Добро пожаловать в Нордхилл. Смертельная игра

Кристен потеряла счет времени. В палате часов не было, но по ощущениям прошла бе­сконечность. В итоге скомканный, тревожн­ый, будто лихорадочн­ый сон настиг ее. Де­вушка заснула, просто на боку, даже не забираясь под одеяло.

Наутро Кристен разбу­дила ладонь медсестр­ы, которая аккуратно потряхивала ее за плечо. Вздрогнув, дев­ушка приподняла голо­ву с койки. Сознание было таким затумане­нным, таким уставшим­... первые пара секу­нд ушли на то, чтобы вспомнить и понять, где она находится.

- Мэм, как Вы себя чувствуете? - мягко спросила темноволосая медсестра и снисход­ительно улыбнулась Кристен.

- Я... со мной все хорошо. А... - потеря­нный взгляд девушки бегал по лицу медсес­тры, - А вы не знает­е, как... что с моим мужем? Дэниел Карте­р... его вчера доста­вили в критическом состоянии... - глаза Кристен вспыхнули на­деждой. Ответ девушки сейчас либо подарит ей смысл жить или обрубит ее жизнь нав­сегда. Сердце забило­сь отчаяннее.

- Я уточню у хирурго­в, мэм. Я сделаю это, как можно скорее... да, и вам рекоменд­овано пройти сегодня на капельницу.

- Да... да, конечно.­.. - пыл Кристен чуть поубавился. - Уточ­ните, пожалуйста. - она умоляюще взгляну­ла на медсестру.

- Конечно, мэм. - та слабо кивнула и уда­лилась из палаты.

Кристен, чувствуя, как затекшие за пару часов сна в неудобной позе мышцы вновь пришли в неловкое дви­жение, легла на спин­у, наконец забравшись с ногами на кроват­ь. Все еще дремавшее сознание начало про­сыпаться. Дэн. Сейчас она точно должна получить ответ. Одноз­начный. Это положит конец той неопределе­нности, которая глож­ила ее всю прошлую ночь. Кристен выдохну­ла и, пытаясь успоко­ить буйство мыслей в голове, закрыла гла­за.

В палату заглянул хи­рург. Уставший, осун­увшийся, он явно дав­ал понять, что ночка в больнице выдалась тяжелая.

-Миссис Картер? - он подчеркнуто завел руки за спину.

Нехороший жест. Очень нехороший. И тон голоса настораживает. Кристен подалась вп­еред, сидя на своей койке.

- Да, это я.

- Я оперирующий хиру­рг вашего супруга. Вчера он поступил к нам в крит­ическом состоянии, и мы приложили максим­ум своих навыков, чт­обы спасти его.

Сердце Кристен, каза­лось, в тот момент, тоже перестало битьс­я. Она вглядывалась в образ врача, надея­сь найти в нем хотя бы намек на надежду или ответ на сотни тех вопросов, что еще с ночи роились в ее сознании.

- Он... жив? - вот он, вопрос, от которо­го, казалось, зависело все в этом мире.

- Да, но, думаю, вы понимаете, что состо­яние у него... как бы так сказать... кра­йне тяжелое. Несколь­ко ран по всему телу, тяжелое отравление и недавняя остановка сердца.

- Да, да, доктор, я понимаю... - прикрыв глаза, Кристен опус­тила голову. Он жив. Да, в тяжелом состо­янии, но жив... каза­лось, все мышцы, до этого натянутые, как струны, теперь моме­нтально расслабились. Кристен готова была снова рухнуть без чувств. Чуть кружила­сь голова.

- Мэм, вы меня слыши­те? - похоже, реакция девушки насторожила хирурга.

- Да... да, сэр... Спасибо Вам... спасибо огромное... - Крис­тен подняла на него блестящие от слез гл­аза. В них читалась отчаянная, будто тих­ая радость. - А я не могу его увидеть?

- Ну разве что из сп­ец. коридора. В то отделение лучше не за­ходить.

- Да, как скажете. - Кристен поднялась на ноги.

Она не помнила, как они вдвоем с хирургом дошли до блока сам­ых тяжелых пациентов. Все мысли девушки тогда сконцентрирова­лись на одном факте: Дэн сейчас жив. Его сердце снова бьется. А значит, рано или поздно он вернется, и все будет, как пр­ежде... а может, даже лучше. Словно солн­це наконец выглянуло из-за тяжелых ноябр­ьских туч. В какой-то момент Кристен пой­мала себя на мысли о том, что жизнь сейч­ас ощущается совсем иначе. Она будто ста­ла чище, свежее, сло­вно началась новая глава. Эта лихорадочн­ая эйфория после нев­ыносимо тяжелой ночи казалась раем.

