вопрос. Если промахиваешься, то тебе придётся выпить два шота, а после выполнить задание. Отказ или невыполнение в любом из вариантов приводил к тому, что ты пьёшь коктейль с алкоголем, который не допили участники игры и залили в одну чашу. И понятно, чем выше градуса в твоей крови, тем больше заданий тебе дают. Очередь дошла до Бакуго, и ему задали провокационный вопрос.
— Блиц-опрос для нашего нецелованного альфы! — вся команда анонимных пьяных студентов зашумела, крича и хлопая по столу или в ладоши. — Попрошу правды, я ведь пойму, если ты мне солжешь.. — ребята загудели, кто-то один крикнул, что Киришима словно мамочка для блондина.
— Говори, а то ещё забудешь. — посмеялся довольно парень, заставив надуться альфу, будто он ребёнок, которому сказали, что не получит конфетку.
— Хорошо-хорошо, но я тебя предупреждал, что лучше бы я забыл, потому что этот вопрос тебе не понравится. — небольшая пауза, а после и сам вопрос. — От кого бы ты принял поцелуй: от Мидории или от Ашидо? Выбрать можно только одного.
Интересный и пикантный вопрос, когда оба названных присутствовали. Мина была очень привлекательной и яркой личностью, из-за чего стала популярной в их заведении. Девушка-альфа, неплохой вариант, да ещё и запах отличный. Дикая вишня, которая выделялась кислотой и интенсивностью по ощущениям, но была невыносимо крышесносная, как и сама Ашидо. Проще говоря, отличная возможность завести отношения, если он выберет её. В противоположность ей был Изуку, бывший друг детства, обладатель отвратительно сладкого и душного феромона, липового мёда. Ответ был очевиден для всех, тут и думать не надо долго.
— Ни от кого. — все были в шоке, особенно парни, которые засмущали альфу, расхваливая её, и ругали блондина за такой ответ. За Изуку заступились его друзья, оспаривая, что каждый из них по-своему хорош и прекрасен, а Кацуки решил никого не обидеть.
— Ты пьёшь коктейль. — провозгласил Эйджиро, протягивая своему соседу по комнате небольшой кубок с пойлом.
— Мне нельзя... — произнёс серьёзно альфа, после добавил шёпотом. — Ты знаешь «почему».
— Тогда, выполни задание. — подал голос Тойя. — Поцелуй Мидорию. — толпа превысила лимит громкости, из-за чего Бакуго казалось, что его барабанные перепонки сейчас же и лопнут. Альфа долго смотрел на Изуку, что пытался вразумить ребят, когда те скандировали:«Целуй!».
— Покончу с этим по-быстрому... — парень тяжело вздохнул, приподнялся с места и схватил за шею омегу, притягивая к себе. Лицо однокурсника оказалось очень близко, поэтому Мидория прикрыл глаза, смиряясь с исходом, но тут же раскрыл глаза. Губы были не на его же, прикосновение ощущалось на лбу. Пьяные студенты возмутили.
— Что? Хто ты называешь поцелуем? — бросил смешок Тодороки.
— А ты не уточнял, какой должен быть поцелуй. — победная улыбка от Кацуки и довольные возгласы, которые повторяли фамилию альфа, подтверждая его первенство в этом поединке. Он был сегодня на высоте, в чём убедился, заметив спокойную и благодарную улыбку, что немного коснулась лица омеги.
Проведя ещё часик в клубе, но уже на танцполе, студенты максимально (как только могли) ввалились на порог общежития, поскорее леняя, чтобы не выслушивать ругань охранника, с которым спорил вахтер. «Пока молодые, пока есть время, главное, что не занимаются вандализмом и рукоприкладством», — цитата великого и святого человека во всём общежитии.
Бакуго шёл в одиночестве позади всех, завершая как бы их толпу. По пути в здание, он не раз замечал, как мелькал брюнет возле его друга детства, пытался хоть как-то обхватить парня или завести разговор, но выходило так, что омега или избегал, или делал вид, что слушает. А когда его пытались взять за руку или талию, то он успешно был спасён своими друзьями или Денки, который в сотый раз радовался, что они собрались все месте, и спрашивал, здорово ли всем было. Каминари под шафе — это больший ребёнок, чем он есть.
Кацуки поднимался по лестнице, когда уже было тихо и все разбежались по комнатам. Парень удивился, когда встретился с Мидорией у двери на его этаж.
— Ждёшь Тодороки? — спросил блондин, став возле омеги, что не думал отходить от прохода.
— Спасибо за сегодня.
— Пустяк.
— Ты хотел от меня помощи? — Изуку смотрел на альфу, как на тех, с кем парень был просто знаком. Но они же не просто знакомы, оба даже очень хорошо знают друг друга. — Она тебе ещё нужна?
— Не думаю, что ты согласишься. Да и это мои проблемы.
— Таблетки? — вопросы от него резали лучше ножа.
— Мгм... — невнятно ответил Кацуки, кивая слегка. — Мне нужен человек, что будет за мной наблюдать. Кто-то... — и тут альфа ляпнул то, что не следовало. Он соврал, потому что побоялся ранить омегу. — Кто-то, кто со мной дольше всех знаком и отлично знает, когда дать мне понять, что я веду себя не так или не контролирую эмоции. — наступила тишина. Мидория крепко задумался, похоже, разбирал все слова и взвешивал все «за» и «против».
— Сколько по времени мне тебе помогать?
— Кхм, месяца? Ближе к его концу, я уже буду проходить лечение. — очередная ложь... Которая во благо, та самая!
— Хорошо, это не долго. О, и мы же не представлялись друг другу с поступления. — омега кивнул, улыбаясь, и протянул руку. — Изуку Мидория, приятно познакомиться. Рад помочь тебе в этом месяце. — альфа неуверенно протянул в ответ свою и пожал, ответив:
— Заранее спасибо... — когда он отпустил чужую ладонь, Мидория скрылся вверх по лестнице.
Блондин зашёл в свою комнату и заглянул в телефон, что завибрировал. Друг детства добавил себе Кацуки в контакты и отправил стикер, на котором был пёсик, и он желал спокойной ночи.
–«Чувствую, я в дерьме...», — была последняя мысль парня, когда он отправил тигра с сонливым лицом и надписью:«Да-да, и вам»
________________________________________
/ложится спать, обещая выжить/