Вина.

Старик отправил Джослин бегать второй раз уже после всей выматывающей тренировки. Спина и ягодицы болели от частых жёстких приземлений с деревьев, Джослин то и дело потирала ноющие места ладонью. Совсем стемнело, но тропинка под ногами всё ещё была видна. Она устала, очень устала. Карвер её не жалел, это точно. Но иначе и быть не могло, Лин прекрасно это осознавала.

Примерно на середине пути девушка позволила себе ненадолго остановиться. Не только, чтобы перевести дыхание, но и чтобы успокоить мысли. В голове до сих пор крутился их с Леоном утренний разговор и не давал ей покоя. Её рассказ помог Рид немного отпустить тяжесть с души, но сейчас любое напоминание о Люке резало по ней как ножом по свежему мясу. Рана слишком, до невозможности свежа. Она и так, скрипя зубами, сдерживается, чтобы не прыснуть слезами, а тогда... Тогда Джослин просто взяла и выложила Кеннеди все события той страшной ночи. Ощущения после того разговора были странные. Необычно, непривычно вот так просто поведать кому-то, кроме Люка. Девушка почувствовала, как глаза защипало. Солёная влага вновь грозилась вырваться наружу.

Нет, поздно плакать, Джослин... — успокаивала она себя, вытирая подступающие слёзы, но они как назло не хотели останавливаться. Если сейчас она уже чуть ли не в истерику падает, то что будет дальше? — Поздно плакать. Нельзя плакать. Ради Люка. Ради цели, — слова, как мантру, она бормотала себе под нос, заставляя себя сделать шаг. Постепенно неровная походка вновь сменилась на бег. Тренировка ещё не окончена.

***

Кеннеди и Андерсен сидели в своей комнате. Каждый на своем диванчике, уткнувшись в коммуникатор в руках агента.

— Дело сделано, Леон, — голос Ханниган с лёгкими помехами доносился до обоих мужчин. — Рапорт отправлен, всё после себя подчистила. Официально убежище сгорело – твоё с Джослин местоположение, Леон, неизвестно. Но, если координаты давал Лисбон, это не значит, что Уэйн не найдет другого способа найти вас.

— Что предлагаешь, дочка? — спросил старик, наклонившись чуть ближе к устройству.

— Я могу спрятать вас. Совсем стереть с любых карт, — послание между строк оба мужчины поняли сразу. Она предлагала установить на них статус погибших.

— Делай, Ханниган, — уверенно кивнул Леон, переглянувшись решительным взглядом с Карвером.

— Хорошо. Берегите себя, — на этом координатор отключилась. В комнате повисла тишина.

— Да уж, кто бы мог подумать, что среди ваших есть крот? — буркнул старик, сердито нахмурив густые брови. — Никому, кроме самих себя, сейчас нельзя верить.

Агент ничего не ответил, но он был полностью согласен со словами старого волка. Кто, как ни он, знал это лучше всех? А теперь и сам Леон на своей шкуре смог убедиться. Повисшее между ними безмолвие нарушил звук открывающейся двери в хижину. Джослин вернулась после пробежки. Мотнув головой старику, мужчина вышел из комнаты. Нашел он девушку на диване. Она зажгла керосиновую лампу. Не хотела, видимо, тратить электричество Карвера.

— Как самочувствие после вечерней пробежки? — ненавязчиво спросил агент, садясь на свободный стул у стены. Он решил начать издалека.

— Бывало и лучше, — Лин повернула голову от лампы к нему. Она позволила спине лечь на спинку дивана, наконец-то даровав возможность мышцам немного расслабиться. — Не привыкла еще.

— Привыкнешь.

— Надеюсь, — пробормотала она.

Взгляд карих глаз вновь упал на тёплое свечение керосиновой лампы. Подрагивающее пламя заставляло танцевать тени в помещении. Что-то не давало ей покоя. Слишком знакомое чувство. Чувство, которое она испытывала только тогда, когда Люк ей что-то не договаривал. Зрачки нашли фигуру Кеннеди. Мужчина тоже был сосредоточен на лампе, но что-то в его позе было... непривычным. Натянутый, плечи напряжены, губы сомкнуты сильнее, чем обычно. Лин увидела перед собой не Кеннеди, а Люка. Сердце больно стукнуло. Она моргнула, отводя от себя наваждение. Леон вновь сидел перед ней.

— Леон, — позвала девушка. Мужчина встретился с ней взглядом. — Ты же что-то хочешь рассказать, да?

Он неуверенно кивнул. — Хочу, — ответил агент. Он вдохнул глубже, рука вновь легла на свитер поверх раны. — Ханниган.

— Что Ханниган?