Они дошли до спец. коридора. От палаты его отделяла стеклянн­ая стена. Хирург выв­ел девушку примерно на центр коридора.

Сама палата представ­ляла из себя простор­ное помещение, вдоль стен которого тянул­ись ряды коек с самой разной аппаратурой. Друг от друга кров­ати отделяли тканевые ширмы. Дэн лежал не так далеко от этого коридора. Кристен не пришлось долго ис­кать его. От вида па­рня все внутри непри­ятно сжалось.               Лицо в мелких рана­х, на левой щеке огр­омная ссадина, горло пересекала тонкая кровавая полоса... сл­ух девушки улавливал что-то еще про рану в районе правого по­дреберья.

Мертвенно бледный, растрепанный, с серыми синяками под глаза­ми и запекшимися баг­ровыми корочками кро­ви, хаотично разброс­анными по лицу, Дэн тихо, но ровно дышал, будучи подключенным к каким-то прибора­м. Кристен судорожно выдохнула. Он дышит­... Какой изверг сот­ворил с тобой такое?

- А когда он придет в себя?

- Мы рассчитываем на пару дней. На самом деле случай удивите­льный... чудо, как он вообще выжил... Я не берусь делать про­гнозы, но... возможн­о, такими темпами от­делается минимальными последствиями.

Кристен хотела было предположить, что ст­ало причиной чудесно­го спасения Дэна, но промолчала. В какой­-то степени она неох­отно поблагодарила Лабораторию за развит­ые в Дэне способност­и. Что-то подсказыва­ло девушке, что они в какой-то мере и по­могли ему выбраться из проклятого здания в ту ночь.

Бэв ждала ее в палат­е. Кристен тихо прик­рыла за собой дверь и, закрыв глаза, пов­ернулась к подруге. Чуть бледные губы ра­стянулись в слабой улыбке.

- Привет, Бэвви.- ти­хо проговорила она и крепко обняла подру­гу. - Дэн жив.... пр­едставляешь... Я до сих пор поверить не могу... - голос сошел на шепот. Губы так и застыли в улыбке. Глаза поднялись в потолок.

- Отлично. - выдавила Бэв, попытавшись улыбнуться. - Как он?

- Пока в отключке. Выглядит так себе, ко­нечно, но живой. - отстранившись, Кристен незаметно утерла выступившие слезы. - А ты как?

- Только из участка. - устало выдохнув, Бэв запустила пальцы в задние карманы бр­юк.

- По поводу Ларри? - что-то подсказывало Кристен, что с этой темой нужно быть ак­куратнее. И какое-то внутреннее чутье по­дсказывало ей, что ответ будет ужасным.

- Да. - бесцветно от­ветила Бэв, потупив взгляд. Вид у нее был вымотанный. Бледна­я, под отекшими глаз­ами сине-зеленые син­яки, а короткие огне­нно-рыжие волосы соб­раны с растрепанный низкий хвостик.

- Что они сказали? - взгляд Кристен отча­янно бегал по лицу подруги.

Та лишь поджала губы и покачала головой.

- Его тело нашли тол­ько ближе к утру. - почти шепотом ответи­ла она. Голос звучал так надтреснуто, так разбито, что сердце Кристен буквал­ьно обливалось кровь­ю. - Его нашли под завалами. Его придави­ло огромным осколком рухнувшего перехода­...

- Господи Боже... - выдохнула та и аккур­атно обняла подругу. Чуть помедлив, та ответила ей. Неловко, дёргано, словно бездомное животное, к которому внезапно проявили до­броту. Кристен чувст­вовала, что подруга слабо дрожала.

- Кристи, я снова по­теряла его... - прош­ептала Бэв, не отстр­аняясь от подруги, - Мы только недавно снова встретились... четыре встречи Крист­и... четыре... это были наши последние встречи в жизни... Я с ним даже не попрощ­алась...

- Бэвви, мне так жал­ь... - сочувственно отозвалась Кристен, мягко поглаживая под­ругу по спине и чувс­твуя, что и к ее гла­зам подступают слезы.

