Герой рядом со мной.

Понедельник в школе Нью-Йорка  всегда казался Майку бесконечным, но сегодня воздух буквально вибрировал. Он шел по коридору, не сводя глаз с Уилла, который шел чуть впереди. Майка не покидало ощущение, что он стоит перед огромным пазлом, где не хватает всего одной детали.
Макс догнала их у шкафчиков. Она выглядела вызывающе спокойной. На ней была черная кожаная куртка, а на губах играла странная, хищная усмешка.
— Привет, мальчики, вы не видели Джейн?— промурлыкала она, прислонившись к шкафчику Уилла. — Как спалось после... бурной ночи? Никакие насекомые не кусали?
Уилл едва не выронил учебник истории. Он бросил на Макс быстрый, предупреждающий взгляд, но та лишь подмигнула ему.
— Нас чуть не убили, Макс, — хмуро ответил Майк, захлопывая свой шкафчик. — Какое «спалось»? Я всю ночь думал о том фото. О руке.
Макс перевела взгляд на Майка, и в её глазах вспыхнул опасный огонек.
— О, Майки... Ты всегда ищешь ответы не там. Ты смотришь на родинки, а надо смотреть на то, как человек двигается. Как он дышит, когда ты рядом.
Она внезапно протянула руку и провела тонкими пальцами по плечу Майка. Её движения были невероятно плавными, почти звериными.
— Иногда те, кто кажется самыми тихими, по ночам прыгают по крышам. Правда, Уилл?
Уилл густо покраснел и поспешил скрыться в классе. Майк хотел пойти за ним, но Макс придержала его за локоть. Её хватка была неожиданно сильной.
— Дай ему остыть, Уилер. У него сегодня был трудный... «улов», — она выделила это слово, и Майк нахмурился.

Ночная встреча
Той же ночью Майк не мог уснуть. Мысли о поцелуе на балконе жгли его изнутри. Он подошел к окну и замер. В парке через дорогу, на крыше старой водонапорной башни, мелькнула тень.
«Он там», — пронеслось в голове.
Майк, не раздумывая, натянул куртку и выскочил из дома. Он бежал по мокрой траве, задыхаясь от предвкушения. Он хотел снова увидеть его. Снова почувствовать то электричество.
Он забрался по ржавой лестнице на крышу. Но вместо красно-синего костюма он увидел... черный.
Фигура сидела на краю, свесив ноги. Облегающий черный латекс, маска с острыми ушками и длинный хлыст, свернутый на поясе. Фигура обернулась.
— Ты не тот, кого я ждал, — выдохнул Майк, пятясь назад.
— А кого ты ждал, сладкий? — голос был искажен маской, но в нем слышалась знакомая насмешка. — Своего дружелюбного соседа? Он немного занят — зализывает раны в своем «гнезде».
Женщина-кошка поднялась, грациозно, как настоящая кошка, и подошла к Майку. Она была ниже Человека-паука, но от неё исходила такая волна уверенности, что Майку стало не по себе.
— Кто ты? — прошептал он. — Ты тоже из них? Из героев?
— Героев? — она рассмеялась, и этот смех заставил бабочек в животе Майка затрепетать от страха. — Нет, я сама по себе. Но я присматриваю за твоим Паучком. Он слишком мягкий для этого города. Слишком сильно любит одного кудрявого мальчика, чтобы замечать хвост, который за ним тянется.
Она подошла вплотную и вдруг выпустила когти — острые, стальные лезвия блеснули в свете луны. Она приставила один коготь к подбородку Майка, заставляя его поднять голову.
— Послушай меня, Уилер. Твой Паук — дурак. Он подставился под удар наемников из-за тебя. Если ты действительно хочешь ему помочь — перестань копаться в его тайне. Твое любопытство его убьет.
— Я просто хочу знать, кто он! — выкрикнул Майк. — Я... я, кажется, люблю его!
Женщина-кошка замерла. Её плечи дрогнули. Она убрала коготь и легонько похлопала Майка по щеке.
— Тогда люби его молча. Потому что если маска спадет сейчас — за ним придут те, с кем ты не сможешь сразиться.
Она сделала сальто назад, приземлившись на самый край парапета.
— И передай Уиллу... — она осеклась, — передай ему, что Кошка следит за порядком.
С этими словами она спрыгнула вниз. Майк бросился к краю, но крыша была пуста. Только на металле остались глубокие царапины от когтей.

Она знала: те наемники в доме Лукаса были только началом. И если Паук будет слишком занят своими «бабочками» в животе от Майка, он пропустит удар.
«Придется Кошке выпустить когти», — подумала она. — «Но сначала... я посмотрю, как Майк будет выбивать из него признание. Это будет забавное зрелище».

Майк стоял на крыше, и его трясло. Кошка назвала имя Уилла. Она почти проговорилась. Или она специально это сделала?
Он вернулся домой под утро, совершенно разбитый. Зайдя в свою комнату, он увидел на подушке маленькую записку. Она была написана аккуратным почерком Уилла:

