...

Раньше, при жизни, Сюнь Жосу могла хотя бы спокойно проживать свои дни, бездумно плывя по течению. Однако после того, как она каким-то чудом вернулась к жизни, всё стало иначе. Теперь её жизнь была связана с жизнью других, а, согласно словам Сюэ Тун, она должна была «проводить души усопших». Если не выполнить это задание, каждый день ровно в полночь её ждала бы боль, словно тысячи стрел пронзали её сердце.

Красивая, словно свежий цветок, Сюэ Тун была настоящей мастерицей притворства. Она вздохнула:
— Теперь мы с тобой словно кузнечики на одной верёвке*. Поверь, мне тоже не хотелось бы кого-то втягивать в свои проблемы. Но что поделать? Ваша семья Сюнь вечно притягивает неприятности. Запомни, сестричка, я сама по себе — ходячая катастрофа.

[一根绳上的蚂蚱 - фраза, которая значит, что вы находитесь в одинаковом положении/вас связывает одна и та же проблема]

Если бы слова могли ожить, то «вычурность» наверняка приняла бы облик Сюэ Тун.

Сюнь Жосу чувствовала, что в её новой спутнице скрыто много тайн. Например, значение санскритского символа «возвращение», которое Сюэ Тун явно знала, но упорно отказывалась объяснять. Хотя семья Сюнь занималась помощью блуждающим душам, они не могли сравниться в этом деле с Сюэ Тун. Очевидно, эта блуждающая душа задержалась в мире по какой-то важной причине, которую Сюнь Жосу могла вычислить, но не в силах была устранить.

— Толку, что ты прицепился ко мне, — лениво потянувшись, сказала Сюнь Жосу, обращаясь к маленькому призраку.

Прошло уже полчаса с момента её выхода из гроба, и утреннее раздражение только начало спадать.
— Я всего лишь гадалка, силы у меня немного. Может, вот эта нарядная «тетушка» сможет тебе помочь?

— …Тетушка?!

Улыбка Сюэ Тун в тот же миг застыла на лице.

Сюнь Жосу терпеливо пояснила:
— Я старше этого ребёнка примерно на год. А госпожа Сюэ то и дело называет меня «сестричкой». Так что «тетушка» — это даже слишком мягко.

— … — Сюэ Тун едва не сломала зубы, так сильно она их сжала.

Маленький призрак явно не понимал всех этих взрослых недомолвок, но почему-то чувствовал, что ему хочется держаться ближе к Сюнь Жосу. Однако теперь его, словно мяч, перекатывали к Сюэ Туну. Испугавшись, он всё же сделал пару шагов вперёд и нерешительно выдавил:
— Те…

Но договорить он не успел. Едва из его рта должно было вылететь слово «тётушка», невидимая нить сомкнула его губы. Сюэ Тун холодно посмотрела на него:
— Зови меня «старшей сестрой». Понял? Кивни, если согласен. Иначе я сотру тебя с лица земли.

Маленький призрак обиженно кивнул. При жизни он любил смотреть телевизор, и в данный момент Сюэ Тун напоминала ему бандитку с горного логова или грозную колдунью.

Получив желаемое, она наконец-то успокоилась. Подняв его подбородок двумя пальцами, она внимательно осмотрела призрака, словно читая линии на его лице.
— Умер три дня назад, — задумчиво пробормотала она. — Ещё и семидневный срок не прошёл. С чего бы такая сильная привязанность? Разве дома никто не остался поминать тебя?

Лицо маленького призрака резко изменилось. Ещё минуту назад он выглядел испуганным и беспомощным, а теперь его губы дрожали, и на лице застыла странная смесь плача и смеха.
— Дома никого не осталось, — тихо произнёс он.

— …

Сюнь Жосу тихо вздохнула, прокручивая в голове старый фатум: «Карма разрушения родных, звезда одиночества».

— Никого нет? — пожала плечами Сюэ Тун. — Тогда ничем не могу помочь. Жди, пока не исчезнешь.

Сюнь Жосу подняла глаза:
— В мире много тех, кто умеет гадать, не только моя семья. Но у Хозяина Перерождений только один суд. Слова о «полном исчезновении» лишь портят твою карму. Мы с тобой теперь связаны, и если ты хочешь продолжать так себя вести, не втягивай меня.

Сюэ Тун усмехнулась.
— Я-то думала, тебе всё равно.

— Сопротивляться я не умею. Раз уж избавляться от тебя не получится, лучше плыть по течению. Просто ещё один человек в моей жизни. Вряд ли что-то изменится, — безразлично сказала Сюнь Жосу, размяв щиколотку.

Сюэ Тун так и не смогла понять, то ли Сюнь Жосу была излишне оптимистична, то ли просто по натуре холодна и бесстрастна.

— Ладно, пойдём, — кивнула Сюнь Жосу.

Её щиколотки коснулись земли.
— Этот маленький призрак — мой груз, — сказала Сюнь Жосу. — По законам кармы его проводы — моя ответственность.

Слова звучали красиво, но, дойдя до края поля, Сюнь Жосу вдруг вспомнила, что они находятся посреди пустыря. Ближайшие дома — за километр-два, ещё не рассвело, и не то что машины, даже тени какого-нибудь духа здесь встретить было маловероятно.