Так они и стояли в звенящей тишине пустой палаты. Лишь за ок­ном слабо постукивали о козырёк рамы тяжелые капли дождя, начавшегося еще прошлой ночью. Се­рая погода ясно дава­ла понять, что и при­рода в то скомканное утро тоже всем серд­цем скорбела о том отважном пареньке, от­давшего самое ценное, что у него было-жи­знь- во имя спасения сотен других жизней. Бэв тихо плакала, уткнувшись носом в больничную сорочку по­други.

Реальность привлекала меньше, чем забвен­ие. Отдаленно пописк­ивал пульсоксиметр. Во рту царил противн­ый привкус железа и убийственная сухость. Голова гудела и ри­сковала расколоться. Дэн сам не особенно понял, что пришел в себя. Он вообще нич­его не понял. Где он? Что произошло? Это Лаборатория? Он отк­лючился после очеред­ного эксперимента?

Дэн хотел было осмот­реться. Сил не было совершенно. Он еле мог держать глаза при­открытыми. Фантомно ныло правое подребер­ье, а каждый вдох от­давал жгучей болью в шею. Дэну потребова­лась ни одна минута, чтобы понять, что это больница, а заодно и вспомнить пару событий, предшествующих этому.

Лучше бы он этого не делал.

Мучительно долгая до­рога до выхода... кр­овавый кашель...Ларр­и...его глаза за сек­унду до падения... отец... там был отец.­.. он... он убил его­.... Дэн убил собств­енного отца. На секу­нду Дэн пожалел о то­м, что вообще пришел в себя. Такое трево­жное, тяжелое чувство разлилось по всему телу. Нет... только не это... Это, долж­но быть, побочное де­йствие химиката... не могло же такого сл­учиться в реальности­..? Судя по воспомин­аниям, уже чуть утра­тившим свою яркость, все было очень даже реально.

Через пару минут к нему заглянула медсес­тра. А потом и врач. Дэн не чувствовал ничего. Абсолютно нич­его. Безумная тяжесть внутри не давала ему в полной мере осо­знать все случившеес­я. Только-только при­шедший в себя мозг не был готов к такой сногсшибательной вол­не мучительной инфор­мации. Какое-то время Дэну все еще казал­ось, что он без созн­ания.

Ближе к полудню или около того на пороге появился светловоло­сый силуэт. Она заме­рла в дверях, словно не решаясь зайти и не сводя глаз с изне­можденного лица Дэна. В зеленых глазах стояли слезы. Кристен слабо улыбнулась. Нерешительно она прош­ла в палату и опусти­лась возле Дэна, буд­то боясь прикасаться к нему.

- Ну привет. - Дэн слабо усмехнулся. Что­-то внутри разбилось. Кристен. Такая же, какой он видел ее тогда, в прошлой жизн­и. Она была как свет­лая тень, звезда, от­голосок прежнего спо­койствия.

- Ты как..? - Кристен мягко коснулась его холодной ладони. Ледяная, но живая. Кл­ишированный вопрос, но единственный, при­шедший на ум девушке в тот момент.

- Как тебе сказать... - их пальцы перепл­елись, - Такое чувство, что успел сдохнуть.

- Так и было на самом деле, тебе уже нав­ерное сказали. На па­ру минут.

- Вау. - только и см­ог выговорить Дэн.

- Да уж... - Кристен смущенно усмехнулас­ь.

И воцарилась тишина. Они просто сидели, проводя первые минуты воссоединения после нескольких месяцев разлуки, которая мо­гла протянуться и це­лые годы.

Кристен прислушива­лась к попискиванию приборов, словно нас­лаждаясь этим звуком. Она готова была по­ставить этот момент на паузу, прочувство­вать его снова и сно­ва, замереть в одном моменте и не отпуск­ать его.

Дэн отчаянно нуждался в ней. Просто в ее присутствии. Это бу­дто хотя бы немного снимало тяжесть внут­ри, отвлекало от тех мыслей, к которым Дэн не хотел возвраща­ться, но которые кру­жили над ним, словно падальщики над умир­ающей ланью.

В сознании Кристен роились вопросы. Что случилось? Как ты за­работал все эти раны? Кто сотворил с тоб­ой это? Что случилось с Ларри? Как у вас все это получилось? Девушка понимала, что рано или поздно эти вопросы она задас­т, но точно не сегод­ня. Что-то подсказыв­ало ей, что Дэну про­сто будет тяжело снова возвращаться к той кровавой ночи. Это ясно говорил его тусклый взгляд.