— Она доложила, что убежище, куда мы изначально хотели поехать – было уничтожено. Беллой. Той женщиной, из-за которой... погиб Люк, — он изучал реакцию девушки. Ему надо было понять – стоит ему продолжать или нет. Заметное напряжение в позе Лин он уловил мгновенно. Но она ждала. Ждала, когда Леон расскажет всё. — Теперь точно стало ясно, что в штабе есть крот. Я был вынужден... согласиться на предложение Ханниган установить нам статус погибших, чтобы хижину Карвера не нашли.

Кеннеди замолчал. Рид так и не открывала рта. До этого – она просто слушала, теперь же не могла промолвить и словечка. Язык онемел, приклеился к небу. Во рту пересохло. Девушка не готова была услышать этого. Официально – она мертва. Ноги, руки заледенели. Тепло от керосиновой лампы не спасало.

— Как же... — прошептала Джослин. Нижняя губа дергалась всё резче и чаще. — Как же? Что же потом? — вопросы потоком лились из её уст, но сейчас, именно в этот момент, Кеннеди не мог ответить на все и сразу. — Это навсегда? А если не получится поймать того человека? Эту Беллу?

Мужчина встал со стула и, сократив расстояние между ними, опустился на диван рядом с Рид. Он не мог глядеть без боли в её перепуганное лицо, зная, что причина всему этому – он и его решение.

— Всё будет хорошо, Джослин, — едва слышно, только для неё сказал он. Осторожно и медленно, чтобы не напугать девушку ещё сильнее, его ладони легли на её трясущиеся плечи и крепко сжали, чтобы приземлить, чтобы она услышала его. — Я позабочусь об этом, Джослин. Это временно, обещаю тебе. Клянусь. Как только я разберусь с Уэйном – всё закончится. Ты вернешься к нормальной жизни.

— К нормальной? — голос сломался, упав до с трудом уловимого шепота. — Как можно теперь? Нормальной жизни у меня больше никогда не будет. Без брата – нет, — говорила Джослин, не отрывая сияющих от слёз глаз от Кеннеди. — Это всё ваша работа. Ваша чертова служба отняла у меня брата! Если бы не вы, то Люк был бы жив, работал бы, где-нибудь в больнице, трудился и заботился бы о больных! А теперь у меня нет ни брата, ни моей собственной жизни! Вы отняли у меня это, отняли...

Чувство вины разрывало агента изнутри. Она была права, во всём права, и он не смел её осуждать за эти слова, как бы они не звучали. Не смел злиться на неё за истерику, за срыв. Это правда. Жестокая и неприкрытая. Слёзы текли по бледным щекам девушки, смешиваясь с лесной пылью и капая на шерстяной плед между ними. Неуверенно, но очень аккуратно, его большие пальцы стерли влажные дорожки с её лица. Касание Джослин едва ли заметила. Оно было лёгкое, невесомое, как будто перышком провели.

Мысли в голове Рид крутились волчком, с силой ударяясь о стенки черепной коробки. Пульс молотком стучал в висках, посылая болезненные импульсы в мозг. Она не хотела больше ничего. Или хотела зажмуриться и, открыв глаза, понять, что это всё был плохой, очень плохой сон. Только вот это не было сном. Это всё происходило с ней прямо сейчас. Хотелось, чтобы её кто-то успокоил. Чтобы кто-то принял её в теплые объятия. Но никого не было рядом кроме Кеннеди. И это заставило что-то переключиться в её мозгу.

Леон рядом, — мысль повторила саму себя. Этот мужчина, друг её брата, его товарищ, взявший на себя ответственность за неё. Исполнивший её просьбу, решившийся на такой отчаянный шаг ради неё. — Ради меня.

Боль всё так же терзала душу, но Джослин поняла, что, если бы всё сложилось иначе, если бы этого человека не было рядом – всё было бы намного хуже, чем оно есть. Слова Люка всплыли в воспоминаниях, будто соглашаясь: «Каков напарник? Леон он человек слова. Я ему жизнь свою доверяю. Не переживай, Джо». Лин замолчала. Её глаза стыдливо опустились на плед. Она чувствовала теплые ладони на своих плечах – он до сих пор не отпускал. Он тот, кто не бросил её, не оставил на произвол судьбы.

Леон не сводил взгляда с девушки. Плечи Рид продолжали с беззвучными всхлипами быстро подниматься и опускаться. Он не двигался, позволяя ей плакать, позволяя на него злиться. Не стал напрягать тело, если она захочет ударить его. Он заслужил и прекрасно знал это. Мужчина был готов принять любые её эмоции, лишь бы ей стало хоть немного легче. Однако того, что произошло в следующий момент, агент совершенно не ожидал. Руки Джослин потянулись к нему, обвивая и притягиваясь к нему ближе. Лицо она спрятала в его плече. Девушка... обняла его. Он замер, обомлел. Кожа на спине покрылась мурашками от того, как её ледяные пальцы сжимали ткань свитера там, как слёзы мокрым местом оставались на плече, но Леон не сказал ни слова.