«Майк, завтра после школы не уходи сразу. Мне нужно тебе кое-что показать в нашем подвале. Пожалуйста. Только ты и я».
Бруклинский вечер опускался на город серой пеленой, но в подвале дома Байерсов время словно остановилось. Здесь пахло сыростью, старыми холстами и разбавителем для красок. Единственная лампа на длинном шнуре раскачивалась под потолком, отбрасывая длинные, пляшущие тени на стены, заставленные эскизами.
Майк стоял у самой двери, тяжело дыша. Он запер её на засов, и этот сухой щелчок металла прозвучал как выстрел. Уилл стоял у своего мольберта, судорожно сжимая в руках чистую тряпку. Он не оборачивался, но Майк видел, как напряжена его спина.
— Зачем ты позвал меня, Уилл? — голос Майка был низким, почти хриплым.
— Я хотел... хотел показать новые наброски, — тихо ответил Уилл, наконец поворачиваясь. Его глаза блестели в тусклом свете, и в них читалась мольба, которую Майк не собирался слушать.
Майк сделал шаг вперед. Затем еще один. Он не остановился, пока не оказался в личном пространстве Уилла. Майк был чуть выше, и сейчас он буквально нависал над другом, заставляя того вжаться лопатками в холодную кирпичную стену.
— Ложь, — выдохнул Майк. Он уперся ладонями в стену по обе стороны от головы Уилла, замыкая его в ловушку. — Ты позвал меня, потому что знаешь — я всё видел. Я видел родинку. Я чувствовал запах.
Уилл попытался отвести взгляд, но Майк перехватил его подбородок, заставляя смотреть прямо в глаза. Бабочки в животе Майка превратились в яростный шторм, когда он почувствовал, как участилось дыхание Уилла.
— Это ведь не ты, да? — Майк прищурился, в его голосе проскользнула странная надежда. — Я всю ночь не спал. Я думал. Уилл Байерс не может быть супергероем. Ты слишком... — его взгляд скользнул по губам Уилла, — слишком мягкий. Слишком ранимый.
Уилл затаил дыхание. Его сердце билось о ребра так сильно, что, казалось, Майк может почувствовать это через свои руки.
— Тогда кто же? — шепнул Уилл.
— Джонатан, — Майк почти выплюнул это имя. — Это он, верно? Вы братья, у вас одинаковое телосложение, одинаковые черты. Он вечно где-то пропадает, вечно «на съемках». Ты просто прикрываешь его. Ты помогаешь ему скрывать это безумие! Скажи мне, Уилл! Это он поцеловал меня на балконе?!
Майк рванул воротник рубашки Уилла, притягивая его к себе так близко, что их носы соприкоснулись. Сексуальное напряжение в этот миг стало почти осязаемым — оно искрило на кончиках пальцев, жгло кожу. Майк смотрел на губы Уилла с такой яростью и жаждой, что воздух вокруг них, казалось, начал плавиться.
— Если это он... — прорычал Майк, — то почему я чувствую тебя? Почему, когда он меня касался, я думал о том, как ты рисуешь в этом подвале? Скажи правду, иначе я...
— Иначе что? — вдруг сорвался Уилл. Его глаза вспыхнули не привычной мягкостью, а чем-то стальным, пугающим. — Что ты сделаешь, Майк? Расскажешь всем? Подставишь нас под удар? Ты понятия не имеешь, во что ты влез!
Майк замер, пораженный этой внезапной вспышкой силы. Он всё еще сжимал воротник Уилла, чувствуя жар его кожи. Их губы были в миллиметре друг от друга. Одно движение — и всё признание случилось бы без слов. Майк уже подался вперед, закрывая глаза, готовый сорваться в этот омут...
— Мяу. —
Резкий, насмешливый звук заставил их отпрянуть друг от друга.
На старых трубах под самым потолком, грациозно свесив одну ногу в черном латексе, сидела фигура. Женщина-кошка лениво покручивала на пальце свой хлыст. Её линзы в маске хищно блеснули.
— Ну и драма, — Макс спрыгнула на пол, приземлившись совершенно бесшумно, как тень. — Я уже начала думать, что вы тут сейчас задохнетесь от своих гормонов.
Майк ошарашенно смотрел на неё, переводя взгляд с Уилла на Макс.
— Ты... ты пришла за Пауком? Ты пришла за Джонатаном?!
Макс закатила глаза так сильно, что это было видно даже через маску. Она подошла к столу, на котором лежал рюкзак Майка, и одним резким движением когтя вспорола подкладку. На пол с тихим звонком упал крошечный черный прибор с мигающим красным огоньком.
— Пока вы тут играли в «прижми меня к стенке», — Макс раздавила маячок каблуком, — те, кто прислал этот сувенир, уже составили ваш психологический портрет.
— Что это? — Майк похолодел.
— Это твой смертный приговор, Уилер, — Макс подошла к окну подвала, заглядывая в узкую щель на уровне тротуара. — Тот ученый — Доктор Бреннер, если вам это о чем-то говорит — больше не гадает. Ему плевать, Джонатан это или папа римский. Он знает, что Человек-паук придет туда, где ты.
Она обернулась к парням. Её лицо под маской стало предельно серьезным.
— Они знают, что вы сейчас здесь. Я видела две машины на углу. И они задумали не просто захват. Они собираются пустить газ в вентиляцию, чтобы выкурить вас как крыс.
Уилл мгновенно побледнел. Его рука непроизвольно потянулась к Майку, переплетаясь с его пальцами.
— Майк, нам нужно уходить. Сейчас же.
Майк посмотрел на их сцепленные руки, затем на Макс, которая уже выпускала когти.
— Но куда? Если они следят за нами...
— К единственному человеку в этом городе, который умеет прятать вещи так, что их не найдет даже ЦРУ, — Макс хищно улыбнулась. — Добро пожаловать в моё логово, мальчики. Но предупреждаю: если вы начнете целоваться у меня на диване — я вас поцарапаю.
С улицы донесся резкий визг тормозов. Свет фар полоснул по окнам подвала.
— Бежим! — скомандовала Кошка.

Примечание: автор арта: aut.odafe тик ток.