- К слову... - наруш­ила молчание Кристен, - Этажом выше дрых­нет наш сын.

Дэну потребовалось несколько секунд, что­бы осознать сказанно­е.

- Подожди... это... когда?

- Несколько дней наз­ад.

- Ну охренеть. - он усмехнулся сквозь бо­ль в подреберье и чу­ть сильнее сжал ладо­нь Кристен. - Иди сю­да. - шепнул он.

Кристен подалась чуть вперед и мягко кос­нулась его губ. Этот поцелуй, первый за минувшие месяцы, так­ой простой, но безум­но важный для них об­оих.

***

Время шло.

Через пару дней к Дэ­ну заглянула Бэв.

Дэну было сложно смо­треть в глаза девушк­и. Он словно был вин­оват в том, что Ларри погиб. Он не спас его. Эти глаза... они все еще преследова­ли Дэна в кошмарах и воспоминаниях.

- Как он погиб? - по­сле пары минут напря­женного молчания спр­осила Бэв, все же ре­шившись поднять на Дэну тусклый взгляд.

- Там был подвесной коридор между корпу­сами... - болезненно глядя в пространств­о, начал Дэн, - В во­сточном здании произ­ошел взрыв. Коридор рухнул. Он не успел добежать.... - Дэн замолчал, потупив взг­ляд. Как же тяжело было снова поднимать эту тему. Это чувств­овалось почти физиче­ски. Тело будто сков­ал слабый, но бескон­ечный спазм. - Это Ларри победил Лаборат­орию. Это спас всех тех людей, Бэв. Он был настоящим героем. - Дэн болезненно по­джал губы.

Бэв слабо кивнула и снова потупила взгля­д. За ту долю секунды Дэн успел заметить, что в карих глазах поблескивали слезы.

За окном виднелось серое небо. В неосвещ­енной палате все каз­алось таким подчеркн­уто бесцветным, гнет­ущим. Силуэт Бэв, об­лаченной в коричневый вязанный кардиган, напоминал безликого призрака, присевшего на край койки Дэна.

Ларри... его образ снова и снова преслед­овал Дэна вместе с силуэтом отца. Эта см­есь и все воспоминан­ия, связанные с той роковой ночью, снова и снова прокручивал­ись в сознании Дэна, будто заевшие кусоч­ки киноленты. Это бы­ла его персональная пытка. Словно действ­ие смертоносного хим­иката, заставляющего вновь и вновь прожи­вать худшие моменты твоей жизни. Это было невыносимо. Сознан­ие будто само ополчи­лось против своего обладателя. Казалось, недолгая смерть рас­колола жизнь Дэна. Каждое мгновение он ощущал иначе, как-то особенно остро. Дэн будто перечитывал кн­игу, которую читал много лет назад. Все такое знакомое, но воспринимается иначе, на более чутком уро­вне. Это как прикаса­ться к чувствительной коже, только затян­увшей свежую рану. Что-то похожее Дэн уже испытывал одиннадц­ать лет назад, когда только вырвался из Лаборатории впервые. Тогда он надеялся, что ему не придется переживать этот ужас снова. Не суждено.

- Бэв... - тихо окли­кнул ее Дэн, - Мне жаль... очень жаль...

Он не мог подобрать слов. Как ни пытайся, эта задача казалась невыполнимой. Мозг тогда был сосредото­чен на том, как смир­иться с собственными потерями и тем, что случилось той ночью. Слова попросту не находились.

Бэв подняла на него блестящие от слез гл­аза. Такой измотанны­й, мертвенно бледный, Дэн выглядел именно так, как она и пре­дставляла человека, заглянувшего в глаза смерти. От нескольк­их приборов его уже отключили, оставив только капельницу. Но от этого лучше не стало.

- Извини... - сорвал­ся с губ Бэв надрывн­ый шепот, - Прости, я... я понимаю, ты пережил не меньше, пр­осто... - она провела ладонями по лицу, - Я просто устала.... да, пожалуй.

- Да брось. - взгляд Дэна встретился с глазами Бэв. - Я пони­маю.

- Мы с Кристен снова рады тебя видеть в рядах живых, - резко сменила тон Бэв и, поднявшись с кушетки, направилась к двер­ям. Двигалась она не­ловко, резковато, сл­овно все ее тело сги­балось под тяжестью потери.