— Прости... — жалобно пролепетала она ему в плечо. — Я... Ты меня не оставил, а я...

— Не говори, — перебил Кеннеди. Одна его рука легла на макушку Рид, а вторая – на спину и прижала ближе к нему. — Ты всё правильно сказала, Лин. Ты права.

Ответом было лишь неразборчивое мычание в свитер и несколько шумных всхлипов.

Карвер же, сидя в другой комнате, всё слышал. Но он не вышел к ним. Он знал, что им сейчас лучше побыть вместе, без ворчливого старика. В одинокой комнате прозвучал щелчок зажигалки.

Хорошо хоть сейчас выплеснула всё, — подумал Андерсен, затягиваясь сигаретой. Сухие губы дернулись в ухмылке. — Мужик, Леон.

***

Белла наблюдала за Ричардом. За тем, как он беседовал со своим «источником» по средству связи. В этот раз они были не в его лаборатории, а в кабинете. Хотя, судя по обстановке этому помещению больше подходило название «тюремная камера», нежели «кабинет». С голых кирпичных стен сыпалась пыль прямо на холодный бетонный пол. И рабочий стол Уэйна стоял посреди всего этого безликого пространства.

— Ты меня очень разочаровал, — говорил нарочито спокойно он своему собеседнику. — Белла не нашла там Леона Кеннеди. Как ты это объяснишь, Филипс?

— Д-доктор Уэйн, я не знал! — почти истеричным визгом ответил Лисбон. — Я предоставил вам координаты, которые предоста-

— Довольно оправданий! Не желаю слышать! — резко перебил мужчину Уэйн, ударив кулаком по столу. Белла не шелохнулась, наблюдая за происходящим со спокойствием удава. И... предвкушением. — Если ты такой идиот, то ты мне не нужен. Ценность твоя иссякла, Филипс. Прощай.

Ричард, не дав снова оправдаться Лисбону, прервал связь и швырнул устройство на дальний угол стола. Грозный взор остановился на мутантше.

— Белла, ты знаешь, что делать.

— Да, Ричард, — её голос был пропитан удовлетворением. Лицо растянулось в улыбке. Уэйн сам предоставил ей право убить лжеца, из-за которого она потратила драгоценное время. О'Хара развернулась на пятках и покинула «кабинет».

***

Старик кинул в руки Рид скакалку. — Теперь по двести, вперёд! — наказал он, после чего с тихим кряхтением опустился на крыльцо. В сухих пальцах уже была зажата сигарета, с которой падал тлеющий пепел.

Солнечный свет ударил Леону в глаза, когда он вышел к старику. Весна становилась весной – было теплее, солнце начинало дарить тепло. Мужчина сменил свитер на такую же поношенную чёрную футболку. Тоже от Карвера. Взгляд, ослеплённый солнцем, прошелся по поляне и остановился на Джослин. Она, после её всплеска, сейчас занималась, будто ничего не произошло.

— Я слышал, — сказал Андерсен, привлекая внимание агента к себе.

— Что?

— Не тупи, парень, — проворчал старик, стряхнув пепел с сигареты. — Она наконец то поистерила. Я уж боялся, что совсем сожрет себя девочка изнутри.

— Я... — слова оступились. Кеннеди вновь поднял глаза на девушку. Шлепки скакалки по траве были слышны даже отсюда. — ...я тоже боялся, старик.

Карвер угрюмо кивнул, повернувшись к Рид. Оба мужчины смотрели на то, как она ритмично прыгает. — У неё будто второе дыхание открылось. Из неё может что-то получиться. Упорная.

Как Люк, — продолжил слова старика Леон, поджав губы. Но во взгляде блондина, кроме вины и стыда можно было увидеть кое-что ещё. Гордость.

— Когда будешь учить её стрелять?

— Рано, — ответил Карвер, затянувшись. — Сначала контроль тела. Без него в стрельбе никак. На следующей неделе только.

Агент мотнул головой и больше ничего не спрашивал. Он... просто глядел на Джослин и вдыхал свежий лесной воздух, смешанный с табачным дымом сигарет старика. Кеннеди, случайно нюхнув дыма, закашлялся, отмахиваясь ладонью.

— Старик, прекрати курить эту дрянь!

— Ты ко мне не приклеен, парень, если хочешь насладиться ароматами природы, то милости прошу, — старый волк обвел рукой с сигаретой в пальцах по поляне. — Раздолье.

***

Ночь. Белла размеренно рулила, в то время как на спидометре скорость уже выкручивалась до почти двухсот километров в час. Впереди, немного дальше по шоссе, маячил алый свет задних фар машины. Машины Лисбона. О'Хара выслеживала этого лживого ублюдка целый день. Его место проживания было им известно – Уэйн подстраховался ещё очень давно. А сегодня она растягивала удовольствие, наслаждаясь его перекошенной от страха рожей.

