49.
— Том, хватит, — я шагнула к нему, пытаясь преградить дорогу его взгляду, потому что Леон уже явно не знал, куда деться. — Мы просто разговаривали.
— Разговаривали? — он усмехнулся безрадостно, чуть склонив голову. — Этот тип пялится на тебя так, что мне самому неловко становится.
— Ты преувеличиваешь! — я повысила голос, чувствуя, как внутри закипает злость. — Он мой коллега. И да, он мне помогает. Я имею право разговаривать с людьми, Том.
Его челюсть напряглась. Он шагнул ближе, почти нависая надо мной, так что остальные сотрудники, переглянувшись, тихо разошлись кто куда.
— Ты имеешь право? — повторил он, глядя прямо в мои глаза. — А я имею право не позволять какому-то придурку клеиться к тебе.
— Это не твоё дело! — выпалила я. Голос дрогнул, но я не собиралась отступать. — Ты не можешь контролировать каждый мой шаг. Я не твоя собственность!
Том замер, но его взгляд стал ещё холоднее.
— Знаешь, Люсия... — он наклонился ближе, и его слова будто обожгли. — Ты говоришь так, будто я враг. А я единственный, кто действительно о тебе заботится.
Моё сердце сжалось. Потому что в этих словах была правда. Он и правда заботился. Но его ревность душила.
— Если ты будешь продолжать в таком духе... — я сглотнула и отвела взгляд, — мы не сможем быть вместе.
Том резко выдохнул и, будто оттолкнув меня невидимым барьером, развернулся и ушёл из галереи. Дверь громко хлопнула за его спиной.
Я осталась стоять посреди зала с колотящимся сердцем, пытаясь понять, что только что произошло.
Я сидела у себя в комнате и уже десятый раз перечитывала одно и то же сообщение от Эмбер, не в силах сосредоточиться. Мысли возвращались к Тому. Его взгляд. Его голос. Эти слова, сказанные с такой уверенностью, будто он вправду имеет на меня права.
Стук в окно заставил меня подскочить. Я отдёрнула занавеску — и увидела его. Том. Стоял во дворе, внизу, с сигаретой и букетом тёмно-красных роз в руках.
— Ты серьёзно?.. — прошептала я сама себе, но всё равно побежала вниз.
Открыла дверь — и он шагнул ближе, протягивая цветы.
— Я перегнул, — его голос был хриплым, уставшим. — Но, Люсия... ты должна понять: я не могу спокойно смотреть, как другие мужики на тебя смотрят.
— Том, — я взяла цветы, но не улыбнулась. — Ревность — это не забота. Это... — я замолчала, подбирая слова, — это тюрьма.
Он выдохнул дым и нахмурился.
— Я просто боюсь потерять тебя.
Эти слова ударили прямо в сердце. Я прикусила губу, чувствуя, как злость растворяется, уступая место жалости и... любви.
— Ты не потеряешь. Но если будешь так душить меня — я сама уйду, — сказала я тише, чем хотела, но он услышал.
Он шагнул ближе и коснулся моей щеки.
— Прости, — его голос дрогнул. — Я правда стараюсь.
Я закрыла глаза, уткнувшись в его ладонь. Внутри всё металось: обида, страх, любовь. Но в этот момент я знала одно — как бы он меня ни бесил, без него мне было бы пусто.
Я всё ещё держала в руках букет, когда Том, не отводя глаз, сказал:
— Слушай... может, попробуем снова?
— Что — снова? — я нахмурилась, хотя внутри уже знала, к чему он ведёт.
— Съехаться. — Он выдохнул и провёл рукой по волосам. — Я знаю, как всё закончилось в прошлый раз. Я облажался. Но я клянусь, Люсия... я больше так не буду.
Слова повисли между нами. Моё сердце забилось быстрее. Я вспомнила те вечера в его доме — запах кофе по утрам, его футболки на спинке стула, его руку, которую я чувствовала во сне. Но вместе с этим вспомнились и крики, и слёзы, и холодные ночи, когда он уходил и не брал трубку.