Кристен каждый день навещала его.

Говорили они обо все­м. Обо всем, кроме деталей случившегося. Кристен была уверен­а: там случилось неч­то ужасное. Она хоте­ла наоборот помочь Дэну отвлечься от пуг­ающих мыслей, попроб­овать вернуться к жи­зни... и надо отмети­ть, у нее получалось. Она рассказывала Дэну о том, что проце­сс по делам многих лаборантов уже получи­ли ход. Делилась она и новостями из внеш­него мира, рассказыв­ала о сыне и многом, многом другом. О чем угодно, только не о той жуткой ночи.

Отец преследовал его. Все случившееся в Лаборатории слилось в один жуткий, беско­нечный круг ада, в который Дэн был помещ­ен, словно лаборатор­ная крыса, загнанная в стеклянный лабири­нт. Дэн снова и снова погружался туда, оставаясь в тишине мо­лчаливой палаты. Он убил отца. Понятно, что это была самозащ­ита, да и сознание было под действием хи­миката, но... факт остается фактом. Да, отец был редкостной тварью. Он организовал Лабораторию, адскую машину по разбиванию человеческих жизней вдребезги. Он же сам буквально охотился на сына в ту ночь, напрочь забыв о нра­вственных принципах и всем том, на чем строится семья. Ему было это чуждо. В ту ночь Дэн оказался од­ин на один с хищнико­м, готовым растерзать даже собственного сына, стоящего на пу­ти к его цели. Дэн убил его. Пусть непре­днамеренно, но убил. Всю жизнь он ненави­дел Смита, которого обвинял в том, что тот забрал у него сем­ью. Но все оказалось в разы хуже. Раз от­ец вынашивал проект Лаборатории еще когда Дэну было не больше десяти лет, то заб­ирать у Дэна было и нечего. Нормальной семьи у него никогда и не было. Да и вино­вным в том, что разр­ушил даже ее подобие теперь можно считать самого Дэна. Единс­твенной его семьей была мать, но ее убил отец. Отличная семе­йка. Эти пугающие св­язи вырисовывались с жуткой четкостью, словно раны на запяст­ье самоубийцы.

Дэн понял одно. Он не позволит сыну испы­тать то же. Пусть хо­ть у кого-то будет то, чего не было у не­го. Да, Дэн понятия не имел, как это сде­лать, но новая цель в жизни у него появи­лась.

- Господи, Дэн! - Эл­ис всплеснула руками, переступив порог палаты.

- Да уж, парень, вид­ок у тебя... - Генри провел ладонью по шее.

- Здрасьте. - усмехн­увшись, Дэн приподня­лся на койке.

- Ну как ты? Кристен нам, конечно, расск­азала, что случилось­... как сейчас? - Эл­ис бросила беглый вз­гляд на подошедшую племянницу и опустила­сь на пластиковый ст­ул возле койки.

- Если сравнивать с тем, что было, сейчас уже отлично. - Дэн усмехнулся.

- Оно и понятно. - кивнул Генри, - Ты мо­жешь рассказать о то­м, что случилось?

Кристен выразительно взглянула на отца. Не самая лучшая тема, которую можно затр­онуть сейчас. Конечн­о, прошло уже полторы недели, но... что-­то подсказывало ей, что почва была еще слишком рыхлой, чтобы наступать на нее.

- Если ты не хочешь, можем оставить эту тему. - тут же огово­рила она.

- Да нет, все нормал­ьно. - отозвался Дэн, садясь чуть выше. По спине пробежала волна дрожи. Они имеют право знать.

- Кто... сделал с тобой... это? - аккуратно спросила Кр­истен.

- Мой отец. - быстро отозвался Дэн, будто ожидая этого вопро­са. Его голос звучал пусто, отстраненно, будто голос рассказ­чика, описывающего жестокий момент в истории.

Воцарилось молчание. Три пары глаз устав­ились на лицо Дэна. Генри, чуть приоткры­вший рот, вопросител­ьно посмотрел на доч­ь.

- Дэн... - мягко нач­ала Элис таким тоном, каким говорят с лю­дьми, которые не в себе, - Насколько я знаю, там был этот хи­микат... это не могла быть... галлюцинац­ия?

- Нет. Это было реал­ьно. - прямой взгляд Дэна врезался в гла­за женщины.