Маленький призрак крепко держал в одной руке духовой инструмент, а другой цеплялся за подол её платья.
— Сестрёнка, я не умею ни летать, ни проходить сквозь стены.

Будучи теперь настоящим призраком, он понял, что всё, что показывают по телевизору или описывают в книгах — мгновенное перемещение, магические силы, — ему недоступно. Единственный его «талант» оказался совершенно бесполезным — вызывать холодный ветер.

Двое — взрослая и ребёнок — синхронно посмотрели на Сюэ Тун.

— … — Сюэ Тун, привыкшая к роскоши и почестям, едва сдерживала раздражение. Обычно к её ногам приносили золото и серебро, лишь бы она соизволила помочь, а тут её заставляют выполнять поручения. Она была готова от злости перекопать всю семейную усыпальницу Сюнь, но, сохраняя лицо, лишь элегантно достала телефон. Через полчаса на узкой дороге появилась спортивная машина.

Низкий клиренс машины оказался не слишком подходящим для сельских дорог — всю дорогу слышались скрежеты. Но Сюэ Тун явно не заботили такие мелочи, а Сюнь Жосу тем более — за последние дни она и так ввязалась в слишком много чужих дел.

Машина не направилась ни в деревню, ни в город. Оказалось, что у Сюэ Тун есть вилла неподалёку, купленная ещё в те времена, когда земля у соседних природных парков класса 4А была доступна. Позже строительство запретили, но купленную землю никто не тронул.

В пути они узнали, что маленького призрака зовут Чжан Юэ. Его родители завели ребёнка поздно, не будучи богатой семьёй. Дедушка и бабушка умерли естественной смертью, а мать, забеременев в сорок лет, не пережила тяжёлых родов. Отец, школьный учитель, погиб в аварии, возвращаясь домой. Родственники по линии отца были настолько дальними, что не считались даже за четвёртое колено.

Сюнь Жосу опустила стекло, задумчиво глядя на тени деревьев, мелькавших в предрассветной темноте. Холодный ветер от призрака едва не сорвал её ресницы. Сюэ Тун нарушила тишину:
— О чём задумалась?

— О том, что в твоей машине слишком мало места, — недовольно пробормотала Сюнь Жосу, скрестив свои длинные ноги под сиденьем.

В спортивной машине было всего два полноценных места. Сзади находился крошечный отсек, больше подходивший для ребёнка. При росте метр семьдесят её ноги попросту не помещались.

— Придётся потерпеть, — парировала Сюэ Тун, с едва заметной насмешкой в голосе. — Смотри на Чжан Юэ: маленький, да ещё и не капризничает.

— … — Водитель, который уже давно чувствовал в салоне холод, обеспокоенно насторожился. В машине было только трое людей, так кто же этот «маленький»?

К счастью, вилла оказалась неподалёку. На пустых дорогах, минуя несколько светофоров, они добрались всего за полчаса.

На вилле их встретила экономка. Это была женщина лет сорока, знавшая и о профессии, и о природе Сюэ Тун. По её словам, она «сама предложила свои услуги», так как была в неоплатном долгу перед своей хозяйкой.
— Редкий случай, у нас гости, — сказала экономка, вытирая руки о фартук. — Еды в холодильнике немного, но я приготовила кое-что.

Затем она окинула взглядом Сюнь Жосу.
— Не часто мисс заводит друзей. Если вам у нас понравится, приходите чаще.

Но Сюнь Жосу смотрела мимо неё, пристально глядя на дверную ручку позади женщины. Экономка заметила это и махнула рукой перед её глазами.
— Такая молодая девушка, а зрение-то слабое, — вздохнула она.

— Днём я вижу лучше, — с вежливой улыбкой ответила Сюнь Жосу. — У меня глаза немного… особенные.

Поняв, что перед ней «коллега», экономка больше ничего не сказала.
— Еда на столе. Если проголодались, берите. В доме есть хлеб, но рис я не варила. Не буду вам мешать, пойду отдохну.

Сюнь Жосу отметила, почему эта женщина сохранила своё место: хозяйственная, организованная, успела приготовить закуску, не задавая лишних вопросов, при этом предоставила гостям достаточно личного пространства.

Как только они вошли в дом, из тени выскочила чёрная кошка с белыми лапками и бросилась на Сюнь Жосу. Та, не раздумывая, ловко подхватила её на руки.

Черная кошка явно была хорошо ухожена: её шерсть блестела, движения были быстрыми и грациозными. Увидев Сюнь Жосу, она неожиданно обрадовалась и, мурлыкая, с энтузиазмом попыталась забраться к незнакомке на руки. Её «мяу» звучало настойчиво и восторженно.

Тут же из кухни, отложив фартук, выбежала экономка. Увидев, как их домашняя любимица привязалась к гостье, она недоумённо пробормотала:
— Обычно и близко никого не подпускает, даже мисс Сюэ. Что это с ней сегодня?

Авторке есть, что сказать:
Сюэ Тун: Вот что значит хорошо воспитать кошку — и невесту тебе приманит, и заодно устроит беспорядок.