Печка | Турбо

День после больничного крыльца выдался серым и неподвижным, будто сама погода затаилась в ожидании развязки. В квартире Турбо пахло крепким чаем и нервным напряжением.

Яся писала от имени «предателя» — короткую, деловую записку для передачи Адмиралу через боцмана: «Товар в сохранности. Жду инструкций по передаче. Т.» Каждое слово резало ей руки, но лицо оставалось каменным.

Валера тем временем делал то, чего не делал никогда раньше — собирал весь общак. Не только свою ближнюю братву в лице Зимы. Через гонцов были подняты все, кто когда-либо считал себя обязанным Суворову или Турбо. Это был риск — лишние уши, лишние глаза. Но для операции «Зеркало» нужны были не только сила, но и множество отвлекающих маневров, «шума». И нужны были узкие специалисты.

К вечеру в гараже, который служил штабом, стало тесно. Воздух гудел от низких голосов. Здесь были свои «легенды» двора:

· Ералаш (Миша). Худой, с вечно бегающими глазами парень, гений импровизации и создания суматохи. Он мог за пять минут устроить драку из-за ничем не примечательной девчонки или сымитировать сердечный приступ у прохожего — все, чтобы отвлечь внимание.
· Фантик (Вадик). Тихий, невзрачный, мастер по документам и замкам. Его прозвище говорило само за себя — он мог втереться куда угодно, стать «своим» на полчаса, как фантик, прилипший к ботинку, и исчезнуть, оставив после себя открытые двери.
· Пальто (Андрей). Всегда в длинном, поношенном пальто, из карманов которого, как из рога изобилия, появлялись то плоскогубцы, то баночка леденцов, то кусок телефонного кабеля. Универсальный снабженец и «упаковщик». Если нужно было что-то незаметно пронести или вынести — это к нему.
· Козырь (Ден). Молчаливый гигант с лицом боксера-профессионала. Его сила была притчей во языцех, но пользовался он ею редко и точно. Не телохранитель — живой таран. Если нужно было вынести из помещения человека, не способного идти, или гарантированно «убедить» одного-двух охранников — Козырь был незаменим.

Валера стоял перед этой разномастной, но смертельно серьезной компанией. Зима был его правой рукой, Марат, с горящими глазами, — левой.
— Слушайте все, — начал Турбо, и в гараже воцарилась тишина, которую можно было потрогать. — Дело не в разборках. Дело в спасении своего. Вову Суворова взяли «портовые» по приказу Адмирала. Цель — развалить наш двор. Мы им в ответ уже накосячили — поженился, — он кивнул на Ясю, стоявшую чуть в стороне. Пацаны переглянулись, но никто не усмехнулся. — Теперь они думают, что меня купить можно. Предлагают деньги за Вову. Я сделал вид, что согласен.

В гараже пронесся гул. Кто-то недоверчиво покачал головой.
— Тише! — рявкнул Зима. — Турбо ведет свою игру. Наша задача — выдернуть Суворова из пасти, пока они верят в эту игру. Вот план.

План, который они с Ясей выстроили за ночь, был сложным, как часовой механизм, и держался на нескольких ключевых моментах.

1. Отвлекающий маневр (Ералаш и половина пацанов). За час до полуночи, времени «сделки», у центрального офиса порта (который контролировал Адмирал) должно было загореться два разных склада с интервалом в пятнадцать минут. Не просто поджег — нужен был шум, крики, давка. Чтобы максимальное количество людей «портовых», включая резерв, рвануло туда.
2. Проникновение (Фантик). Пользуясь суматохой, Фантик, уже изучивший через боцмана расписание и слабые места охраны дока, должен был обойти систему и вскрыть решетку ведущего в отсек-темницу вентиляционного хода. Не дверь — ее охраняли. Вентиляцию.
3. Эвакуация (Пальто и Козырь). Через этот ход Пальто должен был пронести рацию, воду, легкую еду и, самое главное, — мешок и сменную одежду. Если Суворов будет в состоянии идти — его переоденут в робу «портового» и выведут тем же путем. Если нет — Козырь упакует его в мешок (специальный, с прорезями для воздуха) и вынесет, как мешок с браком.
4. Прикрытие и «спектакль» (Турбо, Яся, Зима). В это время Валера с Ясей и Зимой будут на нейтральной территории, вести «переговоры» с людьми Адмирала. Их роль — тянуть время, выглядеть жадными и нервными, отдавая пачку с муляжом денег и требуют показать «товар». Все их общение будет прослушиваться пацанами через рацию, чтобы в случае провала на доке они могли мгновенно среагировать.
5. Канал связи (Яся). Самая тонкая нить. Всю операцию на доке будет координировать она, сидя на «нейтралке» рядом с Валерой, но с наушником и микрофоном, спрятанным под платком. Ее холодный, четкий голос должен был направлять Фантика, Пальто и Козыря, потому что Валера должен был быть полностью поглощен своей ролью жадного предателя.

— Вопросы? — отрубил Турбо, закончив.
— А если Суворов не захочет с нами идти? — хрипло спросил Козырь. — Если он поверит, что ты его продал?
— Тогда скажи ему от меня одно слово, — не моргнув глазом, сказал Валера. — «Афган». Он поймет.

Слово, которое связывало Суворова и Турбо глубже любых пацанских клятв. История, которую знали лишь они двое.

Пацаны закивали, лица стали решительными. Это была не просто «движуха». Это была миссия. Операция по спасению царя, которого все считали мертвым. Их царя.

Разошлись по своим делам — готовиться. В гараже остались только Валера, Яся и Зима.
— Ты готова? — спросил Валера, глядя на Ясю. Ее лицо было бледным, но руки не дрожали.
— Готова. Но мне нужен будет прямой канал к Фантику. Только я. И... — она запнулась. — И нам нужен сигнал. Если что-то пойдет не так на доке, и нам нужно будет срывать «сделку» и уходить в драку... какой сигнал?

Валера подумал. Потом снял с мизинца простенькое, потемневшее серебряное кольцо — память об отце. Положил ей в ладонь.
— Если услышишь в наушник от меня или Зимы: «Похороны отменяются» — значит, все плохо. Кидай это кольцо в лицо тому, кто будет вести переговоры. Это будет сигнал нам всем. И... береги его.

Она сжала кольцо в кулаке, ощущая холод металла. Это был не просто сигнал. Это была последняя, отчаянная ставка. И его доверие.

— Бергә, — прошептала она, глядя ему в глаза.
— Үлемгә кадәр, — кивнул он, и в его словах не было бравады, только простая констатация готовности идти до конца. (До самой смерти.)

Ночь сгущалась. Часы неумолимо отсчитывали время до полуночи. Где-то в затоне, на ржавом доке, томился в темноте Вова Суворов, не зная, что за него уже запущена самая невероятная, отчаянная и дерзкая операция, которую только видел их район. Операция, в которой пацанская смекалка Ералаша, вороватая гениальность Фантика, хозяйственность Пальто и грубая сила Козыря должны были слиться воедино под холодным, четким руководством девушки-педагога, чтобы вырвать своего короля из пасти дракона.