21.
Воздух в доме Тернбоу был спёртым и пах чужими снами. Мы закончили расставлять последние ловушки — сеть из почти невидимых стальных тросиков под потолком детской, светошумовые гранаты на лестнице, датчики давления под ковром. Каждая деталь была тщательно продумана, каждый шаг отрепетирован в уме. Это был наш театр, а демогоргону отводилась роль неудачливого актёра, который должен был получить свою метку и убраться восвояси.
Когда последний провод был закреплён, в доме воцарилась звенящая тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием Майка, перетаскивавшего коробку с игрушками для антуража. Он, Лукас и Стив выскользнули на улицу, чтобы занять позиции в засаде. В доме остались мы с Уиллом, Джонатан с Робин на втором этаже у окна с ружьём и Нэнси, проверявшая рации в гостиной.
Мы стояли в пустой детской, и напряжение витало в воздухе плотным туманом. Я проверила крепление спускового механизма сети в последний раз, мои пальцы чуть дрожали, но от холодной сосредоточенности, а не страха. Страх ждал своей очереди где-то глубже, придавленный грузом ответственности.
Я обернулась и увидела, что Уилл смотрит не на ловушки, а на меня. В его взгляде не было той отрешённой сосредоточенности, что была минуту назад. Было что-то другое — спокойное, твёрдое, и в то же время уязвимое. Он переступил с ноги на ногу, как будто собираясь с духом перед прыжком в ледяную воду.
— Мейв, — сказал он, и его голос в тишине прозвучал громче, чем он, наверное, рассчитывал. Он сделал шаг ко мне. — Будь моей девушкой.
Просто. Прямо. Без прелюдий и лишних слов. Так, будто он отрубил эти слова от себя топором, пока не передумал. Они повисли в воздухе между нами, такие нелепые и такие совершенные в этой обстановке всеобщего паранойи и ожидания монстра.
У меня отвисла челюсть. Весь мир — дом, ловушки, предстоящий кошмар — на мгновение качнулся и съехал с оси. Я могла только смотреть на него, пытаясь понять, не показалось ли.
— Что? — выдавила я наконец.
— Я сказал, будь моей девушкой, — повторил он, и в уголках его глаз появились лучики от зарождающейся улыбки, хотя сам он старался сохранять серьёзность. — Официально. Чтобы все знали. Не хочу больше прятаться.
Эмоции нахлынули волной — дикое, сдавливающее горло счастье, смешанное с абсурдностью момента. Я рассмеялась. Коротко, сдавленно, потому что плакать или кричать от радости здесь и сейчас было нельзя.
— Ты выбираешь для этого чертовски странный момент, Байерс, — прошептала я.
— Самый подходящий, — он пожал плечами, и теперь улыбка прорвалась наружу, тёплая и уверенная. — Потому что когда это всё закончится — а оно закончится, — я обязательно сведу тебя на настоящее свидание. Не в лес за ягодами. Куда-нибудь, где есть нормальная еда и нет демогоргонов. Обещаю.
Я подошла к нему и, не задумываясь, обняла, крепко прижавшись лбом к его плечу. Он ответил тем же, и на несколько секунд мы просто стояли так, двое идиотов, заключившие договор о будущем в самом сердце ловушки.
— Да, — выдохнула я ему в шею. — Да, я буду.
Мы разъединились, и мир, со всей его опасностью, вернулся на место. Но теперь в нём была твёрдая, общая точка опоры.
Последние приготовления завершились, и мы покинули дом. Я села за руль «БМВ» Стива, Уилл — на пассажирское, Робин втиснулась на заднее сиденье с портативным монитором для отслеживания сигнала. Вторая машина, с самим Стивом за рулём, Дастином, Джонатаном и Нэнси, должна была ждать нашего сигнала на выезде с улицы.
Мы заглушили двигатель в переулке в двух кварталах от дома Тернбоу. Тишина снова сомкнулась, на этот раз наполненная статичным гулом рации и напряжённым дыханием Робин. Уилл сидел неподвижно, его взгляд был устремлён в темноту за лобовым стеклом, но я знала, что он «слушает» не ушами.
Прошло двадцать мучительных минут. И вдруг он вздрогнул.
— Здесь, — выдохнул он. — Он в доме.
Через несколько секунд в наушниках раздался приглушённый выстрел — Джонатан сделал свою работу. Потом — дикий, яростный рёв, от которого по коже побежали мурашки. Робин, не отрываясь от экрана, зашептала:
— Сигнал маячка активен! Движется! Он... он вырвался из дома! Направление... юго-восток!
Я завела машину и, не включая фар, выехала из переулка. Погоня началась. Робин, как штурман, отрывисто выдавала команды: «Прямо, на развилке левее... скорость увеличивает!». Мы мчались по задворкам Хоукинса, а на экране жуткая светящаяся точка упрямо ползла вперёд. Уилл пристально следил за траекторией, его лицо в свете монитора было сосредоточенной маской.
И вдруг он нахмурился.
— Стой, — сказал он тихо, но так, что я сразу притормозила. — Он... поворачивает. Резко. Не в лес. — Он поднял голову и посмотрел на меня, и в его глазах я увидела понимание, от которого похолодела кровь. — К Дереку.