— Том... — я тихо вздохнула. — А если опять всё пойдёт по кругу?
— Не пойдёт, — он сделал шаг ближе. — Потому что я понял: без тебя всё остальное — дерьмо. Я могу быть кем угодно на улице. Но дома... я хочу быть с тобой.
Я прижала цветы к груди, чтобы хоть как-то удержать дрожь в руках. Смотрела на него и не знала, что сказать. Разум кричал «нет». Сердце — шептало «да».
— Дай мне подумать, — наконец выдохнула я.
Он кивнул, будто ожидал этого.
— Подумай. Но знай: я жду. И не отстану, пока ты не скажешь «да».
Он развернулся и пошёл к воротам, а я осталась стоять с розами в руках и полным хаосом внутри.
***
Всё же мы съехались.
Не знаю, как так вышло. Наверное, я просто перестала сопротивляться. Том был слишком настойчив, но в то же время — удивительно мягким. Он больше не давил, не требовал. Просто приходил, забирал меня с работы, приносил кофе, терпеливо слушал мои страхи. И постепенно стена между нами треснула.
Когда я снова переступила порог его дома с чемоданом в руках, у меня было ощущение дежавю. Сердце колотилось так, будто я делаю что-то безумное, но нужное.
— Ну вот, — он взял сумку у меня из рук и поставил в прихожей. — Дом снова полный.
Я фыркнула, стараясь скрыть волнение.
— Главное, чтобы снова не пришлось собирать вещи.
— Не придётся, — он посмотрел на меня серьёзно, слишком серьёзно, и в этот момент я почти поверила.
Теперь наши отношения были другими. Я уже знала, на что он способен, знала его тёмные стороны. И он знал, что я могу уйти. Больше не было иллюзий, только голая правда.
Но, странное дело... мне было легче. Может, именно поэтому в первый же вечер я заснула рядом с ним спокойно, без слёз и сомнений.
Первая неделя под одной крышей оказалась настоящим испытанием. Но совсем не такой, какой я ожидала.
День первый.
Я приехала к нему вечером с чемоданом. Том, будто боясь спугнуть, всё время был рядом, даже на кухню за чаем ходил вместе со мной. Вечером мы долго болтали о пустяках, а потом он просто лёг рядом и обнял меня. Без лишних слов. И впервые за долгое время я заснула спокойно.
День второй.
Мы встали вместе. Для меня это было новым — обычно он возвращался под утро, а тут стоял у плиты и жарил что-то . Я чуть не упала, увидев его с поварёшкой.
— Ты хоть умеешь? — спросила я.
— Сейчас проверишь, — ухмыльнулся он.
Омлет получился ужасный, но я съела. Просто потому, что готовил он.
День третий.
Мы поссорились. Из-за ерунды. Я забыла закрыть входные двери и в дом забежали соседские коты на запах еды, он ворчал, что я не закрыла дверь. Вроде мелочи, но в итоге я хлопнула дверью ванной и сидела там минут двадцать. Он не стал стучать. А потом просто положил под дверь шоколадку. И я вышла.
День четвёртый.
Он пришёл позже обычного. Я успела накрутить себя — уже представляла худшее. Но он просто вошёл уставший, без лишних слов рухнул на диван. Я тихо подошла, сняла с него кроссовки и укрыла пледом. И в этот момент поняла: он правда старается ради нас.
День пятый.
Мы решили сходить в магазин вместе. Это было смешно: он ворчал, что я слишком долго выбираю йогурты, я — что он тащит в тележку всё подряд. Но когда мы возвращались домой с пакетами и смеялись над какой-то ерундой, я впервые почувствовала — это и есть настоящее «мы».
День шестой.
Мы посмотрели фильм. Точнее, я пыталась смотреть фильм, а он всё время отвлекал меня поцелуями. В итоге фильм остался фоном. Мы снова были ближе, чем когда-либо.
День седьмой.
Я поймала себя на том, что больше не думаю о том, что будет завтра. Не строю планов и не жду беды. Просто живу моментом. С ним.
***