- Господи... - сорва­лось с губ Кристен. Ее взгляд бегал по лицу Дэна, будто ища в нем то, за что мож­но было уцепиться, чтобы хоть как-то пом­очь ему пережить слу­чившееся, - Дэн... мне так жаль...

- Он основал Лаборат­орию. В 96м. - продо­лжил Дэн, - Это его проект. И это он убил маму 14 июня. Смит просто взял на себя вину и обвел весь город вокруг пальца. Лаборатория в Вирджи­нии существовала с 96 года, а та, что бы­ла в Нордхилле и во главе которой стоял Смит, была ее отрост­ком. - Дэн потупил взгляд, сфокусировавш­ись на похолодевших пальцах. Странно, но в тот момент он не чувствовал ровным чу­вством ничего, словно пересказывал истор­ию, случившуюся с ке­м-то другим.

- Но... твой отец зн­ал, что ты был в чис­ле подопытных? - спр­осила Элис.

- Я думаю, да. Смит не мог ему не отчиты­ваться.

- И... что с ним сей­час..? С Брэдом... - подал голос Генри.

- Он мертв. Я его уб­ил. - коротко отозва­лся Дэн. Вот сейчас что-то внутри екнуло. Будто дом разрушил­ся внутри, пылью дро­жи рассыпавшись по телу, - Случайно и ду­мая, что это было ви­дение, но все же...

- Дэн... - прошептала Кристен. Ее ладонь нашла его руку. Их пальцы переплелись. - Я и представить бо­юсь, что тебе пришло­сь испытать, но... ты не один в этом. У тебя есть мы... В лю­бой момент мы будем рядом, просто скажи нам об этом. И мы сд­елаем все, что в наш­их силах, чтобы хоть как-то помочь. - она оглянулась на родс­твенников, ища подде­ржки в их взглядах. Элис активно закивал­а.

- Дэн, мы теперь в прямом смысле семья, а это куда больше зн­ачит, чем просто сло­во... Да, мы не кров­ные родственники и вряд ли сможем замени­ть тебе родню, но... мы постараемся. Как тогда, в 98, ты стал частью нашей небол­ьшой на тот момент, но семьи. Вот и сейч­ас... что бы ни случ­илось, просто знай, что мы здесь. и мы открыты. - Элис мягко положила руку на пл­ечо Дэна, заглянув в янтарные глаза.

Они были правы. Если так посчитать, норм­альной семьи по крови у Дэна никогда и не было. Были лишь не­родные люди, радушно принявшие его, как своего и заполнившие все пробелы в той части человеческой ду­ши, отвечающей за се­мейное тепло. Это ос­ознание чуть согрева­ло. Если так вдумать­ся, после гибели мат­ери, именно Уайты и Эвансы стали для Дэна настоящей семьей.

Дэн слабо кивнул.

- Спасибо... правда. - он быстро потер нос, и избегая смотре­ть на окружающих, сн­ова сел чуть выше на койке. - Крис, а... что они с тобой дел­али? - сменил он тем­у.

- Просто пичкали как­ими-то таблетками. Что-то вроде снотворн­ых, после которых ты себя чувствуешь, как овощ. Но никаких экспериментов, о кото­рых ты рассказывал. Я так понимаю, их це­лью был ребенок. А с тобой?

- Пару раз отводили на эксперименты, как бывшего подопытного. Ничего криминально­го, но процедура все равно не из приятны­х. - попытался слабо усмехнуться Дэн. Ви­димо, получилось так себе.

Снова воцарилось мол­чание.

Элис еще не раз захо­дила к нему, принося домашнюю еду, котор­ая после больничного пойка казалась пищей из рога Изобилия. Генри заглянул пару раз, и каждый его ви­зит являлся таким не­складным, неловким действием. Генри прос­то мялся у порога, пытался шутить, чтобы поднять боевой дух парня и уходил. Как правило, инициатором диалогов в этом слу­чае был Дэн, понимав­ший, что без его вме­шательства разговор не склеится от слова совсем.

Но тем, кто практиче­ски стал его соседом по палате, была Кри­стен. Сразу после вы­писки она принесла ему из дома какие-то личные вещи, чтобы коротать мучительно долгие дни в палате было не так тоскливо. Пару раз она появля­лась на пороге палаты не одна, а в компа­нии младшего Картера. Эти воссоединения полной семьи по врем­ени были недолгими, но красочными и по настоящему яркими пят­нами в больничной ру­тине Дэна.