— Все, срочно на базу! — закричала я в рацию для Стива и, развернувшись на узкой улочке, нажала на газ до упора. «БМВ» взвыла и рванула в сторону центра города. В зеркале я увидела, как фары «Станцвейгена» попытались последовать за нами, но их путь перегородил выкатившийся на дорогу мусорный бак. Они отстали, потеряв драгоценные секунды.
Мы неслись как угорелые. Я влетела на парковку у WSQK с визгом шин и выскочила из машины, даже не заглушив мотор. Уилл и Робин — за мной. Мы ворвались внутрь через чёрный ход.
Хаос. Джойс и Лукас пытались удержать Дерека Тернбоу. Мальчик, очнувшись от действия таблеток в чужом, странном месте, был в истерике.
— Отстаньте, уроды! Где мои родители?! Я полицию вызову! — он лягнул Лукаса по голени, и тот охнул от боли.
— Дерек, успокойся! — попыталась сказать Джойс, но он её не слушал.
— Вы все сумасшедшие! — он увидел меня и выплюнул с презрением: — О, еще одна дура здесь! Вы все в доле!
Его наглая, детская злость в такой ситуации вывела меня из себя.
— Заткнись и посмотри вокруг, придурок! — рявкнула я, перекрывая его визг. — Твои родители спят в безопасности, потому что за тобой охотится монстр! Тот самый твой «волшебный друг» Генри!
— Врёшь! — закричал он, но в его глазах уже мелькнула тень сомнения, тут же задавленная страхом и упрямством. — Он крутой! Вы всё подстроили!
И в этот момент всё произошло за доли секунды. Дерек издал тонкий, пронзительный визг ужаса. Уилл, стоявший рядом со мной, резко шагнул вперёд, буквально заслонив меня собой, задвинув за свою спину. Рука демогоргона, уже почти коснулась плеча Дерека. И в этот момент с оглушительным грохотом в боковую стену ангара ворвался «Станцвейген». Стив, не сумев доехать нормально, протаранил её. Двери распахнулись, и оттуда вывалились Стив, Дастин и Нэнси.
Но монстр не ушёл. Увидев машину и людей, он развернул свою цветочную пасть и бросился в атаку.
— Заводи! — закричал Стив, отскакивая назад. Дастин и Нэнси прыгнули в салон. Стив втиснулся за руль, завёл двигатель, который чудом не заглох, и рванул навстречу демогоргону.
Удар был страшной силы. Бампер смял тварь, отшвырнув её к противоположной стене. Демогоргон, оглушённый, в последнем усилии разверз перед собой огромный, пульсирующий портал и, волоча искореженное тело, нырнул в багровую бездну.
— Не думайте! За ним! — заорал Стив и, не сбавляя скорости, направил «Станцвейген» прямо в портал. Машина исчезла в вспышке алого света, и портал захлопнулся.
В радиостанции воцарилась гробовая тишина, нарушаемая только тяжёлым дыханием и тихими всхлипами Дерека, который сидел на полу, обхватив голову руками, и трясся.
Уилл медленно опустился на колени, его лицо было пепельно-серым. Я бросилась к нему.
— Я... я видел, — прошептал он, глотая воздух. — В момент, когда он уходил... связь... он показал. Не нарочно. Место.
Он потребовал бумагу. Руки его дрожали, но он рисовал быстро, уверенными, злыми штрихами. Он изобразил не пейзаж Изнанки, а некое помещение. И в нём — маленькие фигурки, прикрепленные к стене странными трубками. Пять. И шестая, чуть в стороне — Холли.
— Он держит их там, — голос Уилла был хриплым, но абсолютно чётким. — Шесть. Он собирает детей. — Он поднял на нас взгляд, и в его глазах было леденящее знание. — Ему нужно двенадцать. Я это почувствовал. Двенадцать.
Тишина после этих слов была гуще бетона. Двенадцать. Для какой-то чудовищной цели.
Идея родилась у Робин, пока мы пытались прийти в себя. Старые служебные туннели под городом. Некоторые могли вести к подземным уровням лаборатории. Но чтобы попасть прямо в это «святилище», нужен был проводник. Тот, кого Векна сам приведёт к себе. Тот, кого он уже выбрал.
Все медленно повернули головы к Дереку. Мальчик сидел, прижавшись спиной к стене, и молча смотрел на рисунок Уилла. Весь его наглый спесивый вид испарился, остался только смятый, перепуганный ребёнок.
— Он не согласится, — тихо сказала я. — Он едва от шока отошёл.
— Он должен, — так же тихо, но неумолимо сказала Джойс, опускаясь рядом с ним. — Дерек. Ты видел. Он уже выбрал тебя. Если мы не спасём тех детей и не остановим его, он придёт снова. За тобой. И тогда мы не сможем тебе помочь.
Дерек смотрел на неё, его глаза были огромными от ужаса. Он покачал головой, беззвучно шевеля губами. Потом перевёл взгляд на Уилла, на рисунок, на меня. Он видел монстра. Он видел, как его «друг Генри» оказался воротами в ад.
—————————————————————
ставьте свои ⭐️