Глава 7: Утренний досмотр
Утро ворвалось в палату вместе с резким звуком раздвигаемых штор. Т/И зажмурилась, чувствуя, что голова уже не кружится так сильно, но во всём теле разлилась тяжелая слабость.
— Доброе утро, соня. Пора возвращаться к реальности, — голос Пейтона звучал бодро и официально, будто и не было той ночной нежности.
Он стоял у окна в свежем халате, с планшетом в руках. Т/И присела на кровати, потирая глаза.
— Доброе... — начала она и тут же осеклась, увидев, как он смотрит на часы.
— Десять минут одиннадцатого. Отбой был нарушен из-за твоего состояния, но подъем в 8:00 никто не отменял. Это минус пять баллов из твоего личного рейтинга, — Пейтон подошел к кровати. — Как самочувствие?
— Сносно. Только курить хочется так, что я готова сдохнуть, — буркнула она.
Пейтон мгновенно сощурился.
— Что ты готова сделать? — переспросил он, подходя ближе. — Опять мат? Т/И, мы же договаривались. Одно плохое слово — десять шлепков в конце дня. Я уже записал первое.
— Да это же не мат! Это просто... эмоции! — возмутилась она, вскакивая. — Ты издеваешься? Я тут чуть не загнулась ночью, а ты считаешь мои слова?
— Я считаю всё, Т/И. И сейчас мы проверим, насколько честной ты была ночью, когда клялась, что у тебя больше ничего нет.
Он подошел к шкафу с её одеждой. Т/И напряглась. В кармане её любимой толстовки лежала заначка — маленькая электронная сигарета, которую она успела спрятать ещё при поступлении.
Пейтон начал методично проверять карманы. Когда он вытащил толстовку, Т/И непроизвольно задержала дыхание. Его пальцы нырнули в боковой карман и извлекли ярко-фиолетовый пластиковый корпус.
Пейтон медленно повернулся к ней, вертя «электронку» в руках. Лицо его превратилось в каменную маску.
— Ты сказала мне в три часа ночи, что больше ничего не прячешь. Ты смотрела мне в глаза и врала.
— Пейтон, я... я просто забыла о ней! Честно! — Т/И попятилась, пока не уперлась спиной в холодную стену.
— Забыла? Она лежала прямо сверху, — он сделал шаг к ней, и Т/И почувствовала, как по спине пробежал холодок. — Вчерашнее наказание тебя не впечатлило. Что ж, значит, сегодня мы перейдем к более серьезным мерам.
Он подошел к двери и нажал на кнопку блокировки. Тихий щелчок прозвучал для Т/И как выстрел.
— Ложись на кровать. Лицом вниз, — скомандовал он тоном, не терпящим возражений.
— Нет! Пейтон, пожалуйста! — её голос сорвался на крик.
— Т/И, — он сделал паузу, его голос стал тихим и вибрирующим от подавленного гнева. — Ты нарушила главное правило моего дома и этой клиники — доверие. Если ты не пойдешь сама, я применю силу. И тогда наказание будет в два раза дольше. Выбирай.
Тяжело дыша и глотая слезы обиды, Т/И медленно побрела к кровати. Она понимала: Пейтон Мурмеер не прощает ложь. Никогда. [1, 2, 3]