Нога сильнее вдавила педаль в пол. Прозвучал треск, но всё внимание мутантши было на авто впереди. Она ехала за ним из самого Вашингтона и вот, наконец, догнала. Вот такие догонялки ей нравились. Машина двинулась ещё вперед, выравниваясь на пустой встречной полосе со своей добычей. Резкий поворот руля – она оцарапала водительскую дверь, заставив транспорт немного дернуться. Скрежет металла о металл приятной мелодией казался ей сейчас. Ещё раз, более грубый, жестокий – машина полетела в кювет. Белла поехала за ней. Остановившись, она увидела – седан сильно помят, Лисбон внутри пытается вылезти, но вот проблема – в перевёрнутом состоянии это трудно. Неравнодушная женщина решила ему «помочь».

Мутантша покинула свое авто и размеренным, неторопливым шагом приблизилась к Филипсу и опустилась на корточки. Перепуганный мужчина, в плену салона, ремня безопасности и разбитого стекла, содрогнулся, поморщившись от боли. По его кротовьему лицу стекала струйка крови из виска.

— Последние слова, Лисбон? — всё же немного жалости к нему она решила проявить.

И... кажется, не зря.

— Белла, умоляю! Не убивай! — взмолился мужчина дрожащим голосом. Это вызвало у неё только отвращение. Однако следующие его слова... — Я знаю о Джейдене!

— Что?! — словно гром, из самой глубины её организма, вырвался возмущённый рык. Протянув руку, Белла резко дернула Филипса на себя, вытащив его из машины на землю. Его страдальческие крики она проигнорировала. — Что ты знаешь? Отвечай. Немедленно.

— Он... Он... — Лисбон никак не мог собраться. Рваные вздохи сбивали его речь, вызывая в О'Харе все больше желания раздавить его башку. — Уэйн не спасет его! Он ему не нужен больше!

— Как это не нужен?! — прошипела она, склонившись ближе к мужчине. — Откуда ты вообще знаешь об этом?

Лисбон хрипло усмехнулся, сморщившись от рези в теле. — У меня были свои... способы. А теперь... мне нечего уже терять, верно?

Белла испепеляющим взглядом впилась в глаза Филипса, пытаясь найти там хоть толику лжи, но... перед смертью никто не лжёт, верно? Да и ненависть, продолжающая нарастать в отношении Уэйна, сыграла свою роль в заинтересованности информацией этого полудохлого крота.

— Я слушаю.

— Информацию я... выкрал из-под... его носа... Он даже не заметил... Я ведь мог обнародовать все... — говорил с тяжёлым придыханием Лисбон. — Но... тогда бы правда обо мне... Я оставлял это на... самый крайний случай.

— Короче.

— Рич смог... Выудить... из мозга Джейдена... всё... Расшифровал... все знания из... дневника об... усовершенствовании... формулы, что... — он тяжело закашлял. В уголке губ появилась кровь. — ...позволило бы сдержать... мутацию штамма...

— Зачем?

— Улучшит себя... сделает почти неуязвимым...

— А Кеннеди и Рид тогда ему на кой хер?! — терпение Беллы кончалось.

— Заменить... — снова булькающий кашель вырвался из него вместе с кровью. — Тебя заменить... Тебя боится... Твоей ярости... А этих двух... в своих солдат для... собственной безопасности... От тебя... Ты стала... неудобна... Давно... искал... кандидатов... на твоё... место...

Ярость прямо сейчас обуяла её. В груди горело огнем от гнева, от бешенства. Уэйн перешел черту. Теперь она не будет играть в его команде, раз он того не желает. Она схватила Филипса за грудки и приподняла. Её разъяренное лицо было в миллиметре от его, перекошенного в агонии.

— Где Кеннеди?

— Не знаю... Клянусь!.. — жалобно захрипел из последних сил мужчина.

— Где информация на Уэйна?

— В кармане... в кармане пиджака...

Она быстро сунула руку в карман и достала оттуда диктофон. Лисбон подал слабый голос:

— Записи его опытов... с телом Джейдена... — глаза Филипса окончательно закатились. Изо рта вырвался последний вздох. Его тело обмякло. Белла без всякой заботы отшвырнула его в сторону, а сама, надёжно спрятав диктофон у себя, села в машину.

К Ричарду она не вернётся. Он объявил ей войну, но этот ублюдок ещё не знал, на что способна сестра в бешенстве. Её следующая цель – Кеннеди. Она перероет всю Землю, осмотрит каждый уголок страны, но найдет его. Потому что он где-то там, она была уверена в этом. Теперь он нужен ей. А Белле нужно предложить сделку, от которой он не сможет отказаться.